Глава 12
2 июля 2013 г., 22:03
***
Артур в сопровождении своего слуги и десяти первоклассных рыцарей уверенно скакал меж темных стволов столетних кедров по направлению к поселениям, расположившимся на востоке королевства Камелот. Отряд двигался туда, откуда несколько недель назад пришел Ланселот. Стук дюжины копыт приглушал многие звуки леса, поэтому никто из путешественников не слышал далеких колебаний воздуха, будто издаваемых крыльями совы. Мерлин изредка ловил взглядом темную фигуру, мелькавшую вдалеке, но она его не пугала, лишь не отпускало чувство тревоги. Путь до деревень, где теперь хозяйничали духи, занял три с лишним дня. На четвертый вечер после того, как они выдвинулись, отряд наконец достиг границ ферм, растянувшихся на многие мили вокруг и ограниченных лишь черной каймой леса, из которого они только что выехали. Вздохнув с облегчением, путники двинулись в сторону приземистых домиков, видневшихся на горизонте. Навстречу им, завидевши рыцарские плащи и стяги, уже ехало около десятка местных жителей. Подъехав вплотную друг к другу, всадники с обеих сторон спешились. Встречающими оказались местный староста и лендлорды, обладавшие участками в этом краю. Они еще раз рассказали Артуру о существовавшем положении вещей и изъявили желание тут же показать принцу, откуда приходили странные создания, уже столько недель беспокоившие всю округу. Принц и его рыцари, хоть и были измотаны долгой дорогой, отнеслись с пониманием к желанию местных жителей. Вся компания поспешила к северной опушке леса. Мерлин без удивления отметил, что темная фигура, скрытая ветками, двинулась вслед за ними. - А до этого вас беспокоили какие-нибудь магические создания? – поинтересовался Артур у старосты. - Особо нет, сир, - пухлый глава этой местности кулем сидел на такой же одутловатой кобыле. – Правда, есть предания, что некогда в этих местах – еще до основания Камелота – правила группа друидов. Только они были какими-то странными. - Что вы имеете в виду? – закономерный вопрос был задан сэром Аландом. - Они не практиковали магию друидов, вместо этого занимаясь чем-то другим. Их магия не была ни белой, ни черной, а… - тут староста замолчал в попытке припомнить нужное слово. - Сумеречной, - подсказал Мерлин. Староста согласно закивал. Рыцари с удивлением посмотрели на личного слугу Его Высочества. Сам же Артур нахмурился от такой осведомленности Мерлина. - И что случилось с этой группой колдунов? – Аланду, очевидно, была интересна тема. - Никто точно не знает. Но говорят, что в их среде произошло что-то странное и страшное. Какое-то вероломство, возможно даже убийство. В общем, они ушли из этих мест и растворились по всему острову. Лес, в который мы въезжаем, когда-то служил им обителью. Но их нельзя было увидеть, если они того не желали. Войдя в лес, Мерлин отчетливо уловил волны магии, заполнявшие воздух, проникавшие под кожу, струившиеся повсюду. Остальные тоже учуяли влияние волшебства, правда не поняли, какая именно сила витала вокруг. Маг догадался, где-то в этой части леса открыты ворота в мир духов, что позволило им перейти на эту сторону и теперь вольготно себя чувствовать рядом с людьми, подпитываясь их энергией. Рыцари разбрелись среди кустов, ища следы пребывания странных созданий. Артур тоже присоединился к остальным, но не выпускал своего непутевого слугу из обзора. Мерлин сделал вид, что занимается тем же, что и все, и, отвернувшись, развязал повязку на запястье. Ничего необычного он не заметил, ранка затянулась красной корочкой, хоть и заживала намного медленнее, чем обычная царапина. Маг ступал по мягкому ковру из травы и листьев, сам не замечая, как постепенно удалялся от всех остальных. Кто-то отвлек Артура, найдя странные следы на влажной земле, поэтому принц не обратил внимания, что его слуга сам собой испарился из вида. Мерлин напряженно вглядывался в свое запястье, но метка даже и не думала изменяться. За спиной у мага тяжелел куль, где покоились все реликты, собранные им. Они ощутимо оттягивали парню плечо, но жаловаться было некому. С принцем они за все время путешествия обменялись едва ли двумя десятками слов, а останавливаясь на ночлег, ложились вдалеке друг от друга. Внезапно Мерлина поразила такая боль, что он даже не смог вскрикнуть. Что именно ее причиняло, слуга Его Высочества не мог понять: боль будто захватила сразу все его тело, подчиняя, скручивая, выкидывая из головы все другие мысли кроме одной – как избавиться от этого мучения. Мерлин, не разбирая дороги, огромным усилием воли двинулся дальше, и – о, удивление! – боль немного притупилась. Как раз настолько, чтобы осознать это. Мерлин двинулся в обратную сторону и тут же чуть не свалился от новой волны ужасного ощущения. Из глаз брызнули слезы. Повинуясь чувству, он пошел туда, где испытал облегчение, и оно вновь пришло. Что же это могло значить? Мерлин посмотрел на свое запястье, и вдруг понял, что такую боль причиняла метка, оставленная горгульей. Нет, сама царапина нисколько не изменилась! Но теперь через нее будто что-то вливалось в тело мага, то, что заставляло его чуть не падать под тяжестью наполнявшего его мучения. Выставив руку с меткой вперед и вглядываясь в нее, будто желая узреть в ране все тайны мироздания, Мерлин