Любовь сквозь века.

Поздно вечером, возвращаясь из универа, я почувствовал давно забытый запах и дух моего крёстного отца из моей вселенной, из моего, давно забытого мира. — Северус? — позвал я мужчину и он появился из-за ствола старого ветвистого дуба, что рос во дворе моего особняка. — Надо же, сколько веков прошло, крёстный! Мужчина подошел ко мне и мы обнялись. — Боже, Великий и Милосердный! — воскликнул я, сжимая в объятиях Снейпа. — Да, это я! — ответил мужчина, нисколько не постаревший за почти девять столетий. — Бессмертие тебе идёт, крёстный, ты даже помолодел и похорошел, — улыбнулся я, увлекая мужчину в дом. Я снял Защитные Чары с дома, все капканы и ловушки — а иначе бы все эти магические штучки просто бы уничтожили того, кто посмел их взломать. Я ведь все-таки король вампиров Британии, Шотландии, Ирландии и так далее. Мы вошли в дом и я предложил ему крови, почувствовав в нем силу вампира, не менее древнего, чем я или тот же Маркус Чёрный. — Донорскую кровь из пакетов пьёте, Ваше Величество? — удивился крёстный. — Милый, король должен питаться свежей кровью, а не суррогатом, дорогой мой мальчик. Погоди-ка… — Он набрал номер телефона и назвал мой адрес. — Да. Люси дорогая, двух мальчиков по этому номеру. — Погоди, Северус, в моей стране все доноры на учете и все вампиры. У тебя, что, подпольный клуб? — нахмурился я. — Частные владения на юге Англии. Слыхал о казино «Золотая Лилия?» — поинтересовался он. — Да, — кивнул я. — зарегистрированное заведение и владелец… Лорд Северайд? — Это мой псевдоним, Драко, через час привезут нам двух парней. Думаю, ты соскучился по живой крови? Не бойся, парни-доноры проверены, они чистые и зарегистрированные. Ну, а пока ждём ужин, расскажи, как ты жил все эти века? Я рассказал все по порядку о своём житье-бытье, а потом спросил, как удалось ему выбраться из нашего мира. — Ну, я вынудил Беллатрису под заклятьем «Империо» рассказать секрет, как можно мне переселиться в этот мир. Она мне поведала о заклинаниях и ритуале, как обратить в бессмертного вампира мага, такого как ты или я. Она также рассказала, как можно было бы меня отправить в твой мир, по твоим следам. После её рассказа я «Авадой» убил её, когда подруги Беллатрисы Лестрейндж пришли на то поле, где она обратила тебя. Я уничтожил и их. Я не хотел, чтобы в том мире оставались эти злобные твари. После того, как все их тела обратились в прах посредством заклинаний, сжигающих до тла, я развеял их прах над морем. Мне тяжело было убивать, но оставлять злобных ведьм в живых — худшая слабость, ведь они могли бы вызвать из ада дух Волдеморта, и тогда история повторилась бы снова, а кому это надо? После всех ритуалов над водой и прахом ведьм, я вернулся к побережью королевства Песчаных Гор. Потом я провел над собой обряд очищения и медитаций. Кровавая луна должна была появиться через три месяца. Она благоприятно выйдет на небесную твердь в сочетание с затмением. Люди смертные называют этот феномен «Парад планет», а мы, маги, — «Циклом Альфы и Омеги», начала и конца всего, именно в этот день и произойдет моё переселение в твой мир. У меня было в запасе три месяца, девяносто дней. Период моего духовно и телесного очищения я провел высоко в горах, почти под облаками. Я не ел и не пил пятьдесят дней. Меня питала все эти долгие и мучительные дни аскезы и воздержания магия земли, мы называем её «Древняя магия», или «Старая религия» наших отцов, дедов и прадедов ещё до новой эпохи. Так вот, магия лесов, земли, воды, воздуха и огня питала меня. Магия лесов — это магия дерева, она считается в нашем мире пятым элементом, необязательным, но весьма ценным. Ты об этом прекрасно знаешь, крестник, — сказал Снейп и я кивнул. Так было отрадно видеть человека, родную мне душу, почти кровного по духу родственника. Северус на какое-то время замолчал. Видимо, воспоминания прошлого сейчас кадр за кадром проходили перед чёрными, как знойная ночь июля, глазами. — И что было потом? — рискнул я потревожить задумчивого крёстного. — Ах, да, потом… — грустно улыбнулся Снейп. — Спустя пятьдесят дней я спустился с высоких