С Рождеством, Питер!

*Cinco*

      Питер не соврал. Рождество и правда приближалось. Тони ощутил это, когда ему пришлось провести на крыше добрые полчаса, пока на базу не соизволил явиться Сокол, который, в перерывах между вбиванием Барнса в кровать* и просмотром телека, успевал ввязываться в какие-то передряги и с завидной регулярностью царапать щит Капитана Америки. Царапать щит из вибраниума.       Тони вдруг осознал, что Роджерс просто выбрал самый лёгкий путь, оставшись в прошлом. Ведь там ему не нужно было терпеть этих оболтусов, которые, словно маленькие дети, умудряются каким-то образом ломать дорогие, вверенные им по глупости, игрушки.       — Что на этот раз? — меньше всего на свете желая услышать ответ, спросил Старк, недовольно ёжась под очередным резким порывом ледяного ветра.       Сэм скептически поднял брови, стаскивая с головы очки, залепленные снежинками, моментально превращающимися в малюсенькие капли.       — Ты действительно хочешь знать?       — Не имею ни малейшего желания, — кисло ответил Тони. Ну, правда, почему он должен играть роль Большого Папочки для Мстителей? Не маленькие уже.       Уилсон хмыкнул, и, не решаясь вот так просто (к сожалению Старка!) улететь, неловко спросил, кивнув в сторону скрытой под курткой обожжённой конечности Тони:       — Как рука?       — Была бы здоровее, если бы не пришлось морозить её на холоде, ожидая, когда ты явишься.       — Мог и внутри подождать, — фыркнул Сэм, переминаясь с ноги на ногу. Да ему, никак, холодно?       — Мог прилететь вовремя, — парировал Тони, сжимая здоровой рукой щит Кэпа и больше всего на свете желая уйти. В уютное тепло базы. В котором будут только он и Питер. В смысле, он, Питер и Пятница, конечно.       — Да как-то погода не лётная. Выглядишь ты, кстати, неважно.       — И ты это говоришь главному секс-символу Америки? — фыркнул Тони, покрепче прижав к себе искалеченную руку. Когда уже этот квазиспециалист отвяжется и улетит по своим птичьим делам?       — Да-да, секс-символ; секс-недомолвка; секс-экивок, — закатил глаза Уилсон. — Я помню. Но тебе бы не помешало выспаться, что ли?       Сокол пожал плечами, и, кивнув, наконец, Старку, взмыл в тёмное небо, быстро скрываясь из поля зрения за низкими облаками.       Тони, наконец, вернулся в помещение, направляясь прямиком в мастерскую. Рука, сжимающая ледяной щит, успела окоченеть, поэтому Старку пришлось какое-то время разминать задубевшие пальцы, чтобы открыть ту самую идиотскую дверь, которая как всегда не поддавалась с первого раза. Пятницу он просить о помощи, естественно, не стал. Он и сам в состоянии.       Положив щит на ближайший свободный стол, Тони плюхнулся на диван, стаскивая с плеч куртку. И правда, чего ему на базе не ждалось? Сейчас бы он так не трясся от холода и не боялся заболеть. Хотя, нет. Он вспомнил почему.       — Пятница, ёлка установлена? — разминая пальцы покалеченной руки, спросил мужчина. Хотя бы один из его подопечных никогда не ослушается. Даром что искусственный интеллект.       — Её доставили два часа назад, мистер Старк. Мистер Паркер сейчас в гостиной, украшает её.       — Серьёзно?       — Я всегда серьёзна, мистер Старк, — саркастично ответила ИскИн.       Ух, перепрограммирует он её.

