Не все проклятья одинаково вредны

***

Мерлин выходил из власти сна постепенно. Очнувшись окончательно, он обнаружил свою голову лежащей на артуровой груди, сам Артур мерно посапывал ему в макушку. Мерлину очень не хотелось сегодня покидать кровать, и причина заключалась не только в том, что ложе принца было чрезвычайно удобным – тот, в отличие от Мерлина, спал не на соломенном матрасе, а на пуховой перине. Однако дела не ждали, и теперь слуге предстояло разбудить Его Высочество. Мерлин решил, что самым лучшим способом будет поцелуй. Повернув голову, он обнаружил, что принц уже проснулся и теперь внимательно следит за ним. - Доброе утро, - утренний поцелуй все-таки состоялся, - как спалось, сир? - Неплохо, и, знаешь, я бы не прочь еще, - улыбнулся принц. - Что же Ваше Высочество не прочь поделать? Поспать? - Вот это, - и Артур запечатлел на губах Мерлина долгий глубокий поцелуй. - A теперь я согласен с тобой, что утро действительно доброе, - Артур притянул девушку к себе совсем близко. - Я все думаю о нашем разговоре. Знаешь, ты был прав. - Когда? – хоть и польщенный, принц все-таки не понял, о чем Мерлин говорит. - Ну, когда сказал мне, что можешь сделать из меня настоящую женщину, - Мерлин счастливо заулыбался Его Высочеству. - И я всегда выполняю свои обещания, - подкрепительный поцелуй не заставил себя ждать, - и ты, похоже тоже… - теперь уже не понял Мерлин, что имел в виду Артур, но уточнять не стал, вспомнив, о чем накануне говорил с лекарем. - Меня наверно Гаюс уже совсем потерял. Я ему обещал пойти в лес за листовицей, а ее нужно собирать на рассвете. Он меня предупредил, что если я просплю, то буду оттирать все котлы от пригоревших остатков зелий. А это настолько ужасное занятие, что мне придется потратить на него весь свой день. - Тогда тебе стоит поторопиться, может, Гаюс сам еще не проснулся, - Артур понимал, что говорит полную чушь, так как старик просыпался ни свет ни заря, но решил как-нибудь подбодрить Мерлина, даже таким нелепым советом. – Целые дни ты можешь тратить только на мою персону. Понятно, служанка? -Да, сир! – повеселевший Мерлин потянулся за очередным поцелуем. Великодушный Артур отказывать девушке в удовольствии не стал, впрочем, подколол ставшей традиционной фразой «Ты такая девчонка!». Но в этот раз Мерлин нисколько не возражал. - Отлично. Тогда я пожалуй пойду к отцу, а ты пока займи себя чем-нибудь, - завтракать у себя Артур отказался, поскольку король Утер уже давно ждал сына для разговора – принц тоже вспомнил, о чем накануне говорил с отцом. Одевшись, Мерлин прибрал в комнате, поменял белье, заправил кровать и, после посещения прачечной, двинулся в их с Гаюсом жилище. Он ощущал себя самым счастливым человеком в целом мире и теперь нисколько не сомневался, что выполнит на отлично свое предназначение. Еще бы, ведь они с Артуром стали настоящими половинками единого целого, и теперь разъединить их могла только смерть. Все-таки хорошо, что Мерлин превратился в девушку, теперь его нисколько не обижали шутки принца относительно его слабости. Наоборот, он принял те изъяны своего характера, за которые постоянно нарывался на язвительные комментарии принца, а в Артуре нашел ту самую опору и поддержку, способную уберечь от многих невзгод. Мерлин так надеялся, что его чувства взаимны, иначе бы весь мир для него рухнул в один миг. Гаюс ожидаемо сидел за своим столом, полностью одетый и дважды позавтракавший (своей и мерлиновой порцией). На скрип двери лекарь даже не обернулся, заранее зная, кто решил пробраться за его спиной к себе в каморку, аки крыса в зернохранилище. Отчитывать подопечную старику почему-то не хотелось, ибо толку все равно никакого, только слова зря тратить и голос напрягать. Поэтому Гаюс продолжал невозмутимо смешивать ингредиенты для нового, еще не прошедшего пробные испытания бальзама, обязанного снимать боль и заживлять раны не хуже магии. Отсутствие всякой реакции немало озадачило Мерлина. Он подошел к лекарю и через спину заглянул в котел, куда тот скидывал какие-то травы. - Я вернулся, - радостно возвестила девушка старика. - Я