почти вслепую продвигался меж зарослей, движимый только чувством боли. Знак на запястье, судя по ощущениям мага, работал отменно. Чуть только парню стоило свернуть с курса, неизвестного даже ему самому, как все тело будто разрывалось от чудовищных страданий, которые притуплялись, как только он нащупывал верный путь. Маг понял, что приближается к цели, когда боль от смены направления не была такой сильной и в целом это ощущение потихоньку затухало. Наконец, Мерлин, сделав еще несколько шагов, вышел к небольшому лесному озеру, из которого вытекала крошечная речушка. Оглядевшись, маг увидел невысокую скалу, скрываемую пышными кронами деревьев. А за каменным уступом чернел узкий проход. Когда Мерлин понял, что его путь лежит именно туда, то внезапно осознал, что эта странная боль, превратившаяся в отголосок той, которая нахлынула на него в начале пути, теперь полностью испарилась. Мерлин двинулся к скале и скрывавшемуся в ее нутре склепу. Согласно рассказу горгульи (кстати, где она?), ему предстояло преодолеть черный проход, а возможно и еще что-то, прежде чем достигнуть намеченной цели. Заглянув в темноту лаза, слуга поежился. Оттуда на него дохнуло чем-то старым, затхлым, жутковатым. Вобрав в грудь побольше воздуха, Мерлин сделал решительный шаг внутрь.***
Каменный проход не встретил его ничем особенным, кроме обычных для таких мест промозглости и холода. Поеживаясь, маг осторожно ступал по древним ступеням, все глубже погружаясь в темный воздух. Для того чтобы видеть, куда ступать, он зажег в своих руках небольшой шар света, предоставлявший обзор в двух шагах. Маг было попробовал разжечь шар поярче, но окружавшая его тьма сразу будто сгущалась в непонятную субстанцию, не пропуская волны света дальше, чем следовало. Казалось, что этому пути не будет конца. Мерлин ничего не мог разглядеть впереди. Его шаги по ступеням заглушал поросший на камнях мох. Потихоньку перед глазами начал мерцать странный огонек. Маг осознал, что приближается к какому-то чертогу, видимо, тому, который служил входом к склепу. Он стремительно направился навстречу крошечному источнику света. Ступив на черный пол, Мерлин понял, что находится у самой цели. Он оказался в огромной сводчатой пещере, украшенной замысловатой резью. Рассеянные солнечные лучи проникали сюда через крошечные разломы в горной породе, оттого в пещере было довольно-таки светло, хотя конкретного источника освещения не наблюдалось. Синие побежалости разводами на потолке отражали небольшое озеро, застоявшееся прямо в самом центре пещеры, но оттого не ставшее мутным. В кристально чистом блюдце в свою очередь виднелись индиговые полосы каменного свода. Прозрачную воду изредка беспокоили крошечные капли, стекавшие с огромного сталактита. Вне всяких сомнений это место когда-то служило жрецам древней религии. Очарованный представшей перед ним красотой, Мерлин разглядывал сумрачные стены и свод потолка. - Не правда ли, зрелище стоит быть увиденным? – вдруг раздался скрежещущий звук, многократно отражаясь от каменных сводов. Испугавшись внезапного замечания, маг вздрогнул. Он думал, что один в этой пещере. Однако Мерлин ошибался. Кое-кто все же следил за каждым его шагом. Оглянувшись, парень заметил в одном из самых темных альковов черный силуэт. Грумург. Интересно, он с самого начала был здесь или следовал по проходу за Мерлином? Тем временем горгулья вынырнула из своего укрытия и направилась к магу. - Я так понимаю, - Мерлин почему-то испугался, - это именно то самое место, где я должен был оказаться. Что мне теперь делать? - Для начала, - статуя придвинулась вплотную к колдуну, - стоит все-таки собрать все Дары Древних. - Что ты имеешь в виду? - Маг в недоумении уставился на горгулью. Он ведь уже принес все артефакты, и они теперь лежали в его мешке. Или было еще что-то, чего маг пока не знал? – Я же все принес. - Может, тебе стоит это проверить? Мерлин раскрыл мешок и, заглянув внутрь, с ужасом осознал, что в котомке лежали не все реликты. Кубок, что Артур отдал им, пропал. - Как? – только и смог сипло вопросить он. - Когда вы остановились на ночлег после второго дня пути, кое-кто из слуг – шустрый малый – залез в твою суму и вытащил оттуда его. Мерлин лихорадочно начал соображать, кто бы это мог быть. Он вдруг вспомнил, как вечером второго дня пути, когда они обустраивались на ночлег, кто-то из рыцарских слуг испрашивал какой-нибудь сосуд для своего господина, потому как накануне потерял весь скарб. Артур, исключительно от щедроты душевной, великодушно распорядился взять какую-нибудь кружку из его личного походного мешка, который нес – кто бы вы думали? – слуга Его Высочества. Мерлин же в это время был занят обустройством***