🌲🕷🌲

      — Развлекаешься, паучок? — глядя на Питера, прилипшего к потолку и пытающегося приладить на верхушку ёлки звезду, спросил Тони.       На самом деле, он не собирался идти в гостиную. Ему тут просто очень срочно понадобилась… вот та отвёртка, которая валяется на столе уже вторую неделю. Она-то ему и нужна!       — Вы знали, мистер Старк, что со всеми этими прибамбасами — костюмом и веб-шутерами — ёлку наряжать оказалось быстрее и веселее? — счастливо улыбнувшись, спросил Паркер, глядя на Тони сверху. Маску он не надел, отчего пряди его волос свисали вниз, вызывая дичайшее желание запустить в них пальцы.       На полу кое-где виднелись жалкие попытки Питера распылить на ёлку искусственный снег. К сожалению, или к счастью, задумка провалилась, но юноша вроде бы не особо унывал, развлекая себя развешиванием ёлочных игрушек. Пузатый стеклянный железный человек занял своё почётное место, практически на самой верхушке, под звездой, которую Паркер кое-как приляпал пару секунд назад.       — Помочь? — подойдя ближе к дереву, спросил Тони, с интересом рассматривая другие игрушки, ютившиеся на пушистых лапах ёлки.       Каких только фигурок тут не было! Стеклянные домики, рыбки, звери и сладости. А ещё были огромные пластиковые блестящие шары, которые смотрелись настолько нелепо, что это было даже мило. Однако Мститель на ёлке был только один. Железный человек. С одной стороны это было так приятно — чувствовать себя особенным. Но с другой стороны, наверняка этому Железному человечку грустно одному. Нет бы, повесить кого рядом… Кого-то в таком же стеклянном и очаровательном, но сине-красном костюме. И чтобы это был не Кэп!       — Я справляюсь, сэр. Но если хотите, то я не против. Я как раз искал гирлянду, но нашёл только вот это, — парень указал пальцем куда-то в сторону большой коробки, забитой блестящим дождиком.       Старк кивнул и подтащил коробку поближе к ёлке. Сам он, на самом деле, возиться со всей этой мишурой не собирался.       В итоге так и получилось — Питер украшал ёлку, а Тони время от времени отпускал саркастичные комментарии, опасаясь подходить к колючему дереву чересчур близко.       — Я очень люблю всю эту предрождественскую суету, — заметил Паркер, паутиной притягивая к себе золотистого цвета украшение. — Ну, Вы понимаете, этот еловый запах, а ещё запах мандаринов и…       — Ни слова о цитрусовых! — перебил Тони, вспоминая об атаке апельсинов.       Питер рассмеялся, словно поняв, отчего Старка так передёрнуло.       — А Вы любите Рождество?       — Не особо. Никогда не понимал всей этой волокиты. Серьёзно, что за идиотизм — украшать дерево всяким хламом? У нас вообще дома всегда была искусственная ель. Такая неестественно-белая, и оттого очень нелепая. Отец никогда не украшал её сам и мне не позволял. Из-за того, что я как-то раз разбил стеклянную игрушку и с перепугу ещё и наступил на неё. До сих пор шрам на ноге, — разоткровенничался Старк, следя за тем, как Паркер, ловко ползая по потолку, то и дело цепляет на верхушку ели разномастные украшения.       — Правда? Ну, зато теперь у Вас появятся приятные воспоминания, — неуверенно протянул Питер. — Плюс ко всему Вы сейчас в тапочках. Так что если и разобьёте какую игрушку, то будет уже не так больно.       — Действительно, — усмехнулся Тони. — Кстати, уже вечер.       — Ага, — кивнул Питер, не понимая, к чему Тони ведёт.       — А ты мне так ничего и не подарил. А ведь до Рождества осталось пять дней!       Паучок замер, чуть было не шлёпнувшись с потолка. Он вдруг оттолкнулся от поверхности ногами и, сделав невообразимое сальто в воздухе, мягко приземлился на пол, не заметив обалдевшее лицо Старка.       — И правда! Забегался и совсем забыл, — пробормотал Питер, копаясь в сваленной под ёлкой куче мишуры.       Тони потёр пальцами глаза, стараясь выкинуть из головы страшный образ того, как юноша, не удержавшись своими липкими конечностями на потолке, падает прямо на эту ёлку, ломая себе кости.       — Но ничего, паучок, я не обижаюсь, ты не…       — Вот! — перебил юноша, протягивая Старку мягкий небольшой свёрток. Он, должно быть, шутит? К слову, Паркер снова был вверх тормашками, зачем-то опять забравшись на потолок.       — Серьёзно? Питер, я пошутил!       Смотреть на паучка в таком странном положении было как-то совсем уж неправильно, потому что Тони приходилось большую часть разговора таращиться на губы Питера, а не глаза. И именно это было совершенно ненормально.       Паркер лишь рассмеялся, прилаживая на широкие лапы ёлки какие-то блестящие конфетти.       Тони, метнув подозрительный взгляд в сторону подопечного, отошёл от ёлки и вертящегося вокруг неё парня и отвернулся, надрывая пакет зубами. Да, терпения ему было не занимать.       — Варежка?! — не смог сдержать он удивлённого возгласа, разглядывая мягкую вязаную вещицу. Расцветкой и рисунком она напоминала (кто бы мог подумать?) перчатку железного человека, только вместо круглого репульсора был вышит маленький паучок. Сам, что ли, вязал?       — Чтобы Вы не мёрзли, — смущённо пробормотал Питер, делая вид, что поправляет звезду на верхушке дерева.       — Хорошо, а почему всего лишь одна? — фыркнул Тони, стараясь скрыть довольную улыбку. — Ой, нет, подожди, не отвечай. Это из разряда того, что моей руке кирдык, и жить мне осталось один год?       Паучок стремительно обернулся, вытаращив от охватившего его ужаса глаза:       — Нет, что Вы! Я не это имел в виду, просто, я подумал, что Вашей больной руке будет неприятно покалывание шерсти и…       — Пит, — перебил Тони. — Я пошутил. Спасибо. Эта варежка очень пригодилась бы мне час назад.       Питер взволнованно пригладил волосы, что было совершенно бесполезным занятием, когда ты висишь вниз головой и, улыбнувшись, счастливо кивнул.

*Cuatro*

      В доме теперь царила приятная атмосфера праздника. И хоть Тони не особо любил всю эту суету и охватывающее всех сумасшествие, но даже он проникся. Видимо, почувствовав смену настроения Старка, на следующее утро сразу после завтрака Питер потащил мужчину смотреть «Один дома», аргументировав это тем, что «ну, уже пора!».       Тони против столь весомых аргументов противостоять не смог и, плохо изображая из себя мученика, плёлся за Питером в гостиную, где и должен был состояться просмотр «самого Рождественского на свете» фильма.       Именно поэтому Старк, вместо того чтобы проверять устойчивость синтетической кожи к жидкому азоту, протирал штаны на диване, бок о бок с паучком. На экране то и дело мелькала блондинистая макушка Маколея Калкина, но Тони никак не мог сосредоточиться на сюжете, скользя глазами то по Питеру, то по гигантской ёлке, приютившейся в углу гостиной.       — Кстати, ничего не замечаете? — спросил, вдруг, Паркер, переводя взгляд с экрана на Тони.       — М-м-м? Фильм как фильм.       Питер отрицательно покачал головой, подтягивая ноги на диван и невольно касаясь коленкой бедра Старка.       — Я не про это. Я про нашу ёлку.       — А что с ней не так? — вскинул бровь Тони, даже не пытаясь подвинуть ногу в сторону. - Выглядит вполне…       — Кое-чего не хватает.       Старк хмыкнул, задумчиво постучав пальцами по подбородку и спросил:       — Напрашиваешься на подарки?       — Нет! — воскликнул Питер, выуживая откуда-то из-за подлокотника очередную коробочку, в этот раз, к счастью, не завёрнутую в сто слоёв обёрточной бумаги. — Совсем наоборот — у меня для Вас очередной подарок.       Тони едва удержался от того, чтобы закатить глаза. Питер не был бы Питером, если бы не придерживался каких-то собственных убеждений. И сегодняшним его убеждением было подарить Старку…       Гирлянду. Красивую, с глобусными лампочками.       — Зная тебя, паучок, я бы не удивился, если бы вместо лампочек были бы Железные человечки, — фыркнул Тони, разглядывая одноцветные фонарики.       — Не было. Я искал.       Питер, как-то по своему, видимо, расшифровав удивлённый взгляд Тони, грустно кивнул:       — Даже на «Алиэкспрессе» не нашлось.       — Понятно, — произнёс Старк и, не удержавшись, потрепал юношу по волосам, отчего тот смущённо втянул голову в плечи. Нет, ну его вообще не поймёшь, то раздевается прямо перед Тони, то жмётся от простого прикосновения! — Ну, эти лампочки тоже красивые, паучок. Спасибо.       — Можем прямо сейчас повесить!       И Питер, не желая слушать вялых возражений мужчины, вскочил на ноги и понёсся к ёлке. В очередной раз совершив в воздухе какой-то невообразимый кульбит, Паркер оказался на потолке, свешиваясь головой вниз. Тони, шедший за паучком следом, резко затормозил, дабы не стукнуться об макушку Питера головой.       — Так, акробат, давай заканчивай со своими фокусами. Того и гляди, зашибёшь меня локтем или своей чугунной головой, — проворчал Старк, протягивая юноше коробочку с гирляндой. Сейчас он был даже рад, что вторая рука у него была практически нерабочей, иначе он бы снова не сдержался и запустил бы пальцы в шевелюру паучка.       — Простите, сэр, — весело ответил Питер, кажется, ни капли не раскаиваясь. Он быстрыми движениями извлёк гирлянду из коробки и, бросив упаковку куда-то в сторону дивана, подполз по потолку к верхушке ёлки. — Поможете мне? Это же весело!       — Да-да, — отвиснув, произнёс Старк, выхватывая из рук Паркера другой конец гирлянды, и ища глазами розетку. — Веселья полные штаны.

