С Рождеством, Питер!

*Diez*

      Как выяснилось, работать одной рукой, пока вторая бесполезным грузом болталась на фиксирующей повязке, было неудобно. Ещё более неудобным было то, что со Старком теперь все нянчились. Даже чёртов Барнс иногда спрашивал «как дела?».       Так что Тони мог однозначно заявить — если Танос не устроил конец света, то он случился именно тогда, когда Стив поинтересовался «как сильно болит рука?» или когда Наташа заботливо притащила ему кефир (это вообще что такое?). Старк, конечно, чисто из вежливости попробовал и даже проглотил. А потом полдня не мог отделаться от мысли, что Романова просто втюхала ему прокисшее молоко, которое ей было жалко выкидывать.       На удивление, единственным человеком, который с ним не нянчился, был Питер. Возможно, в силу возраста или и без того чрезмерного обоготворения им Старка. Единственное, что парень делал — восторженно таращил глаза. Но он этим занимался и раньше, так что Тони был спокоен.       И, естественно, довольно скоро, на фоне всеобщего кудахтанья «тебе нужно отдохнуть», терпение Старка лопнуло. Произошло это примерно в тот день, когда Наташа угостила его «ирисками», которые, словно маленькие диверсанты, прикинулись нормальными конфетами, а спустя минуту пребывания во рту Тони, прилипли намертво к его зубам и отказались капитулировать, не забрав с собой добрую половину его челюсти. Спустя ещё пару минут, они, конечно, полностью рассосались, но Старк к тому моменту был чертовски зол и выгнал всех до единого с базы. Кроме Питера, конечно. Он был единственным, кто сохранил здравый рассудок.       И вот теперь мужчина мог расслабиться и спокойно прогуливаться по базе, не боясь, что из очередного поворота на него прыгнет Наташа, втюхивая ещё какую-нибудь национальную еду. Ей богу, нелепее было бы, только если на порог заявился Эрик Леншерр и предложил бы навернуть зауэркраут. Или что они там в своей Германии едят?       Тони потряс головой, прогоняя дурацкие мысли. Теперь он в безопасности, и может питаться, чем пожелает (в пределах рекомендации врачей, конечно), делать со своей искалеченной камнями бесконечности рукой, что пожелает и даже одеваться, как он хочет, а не как мисс Поттс заставит.       В общем-то, его жизнь снова стала размеренной без всяких там фиолетовых (и не очень) увальней, пытающихся довести Старка до инфаркта. И теперь Тони, крепко зажав в здоровой руке чашку кофе, безуспешно пытался открыть дверь в мастерскую, попеременно толкая её то бедром, то плечом, но та упорно не поддавалась. Надо бы настроить автоматическое открытие дверей для миллиардеров-калек. Конечно, можно попросить Пятницу…       Из-за угла внезапно выскочил Питер, сжимая что-то в руках и сияющими глазами (как всегда) вытаращился на Старка. Тони от неожиданности чуть было не расплескал кофе и тут же прекратил свои попытки выбить дверь. Не хватало ещё, чтобы Питер увидел его таким беспомощным. Он сам может о себе позаботиться. Сам!       — Боже мой, паучок! — нервно хмыкнул Тони, сделав вид, что непринуждённо облокачивается на дверь. Как будто не он только что пытался её выломать к чертям собачьим, чтобы не бесила. — Полегче на поворотах.       Питер, неловко затормозив в двух шагах от Старка, просиял ещё сильнее. Казалось — ещё немного и парень будет олицетворять собой звезду Сириус.       — Вы знаете, скоро ведь Рождество… — сходу начал юноша, на мгновение смущённо отводя взгляд от лица мужчины.       — М-м-м, серьёзно? — протянул Старк.       — Угу.       Тони виновато развёл одной рукой, чудом не расплескав кофе. Вторая конечность всё так же была ни на что не годна.       — Я как-то и забыл.       Питер закивал так быстро и часто, что стал напоминать пресловутые китайские статуэтки, которые Старку снились в кошмарах после недолгого путешествия в Шанхай.       — Я приготовил Вам маленький подарок.       — Подарок? — Тони удивлённо поднял голову, глядя в сияющие глаза паучка. — Но ведь Рождество только через…       Мужчина безрезультатно обвёл глазами коридор, в попытках найти календарь. Хотя откуда бы здесь взяться хоть чему-то не на электронном носителе? Особенно календарю.       — Через десять дней, — хором подсказали Питер и Пятница.       — Да-да, я знал. Через десять дней. К чему подарки?       — Просто хотелось сделать Вам приятно. В последнее время у Вас мало поводов для радости, — пожал плечами Питер так просто, словно Тони спросил какую-то несусветную глупость.       — Хм. Спасибо, — Старк принял довольно лёгкий по весу подарок искалеченной рукой, с трудом шевеля почерневшими пальцами. — И что же там?       Паркер фыркнул и, напустив загадочный вид, двинулся в сторону гостиной, в которую (по просьбе самого Питера) была перенесена игровая приставка, а ещё куча всякой ерунды, вроде тёплого пледа (хотя в комнате был установлен дорогущий климат-контроль).       — Разверните и потом узнаете.       Тони вопросительно поднял бровь, но паучок уже сбежал в гостиную, оставляя Старка стоять одного, как истукана.       — Пятница, открой чёртову дверь! — недовольно буркнул мужчина, чувствуя, как покалеченная рука начинает мелко подрагивать под тяжестью коробочки, несмотря на то, что та весила максимум грамм двадцать.       — Открываю дверь, — издевательский голос Пятницы словно намекал: «не мог попросить об этом сразу, идиот?». Когда Старк её программировал, он определённо точно не хотел, чтобы его подкалывал искусственный интеллект. Но хотя бы не нянчится и на том спасибо. А то с неё станется.       Тони, войдя в мастерскую, тотчас почувствовал, как его окутывает запах металлической стружки. Наверное, мало кто знает, что у неё вообще есть какой-то запах. Но Старк знал. Чувствовал его каждый вечер, просиживая штаны на диване или стуле в мастерской.       Максимально аккуратно положив на ближайший стол коробочку, Тони облегчённо перевёл дыхание. Нет, больной руке всё-таки доверять было пока что рано. И это было прискорбно. Пристроив рядом кружку с подостывшим кофе, мужчина заинтересованно взял подарок здоровой рукой и покрутил. Обёрточная бумага мягко зашуршала, расползаясь на краях коробки. Видимо, Питер специально решил сильно не приклеивать, чтобы Старку не пришлось возиться с упаковкой. Это было… мило.       Стащив обёртку с коробочки, Тони увидел маленькую записку, прилепленную к картону.