гор и отправился в «Орден Феникса». Там я занялся формулами магических заклинаний, которых мне дала Беллатриса Лестрейндж. Я довел их до совершенства посредством добавления некоторых слов и жестов, чтобы уж наверняка. А ещё я создал ряд заклинаний и магических щитов-блокаторов, чтобы друзья после моего ухода в твой мир, смогли запечатать навсегда путь назад в нашу вселенную. Это на случай, если Маркус Дюфолье, он же — Чёрный захотел бы вернуться назад. Я работал над всем этим двадцать дней и ночей, продолжая по практику медитаций, а в свободные часы практиковался магической дуэлью с профессором Ремусом Люпином, его женой Нимфадорой Тонкс и с Аластором Громом. На двадцать первый день, в ночь полнолуния, я повел их на место — на то самое поле, где была сконцентрирована сильная магия, и где был ты превращен в вампира. Друзья знали все и я попросил их провести обряд моего превращения в Дитя Ночи. На жертвенном камне генерал Грозный глаз и профессор Люпин дали мне жертвенную кровь, и я смог существовать не только ночью, но и днем, превратившись в вампира. Таким образом я прожил, адаптируясь в мире, девятнадцать следующих дней и ночей. В ночь с 89 на 90 день взошла на небосвод кровавая луна, а в полночь началось лунное затмение. Ты же знаешь, Драко, что этот момент особенный и бывает раз в двести лет, ну, по крайней мере, в нашей — той вселенной. Я лег на жертвенный камень-алтарь и маги начали читать заклятия переселения меня в твой мир. Ты, наверное, и сам перенёс весь этот кошмар, когда тебя крутит, вертит, сжимает адским прессом, вытягивает, швыряет в разные стороны. Сколько я так летел — Бог весть, но всё-же меня, как и тебя, выкинуло на Аляске, на какой-то заснеженной вершине горы, куда давно не ступала нога человека. После моего отбытия, наши с тобой общие друзья провели ритуал уничтожения всех мостов физических, ментальных и магических, чтобы не мы, и тем более, Маркус не смогли бы вернуться в нашу вселенную. Я верю, что ребята постарались. Моя адаптация в этом мире прошла успешно. Я магией выправил себе документы, устроился в Америке и долги годы жил на Аляске. Там холодно — идеальная погода для вампира. Со мной были украшения, золото, какие-то драгоценности и наши золотые монеты. Алхимики и маги могут из камня сотворить себе золото. Я не бедствовал. Купил себе особняк, спокойно выучился здешней медицине, а устроившись в больницу на Аляске, я получил доступ к крови. Вот так. Я искал тебя, но земной шар большой, а в какой части света искать тебя я не имел понятия. Среди мира вампиров я слыл отшельником, одиночкой и упертым холостяком. О тебе я услышал в 1915 году, о твоей дуэли в Королевском Национальном лесу. Ты убил главу вампиров Англии, Стефана Александра Стюарта Справедливого, а также дипломата и адвоката короля вампиров Италии, Гаетано Парфирородного, известного под именем Маркуса Джованни Инганнаморте, или попросту Маркуса Черного. Неужели? Как странно и неожиданно. Повезло? Нет! Верховный суд и закон бессмертных осудил тебя на полуторавековое заточение в склепе, в освященном гробе времен инквизиции. Это было ужасно и ведь я ничем не мог помочь. А потом и вовсе повстречал живого и немного видоизменившегося Маркуса. Его имя теперь Маркус Лайола, он больше не адвокат и не дипломат. Живёт неизвестно где, но явно не бедствует. Я удивился, когда он открыл мне, каким образом остался жив. Оказалось, что ещё из нашего мира он перенёс сюда кровь единорога. Он выпил её, тем самым обрек себя на вечное проклятье. Философский камень, который был при нем оказался очень хорошей, можно сказать, идеальной подделкой гоблинской работы в нашем мире. Его я подсунул Беллатрисе Лестрейндж, когда мы ездили с Джинни Уизли в королевство Семи озёр. Твоя тётка отдала Маркусу фальшивку, тогда как настоящий философский камень у тебя в амулете. Ты ведь его не потерял? — Камень и амулет при мне, — ответил я. — Прекрасно! — улыбнулся крёстный. — У Маркуса Чёрного осталась одна жизнь, которую он поддерживает свежей кровью, как вампир, так как кровь единорога у него закончилась. Слава богам вселенной, единорогов в