*Tres*

      Подающий надежды лоскут кожи версии пять-три не выдержал испытания огнём. То есть, конечно же, как и любая человеческая кожа. Не считая всяких там Джонни Штормов и Дейнерис Таргариен. Но Старку было уже принципиально важно разработать максимально прочный материал, просто потому что он, ну, может. Если есть вероятность создать огнеупорную кожу для его руки, то он ею воспользуется.       Конечно, он всячески отгонял от себя мысли, что все эти лишние эксперименты он проводит только для того, чтобы подольше зависать в мастерской с Питером, который то и дело крутился рядом, периодически задавая какие-то вопросы.       Кстати об этом…       — Всё забываю спросить, паучок. А ты что же, получается, школу прогуливаешь?       Паркер удивлённо оглянулся, отрываясь от просмотра прототипа улучшенных репульсоров.       — Я окончил школу в этом году, Тони.       Старк поднял голову и, убедившись, что парень на него смотрит, вскинул бровь. Много же Тони пропустил, пока валялся в отключке, пуская изо рта слюну.       — Серьёзно? Ну, а дальше что?       Питер пожал плечами, снова отворачиваясь к репульсорам. Плечи его были напряжены, да и сам он выглядел так, будто готовится к прыжку. Видимо, тема неоконченного обучения волновала и его самого.       — Хотел поступить в университет, но после щелчка Таноса всё так… сложно, — Паркер задумчиво нахмурился, с преувеличенной внимательностью рассматривая прототип со всех сторон. — Только представьте себе: в один день вся система рухнула, потом в течение пяти лет кое-как восстановилась, а потом всё снова пошло наперекосяк, и, в общем… я решил, что пока повременю с высшим образованием. Пока там всё не устаканится. Буду тихо-мирно изучать химию, а по вечерам спасать старушек от грабителей. Всё как обычно.       — Понятно. Тебя это беспокоит?       — Меня беспокоит тот факт, что половина людей, которых я знал, внезапно превратились в состаренную или повзрослевшую версию себя.       Тони нахмурился. Они никогда не затрагивали тему этой «пятилетки», как окрестила её Наташа. Старк, конечно, понимал, что людям, которые канули в лету на пять лет наверняка по возвращении пришлось ой как нелегко. Привыкнуть к тому, что половина твоих друзей уже взрослые состоявшиеся люди — нелёгкое дело.       — И просто, ну, представьте себе. Что я делал пять лет назад? Это же было так давно. Это было тысяча восемьсот двадцать пять дней назад! Мне было тринадцать!       Спасибо, что напомнил об этом лишний раз, Питер.       — Да меня тогда даже паук не укусил, так давно это было! — Паркер казался действительно подавленным. Внезапно Тони понял, что зря не поднимал эту тему. Наверное, Питер хотел кому-то выговориться, но все его близкие — тётя, Нед и та девица Джонс — исчезли, а потом вернулись одновременно с ним и мало что понимали.       — Это были ужасные пять лет, если хочешь знать, — негромко произнёс Старк, разглядывая обугленный кусок синтетической кожи. — Как минимум половина планеты была в депрессии. Крайне важные механизмы и процессы отключались, оставшись практически без присмотра. В первый год было много смертей. Люди погибали от горя или просто потому что врачи, курировавшие каких-то пациентов, растворились в воздухе. Я удивлён, как большая часть производств не взлетела на воздух. Или представь себе, скажем, самолёт. Два пилота растворились, как следствие — порядка семидесяти человек погибло. Так было по всей планете. Хаос, паника.       Питер продолжал стоять спиной, но было видно, что он слушал предельно внимательно, ловя каждое слово мужчины. Его голова была опущена, а руки то и дело сжимались в кулаки.       — Мои родители погибли в авиакатастрофе, — негромко произнёс юноша и вцепился побелевшими пальцами в стол, на котором располагался прототип репульсоров.       Тони замер, не зная, что ему сказать или сделать. Очевидно, что пример он привёл не самый удачный. И кто его только за язык тянул?       Неуверенно поднявшись на ноги, Старк подошёл к юноше, неловко положив руку тому на плечо. Успокаивать и утешать кого-либо он никогда не умел, да и чувствовал себя при этом не в своей тарелке.       — Извини, Пит. Я… я знал, но…       Питер внезапно развернулся и резко прижался к Тони, обняв его за талию и пряча лицо где-то в области шеи, к которой крепилась повязка для руки. Паучок в одно мгновение оказался так близко, что сердце Старка громко застучало в груди: он почувствовал запах пушистых волос Питера, яркий, насыщенный, бьющий по обонянию. Тони замер, чувствуя, как покалеченная рука болезненно запульсировала, сдавленная со всех сторон.       — Ничего. Я понимаю, — пробормотал Питер куда-то в ключицу мужчины, обдавая того горячим дыханием. Ну, это просто задница.       — Да. В общем-то, знаешь, хм, — выдавил Старк, неуклюже похлопывая здоровой рукой Питера по спине.       Паучок лишь молча стиснул бока Тони ещё сильнее, мазнув напоследок губами по шее мужчины и пуская по всему его телу мурашки. Да что же это? Юноша выпрямился, смущённо хмурясь, и отцепил руки, отступая на полшага назад.       — Да ты подрос, паучок, — хрипло откашлявшись, произнёс Тони, потрепав юношу по мягким одуряюще пахнущим, как оказалось, волосам. — Скоро меня перегонишь.       — Пять лет как-никак прошло, — слабо ухмыльнулся Питер и растерянно отвёл взгляд. — Спасибо, что рассказали. Мне вроде как даже нужно быть благодарным Таносу? В свои двадцать три выгляжу на восемнадцать.       Старк натянуто улыбнулся, и негромко пробормотал:       — Хотел бы я сказать так же.       Питер сделал вид, что не услышал, и снова отвернулся к репульсорам, давая Тони возможность перевести дух. Этот парень когда-нибудь точно доведёт его до инфаркта!       — А Вы чем занимались эти пять лет? — спросил внезапно Паркер. — Простите, если вопрос слишком личный, я…       — Всё нормально, Пит, — пожал плечами Тони, возвращаясь за свой стол. — Мне нечего скрывать. Откровенно говоря, всё это время я пытался найти решение, как всех вернуть. И вот, хм, нашёл. Это заняло у меня чуть больше времени, чем я рассчитывал, но, в конце концов, не каждый день я изобретаю машины времени и, как ты правильно выразился «Маховики времени», так что…       Тони решил умолчать тот факт, что эти пять лет были сплошным кошмаром для него. Он не мог спать, постоянно прокручивая у себя в голове сотни формул и вариантов. Возможностей для спасения Питера. Ну, и всех остальных, конечно.       — Вы прекрасно справились, сэр, — обернулся Паркер, мягко улыбаясь.       — Спасибо, малыш.       И вздрогнул от того, насколько нелепым теперь прозвучало это прозвище. Питер, видимо, тоже об этом подумал, потому что как-то странно дёрнулся, а затем рассмеялся.       — Года идут, а ярлыки остаются? — не скрывая улыбки, спросил паучок. Перестав рассматривать репульсоры, он подошёл к соседнему столу, на котором ютился исцарапанный щит Капитана Сокола или как он там теперь себя называл. — Это тот самый щит? Или прототип?       — Тот самый, — ответил Тони, стряхивая огарки от предыдущего куска искусственной кожи в мусорное ведёрко. — Уж не знаю, как там Уилсон умудрился его поцарапать, но искренне надеюсь, что они с Барнсом не устраивали свои брачные игры прямо на этом щите, иначе я отказываюсь брать его в руки.       — Брачные… игры? — непонимающе сведя брови, переспросил Питер, несмело касаясь поверхности щита кончиками пальцев.       Тони удивлённо моргнул, понимая, что паучок вообще-то не в теме. Странно, уж Старк-то думал, что всем уши прожужжал насчёт этой парочки любителей пострелять из «двустволки».       — Ну да, знаешь, теперь это моя любимая история, — мужчина вытянул ноги под столом, смакуя рассказ, который был услышан каждым из обитателей базы, уж Старк об этом лично позаботился. — Захожу я как-то ночью на кухню, после тяжелого дня в мастерской. Думаю: «сейчас поем спокойно, никто не будет пилить по поводу сбившегося режима» и всё такое прочее. Решил свет не включать — было полнолуние. И ты знаешь, впоследствии я ни разу не пожалел об этом решении. Потому что прямо на том диване, который стоял сбоку от холодильника, Барнс, м-м-м, как бы это сказать, дирижировал членом Уилсона.       Питер, судя по его лицу, предпринял несколько попыток осмыслить сказанное. Глаза его широко распахнулись, и он резко выдохнул:       — Они… они…       — Трахаются друг с другом, да.       — Но на кухне нет никакого дивана, — протянул Питер, всё ещё пытаясь осмыслить, что два супергероя, которых, он, кстати, уважал и боготворил меньше всех прочих, спят друг с другом.       — Конечно нет! — фыркнул Тони, скривившись. — Я его утилизировал сразу, как только выгнал этих голубчиков с базы. Сжёг, даже каркаса не осталось.       Паркер кивнул, глядя куда-то в пол, видимо, всё ещё пребывая в шоке. Тони откашлялся, привлекая внимание Питера. Они посмотрели друг на друга; их схожие, должно быть, мысли повисли в воздухе. Первым, не выдержав, рассмеялся паучок, кидая какие-то подозрительные взгляды в сторону щита. Старк засмеялся следом, радуясь, что Питер больше не выглядит таким печальным.