«Чтобы рука поскорее заживала»

      Слегка улыбнувшись этому в какой-то степени наивному пожеланию, мужчина открыл коробочку.       «Крем восстанавливающий. Бережно ухаживает и восстанавливает водно-липидный баланс кожи» — значилось на коробочке с, по всей видимости, кремом.       Тони засмеялся резким, громким смехом, не боясь быть услышанным. Да, пожалуй, крем — это то, что ему определённо поможет лучше, чем новейшая медицина.

*Nueve*

      Чтобы избавить Старка от лишней головной боли, Питер частенько пропадал куда-то с базы на полдня, а порой и на сутки. Вероятно, навещал друзей или тётю. Да мало ли у него было дел, в конце концов? Порой Тони видел юношу только за завтраком, после которого Питер бегом нёсся куда-то, кинув быстрое «досвиданиямистерстарк». Так или иначе, вечером или на следующее утро, Паркер возвращался, шёл в свою комнату или в мастерскую — поближе к Старку.       И не то чтобы мужчина сильно возражал. Можно сказать, что его даже забавляла череда бесконечных вопросов, которые вываливал Питер, когда замечал, что Тони в настроении.       Четверги Паркер частенько проводил у Неда, поэтому Старк юношу не ждал, засев в мастерской с раннего утра. Возможно, именно поэтому Тони не услышал шагов за спиной, с головой увлёкшись разработкой материала, который сможет заменить кожу для его руки.       — Мистер Старк!       — Господи, Питер! — мужчина резко выпрямился, стукнувшись головой об нависшего над ним Дубину. — Не подкрадывайся! Сколько раз повторять?       Паркер расстроенно опустил взгляд, застыв посреди мастерской и неловко переминаясь с ноги на ногу. В руках он сжимал какой-то небольшой пакетик.       — Что там у тебя? — недовольно потирая затылок, спросил Тони, кинув взгляд на мнущегося юношу.       — Девять дней до Рождества, мистер Старк!       — Хм, да?       Питер снова закивал, в этот раз ещё быстрее. Так быстро, что его головой можно было взбивать сливки.       — И у меня для Вас подарок.       — Что? Опять?!       — Ну конечно! — голос юноши оскорблённо зазвенел, как будто Тони и правда спросил какую-то глупость.       Старк, не отрывая взгляда от натянутого на маленькие стержни, словно батик на подрамник, лоскутка синтетической кожи, махнул рукой в сторону заваленного инструментами стола.       — Оставишь там? Я немного занят.       — Конечно, мистер Старк.       Питер, судя по звукам, подскочил к столу, положил на него пакетик и, видимо решив, что Тони не в настроении, пробормотал что-то вроде «я пойду, перекушу». И сбежал из мастерской так быстро, словно за ним гналась свора бешеных собак. Или Наташа со своим кефиром.       Старк с запозданием кивнул, капнув на синтетическую кожу хлорированной воды. Лоскут мгновенно запузырился, зашипел и лопнул, демонстрируя на месте капли зияющую дыру. Тони разочарованно сжал зубы и, устало откинувшись на спинку стула, потёр глаза. Ну что за напасть?       — Пятница, зафиксируй результаты, — апатично махнув здоровой рукой, произнёс Старк, поднимаясь на ноги. Ну, раз он всё равно провалил тест, можно и посмотреть, что там Питер притащил в этот раз.       Пакетик тихо зашуршал, являя взору стеклянную жёлто-красную фигурку. Ёлочную игрушку. Ёлочную игрушку в форме стеклянного железного человека. Очаровательную и очень милую. Ну, вылитый Тони Старк!       Надо бы повесить её на ёлку. Вот только…       — Пятница, в какой комнате у нас стоит ёлка? — задумчиво разглядывая малюсенький дуговой реактор мини-Тони, спросил мужчина.       — Вы не распоряжались в этом году устанавливать ёлку, мистер Старк.       