этом мире нет, как и эльфов с гоблинами. Настоящих магов пара — другая только и осталась. Вот почему наш враг затаился. — Хорошо, но я думаю, что Маркус затаился неспроста. Скорей всего, он готовит нападение на нас, на Гарри Поттера, как на человека, крёстный. И он, должно быть, обратил в вампиров несколько человек, Маркус именно их будет подсылать к нам. Северус, переходи ко мне в университет работать профессором, а? Ты нужен мне, нужен Гарри и нужен университету. Оставь вместо себя управляющего в своём казино «Золотая Лилия». — Хорошо, — ответил брюнет. — В конце концов, ведь я обещал помочь тебе и защитить. Мальчишку я не видел, но уверен, что в нем душа моей дочери Гарриет. — О, не сомневайся, и запах её, повадки, правда, голос мальчишеский — не без этого! — но интонация и говор — все её. Ты удивишься, крёстный, как он похож на Гарриет. Хочешь, я познакомлю тебя и с его матерью, она — копия Лили Эванс. Завтра я ужинаю в их доме. — Пожалуй, пока я откажусь, — возразил Снейп. — Постой, ты ужинаешь? Но ведь мы не едим человеческую еду, как ты там будешь «есть?» — Сделаю вид, впервой разве притворяться человеком? — усмехнулся я. — Чары иллюзии и отвода глаз, да тоже заклятье «Империо» — и готово. У Гарри большие проблемы, он ненавидит вампиров, готов уничтожить любого из нас. — Думаешь, в нем есть ген охотника на вампиров и оборотней? — нахмурился крёстный. В дверь позвонили. Это привезли двух мальчиков. Рыжеволосое чудо взял себе Северус, а я брюнета с зелеными глазами. Он не был похож на Гарри, но глаза его чем-то напоминали. Северус выпил до капли рыжеволосого парня, а не смог. Наверное, я всё-же неправильный вампир. Я брюнета оставил жить, правда, трахнул его прежде, чем отпустил. Ранки на шее я залечил, магией изменил его память и отпустил, велел ему запомнить только то, что он заблудился. — Ты — очень гуманный вампир, Драко, — сказал Северус, — и этот факт работает против тебя. Мы — вампиры и в живых не должны оставлять. А если паренька найдёт маг или другой вампир? Он все вспомнит и начнёт свой личный против тебя Армагедон. Ничего не напоминает? Ты встаешь на те-же грабли снова и снова, мой дорогой крестник. — Ничего не могу поделать с собой. Я могу отнимать жизнь и делаю это весьма часто, очищая мир от убийц, растлителей, особенно от тех, кто насилует детей или женщин. О, с такими нелюдями я расправляюсь по-особенному. — А чем я буду заниматься в твоём университете? Я изучил за эти столетия все науки, — поинтересовался крёстный. — Займись теми предметами, что тебе по сердцу. Химией, например, биологией, зельями и порошками (у нас это дисциплина называется «фармакология»), а хочешь, я поставлю тебя деканом в группе Гарри? А ещё я просто чувствую, что ты должен завтра же пойти со мной к Поттерам. — Не завтра, Драко, но как-нибудь сходим, — ответил Снейп. — Ты нужен мне, Северус, найди с Поттером контакт, помоги, чтобы мальчишку спасти. С его ненавистью к вампирам, Гарри придётся очень тяжело. Мои подданные воспитаны, но, прознай они о таком ущербном феноме, не станут молчать. На том мы и порешили. Я вызвал чистильщицу Роуз и она с мальчиками тело рыжеволосого парня увезла в утиль. Не знаю, как в других странах, но в моих владениях есть такая должность в мире вампиров — «чистильщик». — Как дела Роуз? — спросил я девушку. — Все ли спокойно на дорогах? — Некоторые вампиры из молодых заигрываются до поздна (до рассвета), а потом тела собираем мы и то по данным человеческой полиции, когда о трупах разодранных узнают в ФБР. У нас там есть свои связи, но всё-же, Ваше Величество… — Спасибо, моя дорогая, — ответил я. — Если тебе что-то нужно для работы, Роуз, только скажи. — Нормальную контейнерную перевозку. Мы ездим в какой-то колымаге и едва поспеваем до ФБР убрать трупы, — ответила девушка. — Хорошо, Роуз, выбери себе машины, какие ты хочешь, — улыбнулся я и чистильщица расслабилась. — Легковую машину-катафалк и «Скорую помощь» и чтобы с регистрацией сразу, а-то замучаешься с волокитой документов и регистрацией. Мой сир, Вы же знаете, как у людей все на бюрократии построено, — посетовала