🌲🕷🌲

      — Кстати, Тони, — сказал вдруг Паркер, в сотый раз обойдя всю мастерскую по периметру. Любой другой на его месте уже давно бы заскучал, но явно не паучок, глаза которого светились как огоньки той гирлянды, которая красовалась на их ёлке.       — М-м-м? — протянул Старк, отказываясь признаваться, что ему безумно нравится это «Тони-и-и» из уст Питера.       Паркер подошёл поближе, опасаясь, впрочем, подходить вплотную к столу Старка. То ли боялся отвлечь, то ли думал, что сможет каким-то образом помешать мужчине, учитывая степень неуклюжести паучка. Несмотря на его супер-пупер-рефлексы.       — Совсем забыл Вам отдать, — произнёс юноша, тряхнув в воздухе очередным подарком. Тони бы даже заволновался насчёт финансового положения Питера, но учитывая, что все подарки едва ли превышали по стоимости пять долларов, Старк был спокоен. Конечно, Паркер знал, что все деньги Тони — его деньги, но пользоваться ими он никогда в жизни не станет.       В этот раз мужчина не стал отмахиваться от подарка, но протянул Питеру открытую ладонь, отложив в сторону дозатор с серной кислотой. Да, в своих экспериментах он докатился и до этого. Парень подошёл ближе, вкладывая в руку Тони коробочку, которая была несколько крупнее остальных подарков, не считая книги.       — Сколько там дней до Рождества осталось, Пит? — улыбнувшись, спросил Старк, ловкими движениями распаковывая подарок. Ещё несколько таких и Тони одной рукой сможет носки вязать, настолько он наловчился.       — Три. Следовательно — ещё два подарка и один большой под ёлку, — хмыкнул юноша, нерешительно прислоняясь бедром к столу, за которым работал Старк.       Мужчина запустил руку в коробку, обхватывая пальцами гладкое круглое стекло, и извлёк на свет декоративный шар, внутри которого расположились основные достопримечательности Нью-Йорка. Тони потряс шар, и здания тут же покрылись всколыхнувшимся со дна искусственным снегом.       — Немного банально, но там есть «Старк-Индастриз», глядите! — Питер подошёл ещё ближе, снова окутывая Тони тем невероятным запахом… шампуня? одеколона? или это запах самого паучка?       Старк потряс головой так резко, что успевшие опасть на дно шара снежинки снова закружились вокруг зданий.       — Жаль только, что сейчас башня ремонтируется. Но это ведь ненадолго! — оптимистично воскликнул Питер, раскачиваясь с пятки на носок, явно ожидая одобрения Тони.       — Это… очень здóрово, Пит, мне нравится, — улыбнулся Старк, пристраивая шар в угол стола. Нет, с его дурацкими мыслями точно нужно что-то делать, иначе он сам в этот шар залезет и будет жить там до конца своих дней, снедаемый собственной совестью.