Тони раздражённо уставился в потолок, где, согласно его же планировке, находился сенсорный датчик Пятницы.       — А Пеппер разве не распорядилась?       — Миссис Роудс ушла в декретный отпуск месяц назад, — ровным голосом ответила ИскИн.       — Правда? Почему я не в курсе?       Ему показалось, или Пятница устало вздохнула? Нет, ну он её точно перепрограммирует.       — Она оставила Вам пять голосовых сообщений и три е-мейла, мистер Старк. Озвучить?       Тони махнул рукой, раздражённо хмурясь. Ну, надо же! В декретный отпуск. Могла и лично сообщить.       — Пока не надо. Закажи лучше ёлку и распорядись о доставке.       — Принято, мистер Старк.

*Ocho*

      Следующий экспериментальный лоскут кожи испытание хлорированной водой успешно прошёл. На очереди, однако, его ждала проверка перекисью водорода, которая молчаливой крепостью возвышалась рядом на столе.       И в этот раз, несмотря на важность исследования, Тони шаги Питера услышал. Надо полагать, он теперь специально топал как гиппопотам?       — Мистер Старк!       — Просто Тони, Питер, я же уже говорил, — поправил мужчина, аккуратно набирая перекись в дозатор.       Паркер замялся, чем-то негромко шурша. Штаны он там, что ли, снимает?       — Кхм. Тони. Да. Я тут принёс кое-что. Оставлю здесь, не буду отвлекать.       — Хорошо, паучок.       Снова какой-то шорох. Спустя пару минут, впрочем, всё стихло. Видимо, Питер оставил предмет на столе и куда-то убежал. В последнее время он вообще был какой-то странный. То проводил с Тони часы в мастерской один на один. То избегал его, прячась в своей комнате или ещё где.       Покачав головой, Старк склонился над лоскутком кожи и капнул на него перекисью. На поверхности кусочка моментально выступили мелкие белые пузырьки и с лёгким шипением растеклись в разные стороны.       — Пятница, зафиксируй. Кожа версия пять-два. Лоскут при контакте с пероксидом водорода отрицательных реакций не выявил. Наверное.       — Принято, мистер Старк.       Мужчина кивнул, завинчивая крышку на бутылке с перекисью и убирая дозатор в ящик стола. В общем-то, сегодняшний день был очень даже продуктивен. Возможно, он даже побалует себя небольшой порцией коньяка. Конечно, врач запретил, но кто их вообще слушает?       Тони неловко потёр занывшие пальцы покалеченной руки, двигаясь к выходу из мастерской и подмечая краем глаза какой-то блеск.       Удивлённо обернувшись, Старк уставился на маленькую коробочку, приютившуюся в углу стола. Надо же, он совсем забыл, что Питер заходил.       Настороженно прищурившись, Тони подошёл ближе, беря предмет в руки. В этот раз коробочка была завёрнута в блестящую бумагу, напоминающую фольгу. Сверху был прилеплен маленький кудрявый бантик из того же материала. Давненько ему никто не дарил чего-то столь маленького и аккуратно запакованного.       В общем-то, обычно ему дарили предпраздничную нервотрёпку, алкоголь или что-то баснословно дорогое. Как будто он сам не мог себе этого позволить. Нет бы проявить хоть какую-то фантазию…       Нетерпеливо разорвав одной рукой шуршащую упаковку, Тони подковырнул большим пальцем крышку коробочки, откидывая её назад. Внутри что-то слабо сверкнуло, с тихим шорохом сползая в угол.       — Запонки с паучками? — сдерживая улыбку, спросил вслух Тони, подцепив одну из застёжек пальцами.       Украшение блеснуло серебристым боком. Паучки были странными — пузатыми и шестилапыми, что противоречило всяческим представлениям Старка об арахнидах. Но оттого они казались более милыми и уникальными. Вряд ли чрезмерно дорогими, конечно. Но бесценными.