девушка. — Погоди, Роуз, я позвоню, — сказал я. Северус с девицы глаз не отводил. Я оставил их двоих и пошёл в свой кабинет, откуда позвонил по двум номерам. Когда я вернулся Роуз со Снейпом вовсю целовались. — Завтра к вам приедут новенькие машины: катафалк и «Скорая помощь», они уже зарегистрированы и в полном порядке, — улыбнулся я. — Спасибо, мой король! — воскликнула девушка и отдала Северусу листок бумаги. Чистильщики уехали, а я рассмеялся. — Кадришь девчонок, телефончик попросил? Одобряю. Роуз у меня умничка. Я обратил её сам лет двадцать назад. Девчонку я нашёл в какой-то подворотне. Её избили, ограбили, а потом и надругались. Она умирала. Девчонка так отчаянно хотела жить, ведь у неё на руках в то время был больной отец, а Роуз подрабатывала в стрип-баре. Вопросы-ответы, клятвы на крови, что она хочет жизнь вампира и вот она стала моим чадом по крови вампира и по духу. Верная девочка. Она отомстила всем насильникам и обидчикам. Я не судил её за это. Роуз по ночам работает чистильщиком, а днем она у меня прокурор в нашем Верховном Суде вампиров. Девушка умная и все про всех знает. — Вот почему ты её не хочешь? — усмехнулся Снейп. — Ну, она моя дочь, в некотором роде, а инцестом я не занимаюсь, да и мальчики мне больше нравятся, чем девицы. — Ты можешь жить и у меня, — произнес я через минуты две, — но я могу тебе рядом купить особняк. — Да я и сам могу себе купить все, что захочу, — ответил крёстный. — В понедельник ты должен выйти на работу, до завтра скажи мне, кем ты будешь у меня в университете работать. — Я буду, если можно, вести микробиологию и фармакологию с фармацией — это по мне. — Хорошо, у меня как раз нет преподавателей по двум этим дисциплинам, а фармакологию с фармацией можно объединить. — Давно я не занимался преподаванием, — вздохнул Снейп. Мы проговорили с Северусом до рассвета, а потом легли отдыхать. Уже засыпая, Северус вдруг произнес: — Может тебе сначала Гарри погулять пригласить завтра? Днем на прогулку, а вечером ты поговоришь с его родителями? — Я знаю характер мальчишки, он не пойдёт со мной на свидание, Гарри всеми фибрами своей души ненавидит меня, — ответил я. В 19 часов я пришёл в квартиру Поттеров. Мне открыла дверь Лили и пригласила войти. Я передал ей торт-мороженое, её любимый, как я помнил: крем, орехи, шоколад, мороженое, вафли, все это с ликером и кокосовой стружкой с хрустящим воздушным рисом. По-человечески это было вкусно, но для меня — нет. Единственное, что я хотел — это кровь Гарри. Самого парня дома не оказалось. — А где Гарри? — поинтересовался я. — Он вышел пройтись, Ваше Величество (все в Альбионе знали, что я — король вампиров). Мы разговорились о их Гарри. Чета Поттеров пили чай и рассказывали о сыне. Я все это знал, но почему они меня воспринимают адекватно, я им нравлюсь, а их Гарри готов меня уничтожить? И тогда я применил «Лигилиментс» сперва к Джеймсу. В его воспоминаниях, в его пройденном пути, все было нормально: ни связей сексуальных с вампирами, ни с охотниками, ничего. Затем я применил «Лигилиментс» к Лили. Все вроде-бы нормально, но потом я увидел её первый курс в медицинском. Рождественский бал в их универе, к ним тогда пришли студенты и преподаватели Лондонского Авиастроительного Университета. «ЛАУ», как его называют по сей день. Лёгкий романчик на первом курсе — Лили Эванс и Вайолет Джонсон — вампир-ликвидатор и замечательный инженер-конструктор, но отвратительный бессмертный. Именно он учинил бунт, поднял десятки вампиров против меня и против воли покойного короля вампиров — Стефана Александра Стюарта, когда зачитали завещание короля. Я подверг уничтожению Вайолета Джонсона, когда покинул заточение 150 лет назад. Да, это я лишил его магии вампира и он сгорел на полуденном солнце, сгорел до тла, а с ним и все мятежники, прочие принесли мне «Непреложный обет» повиновения и подчинения. Значит, этот Вайолет Джонсон оставил в крови Лили свой яд ненависти ко мне. А главное, что я увидел — этот непокорный бессмертный был другом, а возможно, и любовником Маркуса Чёрного, теперь он носит фамилию Лайола. Вот где зарыта