*Dos*

      На следующее утро Тони, войдя на кухню, привычного Питера там не обнаружил. Впрочем, сегодня был четверг, что с девяностопроцентной вероятностью означало, что паучок зависает у своего друга-филиппинца.       Стараясь игнорировать чувство внезапно накатившего одиночества, мужчина заварил себе кофе и задумчиво побарабанил пальцами по подбородку. Он уже может позволить себе жареной курицы с утра или всё ещё нет? Откровенно говоря, Тони сам не понимал, зачем соблюдает эту пресловутую диету. В конце концов, это было всего лишь рекомендацией врачей, а не предписанием, но мужчина с несвойственной ему в подобных вопросах ответственностью подошёл к проблеме крайне разумно. То есть — начал питаться «правильно». Но что вообще может быть правильного в невкусной еде?       Ещё пару минут поломавшись, Тони всё-таки извлёк из холодильника диетические овсяные блины. К счастью, еды всегда было навалом, благодаря бдительному оку Пятницы и службам доставки. Залив еду отнюдь не диетическим кленовым сиропом, Старк уселся на барный стул.       Искалеченная рука с самого утра немного ныла. Возможно из-за вчерашней атаки обнимашками. Тони старательно подавил блаженную улыбку, запихнув в рот кусок блинчика. Как-никак ему не пятнадцать, чтобы млеть от подобных проявлений людских эмоций. Просто лично для него это было непривычно, вот и всё. Он был последним человеком на Земле, который при каждой встрече будет лезть обниматься, как это делал, скажем, Беннер.       Запихнув в себя остатки блюда и запив всё это безобразие чашкой кофе, Тони двинулся в сторону мастерской. На сегодня у него было запланировано для синтетической кожи целых три теста: испытание ультрафиолетом, аммиаком и триоксидом серы. Ну ладно, насчёт последнего он преувеличивает. Но планы у Старка были Наполеоновскими — провести, наконец, финальные тесты.       Пора перестать отрицать, что он скорее развлекается, нежели действительно проводит эти тесты всерьёз. Идеальный прототип, напоминающий человеческую кожу (и даже лучше!), он разработал уже давно, и ходить с обугленной конечностью больше не хотел.       Кивнув самому себе, Тони зашёл в мастерскую, внезапно обнаруживая там Питера, который, судя по всему, уже не первый час возился с чем-то, что Старк не увидел, потому что Пятница предательски объявила:       — Мистер Старк в помещении!       Питер испуганно подпрыгнул. Видимо, он настолько углубился в работу, что не уловил своим идеальным паучьим слухом шаги Тони. Впрочем, стоило Пятнице открыть свой невидимый рот, как юноша тут же стремительно сгрёб в кучу то, что лежало на свободном от хлама Старка столе, и прыгнул на потолок.       — Что ж, это, пожалуй, было самое необычное пожелание «доброго утра» в моей жизни, паучок, — фыркнул Тони, чувствуя, что его сердце радостно заколотилось. Так Питер не ушёл до вечера к Неду, а остался на базе! Почему?       — Тони! — воскликнул Паркер, глядя на мужчину с потолка и пытаясь удержать всё то, что он сжимал в руках и не свалиться.       — Слезай уже, а то все кости переломаешь, — махнул рукой Старк, подходя к своему столу.       — Только не подсматривайте! — проворчал Питер, спускаясь, судя по звукам, с потолка.       Тони, несмотря на сиюминутный порыв обернуться, послушно замер, вслушиваясь в звон каких-то деталей, сыплющихся на стол, за которым сидел Паркер.       — Я и не собирался, но теперь мне интересно, что у тебя там такое, — отметил мужчина.       — Это сюрприз для Вас. Думал, что успею закончить за ночь, но, видимо, просчитался.       — За ночь? Так ты что, не уходил отсюда?       — Ушёл, но как только Вы легли спать, сразу же вернулся.       Старк, не удержавшись, обернулся, прожигая Питера пронзительным взглядом. «Вернулся»?!       — Ты в курсе, что здесь, — Тони обвёл взглядом мастерскую, — находятся сотни уникальных — читай по губам, Питер, — у-ни-каль-ных разработок? Если бы ты вдруг, не приведи Óдин, конечно, случайно что-то задел…       — Я бы никогда, мистер Старк! — перебил Паркер, испуганно вжав голову в плечи. — Я же так часто провожу в мастерской время, когда Вы здесь…       — Вот именно, Питер! Когда я здесь, — припечатал мужчина. Он и сам, если честно, не до конца понимал, почему злится. В конце концов, если бы Тони хотел — запер бы двери, что никакой юный диверсант сюда не пролез бы. — Ладно, Пит, извини. Что-то я…       Но паучок уже насупился, обиженно засопев. Выглядел он при этом уморительно, но если Старк сейчас засмеётся, то разрушит всё. Питер, сведя брови на переносице, подобрал свою недоделку и, кажется, засобирался к выходу.       — Стоять!       Паркер замер, бережно прижимая к груди «сюрприз», прикрывая его от внимательных глаз Старка.       — Иди сюда, Пит, — смягчился Тони, прислонившись к своему столу. Откровенно говоря, ему не хотелось, чтобы парень куда-то уходил. С ним работа шла как-то продуктивнее, что ли.       Паучок замялся, но сложил своё изобретение обратно на стол, для верности прикрывая его какой-то коробкой. Всё ещё обиженно сопя, он подошёл к Старку, сложив руки на груди. Ну что за детский сад!       — В следующий раз просто спроси, — потрепав попытавшегося было увернуться Паркера по волосам, произнёс Тони. — Это может быть опасно для тебя, в первую очередь, Пит. Знал бы ты, какие химикаты хранятся вон в той витрине, сбежал бы отсюда, куда глаза глядят.       — Я и так знаю, — буркнул Питер, даже не глянув в сторону витрины.       — Серьёзно?       — Угу.       — Откуда?       Паркер пожал плечами, кинув подозрительный взгляд в сторону мужчины, будто желая убедиться, что тот не шутит.       — В прошлый раз увидел.       — И я в это время был здесь? — уточнил Тони.       — Ну да.       — И ничего тебе не сказал?       — Нет.       Старк на секунду завис, разглядывая мелкие смешные веснушки на носу Питера.       — Ладно, делай, что хочешь, только меня не отвлекай, — махнул рукой мужчина, прерываясь от мысленного пересчёта коричневых пятнышек на коже юноши.       — Спасибо, Тони, — просиял паучок, снова кидаясь обниматься, да так, что у Старка дыхание перехватило. Да что за привычка такая? Тони даже не пытался вырваться, терпеливо вдыхая тот самый запах волос Питера. Он даже почувствовал лёгкий укол разочарования, когда юноша спустя секунду разорвал объятие и чуть ли не вприпрыжку вернулся к своему столу.       Тони, растерянно проведя рукой по покалеченному предплечью, уселся на свой стул, время от времени кидая взгляд на пыхтящего над своим творением Питера. Тот выглядел очаровательно-сосредоточенным, тем самым лишая всякой сосредоточенности самого Старка. Ну что за напасть!       Ему нужна ультрафиолетовая лампа. Точно. Где-то тут она была… Тони поднялся со своего места, подходя к стеллажам, расположившимся вдоль дальней стены.       — Не кинете маленькую отвёртку, сэр? — спросил паучок, на секунду отрываясь от своего занятия.       Тони хотел было возмутиться, но Паркер уже отвернулся. Отыскав в маленьком ящичке необходимый инструмент, он кинул его Питеру, который, не оборачиваясь, поймал, совсем как образец своей паутины много лет назад. И ведь даже бровью не повёл!       Выудив с полки ультрафиолетовую лампу, Старк вернулся за стол. Питер что-то тихо пробубнил себе под нос, видимо, ведя какие-то расчёты.       Спустя ещё два часа возни, Паркер наконец издал торжествующий возглас, демонстрируя нечто круглое и пушистое. Странного леопардового окраса.       — Э-э-эм, что это, паучок?       — Беспроводной робо-хомяк, — гордо ответил Питер, протягивая комок в руку Тони.       Старк принял пушистое недоразумение, поднеся его поближе к лицу, чтобы разглядеть внимательнее. Хомяк разлепил свои механические веки и вопросительно уставился на мужчину в ответ.       — Почему он леопардового окраса? — переведя недоумевающий взгляд на Питера, спросил Тони, всё ещё не до конца осознавая, что держит в руках мини-робота, изобретённого самим юношей.       — Пледа другой расцветки у Вас не нашлось, — пожал плечами Паркер.       — Ты отрезал кусок от моего пледа?!       — Вы всё равно им не накрываетесь, он бы так и пролежал в шкафу сотню лет!       Тони хотел было возмущённо взмахнуть рукой, но хомяк требовательно пискнул и завозил пластиковыми лапками по ладони Старка.       — Так, стоп, — нахмурился мужчина, автоматически почесав робо-хомяка за ухом. — Как ты вообще в мою комнату попал?       Питер как-то неловко дёрнулся, и Тони неожиданно уловил какую-то странную перемену на его лице.       — Пятница впустила, — неуверенно протянул юноша, поджав губы. — Только не злитесь!       Старк покачал головой, не зная смеяться ему или плакать. «Пятница впустила». Ну надо же. Спасибо, что хоть старковы трусы не использовал, как материал.       — И почему именно хомяк?       Питер неопределённо пожал плечами, радуясь, что Тони не стал злиться.       — Он маленький и милый. Я хотел сначала живого подарить, но понял, что у Вас вряд ли найдётся свободное время, чтобы кормить его и убираться в клетке. Плюс ко всему он, вероятно, умер бы месяца через три, так что… А тут ещё и мои навыки с кружка робототехники пригодились!       Тони слегка склонив голову на бок, покрутил робо-хомяка. Тот невозмутимо дёргал ухом и всем своим видом демонстрировал своё превосходство над людской расой.       — Что он умеет?       — Бегает, пищит, моргает, может немного укусить, если долго махать перед его глазами пальцем. Ну, там просто сенсор встроенный и…       — Заряжать его нужно?       — Он частенько уходит в спящий режим, имитируя поведение хомяка. Так что заряжать его нужно, но очень редко. Там у него разъем есть в, м-м-м…       — Я понял, — хмыкнул Тони.       — А ещё можно подключить его к телефону по сети, чтобы он не залез где-нибудь под диван и потерялся там, разряженный. Вот. Пока что это всё.       Паркер замолчал, сцепив руки за спиной, переводя взгляд с робо-хомяка на мужчину. Пару минут они молча наблюдали, как механический грызун пытается откопать что-то прямо на ладони Старка.       — Пит.       — Да, Тони?       — Спасибо.