Возвращение в пещеру показалось Мерлину намного более быстрым, чем первый путь. Ступивши под сине-черный свод, слуга позвал горгулью, которая опять уже успела где-то спрятаться. Грумург, точь в точь летучая мышь, спустился к нему из темноты потолка. - Вот кубок, - запыхавшись, парень продемонстрировал статуе артефакт. - Отобрал? – усмехнулся Грумург. И тут до Мерлина наконец-таки дошло, что имел в виду Килгарра. Действительно, каждое сокровище теперь пришло в его обладание своим путем. Но маг узнавал об этом только после того, как получал предмет. Дракон просто предвидел, как слуга Его Высочества приобретет артефакты. Это не было руководством к действию. - Именно, - маг решил не обращать на насмешливый тон, каким с ним разговаривала горгулья. – Что теперь? – деловито осведомился он. - Теперь нам предстоит войти внутрь склепа. - И что я там увижу? – как бы невзначай поинтересовался парень. - Ты всё увидишь, – заверил его каменный гигант. Препираться с Грумургом смысла не было никакого, поэтому Мерлин, вытащив остальные припрятанные им сокровища, послушно направился в еще один черный ход, но уже более узкий и холодный. Через несколько ступеней вниз маг и громыхавшая следом за ним статуя оказались перед каменной дверью. Под руководством статуи Мерлин открыл нужную страницу фолианта и произнес заклятие растворения. Камень замерцал и через несколько мгновений исчез, будто и не существовал никогда. Перед взором ошеломленного парня предстала еще одна пещера – темная-темная. Мерлин про себя с сожалением даже отметил, что тут не было ни кристального озера, ни темно-синих разводов на потолке. Однако и здесь не оказалось темно. Поначалу колдун подумал, что сюда тоже доходит дневной свет, но потом сообразил, что эта пещера расположена много глубже, а потому вряд ли прорехи в почве и камне способны позволить солнечным лучам добраться сюда. Присмотревшись, Мерлин увидел, что мягкий свет исходит откуда-то издалека. Будто там – в том конце помещения, сотворенного природой и усовершенствованного магией, – теплится что-то. Двое направились прямо к этому загадочному источнику света. - Это и есть склеп? – тихо спросил маг. Теперь вглядываясь еще более внимательно в стены, потолок и пол, колдун начинал видеть красоту этого места. Вся пещера была покрыта резными узорами, перемежавшимися странными, золотом выведенными надписями. Маг догадался, что то были тексты заклинаний. Поражаясь красоте, которую решило раскрыть ему это место, он отказывался верить, что здесь можно хоронить кого бы то ни было. Это же просто кощунство! - Да, - прошептала горгулья, и Мерлину показалось, что голос ее дрогнул. – Нам до конца. Двое уверенно приближались к источнику странного света. Сначала Мерлин узрел вдалеке какое-то белое, будто светящееся изнутри, неровное полотно, парусом растянутое в противоположном конце залы. Подходя ближе, он разглядел, что это скорее были какие-то разрозненные куски ткани. Свет исходил из середины их соединения. Глаза мага стали различать, что эти растянутые куски тянулись к центру, будто заворачиваясь в сверток… В кокон. Это был самый настоящий огромный кокон. Только какой-то странно неправильный. С руками и головой. Мерлина объял страх. Зрелище, представшее перед ним, заставляло сердце одновременно замирать от ужаса и трепетать от восторженности. Такой мрачно-прекрасной картины маг не мог себе представить. В коконе головой вниз, прямо по центру меж черным полом и в тон ему сводом был подвешен невероятно прекрасный мужчина. Его длинные угольные (прямо как у Грумурга) волосы почти касались пола пещеры. А куски материи оказались самыми настоящими нитями паутины, обвивавшими тело и отчасти руки восхитительного пленника. Глаза, обрамленные длинными и такими же черными ресницами, были закрыты. Мерлину казалось, что он сам в сравнении с этим божеством выглядит не более чем жалким уродцем. Свет изливался прямо из этой нитяной тюрьмы. Светился и сам пленник, молочная кожа которого напоминала фарфор. - Он мертв? – ошеломленно прошептал Мерлин. - Нет. Спит. Но лишен сознания и силы. Поэтому ты должен его разбудить. - А кто это? – маг повернулся к горгулье. - Древний маг, преданный собственными собратьями и оставленный здесь коротать вечность в компании своих тюремщиков. Мерлин вновь повернулся к необычному зрелищу. Присмотревшись, он разглядел, что на некоторых паутинных ветках восседали черные, мохнатые как гусеницы, жирные пауки, доросшие до размеров приличного рыцарского щита. Видимо, это они сплели такую тюрьму и теперь охраняли свое творение вместе с закованным в нем узником. Маг уловил свое отражение в десятках зеркальных глаз. Но мерзкие стражи не шевелились. Будто сами тоже обратились в камень. - И давно он здесь? – Мерлину почему-то пришла в голову дурацкая мысль, что Утер пропустил мимо своей виселицы еще одного колдуна, находящегося прямо в его замке. Выстроившийся в голове парня каламбур заставил его улыбнуться. К счастью, Грумург стоял позади, а потому не мог этого увидеть. - Давно. Задолго до того, как род Пендрагонов заполучил свой замок. - Зачем мне его будить? – насторожился слуга Его Высочества. Что-то здесь было не то. Не так просто теперь этот странный красавец висел здесь. Да и к чему горгулье необходимо будить его? - Наверно, ты уже уловил разряды магии, что бродят теперь по этому лесу? – Мерлин согласно кивнул, и горгулья продолжила. – Из-за магических колебаний открылись ворота духов, и теперь обитатели других миров посещают этот, чем и беспокоят местных жителей. Эти ворота были созданы им, - статуя указала угольным когтем в сторону узника. – И поэтому теперь, когда заклятье, державшее их запертыми, разломлено, только он может вновь их закрыть. - Но ведь он наверно не зря был заперт здесь… - Он был предан! – взревела