собака. Значит, Гарри получил через кровь Лили яд, который вошел в его генетическую составляющую. Вот откуда этот чертов барьер и щит против моего влияния. Хороший же «подарок-наследие» получил от матери Гарри. И как теперь спасти Поттера, ведь с каждым годом, даже с каждым месяцем, с каждым днём этот яд в организме парня увеличивается, отравляя его и разрушая саму ДНК парня. — Лили, вы могли бы прийти ко мне в университетскую лабораторию завтра? Мне нужно вас обследовать, — попросил я. — Это что-то во мне не так, Ваше Величество? — всхлипнула женщина. — Моя кровь не в порядке и поэтому мой сын стал вампирофобом? — Не совсем так, дорогая, — ответил я, — но нам нужно кое-что проверить. Покидая жилище Поттеров, я увидел возвращающегося Гарри. Он поздоровался со мной — хм, уже хорошо! — и юркнул в дом. Напился пива и нацеловался с девчонками. Запахи от него исходят характерные. Дома я все рассказал Северусу. — У нас один выход, Драко, — произнес серьёзно Снейп. — Обратить Поттера? Ты на это намекаешь? — фыркнул я. — А ты уверен, что, обратив Гарри, мы спасем его? — Твоя чистокровная, древнейшая сила вампира и мага сможет выжечь в организме всю дрянь этих Маркусов и Джонсонов. — Я читал дело Вайолета Джонсона после того, как он умер. А ещё, когда я лишал его магии бессмертного, увидел, что он — вампир сильный. Его создал отец Стефана Стюарта, Александр. Вайолет был создан как воин-ликвидатор для тогда еще принца Стефана, ему как минимум было под семьсот лет. Моя кровь, соединившись с кровью Гарри, в которой течёт яд, может дать полный сбой и раздрай всей структуре ДНК Поттера, разрушить организм мальчика за секунду. Вот почему Маркус, мать его, ничего до сих пор не предпринимает против Гарри, он знает, что парню осталось не более трех, ну отсилу четыре года жизни, а потом он сгорит. Северус, он может сгореть и так, и эдак, понимаешь? С моей кровью или без неё, но мальчик погибнет. — Твоя кровь, Драко, кровь чистокровного вампира, должна выжечь кровь Джонсона. Это будет больно, но для этого… — Что для этого? — крикнул я и схватился за волосы. — Не медли, Северус, ты же у нас супер-зельевар и тот ещё генетик. — Да ты и сам — один из ведущих генетиков Туманного Альбиона, Драко. Подумай… — Северус, не томи! — зарычал я. — Все просто, дорогой мой мальчик. Добавляй свою кровь в питье Гарри. Назначь ему приходить к тебе раз в сутки, в твой кабинет ректора-куратора и пои его соками. В кипяток кровь не добавляй, но, скажем, в томатный сок, например. Начни с трех капель. Вспомни наш «Орден Феникса» в Королевстве Песчаных Гор, в той — нашей вселенной, а не здесь. Припомни, как я учил вас к стойкой переносимости ядов: рыб разных, крильмаров (ядовитых разновидностей родичей кальмаров), змеиные яды, драконьи. Здесь все эти фантастические твари не водятся, но вы, мои студенты в «Ордене Феникса», умели все. Так вот, Драко, примени к Гарри туже практику с ядами. Пусть организм Поттера привыкнет к твоей крови прежде, чем ты обратишь его, а сделать это все равно придётся. И… совсем скоро. На следующий день, когда Лили пришла ко мне, она призналась в том, что действительно состояла с инженором-конструтором в связи, но их романчик продлился месяц. — С Вайолетом Джонсоном что-то было не так? — удивилась женщина и я кинул. — Он был вампиром и именно он видоизменил кровь и ДНК Гарри, через вас. Он питался вами при сексуальном соитии, его яд с клыков попал в вашу кровь. На вас это не отразилось, а вот на Гарри -- да,  — ответил я. — Гарри угрожает опасность? — вскрикнула миссис Поттер. — Да, и я не скрываю это от вас. Вам, как врачу, известно все, что может произойти, но я постараюсь помочь. Будьте готовы к тому, что рано или поздно Гарри станет одним из нас. Чтобы его организм не сгорел, я обращу его сам в вампира. — Но… — Ни слова дома, никому не говорите на работе, только мне. Мужу и сыну — нет. Хотите выговориться, приходите, позвоните, напишите мне лично. Это опасно, весьма опасно, дорогая. Женщину трясло. Я напоил её каплями и убрал страх, смятение из её организма посредством магии, напитав спокойствием и теплом.