*Siete*

      Тони рассеяно пил зелёный смузи и ковырялся вилкой в тарелке. Теперь приём пищи отнимал у него в два раза больше времени. Ему приходилось одной рукой есть, тянуться следом за мерзким напитком, затем снова брать здоровой рукой вилку, потом снова тянуться к стакану и так до бесконечности, пока здоровая рука не начнёт ныть от унылой последовательности действий.       Казалось бы, он только набрал свой прежний вес после того, как Кэрол Дэнверс притащила корабль того дурачка, величавшего себя Звёздным лордом, на Землю, и вот опять. Он, конечно, не голодал, но и ел теперь чуть ли не в два раза меньше. Хотя, пиццу было удобно есть и одной рукой, но врачи — а с ними и практически весь состав Мстителей — питаться фастфудом запрещали. Сейчас, конечно, за ним никто не следил, но и желания беспрерывно питаться сухомяткой у него не возникало.       — Приятного аппетита, мистер… Тони! — раздался над ухом громкий голос Питера, отчего Старк снова невольно вздрогнул.       — Пятница, предупреждай, когда в комнату входит паучок, иначе в следующий раз найдёте мой труп, — недовольно подцепив вилкой поджаренный бекон (да, он позволил себе дать слабину), буркнул Тони.       Питер, кажется, слегка покраснел, но плечи выпрямил, мол «я ни в чём не виноват» и плюхнулся на стул напротив.       — Принято, мистер Старк, — ответила ИскИн, пока Паркер, совсем потеряв всяческий стыд, выхватил с тарелки мужчины кусок бекона. Тони с возмущённым выражением на лице открыл рот. Что этот малец себе позволяет?       Откинув влажную вьющуюся прядь волос (мылся он что ли?) ото лба, медленно жуя бекон, сложив руки на груди, Питер нагло смотрел Старку в лицо.       — Так, паучок, что за дела?       — Мистер Старк, я… — Паркер выдержал драматическую паузу. — Я сдал на права!       Тони изумлённо поднял бровь. Питер сдавал на права? И почему сам миллиардер об этом не знал? Так и не найдя ответа, мужчина озвучил вопрос вслух.       — Потому что я хотел сдать на них сам, — пожал плечами юноша. — Без Вашей помощи и влияния, сэр. И денежных вливаний.       «Сам, значит? Похвально» — мелькнуло в голове Тони. Пацан явно рос куда более смышлёным, чем сам миллиардер когда-то.       Пропуская между пальцами вьющиеся пряди, Питер пристально смотрел на Старка. Ещё чуть-чуть и прожжёт дыру. Затем вдруг встрепенулся и вынул из кармана безразмерной толстовки шуршащий пакетик и положил его на стол, между ними.       — Что это? — не отрывая взгляда от карих глаз напротив, спросил Тони.       Питер хмыкнул, первым прерывая зрительный контакт. Всё-таки в «гляделки» он выигрывать пока так и не научился.       — Ну, должен же я как-то, э-э-э, проставиться?       — «Проставиться»? — фыркнул Старк, делая очередной глоток из своего стакана и недовольно морщась. Ну и мерзость! — А я уж было решил, что это очередной подарок на сколько-то-там-дней-до-Рождества?       — И это тоже, — пожал плечами юноша, с любопытством глядя на стакан, и кажется, не собираясь уходить, как обычно это бывало после его внезапных подарков. — А что это за месиво?       — Это? М-м-м, великолепный коктейль из огурца, шпината, авокадо, киви и имбиря.       Питер слегка поморщился, совсем как Тони минуту назад. В очередной раз отбросив волосы с лица, парень нервным жестом заткнул их за ухо и сказал:       — Звучит ужасно.       — На вкус так же, паучок, — фыркнул Тони, снова делая глоток.       — Можно попробовать?       — Уверен, что тебя не стошнит?       — Надеюсь на паучью устойчивость и метаболизм, — улыбнулся Питер, выхватывая стакан из рук Тони и поднося его к губам. В том же месте, где гранёного края касался Старк. Сделал глоток и удивлённо вскинул брови. — Вполне неплохо!       Тони недовольно скривился, так, что вокруг его губ собрались тонкие морщинки.       — Так, выйди отсюда, извращенец, и верни мне нормального Питера, который любит весь ассортимент меню МакЗавтрака и чипсы.       Паркер рассмеялся, скользнув взглядом по губам Старка. Морщины, что ли, разглядел?       — Вообще-то не весь ассортимент.       — Неужели?       — Ага. Овсянку не люблю, — парень скривился, всем своим видом демонстрируя неприязнь к каше.       — Правда? Не будешь есть кашки — не будешь сильным.       — Я и так сильный.       — Ой ли?       Питер пожал плечами и стащил с себя толстовку с настолько безразличным лицом, что Тони подавился своим смузи. Паучок тем временем слегка сведя плечи то ли из-за холода, то ли из-за того, что у него всё же осталась хоть капля стеснения, продемонстрировал бицепс.       — Видите? Ни грамма излишнего жира.       — Я понял, понял, — махнул рукой Тони, стараясь не слишком сильно пялиться на идеальный пресс собственного протеже. — Оденься, нечего светить своим потрясающим телом перед немощным калекой-стариком, Апполон.       — Вы не старый, — засмеялся Питер, натягивая толстовку обратно.       — То есть с «немощным» и «калекой» ты согласен? — и, не дожидаясь ответа, Тони потянулся к пакетику, который притащил Паркер. — Так и что там?       — Откройте и узнаете, — ответил Питер, поправляя смявшийся капюшон кофты.       Тони запустил руку в пакет и извлёк оттуда миньон* с карибским ромом. Вот и как тут не спиться с такими подарками. Хотя постойте-ка…       — Кто тебе продал алкоголь?       Питер на секунду впал в ступор, а потом вдруг резко рассмеялся и потупил глаза. Выражение его лица внезапно стало хитрым.       — По документам мне уже двадцать три, мистер Старк.       Тони удивлённо моргнул. «Двадцать, чёрт возьми, три?!».       — Ну, а по факту — восемнадцать, — произнёс, наконец, мужчина, мысленно складывая два и два. — Постой. Когда тебе вообще успело исполниться восемнадцать?       Питер пожал плечами:       — Десятого августа.       — И что я тебе подарил?       — Э-э-э, — парень замялся, будто бы подбирая слова. — Вы в это время лежали в коме.       Тони медленно кивнул. Точно, как он мог забыть? Танос. Камни бесконечности. Весь этот цирк с эстафетой, а-ля: «передай перчатку другу, а потом отдай её Кэрол Дэнверс, чтобы она отнесла камни аккурат к фиолетовому ублюдку». Старк и сам не заметил, как здоровая рука его сжалась в кулак. Как это всегда происходило, когда мужчина старался думать о Капитане Марвел безотносительно того, что она вроде как спасла ему жизнь. И успела взбесить его несколько десятков раз, хотя он видел-то её от силы раза два. Тряхнув головой, Тони почувствовал на себе взволнованный взгляд паучка и поспешно кивнул:       — Я понял. Что ж, в любом случае, спасибо за подарок.       Питер смущённо опустил глаза. Ну, право слово, и не скажешь даже, что это он пять минут назад сдёрнул с себя толстовку и сверкал голым торсом.       — Ты же знаешь, что доктора запретили мне пить? — словно между делом уточнил Тони.       — Да, мистер Старк. Конечно! Я и сам не хотел, чтобы Вы это пили! — затараторил юноша.       Тони вопросительно поднял бровь, совершенно ничего не понимания. Зачем дарил тогда, раз не хотел, чтобы мужчина это выпил? Поняв, что ляпнул что-то не то, Питер исправился:       — В смысле… ну, многие люди эти бутылочки коллекционируют. Вроде как, хобби. А Вы так часто куда-то летаете, то есть, летали. И я подумал, что Вам было бы интересно собирать такие штуки. Это называется «алкоминималистика». Не обязательно пить этот алкоголь. Достаточно поставить его на полочку и…       Питер неопределённо махнул в воздухе рукой, завершая свою пламенную речь. Очаровательно. «Я подарю тебе алкоголь, только ты не пей» — в этом был весь паучок.