статуя. – Он не более чем жертва. - А он не начнет мстить тем, кто заковал его здесь? А заодно и всему Камелоту? - Те, кто оставил его здесь, уже давно не живут. А Камелота тогда еще не существовало. У тебя нет другого выбора, Мерлин. Заклятье пробуждения содержится в книге, которую ты принес. Воспользуйся ей еще раз. - А эти… - маг боязливо покосился в сторону тюремщиков древнего божества, - не будут против? - Будут, - улыбнулась горгулья. – Но на что тебе я? Главное: когда начнешь произносить заклятье – не останавливайся. Оно может быть использовано только раз. Потом оно станет бесполезным. Маг грустно кивнул и достал из своего мешка фолиант. Раскрыв его на странице, указанной Грумургом, он вгляделся в цепочки букв. Заклятье не было большим. Оно было огромным! Такого длинного текста юный чародей еще нигде не встречал, и почему-то раньше не додумался пролистать том от начала до конца. Проговорив заклинание несколько раз про себя, маг решился. - Для начала тебе нужно подготовиться, - прервала уже было начавшего читать заклятье парня горгулья. – Чтобы магия действительно подействовала, нужно направить свои силы через жезл. Мерлин послушно достал предмет из своего куля. Следуя указаниям Грумурга, он вынул все остальные артефакты. Оказалось, что для снятия заклинания нужно провести целый ритуал, некогда практиковавшийся сумеречными колдунами. В фолианте этот ритуал назывался «Обменом крови». Но Мерлин не понял. - Чтобы разрушить заклятье, ты должен пожертвовать узнику свою кровь. А взамен взять его. - Но как? – слуга решительно отказывался сознаваться, что придется себя резать. А не займет ли он в таком случае место того мужчины? Этот вопрос он и задал статуе. - Нет, - заверила горгулья. – Заклинание не рассчитано ни на кого другого. Обменявшись с ним кровью, ты введешь магию этого места в заблуждение, и она ослабнет. Жезл расколет эти сети. Тяжело вздохнув, Мерлин взял кинжал и уже было пошел к спящему пленнику, как его крепко схватила габбровая рука. - Я хочу взять у него кровь, - раздраженно пояснил парень на широко раскрытые глаза каменного гиганта. - У тебя не получится. Как только ты до него дотронешься, стражники тут же оживут. И у нас не хватит времени ни на что перед смертью. Слова испугали Мерлина. В таком случае как обмен мог состояться? - Судьба милостива, а кое-кто был предусмотрителен, - усмехнулась статуя. – Его кровь содержится внутри медальона. Тебе лишь нужно открыть его. Но и здесь мага подстерегло препятствие. Открыть медальон кроме как заклинанием, которого Мерлин, конечно же, не знал, никак было нельзя. Грумург честно-честно признался, что это заклинание ему не известно. В компендиуме древних знаний маг тоже ничего не нашел. Внимательно разглядывая ожерелье с вправленным в него медальоном, слуга Его Высочества заметил небольшое отверстие – ровно такое, чтобы оно могло оказаться скважиной к ключу. Решив проверить свою догадку, Мерлин вынул небольшой ключик с красными камнями и вставил его в отверстие. Ключ не только поместился внутрь, но и повернулся. Замок щелкнул, и за открытыми створками Мерлин увидел небольшой плоский бутыль, доверху наполненный темно-вишневой жидкостью. Горгулья сказала, что его нужно опустошить. Откупорив бутылочку, маг с зажмуренными глазами залпом выпил содержимое, почти не поняв, какое оно на вкус. После чего он провел кинжалом по ладони и – по указанию статуи – наполнил своей кровью кубок. Как только сосуд был полон почти такой же темно-рубиновой жидкости, Мерлин произнес формулу заживления и сел, положив книгу себе на колени. Крепко сжимая кубок одной рукой, а жезл, направленный в сторону паутины, другой, Мерлин сделал глубокий вдох и принялся за чтение. С первым словом, сорвавшимся с его губ, черные пауки немедленно ожили и поползли прямо по направлению к нему. Однако Грумург не обманул и не подвел. Он стрелой рванулся навстречу мохнатым клубкам, резво перебиравшим лапами. Но стражи оказались не простыми охранниками. Позже Мерлин, вспоминая ту сцену, иначе как «боевыми» их назвать не мог. Ловкость и быстрота, с которой они двигались, были в разы больше, чем у самого быстрого рыцаря Камелота – сэра Ричарда, который не знал себе равных не только в рукопашном бою, но и в метании ножей и стрельбе из лука. А в арсенале защитников тюрьмы-склепа оказались удивительно прочные когти, венчавшие каждую лапу. Вдруг краем глаза Мерлин ухватил какое-то движение на стенах. Будто сотни коготков заскрежетали по нишам и сводам. Будто вся пещера зашевелилась и начала издавать какой-то странный клекочущий звук. Грумург рванул в другую сторону. И до Мерлина совсем некстати дошло, почему эта пещера была угольно черной и резной. Чтобы спрятать в себе гораздо больше стражей склепа, чем те, что магу удалось посчитать на белизне паутины. По спине Мерлина побежали холодные ручьи. Липкий страх обволакивал сердце, сковывая губы. А что, если Грумург не успеет? И какой-нибудь из арахнидов достигнет самого Мерлина. Ведь творивший заклинание маг был сейчас полностью беззащитен. Горгулья предупредила, что заклинание нужно читать медленно и нараспев. Нельзя торопиться, прерываться, запинаться. Теперь Мерлину это задание казалось практически невыполнимым. Еще пять