это уже понял, - Гаюс даже не обернулся. – Полагаю, нет смысла спрашивать, где и с кем ты провел прошлый вечер, последнюю ночь и это утро. Вот я и не спрашиваю. - Гаюс, извини, - начал Мерлин каяться, - я, правда, не успел бы. - Не имеет значения, - отмахнулся лекарь. - Надеюсь, что принц Артур хотя бы всем доволен. Мерлин залился краской, подумав, что старик до кошмара догадлив. А тот даже не повернулся, продолжая готовить чудодейственное средство. - Что это? – девушка решила перевести тему разговора в более безопасное русло. Полученный ответ немало ее озадачил – вроде никаких турниров/войн/прочей потенциально опасной физической активности в ближайшее время не намечалось. Тогда зачем это лекарство? - Эх, Мерлин, - вздохнул лекарь, - вроде молодой, а прогрессом не интересуешься. Это усовершенствованный настой для ушибов, открытых ран и других повреждений кожи, включая мозоли и царапины. Он будет актуален в любое время, поскольку может заживлять кожные покровы даже во рту, - тут девушка почесала голову, пытаясь представить, по какой причине может появиться травма во рту. - А особый аромат, который должна была придать ему листовица, сделает эту мазь не только полезной в использовании, но даже приятной. Чтобы хоть как-то искупить свою вину, маг предложил Гаюсу вместо не собранной им травы использовать вербену и сальвию. Запах у этих растений был умозамутнительный. Кроме того, травы не давали того побочного эффекта, который был у листовицы. Гаюс с удивлением посмотрел на воспитанницу, но принял ее предложение и опустил по паре листков в котел. Помещение тут же заполнило сказочное благоухание. Из котла повалил странный дым. - А ты уверен, что сальвия и вербена не дадут своих побочных эффектов? – опасливо спросил лекарь. - Не знаю, - Мерлин почесал затылок, - я как-то не подумал об этом. Но ведь мы и раньше их использовали, и ничего плохого не происходило. - Верно, - не стал спорить старик, - но раньше-то мы их использовали по отдельности и почти не добавляли в бальзамы такого рода. Гаюс и Мерлин склонившись стояли над котлом, из которого валил пар. Запах, издаваемый получившейся смесью, оказался чрезвычайно приятным и, более того, не резавшим обоняние. Поэтому двое жадно вдыхали воздух, наслаждаясь новообразованным ароматом. Случайные парфюмеры твердо уверились, что именно эти травы и будут в дальнейшем добавлять в чудесный оздоровительный бальзам. - Можно усовершенствовать эту мазь еще, - пробормотала девушка. С трудом оторвавшись от нюхания содержимого котла, Мерлин понял, что в его голове стали появляться, толкая друг друга в тесноте, разные идеи, начиная от обустройства их с Гаюсом быта (тут девушка осмотрела залу и сделала себе несколько пунктов по вопросу организации пространства) и заканчивая немыслимыми способами воздействия на погоду. Гаюс вопросительно поднял брови. Озвученная мысль понравилась старику, и он решил как-нибудь воплотить идею в реальность. - Кстати, - девушка вспомнила важное событие прошлого вечера, - у меня для тебя новость. Кажется, я получил оставшийся из артефактов. Известие оживило лекаря, он пожелал посмотреть на последнее сокровище. Мерлин показал ему ожерелье, но выразил сомнения относительно противоречия между версией, озвученной горгульей, и тем, что сейчас лежало перед ними. - Несомненно, это украшение несет в себе какую-то магию, - напряженно высказывал свои догадки слуга принца, - магию, которую я не могу понять. Но видно, что оно сделано совсем недавно. Что-то здесь не так… - Ты ведь еще не показывал предмет горгулье? - Нет, - Мерлин, сам не зная почему, густо покраснел, когда подумал о том, по какой причине Грумург еще не был осведомлен о получении последнего сокровища. - Тогда, думаю, тебе стоит это сделать как можно скорее. Мерлин поделился с лекарем еще одним обстоятельством, тревожившим его: способ получения артефакта. Вместо того, как предсказывал дракон, ожерелье было подарено Артуром. И теперь получалось, что два реликта пришли к Мерлину одним путем. - Возможно, твой питомец знает ответ и на этот вопрос, - мудро предположил Гаюс.

