Я буду любить тебя до последнего вздоха

Как только Накахара увидел свою невесту, он очень удивился ее, или точнее, его внешнему виду. – Прекрасно выглядишь, скумбрия, – сделал комплимент рыжий альфа. – Не думал, что кто-то в этом мире может уговорить тебя вырядиться в платье. Церемония прошла на удивление быстро. Чуя был очень доволен работой сестры и никак не мог насмотреться на свою, теперь уже, жену, которая на каблуках стала слишком уж высокой, что заметила Кое и тут же поменяла Дазаю туфли на более удобные. Она смотрела на пару новоиспеченных молодожён с улыбкой, но взглянуть в глаза своему брату не решалась и всячески избегала встреч с ним. «Должно быть, она просто устала», – успокоил себя Чуя и на весь оставшийся день забыл о ней. Подошёл момент свадебной клятвы. После пяти минут пустой болтовни, наконец, настало время отвечать: "да" или "нет". Чуя без тени сомнения, конечно же, согласился, по-прежнему жадно смотря на Дазая и ожидая, когда шатен скажет то же самое. – Согласен, – совсем немного небрежно сказал Дазай, при этом держась своего образа милого омеги, как-никак полно народу, да и Юкичи расстраивать не хотелось своими капризами. Всю свадьбу его забавляли взгляды Чуи, окружающих, да и Кое, с таким окружением быть милым и приятным легче чем быть самим собой. По традиции, дальше следовал поцелуй. Рыжий, не долго думая, притянул Дазая к себе и скрепил их губы. Все стали хлопать, свистеть и шуметь, однако среди толпы все равно доносился шепот, по типу: "Они так хорошо смотрятся вместе!", "Эти двое прекрасная пара!" «Отли-и-ичненько», – протянул про себя Мори. – «Всё идёт просто замечательно. Как и планировалось.» Более интересная часть свадьбы должна была проводится, как сказала ранее Кое, в самом изысканном ресторане Йокогамы. Все было идеально. Благодаря стараниям Озаки, зал выглядел превосходно, да и вообще само мероприятие прошло на "ура". Гости продолжали веселиться, но теперь у Чуи и Дазая в планах не было забавляться с ними. Разве что… наедине. Накахара взял свою жёнушку на руки, демонстрируя всем, что она принадлежит только ему, и понес в отель, украшением номера которого тоже занималась Кое. – Ну, наконец-то это все закончилось, не думал что свадьбы так утомляют, – Дазай успел устать в связи с чем даже язвить не было особо сил. Каблуки были отдельным и лишь начальным кругом ада, учитывая, что бинты за все время успели впитать в себя свежую кровь. – Я тоже не знал, – усмехнулся Чуя, укладывая шатена на красиво заправленную постель, на которой были разложены лепестки роз. – Я соскучился, знаешь ли. Прекрасное свадебное платье, купленное Кое за целое состояние теперь валялось на полу. Свечи создавали очень романтичную обстановку, располагающую к близости. Чуя вдруг остановился, смотря на окровавленные бинты Дазая. – Тц... Ты что, издеваешься надо мной? Голодный взгляд альфы прошелся по всему телу Осаму. Подарочек от Озаки Чуя определенно оценил, а вот от своей жены - нет. – М? А, да не обращай внимания, боли я не чувствую, ненавижу её, – повёл плечем омега, будто это было сущим пустяком. – А это ещё что? – Взглянув на засосы, оставленные Кое, спросил Чуя, уже начиная злиться. – Ты спал с кем-то до свадьбы? Отвечай, ушлепок! Накахара прижал Дазая к кровати за горло, смотря прямо в глаза взглядом полным ярости. Да уж, давненько он не был таким агрессивным и разгоряченным. «Вот же сука, как только узнаю, кто посмел трахнуть мою жену – убью к чертовой матери!» – Играло у него в голове. Сейчас он был готов рвать и метать. Чуя тот ещё ревнивец, и делить Осаму с кем-то ещё, альфа не собирался. – Ну-у-у, секреты