🌲🕷🌲

      — Пятница, чем увлекается Питер? — откинувшись на спинку стула, спросил Тони, сверля взглядом очередной лоскут синтетической кожи. — Помимо извечного желания надрать задницу мелким воришкам.       — Мистер Паркер любит играть с мистером Лидсом и мисс Джонс в «Скрэббл», и, цитирую: «рубиться» в игровую приставку в гостиной базы Мстителей. До того, как предыдущую штаб-квартиру Мстителей разрушил Танос, мистер Паркер любил плавать в озере, которое находилось неподалёку. Также до события, именуемого «щелчком Таноса» мистер Паркер любил собирать с мистером Лидсом конструктор из «Лего».       Тони закатил глаза. Какой абсурд!       — Господи, звучит так, как будто ему десять. А сейчас чего же не собирает?       — Цитирую: «я слишком из этого вырос, Нед», — ответила Пятница. И Старку показалось, или она действительно попыталась передать интонации Питера? Забавно. Возможно, Тони её и не перепрограммирует.       — Ну ладно. А ещё что?       — Также мистер Паркер коллекционирует карточки с Мстителями и Черепашками-Ниндзя.       Старк фыркнул и, не удержавшись, рассмеялся. «А ведь говорил, что ему двадцать три. Как бы не так!» — подумал Тони и вслух произнёс:       — Ой, я ошибся. Кажется, ему все восемьдесят. Коллекционирует карточки? Ну надо же… И я там есть? На карточках?       — Согласно моим данным у мистера Паркера одна карточка с мистером Бартоном, три карточки с мистером Одинсоном, три карточки с мистером Беннером, пять карточек с мисс Романовой, семь карточек с мистером Роджерсом и десять карточек с Вами, мистер Старк, — нейтральным голосом доложила Пятница. И Тони был готов голову отдать на отсечение, что она закатила глаза. Конечно, у неё не было глаз как таковых, но она их точно закатила бы, будь у неё такая возможность. Перепрограммирует. Определённо.       — Ха! Уделал Роджерса! Да я вообще всех обставил, — Тони задумчиво покачал в руке скальпель, острое лезвие которого угрожающе сверкнуло в свете ламп. — Так, и согласно твоему… анализу предпочтений Питера, как думаешь, что мне ему подарить?       — Себя?       — Очень смешно, — фыркнул Тони, откладывая в сторону скальпель. — Нет, правда. Забавно.       Старк, нахмурившись, уставился на исполосованный им же кусок синтетической кожи.       — Нет, серьёзно. Скажешь, тоже, Пятница…

*Seis*

      «Гарри Поттер и Дары Смерти».       Именно это и было очередным подарком Питера, подкинутым Старку под дверь его спальни ранним утром воскресенья. Обычно выходные Паркер проводил у тёти, поэтому, видимо, решил не дожидаться, когда Тони после десятичасового добровольного заточения в мастерской выспится, и слинял, оставив под дверью книжку.       Сначала, конечно, мужчина решил, что Питер просто совсем офигел обленился и начал разбрасывать книги по базе Мстителей. Но ярко-рыжий бант, в цвет обложки*, прилепленный на книгу, говорил об обратном. Плюс ко всему, к форзацу было аккуратно прикреплено письмо, концы которого были скреплены сургучем (и где только достал?).       На письме ярко-зелёной гелиевой ручкой, видимо, имитирующей чернила для пера, было выведено кривоватым почерком Питера:       «Кому: Тони Старку, самая большая комната на новой базе Мстителей, *точный адрес засекречен*, Нью-Йорк, Северная Америка».       И герб Хогвартса. Мужчина фыркнул. Уж кому-кому, а ему уже давно не одиннадцать. Видимо, сова, которая должна была донести это письмо маленькому Тони, была пьяна и задержалась на тридцать с лишним лет.       Сломав сургуч, Старк, тщательно скрывая нетерпение, развернул письмо. Снова корявый почерк Питера:

«Я знаю, что Вы читали «Гарри Поттера». Не отнекивайтесь, мистер Старк Тони! Не зря же Вы называли тот браслетик для перемещений во времени «Маховиком времени»! И если это можно списать на случайность, то в мою пользу говорит ещё один неоспоримый аргумент — я знаю, что изначально Вы хотели назвать «П.Я.Т.Н.И.Ц.у» как «Г.А.В.Н.Э». Ладно, шучу. Но вы ведь поняли отсылку?! Да?! Я прав?! Поняли же! В любом случае, книга — конечно, хороший подарок, но я знаю, что Вы предпочитаете электронный носитель. Но это вот вообще не интересно. Поэтому дарю Вам бумажный вариант. Последняя часть серии, чтобы Вы стопроцентно поняли шутку (отсылку!), которой я Вас подколол, когда Вы вышли из комы. Ну, помните, Вы такой глаза открыли, а я Вам «Добрый день, Альбус». Вы тогда не посмеялись (ಥ_ಥ), но я списал всё на действие наркоза. Но всё-таки вдруг Вы не читали… Так вот. Откройте главу тридцать три. Я там карандашом подчеркнул кусок, Вам понравится. С наступающим Рождеством! В Питер ᕦ(ò_óˇ)ᕤ»

      Тони нахмурился. Что ещё за зачёркнутое «в»? Питер хотел написать «Ваш Питер»? Или «Вечный ребёнок Питер»? Или, может, «В каждой бочке затычка Питер»? Или «Войди в меня…       Стоп, Старк. Заткнись.       Тони, тряхнув головой, резким движением открыл книгу где-то посередине, отчего издание надрывно хрустнуло где-то в корешке.       Пролистав ещё с десяток глав, мужчина, наконец, открыл указанную Питером тридцать третью. Пролистнув несколько страниц, Тони заметил аккуратную карандашную линию, подчёркивающую строчки:       «Дамблдор поднял почерневшую бесполезную руку и принялся рассматривать её, как какую-то занимательную редкость.       — Ты отлично всё сделал, Северус. Как думаешь, сколько мне осталось? — равнодушно осведомился Дамблдор, будто желая узнать прогноз погоды на завтра.       — Точно сказать не могу, — поколебавшись, ответил Снейп. — Возможно, год. Такое проклятие невозможно остановить навсегда. В итоге оно все равно распространится по телу. Подобные заклятья только крепнут со временем.       Дамблдор улыбнулся. Известие о том, что ему осталось жить меньше года, казалось, не тронуло его».       «Ха-ха-ха, Питер» — подумал Тони, громко фыркнув, невольно стискивая почерневшие пальцы искалеченной руки. Вот ведь маленький паршивец!