***

Мерлин не удивился, обнаружив Грумурга замершим у окна. Правда, горгулья изображала камень, стоя «лицом» (девушку до сих пор передергивало, как только она видела семифутового монстра) к двери. Маг показал ожерелье гиганту и осведомил его, как именно получил этот последний артефакт. Грумург заверил его, что это действительно тот самый медальон, один из Даров, но какие-то находчивые ювелиры вправили его в ожерелье, отчего медаль потеряла цепь, но обрела замысловатое обрамление, превратившись из древнего символа силы в женское украшение. По поводу того, что Мерлин получил вещь в дар, а не отобрал, каменный зверь успокоил его, что способ приобретения сокровища не играет роли, чем совсем сбил девушку с толку. - Ну, тогда, - Мерлин вытащил из своего шкафа остальные Дары и разложил все предметы на своей кровати, - можешь забирать то, за чем ты ко мне явился, и нести их обратно, где ты их охранял. Девушка взяла какую-то котомку и со словами «Извини, но ничего приличнее нет» положила внутрь тряпицы все разложенные предметы, после чего протянула габбровому монстру увесистый кулек. На изумление мага, горгулья не только не взяла сумку, но и сделала шаг назад. - Мне не дано силы вернуть Дары обратно. Только маг может сделать это, - на удивленно поднятые брови пояснила статуя. - Но я не сумеречный колдун… - Не имеет значения, главное – ты маг. Ты можешь прочитать заклинание, чтобы отворить двери и войти в склеп. - А что, ключом, который в комплекте, открыть дверь нельзя? – опять концы не сходились с концами, и Мерлина это начинало беспокоить все больше. - Ключ бесполезен, - проскрежетала, а на самом деле прошептала, горгулья. – Склеп, где хранились Дары, был взломан, и охранное заклятие сработало, закрыв в него проход. Во мне нет ни капли магической силы, которую я мог бы свободно использовать. Нужен ты. Других природных магов, сам знаешь, поблизости не обитает. - Далеко отсюда этот склеп? – сумрачно поинтересовался маг. Горгулья лишь улыбнулась во все свои сто тридцать два. Переодевшись, Мерлин вышел из своей комнаты с кислой миной. На немой вопрос Гаюса он лишь ответил, что все нормально – это действительно оказался последний артефакт, который необходимо вернуть. - Пока ты занимался своими делами, - Гаюс прокашлялся, - я решил справиться кое о чем у одного знающего человека. И я послал ему сообщение. Вот, - тут лекарь достал из своего кармана небольшой сверток пергамента. – Прочти внимательно. Это касается друга, живущего у тебя в комнате. Старик вручил слуге Его Высочества бумагу и показал на дверь. Несомненно, девушка должна была ознакомиться с содержанием послания в одиночестве. Мерлин приметил раскидистый бук в одном из внутренних двориков дворца. Используя предоставленное ему свободное время (Артур сидел на совете короля с самого утра и по всем признакам еще не скоро мог освободиться), он устроился в тени дерева поудобнее и развернул листок. Послание оказалось от Боудика (Мерлин сразу посмотрел на подпись внизу бумаги) – друида и старого знакомого Гаюса. Лекарь однажды рассказывал о том, как они познакомились. После того, как магия в Камелоте была официально запрещена, Боудик и его сотоварищи ушли за пределы королевства, как и многие друиды, но Гаюс никогда не терял с ним связь. Взгляду Мерлина предстал аккуратный почерк, которым было выведено следующее.

«Рад получить от тебя весточку, старый друг. Признаюсь, прочитав твое письмо, я обеспокоился. Сведения, которые ты сообщаешь, должны настораживать еще больше, чем вы предполагаете. Божьего снисхождения вам в разрешении бед, накрывших ваши плечи. Ибо, лишенные магии, без помощи могучих сил, вы не одолеете это испытание. Что же касается нас всех, могу тебя заверить, что никто из творений сумеречных колдунов и других магов не посещал наши владения уже более двадцати лет. А мы не передаем чужим своих вещей еще дольше. Такой визит не остался бы не замеченным среди нашего народа. Из твоего рассказа следует только одно. Ваш знакомец не более чем лжец. Это все, что я могу тебе сообщить».