🌲🕷🌲

      — Два дня до Рождества, да, паучок? — спросил Тони, осознавая, что сегодня его концентрация капитулировала перед вертящейся туда-сюда задницей Паркера.       Робо-хомяк, которого Старк с лёгкой руки окрестил как «Пипер» (и это никак не было связано с именем «Питер»!), возился где-то под столом, собирая своим мохнатым пузом пыль.       — Ага.       — Расскажи какую-нибудь историю.       Питер удивлённо моргнув, обернулся и сомневающимся голосом произнёс:       — Историю? О чём?       — Ну, например, как ты привык справлять Рождество? Или ещё что-нибудь.       — Ну-у-у, — Паркер нахмурился. — Однажды за день до Рождества я смотрел один… фильм. И тётя Мэй, которая должна была работать в ночь, вернулась раньше, чем обычно. Она вошла так тихо, что я даже не услышал. И выключить не успел. И вот заходит она в гостиную, а я смотрю фильм, где три мужика украшают ёлку. Ну, она потрепала меня по волосам, сказала, что я молодец, раз пытаюсь поддержать настроение праздника, даже несмотря на то, что ей вряд ли удастся вырваться с работы в Рождество.       Питер замолк, глядя куда-то в сторону и стремительно краснея.       — И? — поторопил его Тони. — Что это за фильм такой был?       — Ну и она ушла в душ, — продолжил Паркер, отворачиваясь обратно к щиту Кэпа, вокруг которого он вертелся, скрывая пылающие щёки. — И прямо в этот момент те мужики начали… ну-у-у…       — Стоп, — взмахнул рукой Старк, стараясь сдержать рвущийся наружу смех и… что это ещё? Надежда? — Ты что, порнуху смотрел?       Питер покраснел, до кончиков своих волос, видимо, сто раз пожалев, что не вспомнил никакой истории получше.       — Погоди-ка, это было… там были только мужчины?       — Где? — не понял Паркер, снова оборачиваясь.       — В том порно, которое ты смотрел, пока твоя тётя мылась в соседней комнате.       — Ничего я не смотрел, я сразу выключил, как только она ушла!       — Так там были женщины или нет? — настойчиво спросил Тони, чувствуя, как его артериальное давление скакнуло куда-то вверх.       — Э-э-э, ну, я не помню, это было так давно…       — Ты что — гей? — в лоб спросил Тони.       — Мистер Старк!       Питер как-то неестественно выпрямился, полыхая красными щеками так сильно, что, казалось, вот-вот подожжёт ими всё в радиусе трёх метров.       — Ладно-ладно, не буду я лезть в твои паучьи дела, — смилостивился Тони, чувствуя, как его настроение стремительно растёт. Впрочем, не только настроение…       Питер же, не выдержав такого смущения, унёсся из мастерской так быстро, что Старк даже рта не успел раскрыть.       Пипер под столом тихо пискнул.