строчек. Четыре. Всего три. Две. Одна… Одновременно с последним произнесенным магом словом произошло нечто такое, что заставило сердце Мерлина забиться от радости пережитого и облегчения. Из жезла стрельнуло чем-то ослепительно ярким. А через мгновение вся пещера будто разлетелась на миллиарды угольных песчинок. Стражи склепа, уже вплотную подбиравшиеся к магу (хотя Грумург отбивал все атаки и не подпускал ни одного мохнатолапого совсем близко к магу) взорвались, обращаясь черной пылью и постепенно оседая на полу. Мгла окутала хрупкую фигуру сотворившего заклятье. Когда черная завеса стала опадать, Мерлин посмотрел в ту сторону, где должен был находиться узник, и, не осознавая того, вскочил на ноги. Тот так и висел в древних оковах. Но теперь его фарфоровая грудь поднималась и опускалась. Пальцы зашевелились. За ними волна движения прошла по всему телу и белоснежным нитям. А потом древний чародей раскрыл веки… Слова застряли в горле Мерлина комом. Два янтарных глаза – таких знакомых, насмешливых, с плескавшейся в них неимоверной смесью чувств и эмоций, – с вертикальными прорезями зрачков не отрывались от созерцания хрупкой фигурки слуги Его Высочества, пока пленник освобождался из своей тюрьмы. Выпутавшись из оков, древний колдун направился прямо к Мерлину, до которого внезапно доперло, что тот был полностью обнажен. Мерлин смутился, опустил глаза и тут сообразил еще кое-что. Определенно, Грумургу есть что ему рассказать. Кстати, где статуйка? Парень оглядел пещеру, но каменного гиганта нигде не наблюдалось. А прекрасный маг с такими же глазами, как у горгульи, уже вплотную подошел к своему освободителю, нисколько не стесняясь своей наготы, взял из руки парня кубок и залпом осушил его. Мерлин хотел отодвинуться, но его ноги будто пустили корни в пол. - Что-то потерял? - проговорил древний чародей, и Мерлина загипнотизировал его бархатный голос. Парень сейчас все бы отдал, лишь бы еще раз услышать этот чарующий звук. Слуга Его Высочества замялся, приобретая по своему обыкновению пунцовый цвет. Чародей оказался на голову его выше, а держать глаза опущенными прямо вперед по понятным причинам Мерлин не мог. Поэтому он отвел взгляд в сторону, когда мужчина подошел к нему вплотную. - Эээ… - парень попытался прочистить внезапно охрипшее горло. – Да. Тут… понимаете, горгулья где-то летала. Вот… ищу. Мужчина чуть слышно засмеялся. Его теплое дыхание обожгло Мерлину щеку. Ситуация вырисовывалась многозначительная. - Его больше не существует. - Почему? – Мерлин никак не ожидал такого ответа. Поддавшись удивлению, он посмотрел прямо в глаза древнему колдуну и понял, что у него кружится голова. Парень бы упал, но чародей подхватил оседавшую тушку и крепко прижал к себе. Какие у него сильные и горячие руки! Эта мысль совсем не понравилась личному слуге Его Высочества. Видимо, этот колдун создал не только ворота, но и горгулью – глаза у них были совершенно одинаковыми. А теперь она исчезла, очевидно, потому что выполнила свое назначение. - Потому что он – это я, - в сфеновых глазах плескалась такая гамма чувств, что у Мерлина, читавшего их, мутило в животе. Непонимание, отразившееся на лице парня, побудило чародея пуститься в объяснения. - Я благодарен тебе за освобождение и расскажу тебе всё, - мужчина медленно провел рукой по лицу Мерлина. - Меня зовут Блейз. Я был когда-то друидом. Но потом сумеречная магия привлекла меня, и я начал практиковать ее. Долгое время я успешно сочетал знания, хранимые лесными колдунами, и возможности серых искусств. Мне не было равных в обоих направлениях. Я создал множество заклятий и ритуалов. Я записал многие из них, - тут он кивнул в сторону фолианта, лежавшего неподалеку, - чтобы эти знания достались нашим потомкам. Но постепенно мое сердце стало черстветь. Строгость, присущая мне, переросла в моей душе в жестокость. Ненависть погубила любовь. Каждый новый день все больше превращал меня в чудовище. И тогда мои собратья – тоже друиды, интересовавшиеся сумеречной магией под моим началом, и другие маги, примкнувшие к нам, - решили избавиться от меня. Но моя сила превышала их все, а потому они пошли на хитрость. Выманив у меня обманом вещи, что я использовал для колдовства, они прибегли к помощи тех, кто не живет в этом мире. Блеммии помогли им разорвать меня на части… Мерлин в недоумении смотрел на странного колдуна. - Они разделили мои тело, душу и магию, сидевшую во мне, - печально улыбнулся Блейз. – Тело оставили в этой пещере, где мы до того годами познавали тайны серого колдовства, и приставили питомцев, созданных мной, сторожить его. Мои собственные создания стали моими тюремщиками! Душу эти предатели спрятали в кусок габбро, взятого из верхней пещеры, и увезли подальше отсюда, а мои силы – в предметы, что ты собрал и принес сюда. Да, Мерлин, когда-то они все принадлежали мне. - И даже ключ? - И даже он, - сумеречный колдун снова одарил парня улыбкой, и у Мерлина запорхали бабочки в животе. – Раньше он мог открыть множество замков, но теперь остался только один. И ты должен был сам догадаться, как его использовать. - Почему сейчас? – в голове слуги Его Высочества на кипящих мозгах сварилась самая настоящая каша. - Они решили перестраховаться. Заключив мою душу в