Вырвана с корнем. Часть 1. Право на собственное имя.

Отряд повстанцев держал путь в сторону Неизведанных регионов. По дороге Ронда внимательно читала статьи из Голосети про Илум — те, что республиканцы успели сохранить на своём сервере. В имперской сети сведения об этой планете отсутствовали. Ронда тому не удивлялась — согласно старым архивам, планета была священным местом для джедаев, где те добывали кайбер-кристаллы для своих мечей. Неудивительно, что Палпатин уделял этому миру столько внимания. Там наверняка особо сильна джедайская Сила. Рогма, будучи восприимчивым к Силе, ожидал встречи с планетой с трепетом в душе. То ли предчувствие, то ли надежда получить ответы на свои самые больные вопросы переполняли его. Почему-то ему казалось, что именно там Сила укажет ему на дальнейшие шаги, которые будут иметь решающее значение не только в его судьбе… Всю дорогу ни девушка, ни даг не проронили ни единого слова — каждый был погружён в себя и каждый ожидал от этой миссии чего-то необычайно важного. Рогма медитировал, а Ронда внимательно всматривалась в голограмму Илума, на которой отображался жемчужно-белый заснеженный шар, сам по себе напоминавший гигантский кристалл. Эта планета обещала быть едва ли не самой красивой из тех, что Ронда успела посетить за всю жизнь. И, конечно же, она приложит все усилия, чтобы выгнать оттуда имперскую погань! Сигнал навигационного компьютера вывел их из полусна-полуяви. Рогма, сидевший в нижней кабине, приготовился к выходу из гиперпространства. Синее свечение за бортом сменилось на свет звёзд. Повстанцы были на месте. От увиденного в иллюминатор Рогме чуть не стало плохо. Илум напомнил ему гигантское животное, с которого живьём содрали кожу — в некоторых местах планета была буквально лишена коры, так что обнажалась её мантия. — Будь проклята эта Империя, что так уродует самые прекрасные уголки нашей Галактики! — даг скрипнул зубами от злости, а в глазах блеснули красные молнии. Ронда, даже будучи далёкой от джедайских идеалов и практик Силы, сама пришла в ужас от масштабов учинённой имперцами катастрофы. Из-за проводимых на поверхности разрушений сам вид планеты изменился — это более не был сохранившийся на голограммах снежный шар, он был вдоль и поперёк исполосован бороздами, словно немыслимого размера ранами. Там, где из раскопов истекала магма, планета будто кровоточила. А над всем этим висели, словно стервятники над разодранной тушей, два разрушителя. «Они наверняка заметили нас», — раздался в наушниках голос старшего Деркани. — «Наша основная цель — транспортники. Они не должны покинуть планету. Кайбер-кристаллы должны остаться на Илуме». — Это наша задача. Прикройте нас, — холодным голосом с металлическими нотками отозвался Рогма. — Ронда, разорвём их на сотни частей! Готовь весь наш арсенал. АИР-170 атаковал первый транспортник, который успел покинуть атмосферу планеты. Лавина выстрелов разнесла пилотскую кабину, и обезглавленный корабль начал дрейф по орбите. — Молодцом, АИР-170! — старший Деркани заложил крутой вираж, уворачиваясь от не замедливших с появлением СИДов. — Всем держаться парами! Мохоник, ты со мной! Рогма и Ронда, транспортники ваши! Белый звездолёт пошёл в атаку на следующий грузовик, оказавшийся проворнее первого. Прежде чем Рогма изрешетил его, тот нырнул в атмосферу. АИР устремился следом и продолжал обстреливать грузовик с кайбером, стремясь, чтобы тот развалился от трения о воздух. Наконец, щиты удалось пробить, и звездолёт стал падать. — Отлично, пилот Стергис и пилот Иксан! — старший видел их победу. — Осторожнее, там ещё истребители! По обшивке АИР-170 хлестнула очередь бластерных разрядов. Рогма отклонил консоль, и следующий удар, способный оказаться смертельным, прошёл мимо. «Иду на помощь!» — услышали