Мерлин сидел словно громом пораженный. Получалось, что Грумург соврал ему, на самом деле он не посещал друидов и не получал у них тот амулет поглощения, которым он помог затушить силу мальчика-туата. Еще одна ложь! А значит, поняла девушка, теперь разобрать, когда горгулья сказала правду, а когда лгала, представлялось почти невозможным. Вызвать на откровение статую маг побаивался, ибо не знал, как она поведет себя, а способов воздействия на заколдованный камень он так и не нашел. В любом случае, одно преимущество перед габбровым гигантом у него оставалось. Мерлин, вспомнив и сопоставив произошедшее за все то время, что горгулья жила у него в комнате, понял одно: Грумург никогда не брал в свои руки предметы, которые называл Дарами Древних. Его «общение» с сокровищами ограничивалось только созерцанием. И когда Мерлин прямо предложил статуе забрать мешок со всеми артефактами, тот почему-то отказался. Маг рассудил, что горгулье необходимо именно привести его куда-то вместе со всеми реликтами. И там может оказаться ловушка. Дальше тянуть было нельзя. Нужно рассказать обо всем – в смысле, почти обо всем – Артуру. Без его помощи и защиты Мерлину не обойтись. Маг не понял, как медленно ползущее по небосводу солнце пододвинуло тень дерева и достало-таки его самого. В тот момент, когда дневное светило добралось своими лучами до девушки, она уже крепко спала. Да-а! Видимо, у смеси сальвии и вербены все же оказался побочный эффект.

***

Проснулся Мерлин оттого, что какая-то назойливая муха трепала своим жужжанием его слух. Оттолкнув навязчивое насекомое, маг проморгался. Солнце уже сошло с вершины голубого купола и теперь охотно стремилось скрыться подальше от шумных людишек за тучками. Сначала мысли не желали выстраиваться в голове слуги по порядку, но постепенно до мага начинало доходить, что, возможно, королевский совет уже закончился, и принц мог потерять свою служанку. Мерлин сделал попытку пошевелиться, так как конечности затекли от сидения в неудобной позе, и услышал странный звук – треск ткани. Маг осознал, что это его платье издавало подобное скрежетание. Осмотрев себя, он понял, что что-то было не так. Платье вроде и сидело на нем, но почему-то Мерлину было внутри одеяния тесновато. В области груди корсаж наоборот будто сделался свободнее. Слуга дотронулся до себя и замер. Медленно блуждая по телу руками, он с леденящим ужасом начинал осознавать, что его тело вновь изменилось. Страшная догадка заставила его вмиг замерзнуть. Холодный пот выступил на лбу. Кажется, маг перестал быть женщиной. В панике Мерлин заметался под буком. Платье вновь зашуршало, и этот звук напугал его еще больше. Колдун рванулся в сторону покоев лекаря, чтобы в первую очередь спрятаться ото всех на свете. Желательно навсегда. Что делать дальше, он совершенно не знал. - Мерлин, не ожидал, что письмо произведет на тебя столь сильное впечатление, - с возмущением начал отчитывать воспитанника лекарь, когда тот, резко распахнув дверь, ворвался в помещение, чем разбудил храпевшего вовсю старика. - Я не из-за письма. Посмотри на меня, Гаюс! Что ты видишь? - Тебя. Но ты как будто немного изменился… хотя, может, это я со сна… Видимо, вербена и сальвия оказывают снотворное действие, если их смешать. Что ж, это подлежит учету при… - Заклятье, - маг перебил размышления старика вслух, - оно спало! Гаюс, я вновь принял свой прежний облик. Что же будет? Что же будет? – Мерлин в панике метался по помещению туда-обратно. - Не понимаю, что тебя расстраивает. Ты же сам хотел снять это «благословение» как можно скорее. И вот оно снято. А теперь ты недоволен? Мерлин посмотрел на старика и устыдился. Действительно, он наконец стал мужчиной (а мужчиной ли?) – тем, кем был рожден. Но почему-то это совсем его не радовало. Точнее, магу была известна причина. Артур. Как отреагирует принц, на то, что Мерлин перестал быть женщиной, сам маг терялся в догадках, каждая последующая из которых была страшнее предыдущей. Сам Мерлин трусливо подумал, не воспользоваться ли одним из заклятий, предложенных в старых книгах Гаюса, о смене пола, но потом рассудил, что это уже малодушие. Если он действительно нужен Артуру, тот примет его таким, каков он есть. Мерлин горько усмехнулся. Конечно, Артур теперь близко его к себе не подпустит! А что самому Мерлину