камень, они усыпили ее. Тело же поддерживалось магией. Преодолеть заклятье я смог только теперь. - Почему им просто не пришло в голову убить тебя? - Потому что тогда бы я ожил, - Блейз вновь улыбнулся, и Мерлин понял, что от этой улыбки начинает сходить с ума. – А так, расколотый, я не мог использовать свои силы, потому что их тоже у меня отобрали. Спрятав статую, в которой спала моя душа, в одной из скал на севере, они подарили все артефакты, принадлежавшие мне, блеммиям и поместили Дары у входа в мир, где живут те существа. Этот вход как раз находится в сети казематов южной части замка Камелота. Мерлин не нуждался в пояснениях на этот счет. Он уже знал, что неживые, обладающие волшебной силой предметы не могут быть перенесены из мира, в котором они были созданы, в другое измерение. Тем более что фактически собранные им реликты оказались тюрьмой для магии, некогда бывшей частью человека, их создавшего. Магия, лишенная хозяина, была непредсказуема и опасна. А Блейз тем временем продолжал. - Они думали, так будет вечно. Но даже мои собратья не могли предвидеть, что один из их потомков, утерявших память о совершенном ими ритуале, решит использовать могучие артефакты для достижения своей личной цели. Этот сумеречный колдун проник в тайник и забрал все, что там хранилось. А потом избавился от каждого из реликтов своим путем. Именно разделение Даров и пробудило мою душу. Принадлежавшая мне когда-то магия прорвалась сквозь забвение, нашла пелену мыслей и воспоминаний моего сознания и попросила о помощи. Душа узнала ее, и я очнулся, увидев, что теперь больше гожусь пугать воров своим видом, чем постигать тайны колдовства. Я не мог колдовать, и не мог дотронуться ни до одного из предметов, в которых заключены мои силы. Такой контакт бы расколотил не только камень, в котором заточена моя душа, но и все в округе. Тут Мерлин вздохнул с облегчением, представив, от чего Грумург, то есть Блейз, избавил его и заодно весь замок, когда отказался брать предметы. - Сломать оковы заклятья мог только кто-то другой. Судьбой было предначертано, чтобы кубок попал к твоему господину, а значит, тебе выпала доля освободить меня. Я лишь помогал тебе по мере возможностей и старой памяти. Сейчас магия этого места, - Блейз обвел глазами пещеру, - находится в замешательстве, потому что в моем теле течет твоя кровь, а в твоем – моя. - Ты специально подстроил, чтобы тебя привезли те старики в Камелот? Блейз виновато кивнул. - Видишь ли, Мерлин, когда-то я обладал даром предвидения. Остатки этой способности теплились в памяти моей души. Поэтому я увидел, что смогу спокойно попасть в замок, если изображу дар неизвестных для той парочки. И судьба вновь соблаговолила мне: меня «выкупил» именно ты. - А что по поводу того оберега, который ты мне дал, когда мы спасали туатов? Ты ведь не посещал друидов, верно? - Не посещал, - Блейз опять улыбнулся, и Мерлину стало нечем дышать. – Я вспомнил, что у меня тоже когда-то был тайник, о котором никто не знал. Там я прятал разные вещицы, которые делал, пока был просто друидом. - Грумург, то есть ты, - поправился парень, - обещал, что как только проснешься, закроешь ворота, чтобы духи больше не беспокоили людей. - И я выполню обещание. Более того, я закрою портал с той стороны. Мне нет в этом мире места. Освободившись из одной тюрьмы, я рискую попасть в другую. Тем более что все, кого я знал, уже давно отбыли в новые места. Поняв, что Блейз покинет это место, Мерлин почему-то расстроился. Но тот словно прочитал мысли парня. - Поэтому я бы хотел предложить тебе пойти со мной. Там, куда мы отправимся, тебе не нужно будет скрываться, боясь разоблачения. Ты великий колдун, Мерлин – или мне стоит называть тебя Эмрисом? – и сможешь использовать все силы, которые сейчас подавляешь. Магия станет твоим слугой, твоим другом, нераздельной частью тебя. Перед нами откроются возможности, о которых ты еще не слышал. Предложения колдуна манили своими перспективами, но… Артур. Место Мерлина рядом с принцем. Он не может оставить Артура наедине с теми, кто желает ему зла. Подумав об этом, Мерлин решительно замотал головой. - Ты уверен? – в голосе древнего колдуна слышалось сожаление. Парень озвучил свои доводы. – Он ведь не ценит тебя. А я буду. За время своего заточения я много понял. И изменился. Не без твоей помощи, конечно, - Мерлин еще раз повторил свое решение. – Что ж, тогда разреши хотя бы поцеловать тебя на прощанье. Не успел парень пискнуть, как сумеречный колдун завладел его губами. Поцелуй оказался сильным и терпким. Однако в голове молодого мага вертелся образ его хозяина. И от того, что его целует кто-то другой, а сам Артур, похоже, никогда больше не посмотрит в его сторону, на глаза наворачивались слезы. - Отпустил его! Сейчас же! – командный голос разнесся по пещере, гулко отражаясь в каменных стенах. Артур с мечом наголо стремительно несся по направлению к паре. - Как скажешь, - тихо проговорил Блейз, однако в его голосе читалась нешуточная угроза. В следующий миг Мерлин ощутил себя парящим в воздухе, а мгновение спустя его поглотила ледяная субстанция. Такое уже случалось с ним, когда он чуть не потонул в Волчьем источнике. Но откуда во внутренней пещере оказалась вода? Вынырнув на