раскрывать не могу, меня обещали придушить вперёд тебя. Ты вполне смышленый, коротыш, думаю, поймешь кто мог бы обо мне позаботиться, – усмехнувшись, не без труда, проговорил омега. – Что ты сейчас сказал?! Так о тебе ещё и позаботились?! Вот, значит, как! – Последовала небольшая пауза. – Ты сейчас пожалеешь, что на свет родился, блядина. Грубо перевернув омегу на живот, Чуя стащил с Осаму белье, просто разорвав в некоторых местах и выкинул на пол. Ещё утром у Накахары было прекрасное настроение, и он с нетерпением ждал сегодняшней ночи, чтобы в этот раз всё-таки показать Дазаю, что он не конченный эгоист и может быть заботливым и нежным, но нет! Видимо, не в этот раз. Похоже, что на шляпника кто-то наложил проклятие, и теперь, все его планы полетят к чертям собачьим. – Боюсь-боюсь, – омега решил, что это не совсем обоснованные угрозы и сразу не воспринял их серьёзно. – Правильно делаешь. Подмяв Дазая под себя, фактически, поставив в коленно-локтевую позу, Чуя, давно покончивший со своей одеждой, грубо вошёл в омегу. – Как просторно! Кто-то же постарался для меня подготовил тебя! При встрече обязательно "спасибо" ему скажу! Резкими толчками Накахара пробивался сквозь узкие стенки ануса, вставляя член до основания. Он взял Дазая за волосы и сильно, что наверняка больно, потянул на себя. – И как? Понравилось с ним кувыркаться!? Лучше чем со мной, правда ведь?! – Ты ошибся, это была одна очень приятная дама, – через силу ухмыльнулся Осаму, пока боль была терпимой, он мог держать все в себе. – О, вот оно как?! Интересно, насколько приятной она была?! Чуя отпустил несчастную прядку волос и взялся рукой за член шатена. – Тут она тоже тебя касалась, да? Отвечай, когда тебя спрашивают! – До боли сжав и без того чувствительное место, выкрикнул в порыве гнева Накахара. – А здесь? – прикоснувшись к соску, спросил рыжий и сжал его до покраснения. – Наверняка ведь! Течная сука! Так и знал, что станешь давать каждому второму! – Тц... Больно... Чертов Рыжик… Не надо... – Голос омеги чуть дрогнул, но поза не давала заглянуть тому в лицо. – Вот как ты заговорил? Больно ему, видите ли! Заткнись, шалава, я не спрашивал больно или нет! – Уже на пике злости, крикнул рыжий. – Трахался с кем-то перед свадьбой, а теперь "не надо" ему! Заебись тебе живется! Сильнее сдавив сосок, Чуя оттянул его вниз на сколько это было возможно. – Член тебе, полагаю, не особо нужен, только эта развратная дырка, так что его можно легко оторвать! Конечно, Накахара был не настолько жестоким, чтобы сделать это, но укрепить свою хватку мог вполне. Рука скользнула и взялась за головку, а затем надавила пальцем на нее. – Что теперь, жёнушка? Пойдешь дальше на трассе раздавать всем свое очко? Неожиданно, плечи омеги затряслись, а на постель стали капать крупные солёные слёзы. – Больно... – Только и мог дрожащим голосом сказать омега. Все это напоминало его "прошлую жизнь", жизнь до встречи с Юкичи. Сплошная боль, как душевная так и телесная. И вот, в самый неподходящий момент воспоминания настигли его, давая чуть ли не задыхаться от слез. Вмиг утратив всю свою спесь, Дазай был больше похож на потерянного ребёнка или комочек чего-то беззащитного, но никак не на себя. – Т-ты плачешь? – Немного растерялся Чуя и попытался заглянуть в лицо шатена, отпустив его сосок и член. – Прости, я был слишком груб. Думаю, хватит с тебя. Чуя вышел из Дазая, пока ещё узел позволял это, и отвел взгляд в сторону. «Даже не думал, что он умеет плакать, черт, перестарался...» – Цыкнув, подумал рыжий. – Сильно больно? – Окончательно отойдя от злости, спросил Чуя. Теперь, состояние