теперь делать со своими чувствами, даже и думать было опасно. Не выжигать же любовь из сердца. Ему еще ваять из Артура великого короля прошлого и будущего. Внезапно в дверь постучали. Стражник сообщил, что королевского лекаря и его ученика ожидают в тронном зале. - Нужно идти, - вымученно развел руки Гаюс. – Только переоденься, пожалуйста. Парню рассекать по замку в девичьем платье не стоит. Мерлин поплелся в свою каморку. Найдя в самом дальнем углу своего шкафа уже забытые штаны и рубаху, он печально улыбнулся. Хорошо, что Грумург стоял передом к окну и ничего не комментировал. Маг робко следовал за Гаюсом, стремительно вышагивающим по тронному залу. От внимательных взглядов ему хотелось превратиться в одну маленькую точку, не заметную ни одному живому существу. - А, Гаюс, - поприветствовал поклонившегося лекаря король, - мы обсуждали донесения с востока королевства. Говорят, там гуляют странные создания, беспокоящие местных жителей, - тут Утер кинул взгляд на Мерлина, - вижу, твой племянник все-таки нашел способ и вернул себе прежний вид. Это радует. Я надеюсь, на этом всё закончится, - Утер кинул на сына тяжелый взгляд. Мерлин набрался смелости и посмотрел на короля. Тот выглядел довольным. Маг перевел взгляд на Артура и прочитал в голубых глазах удивление и к своему ужасу испуг. «Вот и все» - пронеслось в его голове. Артур нисколько не рад, что Мерлин принял прежний облик, что означало только одно – их отношениям пришел конец. Маг отвел грустные глаза и поглядел на девушек. Моргана и Гвен смотрели на него с ошеломлением. Мерлин невесело усмехнулся про себя, когда подумал, что вот настал конец и их совместным посиделкам. Артур действительно испугался, но совсем по другому поводу. Со своей стороны он боялся, что это Мерлин не захочет быть с ним, коль скоро он превратился обратно в парня. Маг же неправильно интерпретировал его взгляд, о чем, разумеется, Его Высочество и не догадывался. В поведении своего слуги он лишь нашел подтверждение своим страхам. Глаза Мерлина не выражали ничего, и он всем своим видом показывал принцу, что желает отстраниться от него. - Я слышал эти слухи, милорд. И мне думается, что нужно увидеть ситуацию на месте, чтобы понять, как можно действовать дальше, - Гаюс почтительно поклонился. - В таком случае, Артур, не желаешь ли ты проверить, что там такое творится? Вдруг это просто какие-то разбойники, которые решили пошутить над деревенскими обитателями. Подумай, кого хочешь взять с собой. Вы должны выехать туда как можно скорее. Король дал отмашку, означавшую конец совещания. Присутствовавшие с поклонами стали расходиться восвояси. Мерлин не знал, куда девать себя. С одной стороны, нужно было объясниться с Артуром не только по поводу своего обратного превращения, но и в связи с предстоящим походом. Все это время после возвращения из Теймвиля Артур не давил на него, не требовал, чтобы Мерлин рассказал ему обо всем остальном, что скрывал. Маг обещал посвятить его, но не обозначил, когда сделает это. Тем временем Его Высочество уже собрал вокруг себя небольшой отряд рыцарей, присутствовавших на совете, и начал с ними что-то обсуждать. - С возвращением, Мерлин, – к слуге подошла Гвен и тепло ему улыбнулась, - как ты вернул себе прежний облик? - Не з-знаю, - смутился парень, - это просто само получилось. А действительно, как? Определенно, все частички мозаики должны сложиться в целую картину. Маг начал усиленно вспоминать. Килгарра сказал Мерлину, что его спасение в принце Артуре, только он сможет провести своего служку сквозь магическое воздействие и избавиться от заклинания. Согласно фолианту, приобретенному на ярмарке трав, это самое заклятье должно было посредством своего воздействия избавить околдованного от какого-то нехорошего качества, помочь преодолеть себя. Старик в Теймвиле поведал, что тот колдун зачаровал кубок на чувство страха… Чего же боялся Мерлин, а теперь этот страх исчез? Почему же он превратился именно в женщину? Если бы лампочки существовали в средневековом Камелоте, то одна из представительниц их рода в этот момент ярко бы зажглась над черноволосой головой. Внезапно Мерлин вспомнил, о чем думал этим утром, когда покидал покои Его Высочества. О том, что теперь нисколько не обидится, если Артур назовет его девчонкой, и не испытывает страха