поверхность, отчаянно выплевывая воду, которой уже успел нахлебаться, Мерлин раскрыл глаза и не поверил им: он плавал в том самом озере, что видел в первой пещере. Значит, Блейз телепортировал их сюда. Вот это сила! Служка даже не заметил, когда этот колдун его перенес, настолько он был очарован глазами и голосом спасенного им. Смутиться помешала ледяная жидкость, сковывавшая движения самого Мерлина. Бултыхаясь в прозрачной воде, маг увидел подбегающего к водоему Артура. Лицом его господина завладела тревога. Принц наклонился к краю озера и протянул руки своему слуге. Маг, гребя изо всех сил, поплыл к хозяину. Его Высочество помог Мерлину выбраться, и тут оба осознали, что служка был совершенно без одежды. Почему-то оба смутились, а Мерлин попытался прикрыться, причем по-девичьи. - Тебе нечего стесняться, - ласковым голосом заверил парня Блейз, - твое тело прекрасно, неважно кто ты: мужчина или женщина… - Откуда тебе-то знать? – зло выплюнул Артур и загородил Мерлина от этого странного человека. Мерлин же тем временем снова оглядел пещеру и с удовлетворением отметил, что вся его одежда лежала неподалеку от него на одном из камней. Не мудрствуя лукаво, парень затрусил прямо к ней и торопливо начал одеваться. - О, поверь, - Блейз будто насмехался над принцем, - не ты один в замке имел возможность созерцать это создание в том виде, в каком создала его природа. И магия. - Кто ты? – крикнул принц. Но через секунду сам нашел ответ на свой вопрос. Угольно-черные волосы, желтые глаза с вертикальными зрачками… - Горгулья. Это был ты! Мерлин тем временем успел одеться и вновь подошел к Артуру. Удивляясь уже отсутствию удивления, он увидел Блейза полностью облаченным в длинную темную тунику со всей атрибутикой, выдававшей его магическую принадлежность. Древний колдун проигнорировал восклицание принца, неотрывно глядя на слугу Его Высочества. - Зачем? – только и смог спросить Мерлин. Его зубы все еще отбивали чечетку от мертвецкого холода, из которого он недавно вынырнул. - Вода в этом озере не просто чистая, она вся пропитана древней магией. Без принятия этой неожиданной ванны пещера бы не выпустила тебя, посчитав за чужака. - А тебя без этой ванны, значит, выпустит? - Меня – да. Я уже не раз принимал ее. А вот этому господину, - сумеречный колдун ткнул угольным ногтем в сторону Артура, - видимо, тоже придется погрузиться в озеро, или ты рискуешь вернуться к остальным без него. Артур сердито хрюкнул: ему очень не хотелось выпускать из рук меч в присутствии этого мага. Ну в самом деле, не идти же в воду вместе со сталью! Тут до Мерлина дошел смысл комплимента, сделанного ему Блейзом. - Значит, ты видел меня, пока жил в моей комнате, - с горечью произнес парень. – Я же просил тебя отвернуться… - Ты просил меня отвернуться, но не закрывать глаза, - о, эти глаза! Мерлин тонул в том золотом озере с черным разломом, то превращавшимся в еле заметную полоску, будто царапину, то разраставшимся и поглощавшим все золото в своей черноте. – Я отворачивался. Но сфен отражает стекло, и я не мог не увидеть твой облик в окне. Ничего не скажешь. Каждый вечер и каждое утро Мерлин, сам того не ведая, устраивал раздевательно-развлекательную программу своему постояльцу. - А правила приличия на горгулий не распространяются? – въедливо поинтересовался Артур. Его злило, что кто-то кроме него видел его Мерлина без одежды. - Нет, - Блейз загадочно улыбнулся. – Не волнуйся, Пендрагон, за честь своего слуги. Она никем не посрамлена. А он принадлежит тебе и не хочет быть ни с кем другим, даже если тебе он не нужен. - Нужен! – Мерлин вздохнул от удивления. Настолько серьезны были тон и вид его господина, когда тот сказал это слово. – Он мой. И ты его не получишь, пока есть я. Угроза Артура для древнего колдуна звучала ребячески. Блейз заливисто расхохотался, его смех, подхваченный сводами пещеры, заполонил все пространство. Мерлин вздрогнул от силы, источаемой голосом. Но принц не утратил серьезности. - Ты получил то, что хотел, - сдержанно проговорил Мерлин. – Теперь выполняй свою часть уговора. - Выполню, - заверил его Блейз. – И немедленно. Чтобы избавиться от визитеров в восточной части замка, отнесите все Дары в крипту под казематами, - сумеречный колдун показал в сторону куля, по виду которого Мерлин понял, что все артефакты находятся в нем. – А вход в нее можете завалить. Они не пожелают приходить снова, как только почуют, что отданное вновь вернулось к ним. Жезл укажет дорогу. Прощай, Мерлин. Я покидаю тебя. Живи со своим принцем и живи для него. Но если решишь принять мое предложение, я сразу приду за тобой. Обещаю. Фигура сумеречного колдуна засверкала и, охваченная клубами серого дыма, растворилась в воздухе. Мерлин и Артур остались вдвоем под индиговыми сводами. - Это какое такое предложение он тебе сделал? – Артура не желала отпускать ревность. - Жить с ним, - просто ответил служка, понимая, что не может сдержать глупую улыбку. - Нет уж, лучше живи со мной, - принц не позволил парню ответить, крепко обнял его и заткнул горячим поцелуем. Вновь эти губы и руки повсюду, в местах, о существовании которых у себя Мерлин не додумывался. Они с Артуром не сделали и шага от озера, свалившись прямо на берегу. Принц придавливал собой хрупкое