омеги очень беспокоило его. Надо же было умудриться, заставить жену рыдать в первую брачную ночь. Нет, стоило быть сдержаннее. О том, кто была этой самой "приятной дамочкой" Накахара не догадался, да и мысли были теперь заняты совсем не этим. Омега ничего не ответил, а лишь всхлипнул, сжимаясь в комочек и не давая увидеть лица. Нащупав рукой одеяло, он поспешил накрыться им с головой. Тяжело вздохнув и сердясь на самого себя, Чуя сел на край кровати и положил руку на одеяло, под которым скрывался Дазай. – Вылезай, я больше не буду делать тебе больно, обещаю. Прости меня... – Пытался выманить Осаму Накахара. – Всё-таки мы муж и жена теперь ,и договор между Мафией и Агентством вошёл в силу, так что ссорится нам никак нельзя, слышишь? Из нечто, похожего больше на горстку одеяла, послышалось сдавленное: "У-угу..." Но сам источник звуков, решил не вылазить, а-ля, согласен, но не вылезу. – На счёт три, я стягиваю с тебя одеяло, готов? Раз... Верите в любовь с первого взгляда? У Чуи, кажется, было все именно так. По-хорошему, они знали друг друга только два дня, но Накахара сумел уже втрескаться в суицидника по уши. – Два… Не перед кем и никогда раньше, Чуя не просил прощения. Если уж он сделал какую-то пакость кому-то, значит, тот ее заслужил. Лишь ради шатена, шляпник сделал исключение, отступившись от своих принципов. – ...Три! – Сказал Чуя и выбросил одеяло на другой край кровати. «Нужно что-то быстро придумать и утешить свою жену», – пронеслось у рыжего в голове. Он занял место поближе к предмету своего обожания и обнял, загребая в свои руки. Сердце омеги казалось бы пропустило удар, он поднял свои заплаканные и чуть опухшие глаза на мужа. Таким, какой он сейчас, его видел, разве что Юкичи, никому более омега не показывал эту слабую сторону себя. Именно с этой стороны он выглядел беззащитно и невероятно мило. – Прости, вот что, – отведя взгляд в сторону, сказал Чуя. Его руки, недавно приносящие боль, теперь нежно гладили Дазая по спине. Повезло же Осаму, что Купидон попал Накахаре прям в сердце, а не промазал. – Завтра второй этап празднования, отдохни как следует, ладно? Милая мордашка Дазая выбила из рыжего последний осадок злости, и он очень сильно смягчился, чувствуя вину перед карими заплаканными глазками, которые сейчас на него смотрели. – Угу-м,– челка Дазая упала тому на глаза прикрывая их, и неосознанно прижавшись к груди Накахары, омега уснул. Ко всему прочему, он умудрился во время сна положить одну из своих ног на альфу, попутно обнимая его, как большую мягкую игрушку. Не сразу, но со временем, Чуя тоже уснул. Спать в таком положении оказалось дико неудобно, что пришлось потерпеть ради того, чтобы не разбудить Осаму. Как всегда, Накахара проснулся в восемь часов без будильника. Тело ломило, кости хрустели. Ничего не поделаешь, такова супружеская жизнь. – Доброе утречко, – чмокнув Дазая в лоб, сказал шляпник и слегка потряс шатена за плечо. – Сожалею, но утро наступило. Даже я уже с этим смирился. Шляпник был в приподнятом расположении духа, однако ему все не давала покоя мысль, что Осаму поимели прямо перед свадьбой. «Черт, лучше сделать вид, что забыл об этом». – М-м-м... Спать хочу... – Капризно-полусонно уткнулся в альфу Дазай, он был не из ранних пташек и даже встать в два часа дня ему было тяжело. Мозг абсолютно отказывался думать, а глаза открываться. – Вставай давай, скоро завтрак принесут, а ты тут голый валяешься. –Усмехнулся Чуя и провел рукой по волосам Дазая. Кое вчера уложила их так, что даже сейчас шатен выглядит, словно только вышел из салона красоты. Встав с кровати, Накахара