Что мы говорим

Арью трясёт. Истощение, ужас, адреналин — не имеет значения, что является причиной сильнейшей дрожи, разрушающей её тело. Она так трясётся, что ни на минуту не может собраться с мыслями, подавленная бурной реакцией её собственного тела на события ночи. Ранение в голову не сильно помогало сосредоточиться. Когда её мысли, наконец, на мгновение замирают, она смотрит на сотни сверкающих ледяных осколков, окружающих её скорченную фигуру. Что мы говорим Богу Смерти? — Не сегодня. Голос не её. Арья вскидывает глаза и встречает пустой взгляд Брана. Нет, не такой пустой. Бран… улыбается, и в его обычно пустых глазах читается лёгкость, которую она не видела раньше. — Ты знал? — спрашивает она, и её голос едва слышен. Она прикасается к своему горлу, кожа там саднит и болит. Каждый слог, выходящий из её рта, обжигает холодом. Ты знал, что это буду я? Поэтому ты дал мне кинжал? Бран не отвечает (она не слишком этому удивлена), однако, наконец, он медленно улыбается, и ноги Арьи подгибаются под ней. Она обессилено падает на землю, подбирая немного снега, чтобы приложить к ране на голове. Мне нужно найти их, думает она, надеясь, что тело не подведёт её сейчас, когда адреналин от битвы исчез. Джон, Санса… Джендри. Но прежде чем Арья успевает подняться на ноги, она замечает движение у входа в богорощу. — БРАН! Джон. Весь в крови и с дикими глазами, но он жив, и в этот момент она чувствует себя Арьей Старк из Винтерфелла отчётливее, чем когда-либо. Её глаза наполняются слезами, и из её изувеченного горла вырвался выдох облегчения. Он сразу замечает её, его глаза блестят от слёз. — Арья, — шепчет Джон, и она тут же оказывается в его крепких объятиях. Всё её израненное тело кричит в знак протеста, но она никогда не чувствовала себя более живой. — Ты жива, Арья, ты… — Король Ночи мёртв. Хватка Джона ослабевает, и он смотрит на Брана. Арья опускает голову, внезапно ощущая чрезвычайную усталость. — Что здесь произошло? Теон? — Он тоже мёртв, — бормочет Арья, и взгляд Джона останавливается на холодном неподвижном теле Теона. — Он умер, защищая Брана. — А потом..? Пока она подбирала слова, чтобы описать то, что сделала, за Джоном раздались шаги. Они оба оборачиваются, и сердце Арьи пропускает удар, прежде чем она успевает взять себя в руки. Её защитная маска слишком хрупка после всего, что они пережили этой ночью. Ублюдок Клиган зашёл в богорощу, как к себе домой, а позади него… позади него Джендри. Их глаза встречаются. Взгляд, который он бросает на неё, даёт понять, что не менее тысячи Королей Ночи должны стоять между ними, чтобы держать его подальше от неё. Не осознавая этого, Арья осматривает каждый дюйм его тела, который может увидеть. Джендри хромает, на левом боку глубокая рана, но в остальном, кажется, всё хорошо. Он весь в грязи, а крови так много, что его едва можно узнать. За исключением ярко-синего тепла его глаз, столь непохожего на глубокую тёмную пустоту, которой было налито лицо Короля Ночи. — Сучка всё ещё жива, — фыркает Сандор. — Сдаётся, эти подонки не были такими уж крепкими. Она понимает, что они оба пришли в богорощу сразу после битвы, просто чтобы проверить, как она. И если бы наступил момент, когда бы она захотела улыбнуться, то это был он. — Арья, — шепчет Джендри, и мелкая дрожь облегчения пробегает по её позвоночнику. Она рада, что Джон этого не замечает. Кузнец уже готов броситься в её сторону, но руки Джона на её плечах останавливают его. — Что случилось? — повторяет Джон, переводя взгляд с неё на Брана. — Она убила его. Кажется, что воздух замерзает, когда Арья ощущает на себе взгляд четырёх пар глаз. Она не смотрит на Джона и делает шаг назад. — Я знаю смерть, — говорит она через мгновение и поднимает голову, ловя недоверчивый взгляд Джендри. — Сегодня я видела её лицо слишком близко. А потом ударила острым концом. Шутка растворилась в тишине богорощи. Она слышит отдалённые крики людей, вероятно, пытавшихся отыскать выживших. Внутри неё внезапно разливается холод. — Арья… — начинает Джон, а затем, прежде чем её ушибленная голова успевает осознать происходящее, её окутывают самые тёплые и самые крепкие объятия, в которых она когда-либо была. Джендри держит её, как умирающий человек в последнее мгновение жизни. Она слышит его сердцебиение сквозь слои одежды и чувствует его знакомый мускусный запах под кровью и грязью, запах, который моментально возвращает её к той ночи, которую они разделили несколько часов назад. Арья закрывает глаза, и впервые после того, как её кинжал пронзил Короля Ночи, она чувствует тепло. — Миледи, — шепчет он ей в волосы, и на этот раз Арья не пытается сдерживать слёзы. Кто-то позади неё прочищает горло, и Джендри тут же ослабляет хватку и поднимает голову. — Из всех людей в мире ты выбрала этого, — прохрипел Клиган, а затем засмеялся. — Джендри, — говорит Джон, и даже Арье с трудом удаётся распознать эмоции в его голосе. Мужчина, о котором идёт речь, сразу же отпускает её и отступает. Она, наконец, хорошо видит его лицо, на котором отражаются ужас и смущение, когда он не сводит глаз с её старшего брата. — Лорд Сноу… — Ох, заткнись, — говорит Арья, прежде чем он успевает закончить. Затем она выходит вперёд, хватает его за рубашку и тянет вниз, пока его губы не накрывают её. Она чувствует его шок, но только крепче хватает и притягивает Джендри ближе, отчаянно желая почувствовать жар, исходящий от его губ. Их поцелуй напоминает Арье, что в этой жизни, отмеченной смертью, ещё были короткие проблески, когда она чувствовала себя живой, и будь она проклята, если позволит кому-то отнять это у неё. Когда Арья отстраняется, она всё ещё чувствует напряжение Джендри, но его взгляд ни на минуту не покидает её лица, когда он улыбается и гладит её щёку с нежностью, с которой она не совсем знает, что делать. Его рука ложится на её шею, где по-прежнему горит отметина Короля Ночи, и он слегка хмурится. — Я убила Короля Ночи, — говорит она. — А сейчас я поцеловала быка. Если кому-то есть что сказать по этому поводу, он может сделать это после того, как я позабочусь о безопасности моего дома. Она ухмыляется, глядя на удивлённое выражение лица Джендри, и бросает на Джона острый взгляд. Похоже, её брат собирался что-то сказать, но вместо этого просто качает головой, на его губах играет лёгкая улыбка. Арья кивает в ответ, гладит Пса по руке и уходит. Её разум окончательно проясняется. Как только она ушла, Джендри прочищает горло. — Мой лорд… — Всё в порядке, Джендри, — говорит Джон, слегка улыбаясь. — Не думаю, что в этом мире есть человек, способный заставить Арью делать то, чего она не желает, — затем он делает паузу. — Мы ещё поговорим об этом. — Да, лорд Сноу. Сандор качает головой. — Спаситель проклятых Семи Королевств. Всегда знал, что у неё проблемы.