тело, которое недолго побыло в одежде. Рука мага случайно коснулась прозрачной глади, и он не смог сдержать стона – только сам парень не понял, какого именно: наслаждения или удивления. Вода в озере была теплой. Артур тем временем продолжал терзать его ласками. - Мерлин… - полным возбуждения голосом прошептал принц прямо ему в ухо, - ты невероятен. - Почему? – еле проговорил маг, пытаясь возвратить хоть часть того наслаждения, что дарил ему принц. - Только с тобой первый раз может повториться. Это было последнее связное предложение, прозвучавшее в пещере. Два тела, тесно сплетенные друг с другом, покатились к воде. Кристальная жидкость милостиво приняла любовников, обволакивая их своей мягкостью и теплом. Мерлин не удержал удивленного вздоха, когда почувствовал пальцы Артура. Но тот смотрел на мага с такой нежностью и мольбой, что ни одно сомнение не поселилось в голове Мерлина. «Две стороны одной медали». Они снова ощущали себя единым целым. Пещера наполнилась страстными стонами, словно впитывая в свои стены эту музыку наслаждения, разделенного двумя.***
Его Высочество и личный слуга Его Высочества медленно направлялись к месту, где оставили рыцарей и благородных представителей окрестных деревень. Оба были уверены, что отряд уже должен был их потерять, а потому поиски следов неведомых существ должны были превратиться в поиски их командира и его служки. Собственно, их ожидания оправдались. Артур лишь хмыкнул. А вот к лицу Мерлина прилипло какое-то глупое выражение, что местный староста грешным делом подумал о том, что парень слабоумный, и принц держит его из жалости к деревенщине. На вопрос Его Высочества все в голос отвечали, что следы нашли, но в округе с недавних пор стало как-то спокойнее. Всей компанией решили не ночевать в лесу (Артур и Мерлин задержались в пещере до густых сумерек), а остановиться в доме старосты, который гостеприимно предложил им свои услуги. Ужин для знатных постояльцев оказался поистине великолепным: суп из крольчатины, соленая оленина с вымоченной в меде капустой, сухое вино из погребов, а на десерт печеные яблоки с лесными орехами прекрасно утолили зверский голод не только гостей, но и хозяев. Артуру как наследному принцу Камелота выделили отдельные покои подальше от остальных (чтобы не беспокоить Его Высочество), и он заявил, что Мерлина забирает к себе. Владелец дома на это лишь пожал плечами и обустроил лежак в дальнем углу комнаты принца. Впрочем, Мерлина не отпускало подозрение, что ему на этом лежаке спать не придется. После ужина Артур, желая удостовериться, что сумеречный колдун сдержал свое слово, отправился вокруг деревни в сопровождении своих меча и Мерлина. Они не спеша обходили дома и ограды, и Мерлин рассказывал ему, что же произошло в подземелье. Правда, историю пришлось немного видоизменить. Версия отличалась от фактов тем, что Мерлин никаких заклинаний не произносил. Всё делала горгулья. - То есть этот монстр одновременно читал заклинание и сражался с теми пауками, которые охраняли его тело? – такое обстоятельство озадачило принца. - Эм… в общем, да, - Мерлин искренне надеялся, что Артур поведется на эту версию. – Я, сам понимаешь, ничего не смыслю в этих вопросах… - Ну-ну, - принц положил свою руку Мерлину на плечо. Вместе они продолжали обход, наслаждаясь теплотой наступавшей ночи. – Странно, но я не видел другого прохода из той пещеры с озером. Во внутреннюю часть, как ты говоришь. - Все потому, что он скрыт от посторонних глаз, только знающий может пройти через него. - А почему озерная вода была теплой, когда мы с тобой в ней… ну, ты понял. Когда я тебя вытаскивал после того, как тот маг тебя туда кинул, то задел поверхность: озеро было ледяным. - Не знаю, - Мерлин сам задавался этим вопросом, как только вернул себе способность более-менее трезво мыслить. И правда, почему? – Может быть, пещера все-таки признала меня, а потому магия того места согрела воду. А поскольку ты был со мной… Артур пожал плечами, в догадке его слуги были весомые основания. Более правдоподобного объяснения он сам не мог найти. Медленно опускавшаяся на округу ночь была тепла и спокойна. Не дул ветер, не тревожил траву и листву на деревьях, не щебетали птицы, даже речка неподалеку, казалось, уменьшила свое течение, чтобы не нарушать тишину. Созревавшая на небе луна скромно освещала земную гладь. Артур и Мерлин наслаждались этим темным умиротворением природы, когда внезапно до их слуха донеслись какие-то странные звуки за одним из окраинных амбаров. Не то шепот, не то вздох. Принц сразу обнажил меч. Медленно, стараясь не производить шума, пара двинулась к месту, откуда эти звуки доносились. Артур про себя проклинал сумеречного колдуна, думая, что тот обманул их, а духи неизвестно откуда и не думали уходить. Осторожно заглянув за стену амбара, они увидели совсем неожиданную картину: лорды Аларик и Родерих - одни из рыцарей, прибывших вместе с принцем в эти земли - страстно целовались. - Не будем мешать им, - осторожно прошептал Артур на ухо оторопевшему Мерлину, беря его за плечо. - Сейчас их время, и я не могу лишить их этого. Впрочем, у меня к тебе тоже есть одно очень срочное дело… Дело, действительно, оказалось очень срочным, но они все же дотерпели до кровати.