все же дал своей жене пару минут на валяния, пока он одевался и приводил себя в порядок. Однако потом снова взялся за свое. – Дазай, мать твою, вставай! Пора уже! – Не хочу. Я устал. – Омега обнял подушку. – А тут мягонько и уютно, – Осаму ещё сильнее уткнулся в кровать, частично засыпая. – Быстрее. Тебе четвертый раз повторить? – Чуя вздохнул. – Я сказал "быстро", а это значит, что тебе нужно пошевеливаться. Вот теперь Накахара понял, что вставать рано утром и гладить мужу рубашки Осаму не собирается. «Тц, ну что за соня-засоня. И как мне, скажите на милость, заставить его просыпаться хотя бы к восьми?!» Омега зевая и ворча, все же встал с кровати, протянувшись, он посмотрел на Чую. – Ну встал я, вста-а-ал, доволен? Неужто, мне опять все надевать? – Нет, сейчас позвоню, и тебе привезут нормальную одежду, – улыбнувшись сказал Накахара. – Хотя, платье тебе тоже очень даже к лицу. Пока одеяло на себя накинь, а то заболеешь ещё. Достав телефон из кармана пиджака, Чуя нашел в списке контактов номер Озаки и вышел за дверь. – Утречка, сестрица, – усмехнувшись, поздоровался Накахара делая вид, что вчера ничего не случилось. Не знал же он, что было у нее с Дазаем. – Доброго, - ответила Кое. – Слушай, Чуя, нам нужно встретиться и поговорить. – Хотел поблагодарить тебя за вчера. – Не стоит... – процедила женщина, прикусив губу до привкуса металла. – Одежду для Осаму принесут вместе с завтраком. Я жду тебя сегодня в шесть у себя, на пару минут. – А? Кое? Но она уже положила трубку. «Черт, что с ней случилось? Со вчерашнего дня она как сама не своя...» Чуя вернулся в комнату и посмотрел на Дазая. «От этой свадьбы одни проблемы. Вот ещё одна» Дазай повязал простынь по-римски и уже вновь распластался по кровати, чуть ли не звёздочкой. – Ещё же так ра-а-ано, – жаловался он, после ночи глаза были все ещё немного красными и малость опухшими. – Ты как, живой? – Спросил шляпник с усмешкой. – Иди умойся холодной водой, сразу проснешься. «Уже почти девять, а для Осаму это рано? Хорошая же жизнь у него была. Ничего, привыкнет.» Убрав все валяющиеся, после ночного беспредела, вещи в неопрятную кучу, Чуя подошёл к окну, и, открыв его, достал сигарету. На работе дали отгул в честь свадьбы , поэтому, теперь можно было наслаждаться отдыхом, не думая о том, что через пять минут будет важная конференция. Чиркнула зажигался, и Накахара выдохнул табачный дым, устало прикрыв глаза. Дазай в мгновение оказался около него. – Дай одну, – сказал прямо у самого уха он. Курение было одной из попыток умереть и плохой привычкой омеги. Чуя краем глаза увидел, как к нему подошёл шатен и слегка улыбнулся. Без сигарет, рыжий себя и представить не мог. Он курит с самого детства. И Огай, и Кое пытались отучить шляпника от табачной зависимости, но им пришлось смириться с этим. – А ты сначала вежливо просить научись. Казалось, что Чуя собрал все плохие привычки, что только существуют: пить, курить, цыкать, фыркать. Сам же альфа не видел в этом ничего плохого. Это ведь жить никому не мешает? Даже если бы и мешало, бросать свои плохие привычки ради кого-то, не подходит под описание Накахары. Ухмыльнувшись, Дазай отодвинул руку Чуи с сигаретой и поцеловал его, второй рукой он в свою очередь полез тому в карман ловко выхватив сигареты. – Вот так, – отстранившись, Осаму немного в полу дразнящем жесте высунул кончик языка. – Какой хитрый, – усмехнулся Чуя. – Ладно, живи. Так и быть. В дверь кто-то постучался и Чуя, быстро потушив сигарету пальцами, выкинул в окно. Как оказалось, это была работница отеля, которая принесла завтрак и новую одежду, обувь для Дазая.