по этому поводу. Действительно, Мерлин осознал, что всегда очень болезненно воспринимал подколы принца относительно того, что в нем мало внешних признаков мужественности, и боялся следующего раза, когда венценосная задница сравнит его с женщиной. Поэтому он и превратился в девушку, потому что боялся выглядеть ею в глазах своего господина. И благодаря же Артуру, избавившему Мерлина от этого страха (лицо и уши парня приобрели багряный оттенок, когда он припомнил, как именно Его Высочество избавлял своего слугу от этого страха прошлой ночью), маг вновь вернулся в свое обычное тело – то, с которым был рожден. Размышляя об этом, он на автомате поприветствовал Моргану и кивнул Гаюсу, который проинформировал его, что отправляется к Джеффри за хрониками земель к востоку от замка Камелота. Мерлин не осознал, как Артур, отпустив рыцарей, подошел и молча встал к нему вплотную. Заметив, что что-то загораживает ему весь обзор, и поняв, что это Артур, Мерлин вздрогнул и сделал попытку отодвинуться. Взгляд принца превратился из благостно спокойного (слуга подумал, что ему привиделось – настолько мимолетным было пересечение их глаз) в отчужденный. - Я смотрю, - тихо и до удивления спокойно заговорил со слугой Его Высочество, - ты-таки научился этому сложному виду деятельности, - и на удивленно смотрящие глаза Мерлина пояснил, - мышлению. Маг насупился и фыркнул. Ну ведь надо же, какой грубиян! Мерлин предпринял еще одну попытку отодвинуться подальше от этого бесчувственного болвана. - Поневоле задумаешься, если прислуживаешь тебе, Артур Пендрагон, - сердито проворчал в ответ колдун. - Я собрал отряд из десяти рыцарей, - Его Высочество предпочел проигнорировать жалобу своего служки, - поутру мы отправляемся, чтобы выяснить, что происходит на востоке. Собери мои вещи. Если хочешь, можешь отправиться с нами. Мерлин потерял дар речи. Обычно Артур приказывал ему либо ехать вместе с ним, либо оставаться в замке, но теперь он оставлял решение ехать или нет на усмотрение слуги. - Я… конечно, сир, - колдун опустил глаза, - я поеду с вами. - В таком случае тебе тоже стоит собраться. Нужно было срочно рассказать принцу то, что магу известно относительно этих странных визитов и их возможной связи со всем происходившим на востоке. Мерлин решил не задерживать с этим, однако судьба распорядилась иначе: Артура позвал король, чтобы дать своему сыну еще какие-то указания. Когда принц покинул своего слугу, тот понял, что боится оставаться с Его Высочеством наедине. На публике принц вел себя со своим слугой сдержанно и – о, удивление! – вежливо. Мерлин все же желал узнать и одновременно боялся, как Артур воспринял тот факт, что ему удалось вновь стать прежним, что было невозможным при наличии свидетелей. Может, ему все-таки показалось, что Его Высочество не желает связываться с парнем. Слуга решил не дожидаться принца и пошел собирать пожитки в поход.

***

Артуру казалось, что его непутевый служка делает все возможное, чтобы избежать присутствия с ним наедине. Принц терялся в догадках, пытаясь найти причину этого странного на его взгляд поведения. Ну, хорошо, он не будет к нему приставать, раз тот не хочет, разве это не понятно? Между тем, маг юлой крутился по залу, заводя разговоры со всеми присутствовавшими там слугами. Выловить Мерлина Его Высочеству никак не удавалось. При разговоре парень просто избегал встречаться с ним взглядом и воровато оглядывался. Если поблизости никого не было, слуга начинал нервно дергаться и не оставлял попытки как можно быстрее срулить за пределы видимости своего господина. Артура это настораживало. Артура это тревожило. В конце концов, Артура это просто угнетало. Он никак не мог объясниться с Мерлином, а тот, похоже, положил вообще прекратить общаться с ним после того, как снова стал парнем. Из льнувшего вплотную к нему он превратился в отчужденного человека. Неужели его служка желает прекратить их отношения таким радикальным способом? А может он вообще решил делать вид, что ничего не случилось, коль скоро он принял прежний вид? Принц с нетерпением ждал вечера, когда слуга будет помогать ему готовиться ко сну, чтобы поговорить. Мерлин тоже ждал наступления вечера, но не с нетерпением, а с ужасом. Однако неумолимое солнце клонилось все ниже и ниже. Когда последний протянутый им луч уже