*Uno*

      Мужчина в очевидно дорогом пиджаке что-то пробормотал себе под нос, просматривая данные в электронной медкарте Питера. Спустя пару минут напряжённого молчания, он произнёс:       — Учитывая определённые, кхм-кхм, особенности пациента, улучшение наступит примерно через неделю. Первые признаки сотрясения мозга пройдут через двенадцать часов, может раньше. Кровоизлияний не выявлено, ушиба мозга тоже нет, но меня беспокоит довольно крупная ссадина на затылке и слегка невнятная речь. Тем не менее, думаю, что на ноги он встанет очень быстро — юноша довольно крепкий. В общем, мистер Старк, пациенту нужен полный покой, и, желательно, тишина. Но можно слушать тихую музыку, главное — не в наушниках. Думаю, это всё.       Тони кивнул, на секунду прикрыв глаза.       — Я понял, спасибо, док.       Врач поднялся на ноги и, кивнув на прощание Старку, покинул медотсек базы. Тони, проводив его взглядом, устало вздохнул. Автоматически найдя взглядом робо-хомяка, дремавшего на груди у только что разлепившего свои сонные глаза Питера, мужчина присел на освободившийся стул рядом с кроватью.       — Напомни мне ещё раз, не под запись, как тебе удалось провернуть самое нелепое на планете покушение на собственную жизнь?       Паучок насупился, что в совокупности с белоснежным слоем стерильной повязки на голове выглядело предельно комично.       — Я мылся.       Тони фыркнул:       — Сразу, как только ускакал из мастерской — побежал мыться?       — Да! — буркнул паучок.       — Допустим. Как тебе удалось размозжить собственный череп? У тебя же сверхбыстрые рефлексы и всё такое.       — Я вылезал из душа и поскользнулся. И ударился головой об унитаз.       Старк не удержавшись, нервно рассмеялся, тут же ощутив на себе прожигающий взгляд Питера. Робо-хомяк издал какой-то странный звук и открыл маленькие глазки.       — Боже мой, паучок, если ты хотел эффектно покончить с собой, мог спросить у меня совета. Серьёзно, я-то боялся, что тебя как-нибудь пристрелят ненароком на этом твоём патрулировании или ещё что. А человечеству нужно было всего лишь изобрести унитаз, чтобы убить одного из самых сильных супергероев планеты.       Питер обиженно надул губы, почёсывая Пипера по пятнистой спине. Тот что-то пропищал и снова закрыл глаза. Впрочем, спустя секунду, он их снова открыл, когда Паркер чуть громче, чем следовало, воскликнул:       — Перестаньте издеваться!       — Ладно-ладно. Больше ни слова об унитазах, клянусь. В любом случае, Питер, я могу сказать только одно: смыться от меня тебе не удалось, — рассмеялся Тони. — Всё-всё, это правда была последняя шутка. Больше ничего на ум не приходит. И вообще: чего ты на меня-то злишься? Не я тебя головой об унитаз приложил. Хотя доктор, наверное, так изначально и подумал, учитывая, что я нихрена не смог ему по телефону объяснить.       Паучок нахмурился, что-то мучительно обдумывая. Видимо, голова всё ещё болела, учитывая болезненную гримасу, на мгновение исказившую его лицо.       — Сам не знаю. Простите, что заставил Вас переживать. Просто все эти Ваши дурацкие разговоры…       — Если тебя это смущает настолько, что ты в канализации готов жить, я перестану, — хмыкнул Тони, глядя, как робо-хомяк, лениво тряхнув пластиковыми лапками, поплёлся куда-то к ногам Паркера.       — Нет, просто… не знаю. Мне стрёмно об этом разговаривать с Вами.       Старк удивлённо вскинул бровь, откидываясь на спинку стула.       — С кем, если не со мной?       — Да с кем угодно, только не с Вами, — едва слышно пробормотал Питер, скидывая Пипера с одеяла. Тот возмущённо пискнул, скатившись на матрас.       Тони, тем не менее, услышал и испытующе посмотрел на паучка. Тот сделал вид, что ничего особенного не сказал и быстро перевёл тему:       — Скажите спасибо, что я в медотсеке не из-за арахисовой пасты.       — Что? — не понял Старк.       Питер терпеливо вздохнул, рассматривая собственные руки с таким интересом, словно увидел их в первый раз.       — У меня раньше — до укуса паука — была аллергия на арахис. И когда я ел арахисовую пасту… — Паркер внезапно покраснел и пробормотал что-то вроде:       — Ладно, это плохой пример.       Отпихнув вездесущего робо-хомяка в сторону, Тони пересел к Питеру на кровать.       — Твоя коленка упирается мне в задницу, не возражаешь?.. — недовольно поморщившись, произнёс Старк, двигая ногу Паркера, скрытую тонким одеялом, в сторону. — Послушай, Питер. Думаю, что нам давно нужно поговорить начистоту.       Паучок испуганно вытаращил глаза и согласно кивнул. Разгладив невидимые складки на одеяле, Тони прочистил горло и произнес:       — Я долго пытался отрицать возникшую между нами с… О, погляди-ка, уже двенадцать часов ночи!       Питер удивлённо моргнул, и медленно, словно не доверяя своему голосу, прошептал:       — С Р-рождеством Вас, Тони?       Придвинувшись чуть ближе, Старк аккуратно убрал лезшие в глаза Питеру волосы и почувствовал, как тот вздрогнул. От страха, или неприязни, или?..       — Ты, кстати, так и не подарил мне последний мини-подарок, из-за этого, хм, преждевременного отпуска…       Паркер едва слышно выдохнул и, нервно облизнув губы, просипел:       — Да, но я…       — …так что я возьму его сам, — прошептал Тони, наклоняясь ближе, не отрывая, впрочем, взгляда от расширившихся глаз Питера. Склонившись к губам юноши, Старк прикрыл глаза, чувствуя тёплое быстрое дыхание, а потом…       Паркер отпрянул. Да так резко, что его многострадальная голова с тихим «Тук!» встретилась со стеной.       Тони, пожалуй, впервые в жизни ощутив себя конченым идиотом, отодвинулся, не сдержав расстроенный вздох.       — Что ж, очень доходчиво, — пробормотал мужчина, нервно одёргивая штанину спортивных штанов. — Извини, малыш, я…       Питер неожиданно резко дёрнул Тони на себя и, не дав тому опомниться, перевернулся, прижимая мужчину к кровати.       — Вау, — выдохнул Старк, глядя в потемневшие глаза Паркера. «Что ж, возможно не такой уж я и идиот» — подумал Тони, с энтузиазмом отвечая на поцелуй.       Целоваться с Питером, пожалуй, было самым приятным времяпрепровождением за последние пять лет. Потому что паучок приятно пах чем-то терпким, а его губы на вкус были лучше самой дорогой на свете арахисовой пасты. А ещё, потому что они так идеально подходят друг другу, и…       — Ой, блин, меня, кажется, сейчас вырвет, — простонал вдруг Паркер, разрывая поцелуй. И чересчур резко для человека с гигантской ссадиной на затылке вскочил на ноги, ища глазами стакан воды.       — Знаешь, что, Питер! — задохнулся от возмущения Тони, садясь на кровати. — До тебя никто не жаловался.       — Да не из-за Вас, из-за сотрясения, — приложив ладонь ко лбу, прохрипел юноша, плюхнувшись рядом и практически сразу принимая лежачее положение.       Старк подскочил с кровати, всё-таки чувствуя себя идиотом.       — Чёрт, извини, — пробормотал мужчина, протягивая Питеру стакан воды.       — Ничего, — Паркер несмело улыбнулся, покрываясь очаровательным румянцем. — Мне понравилось.       Старк фыркнул, а потом рассмеялся, прижимаясь лбом к груди хихикающего Питера. Что ж, пожалуй, это Рождество Тони точно запомнит надолго.