🌲🕷🌲

      Питер, как ни странно, вернулся тем же вечером, когда Тони, уткнувшись в планшет, встроенный в барную стойку, жевал кислые дольки апельсина. Шла вот уже пятая неделя, в течение которой он более-менее придерживался той диеты, которую прописали ему врачи. Так что с завтрашнего дня Старк точно позволит себе слабину и съест то припасённое ведёрко мороженого, спрятанного в дальний угол морозильника. И добавит туда шоколадную, арахисовую и сливочную пасту, которые мужчина так же предварительно спрятал в один из шкафчиков, в котором хранились крупы. И нет, у него точно ничего не слипнется.       — Приятного аппетита, мистер, м-м-м, Тони! — взъерошив свои и без того торчащие во все стороны волосы, воскликнул Питер, с лёгкой опаской поглядывая в сторону мужчины.       — Очень смешно, паучок.       — Я не смеюсь, сэр, — пожал плечами юноша, выуживая из секретного шкафчика банку с арахисовой пастой. И как узнал?..       Тони тоскливо проследил за так стремительно заканчивающимся (из-за троглодита Питера!) лакомством и перевёл скучающий взгляд на жалкие дольки апельсина, сжавшиеся на огромной тарелке.       — Вот тебе я могу пожелать приятного аппетита, потому что ты будешь есть. А я буду давиться, — подцепив пальцами дольку апельсина, протянул мужчина, сжав фрукт чуть сильнее, чем это было необходимо. Тот в отместку брызнул соком прямо Старку в глаз. Гадство!       — Да ладно Вам, Тони. Зато здоровье будет ого-го. Сами ведь говорили мне, что нужно есть каши по утрам и всё такое, — с присущим ему оптимизмом произнёс Паркер, плюхаясь на барный стул напротив и пытаясь запихнуть руку как можно глубже в банку.       — Ты хотя бы руки мыл? — возмущённо глядя на издевательство над едой, спросил Тони, откидывая апельсиновую дольку обратно на тарелку. Та уныло плюхнулась на стеклянную поверхность, отбивая весь оставшийся аппетит.       Питер, успев каким-то невообразимым способом измазаться в пасте, застыл, так и замерев с рукой в банке.       — Ну, я… да?       Тони подозрительно прищурился, наклоняясь чуть ближе, открыв, было, рот, чтобы узнать у Пятницы, соврал ли ему Питер, как тот, опередив мужчину, сунул ему под нос палец, испачканный в пасте. Одуряюще пахнущей арахисом пасте. На одуряюще пахнущем вечерним дождём паучке. Не на всём, конечно, паучке. На его пальце.       — Хотите? — испугавшись, кажется, самого себя, промямлил Паркер, стремительно краснея.       Тони замер, переводя удивлённый взгляд с пасты на Питера, смотревшего с каким-то потрясением. Словно это не его палец, а кого-то другого. Не успев тщательно подумать над тем, что он делает, Старк наклонился вперёд, обхватывая палец губами, языком ощущая ореховый вкус пасты и мягкую кожу Питера. Вкусовые рецепторы просто взорвались, вопя от восторга, и Тони, не удержавшись, прикрыл от наслаждения глаза.       И тут же распахнул их, почувствовав, как Питер неловко дёрнулся. Глаза его были размером со спутниковые антенны. Прямо сейчас передающие какие-то непонятные сигналы в космос, судя по выражению лица Паркера.       Это. Катастрофа.       — Спасибо, Пит. Очень вкусно, — как ни в чём не бывало произнёс Тони, откидываясь обратно на спинку барного стула, и стараясь, чтобы голос его не выдал.       — Э-э-э-а-а. Угу, — выдавил Питер, уставившись на арахисовую пасту с каким-то странным выражением лица. Как будто банка должна ему сотню тысяч долларов прямо здесь и сейчас.       — Кстати, классный подарок, — запихнув в рот апельсин, чтобы хоть чем-то занять себя, произнёс Тони. Решив, что он выглядит слишком не занятым, мужчина сделал вид, что пролистывает что-то в планшете.       Питер, продолжая смотреть то на свой палец, то на банку, удивлённо моргнул. Выглядел он сейчас так, будто не может понять — стоит ли ему пихать в пасту тот же палец, который две минуты назад облизывал ЧЁРТ-ВОЗЬМИ-ТОНИ-СТАРК или придётся действовать другой рукой?       — М-м-м, подарок? А, да. Вам правда понравилось? — Паркер слегка встрепенулся, обрадовавшись резкой смене темы.       Тони торжественно кивнул, выстукивая на планшете какой-то совершенно невообразимый вопрос в «Гугле». Клавиатуры он в упор не видел, но делал максимально усердный вид. Хотя стоило бы, как минимум, прогуглить «аморально ли обсасывать пальцы своего подопечного который не так чтобы очень давно ходил пешком под стол, когда тебе самому далеко за…?».       — Да. Юмор я оценил. Правда. Смешно.       Питер кивнул, неуверенно улыбнувшись. Все его переживания «понравится-не понравится» перешли на второй план, вытесненные «арахисовым тайфуном». Так он мысленно окрестил это происшествие.       — После стольких лет? — произнёс Питер, выжидающе уставившись на Старка.       Мужчина непонимающе нахмурился, подняв, наконец, глаза на юношу. И натыкаясь на пронзительный взгляд карих, как у него самого, глаз. Ну всё, кирдык его спокойному существованию.       — Это типа отсылка. Строчка из книги, — неловко пояснил Питер, снова разрывая зрительный контакт.       — Оу. Я не настолько в теме, паучок.       — Ну ладно. У Вас ещё будет время наверстать. Питер улыбнулся, поднимаясь из-за стола, и завинчивая липкими пальцами крышку на банке. Старку показалось, или руки парня недурно так трясутся? Хотя будут они тут трястись, как же! Стараясь не пялиться на спину юноши, пока тот запихивал банку обратно (надо бы её перепрятать), мужчина снова уткнулся взглядом в планшет.       — Спокойной ночи, Тони.       Старк кивнул, сделав вид, что набирает какое-то жизненно важное сообщение.       — Спокойной ночи, Пит.       Паркер, неловко потоптавшись ещё несколько секунд, медленно развернулся и двинулся к выходу из кухни.       — И… паучок?       — Да? — юноша стремительно развернулся, с какой-то надеждой глядя на Тони.       — Мне повезло, невероятно повезло, что у меня есть ты, Питер*.       Глаза Паркера засияли и он, подпрыгнув чуть ли не до потолка, спросил:       — Это отсылка? К сожалению, я не помню, что ответил Снейп.       — Нет, Питер. Это не отсылка. Это — констатация факта, — протянул Старк, переводя задумчивый взгляд на экран планшета.