не выглядывал из-за горизонта, маг понял, что разговора с глазу на глаз не избежать. Что ж, может, это и к лучшему. Им нужно прояснить, как жить дальше. - Перед наступлением ночи ты должен выпустить меня, - проскрежетал Грумург, сверля мага нетерпеливым взглядом. Тот как раз заканчивал укладывать свой походный скарб в котомку. - Это с чего же? - ехидно поинтересовался Мерлин. Опять каменный гигант начинал исполнять какую-то понятную только ему одному партию, и колдуна это пугало. - Завтра вы отправляетесь на восток королевства. Если отъехать вглубь леса к ущелью Урингам, можно увидеть заброшенный каменный проход в одну древнюю пещеру. Именно там, в старом склепе, и хранились артефакты, принесенные в дар Древним. Именно туда они и должны быть возвращены. - Но та деревня, жители которой теперь страдают от странных ночных визитеров, находится в нескольких днях пути от замка. А первый предмет я нашел именно в заброшенных казематах Камелота. Тебе не кажется, что эти места находятся как-то далековато друг от друга? - Пещера связана с замком сетью подземных коридоров. Разве твой принц не рассказывал тебе, что замок был пристроен к лабиринту старых камер, обзаведясь тем самым сокрытой восточной частью? Или вы предпочитаете не тратить время на слова, - горгулья ухмыльнулась, а лицо мага по окраске превзошло яркость цветков фуксии. – Ваши стражники до сих пор не изведали и половины путей, проложенных под травой. Мерлин нахмурился. Надежда на то, что интересы его и Грумурга если не совпадают, то хотя бы не противоречат друг другу, таяла и сразу же рассеивалась. Ему почему-то очень не хотелось выполнять просьбу (а просьбу ли?) статуи. Маг отчаянно желал прочитать какое-нибудь заклинание, которое бы разбило этот камень вдребезги. К сожалению, ничего подобного он так и не нашел. - Ты должен взять с собой все предметы, я буду ждать тебя у входа в пещеру. - Как я найду путь до этого прохода в лесу? Там что, есть дорога с указателями? - Нет, - горгулья оторвалась от своего места и подошла к магу вплотную. Взяв руку мага в одну из своих ледяных ладоней, зверь провел угольным когтем по тонкому запястью. На коже выступила кровь. От обжегшей его боли Мерлин зашипел и выдернул руку из каменного захвата. - Как только ты ступишь за границу территории бдения, эта метка укажет тебе дорогу. Мерлин посмотрел на текущую из ранки кровь и подумал, что его желание избавиться от статуи возросло в несколько раз. Повязав на царапину одну из своих тряпиц, маг отправился в покои принца. - Не забудь, ты должен вернуться до наступления ночи, - обеспокоенно проговорил ему вслед Грумург, а когда Мерлин оглянулся, одарил парня своей устрашающей улыбкой. – Постарайтесь управиться быстро. Маг лишь махнул рукой. Ему срочно нужно было бежать на кухни, чтобы принести своему господину ужин. Обращать внимание на насмешки живущей у него статуи времени совсем не было. Его Высочество ожидал его, сидя в своем любимом кресле. На скрип открывающейся двери принц лишь повернул голову. Мерлин осторожно протиснулся с подносом в небольшое отверстие и посеменил к столу. Расставив блюда с едой и встав смирно, Мерлин все же решился. - Артур… сир, - маг прочистил горло, - мне кажется, нам нужно поговорить. - Да ну? – принц попытался изобразить удивление. Получилось немного злобно. – И о чем же? - О предстоящем путешествии, - Мерлин опять забыл о субординации и, отодвинув один из стульев, подсел за стол к Артуру. – Есть кое-что, что может повлиять на успешность нашего предприятия. Принц отложил столовые приборы и повернулся к своему слуге, видимо, тот в который раз обещал немало удивить его. Неужели он все же решился раскрыть какие-то из секретов, что так усердно прятал вдали от Артура? - Помнишь тот праздник в честь прибытия послов из Нортумбрии? – слуга пытливо смотрел в глаза своего господина. Еще бы Артур не помнил! Это был день, когда он наконец решился прояснить Мерлину свои намерения, который, вместо того, чтобы прислуживать ему, схлопотал порку и превратился в девушку. - Тогда ты получил в дар кубок… - Да, Гаюс говорил, что на посудине оказалось какое-то заклятье, которое так ударило по тебе. Я же отдал кубок в ваше распоряжение. Мне он по всей вероятности уже не понадобится. Мерлин сделал глубокий вдох и, прерываясь только, чтобы набрать