проиграли

Джамала гневно кидает телефон на кровать, не думая сейчас ни о чем. Мысли взвивали вверх с сумасшедшей скоростью, разбиваясь о высокие потолки её дома. Фраза отдавалась звоном в ушах, ударяя по барабанным перепонкам, рассекая их. «Мне так понравились твои слова, я вставлю их в новую песню». Новая песня. Слезливая песня, с надрывом, болью. Такая вся печальная, такая вся фатальная. В её стиле. Всегда ненавистном. Теперь её любовь часть игры Тины. Такой жалкой и примитивной. Без шансов выиграть. Ей до кома в горле обидно и душно, воздух пробивается наружу, царапая стенки гортани. Джамала ходит по комнате, судорожно хватаясь за стены, вцепляясь ногтями в обои. Стены обнажаются, сереют, а в глазах у брюнетки всё сгорает до тла. Ей тошно от самой себя.

***

Она срывает одежду, включает ледяную воду, а потом сразу же горячую, пытаясь разбудить хоть миллиметр тела. Никакой реакции. Внутри всё гниёт. Медленно, выедая стенки организма изнутри. А она не чувствует, не понимает, она не в силах остановить это. Она трёт себя мочалкой, расцарапывая кожу до крови, пытаясь смыть всю грязь. Её грязь. Джамала клянется никогда больше не повторять. Никогда не возвращаться. Не поддаваться. Не любить. И вот ей кажется, что она выиграла, что всё просто. Просто не делать. Просто не было.

***

Джамала срывается снова. Не отказывает, принимает. Идет на поводу. А Тина, как всегда, легка на подъем. С радостью принимает любовь и лепечет в ответ. Мило улыбается, пускает слезу, когда нужно. Тина играется. А Джамала крепче впивается ногтями в руку, пытаясь вспомнить ощущения боли. Не помогает. Руки онемели. Нет чувств. Джамала в клетке, смотрит завороженно. Жалеет, винит себя. Снова убеждает себя в том, что у них всё будет хорошо. Снова верит, что им еще есть за что побороться. А клетка сжимается, прутьями оставляя фиолетовые следы на теле женщины. Джамала просит Тину помочь, тянет руки. Тина стреляет глазками, хлопает ресницами и неуверенно качает головой. — А чем тут помочь, Джа? — Тина, выпусти меня. Просто отпусти, — истошно шепчет, еле сдерживаясь, чтобы злость не захлестнула снова. — Это так не работает, зай. Пора взрослеть и принимать, — она ласково проводит рукой по волосам, выжигая прядки, — тебя никто не держит, — она сжимает клетку еще сильнее, слыша хруст костей Джа.

***

Джамала пропускает воздух открытыми ранами. А Тина что-то тихо напевает рядом. — Новая песня? — Да, о любви. — А ты всё еще умеешь любить? — Тебя уже нет. Дым выедает воздух, а кровь разрывает артерии. Гниль подходит слишком близко, не оставляя больше времени. Ребра крошатся, пробивая легкие. Джамале не пошевелиться, связана по швам. Красные полосы переходят в синяки, оставляя фиолетово-желтые следы. Кровоподтеки покрывают тело, моментально становясь черными. Мертво, мертво, мертво. Проиграла, как и должна была. Джамала помнит и чувствует всё. А Тина что-то тихо напевает рядом. п р о и г р а л и.