девушка и даг голос старшего Деркани. Старый, но крепкий Y-крыл сел имперцу на хвост и скоро разнёс его на куски метким выстрелом. Но ещё через секунду произошла трагедия — откуда-то сверху по кабине ударили четыре зелёных разряда. Истребитель лидера дантуинской ячейки был уничтожен вместе с пилотом. Ронда, увидев это, вскрикнула, будто выстрел угодил в неё саму: — Нет! Мимо облака света, оставшегося от Y-крыла, косой тенью промелькнул имперский истребитель. Рогма и Ронда успели разглядеть его. Это был необычный СИД. И пилот в нём сидел необычный. Даг напряг чутьё. Что-то встревожило его. — Это реальная опасность! — успел крикнуть он в микрофон, когда АИР сильно тряхнуло. — Уходите все, скорее, прочь, прочь! Ронда увидела тянущийся за их кораблём шлейф дыма. Был подбит один из субсветовых двигателей. — Кто это? Он убил старшего, а теперь охотится за нами! — в ужасе спросила она. — Не знаю. Помоги мне маневрировать, надо найти, где спрятаться! — ответил даг. — М-м, элероны заклинило! — Я помогу. По счёту «три» — ручку на себя. Раз…два…три! Девушка и даг синхронно дёрнули рычаг атмосферных рулей на себя. Истребитель перестал падать камнем вниз и перешёл в планирование. Странный СИД зашёл на второй круг и без особого труда вывел из строя второй двигатель, но окончательно сбивать их не стал. Рогма неожиданно понял дальнейший ход событий. — Он не хочет убивать нас сразу. Хочет помучить, выродок! — даг оскалил клыки. — Ну нет! Ронда! Инактивируй топливо. Он будет стрелять в бак. Коаксиум сбрось. — Есть! — девушка впрыснула в топливные баки специальный реагент, делающий агрессивную жидкость инертной при любом воздействии. Такая мера предусматривалась на случай жёсткой посадки, чтобы звездолёт не превратился в импровизированную бомбу, а экипаж имел больше шансов выжить. Как Рогма и предвидел, имперец выпустил очередь в борт, где располагался топливный бак. Ронда воспользовалась моментом и сделала ответный выстрел. В крыле СИДа образовалась внушительная дыра, и он снизил скорость. — Молодец! Не теряй его из виду, я попробую посадить корабль, — приказал Рогма. Подбитый АИР-170 заскользил по планирующей траектории над изборождённой и перекопанной вдоль и поперёк поверхностью Илума. Рогма, сбросив мешавший шлем, отчаянно искал любое убежище, куда можно было спрятать корабль. Наконец, его зоркий глаз различил среди оголённых скал пещеру, достаточно широкую, чтобы туда смог влететь истребитель. — Включай репульсор, — скомандовал он Ронде. — Помогай мне направлять корабль туда, в тот пролом… — В пещеру? — поняла девушка. — Мы не поместимся! — Поместимся, нужно только попасть туда. Давай, рули же! Немного притормозим, это поможет… От страха Ронда завизжала так, что у неё самой заложило уши, но управление не бросила и, продолжая кричать, на скорости в несколько сотен километров в час прошмыгнула в жерло пещеры. — Вниз! Тормози, жмись к земле! — вскрикнул Рогма, вцепившись в кресло всеми четырьмя конечностями. Высекая за собой шлейф искр о каменистое дно пещеры и теряя таким образом скорость, старый истребитель замер посреди пещеры, словно погибшее животное. Ронду охватил такой столбняк, что она ещё несколько минут неподвижно сидела в кресле, подавшись вперёд и вцепившись в рули. Рогма, отошедший от шока первым, тихо молвил: — Кажется, мы оба живы. Это главное… Ронда? Девушка не отвечала. Даг переполз в её кабину и встревоженно заглянул ей в глаза — те были словно стеклянные. Рогма не на шутку перепугался и протянул к ней руку. — Очнись, Ронда, мой милый друг! Самое страшное позади. Ты сумела посадить корабль в такую пещеру — редкий пилот на это способен. Тебе бы быть гонщицей на подах. Все трассы были бы твои… Сказав это, он провёл кончиками пальцев по её ледяной щеке. Ронда вздрогнула