в грудь воздух, рассказал Его Высочеству о том, как именно взаимосвязаны кубок и другие сокровища, которые ему и Гаюсу удалось раздобыть, создания, беспокоящие селян, и те, кто навещает заброшенные камеры замка и которых Мерлину удалось увидеть. На «сладкое» маг оставил историю с горгульей и показал своему господину послание от друида (благо, из текста не было понятно, чем именно занимался написавший его). Артур завозился на стуле, когда узнал, что его опасения не были беспочвенными, а зверь, теперь обитавший в каморке его служки, был не менее опасен, чем многие другие монстры, которых им уже довелось повидать. Принц подтвердил слова горгульи о том, что замок действительно был пристроен к древней сети подземелий и они до сих пор не исследовали все заброшенные ходы. Коридоры под землей могли вести куда угодно. Под конец Мерлин сообщил, что Грумург намерен тоже отправиться в ту сторону, и продемонстрировал принцу свое запястье с меткой, оставленной горгульей. - Что ты собираешься делать с этой статуей? – напряженно поинтересовался принц. - Выпущу его, конечно. Разве у меня есть выход? Раздолбить его на осколки все равно нельзя. В любом случае, по какой-то причине он не может взять в свои руки ни один из этих артефактов. Ему нужен именно я. Он будет ждать меня у входа в то странное подземелье. - Ты никуда не пойдешь! - Почему? – Мерлин в недоумении посмотрел на принца. – Нам же нужно прекратить все те странные визиты, беспокоящие жителей и расшатывающие королевство. Единственный путь – принять условия, которые предлагает эта горгулья. А значит, я должен пойти в тот склеп вместе со всеми собранными реликтами, просто потому, Артур, что у нас нет другого решения. - Когда мы отправимся на восток, ты ни на шаг не отойдешь от меня, - не терпящим возражений тоном повторил Артур. – Это понятно? - Более чем, - сдержанно ответил Мерлин и опустил взгляд. До конца вечера взаимное напряжение не отпускало их. Приготовив принца ко сну и погасив все источники света в его покоях, маг тихо вышел из комнаты и аккуратно закрыл за собой дверь, оставив Артура наедине со своими мыслями. Что ж, определенный прогресс в их отношениях наметился, правда, не совсем тот, на который принц рассчитывал. Но Мерлин, наконец, откровенно рассказал о настолько важных вещах, что происходили прямо под носом короля и наследника престола и могли сильно повлиять на судьбу всего королевства, и это невольно придавало Артуру уверенности в том, чтобы доказать своему непутевому слуге серьезность его дальнейших намерений. Лишь бы только узнать, по какой причине Мерлин избегал взглядов глаза-в-глаза и говорил не в обычной своей нахальной манере, а будто выдавливал из себя каждое слово. Открыв дверь своей каморки, маг увидел Грумурга, по всей вероятности находящегося в ажитации. На скрип двери горгулья как обычно застыла статуей, но вид у нее был уж слишком пугающе-глупый. Желтые глаза вытаращились, уставившись в сторону двери черными щелями зрачков, все четыре руки расставленными пальцами и угольными когтями, казалось, желают загрести воздух в смертельный захват. Устрашающий оскал острых зубов так и заставлял залиться истерическим смехом то ли по причине нелепости всего вида статуи, то ли в связи с ее ужасным ростом и нешуточными размерами возможных орудий убийства, коими она обладала. Поняв, что зашел всего лишь Мерлин, Грумург «оттаял» и зашевелился, черный хвост беспорядочно заметался, при каждом ударе о пол издавая режущий слух щелчок. - Как только Гаюс уснет, я выпущу тебя наружу, - мрачно сообщил горгулье маг. Та согласно кивнула. Мерлин решил провести время полезным образом и немного вздремнуть до этого момента. В том, что статуя разбудит его, как только услышит знакомый храп из соседней комнаты (а то, что слух у Грумурга был преотличнейший, Мерлин уже имел возможность удостовериться), маг нисколько не сомневался. Однако его намерению не суждено было воплотиться в реальность: горгулья, хоть и стояла смирно, никак не желала успокаивать свой хвост, по-прежнему издававший раздражающие звуки. Покрутившись немного на койке, побив подушку, парень попросил питомца вести себя хотя бы чуть тише, когда из соседней комнаты донесся раскатистый храп. - Время пришло, - зловеще улыбнулась горгулья. Мерлин лишь тяжело вздохнул и начал одеваться.