и разразилась ливнем слёз. Рогма, в стремлении успокоить её, расстегнул ремни, врезавшиеся в грудную клетку, снял с неё шлем, перебрался в кресло и, опираясь о подлокотники нижними конечностями, крепко обнял девушку. Стащив зубами перчатку, он погладил ей волосы. Ронда не прекращала рыдать, зарывшись носом дагу в воротник, он чувствовал, как её слёзы стекают по его шее под комбинезон. — Я… я разбила его… — всхлипнула она, сомкнув руки на его спине. — Ты спасла нас. Это главное. Остальное неважно, — приговаривал ей на ухо даг, гладя её по спине. — Ты молодец, мой славный друг. Дрожа как под воздействием электричества, Ронда подняла глаза. Даг улыбнулся и вытер ей слёзы. — Всё нормально. Не бойся. Мы живы. Мы спрятались — здесь нас не найдут. — Но мы не сможем…улететь…двигатели…уничтожены, — дрожащим голосом возразила девушка. — Я успел подать сигнал бедствия, прежде чем мы коснулись земли. У нас есть спасательный комплект, чтобы продержаться хоть месяц. Аварийный буй тоже цел, я включу его, когда наш преследователь убедится в том, что мы погибли. — Тот СИД… Кто правил им? Это не простой пилот. — Знаю, но точно не берусь сказать. Ты сама видела, как он сбил истребитель. Мы потеряли нашего лидера. — Да. Старший Деркани… Это он спас меня… — Ронда вновь расплакалась, закрыв лицо ладонями. Рогма положил руки ей на плечи. — Да, я тоже скорблю о его потере. Только давай сделаем это более достойно, чем слезами. Выйдем наружу и преклоним колено в его честь. Слова Рогмы прозвучали для девушки как команда. С помощью дага Ронда выбралась из кабины и следом за ним опустилась на колени, а лбом прильнула к земле. Некоторое время они стояли так, не проронив ни слова. После такого ритуала поминания они оценили масштабы повреждений. Оба двигателя были уничтожены, рулевое оперение также пострадало. В таком состоянии корабль был неспособен к полёту. Но генератор работал, и Рогма активировал аварийный буй, в надежде, что кто-нибудь из Альянса поймает сигнал и найдёт их. Пока даг налаживал технику, Ронда осмотрела пещеру, в которой они сейчас спрятались. То была длинная, явно искусственная выработка в скальном массиве. Было ли это сделано имперцами или джедаями в незапамятные времена — неясно. Главное, здесь можно было переждать опасность. Девушка долго осматривала высокие своды пещеры и следы землеройных машин на стенках — чтобы предотвратить обрушение пород, неведомые горняки явно нагнетали под свёрла проходческих щитов раскалённую плазму, вызывая расплавление камня и формируя своеобразный, но очень прочный тюбинг в тоннеле, не требовавший дополнительного укрепления. Бегло изучив структуру пещеры, Ронда забралась обратно в кабину, с целью извлечь оттуда прочный герметичный ящик, способный выдержать попадание протонной торпеды. Оттуда были извлечены палатка на двоих, тёплые одеяла, спальные коконы, сухпайки и конденсатор — прибор, способный выжать воду даже из самой малой влажности в атмосфере. Приготовив питьё и пайки, девушка и даг поставили палатку под крылом АИР-170 и сели ждать. Рогма погрузился в себя и усиленно созерцал Силу вокруг, насколько это было доступно самоучке, выискивая там то, чего он подсознательно боялся — тёмные отметины адептов зла. Он потерял счёт времени, но, как он ни силился увидеть своего таинственного врага — это не получалось. Что-то (а может быть, и кто-то) дал ему знать — бояться нечего. Даг чуть заметно кивнул головой и выдохнул. С души словно свалилась дюракритовая плита. Ронда, всё это время пережёвывая белковый концентрат из сухпайка, сидела поодаль и не смела прервать медитацию своего друга. Пользуясь моментом, она украдкой любовалась им — как изящно он взмахивал ушками, как на шее перекатывались под мягкой упругой кожей сильные мышцы. Сердцем и телом она рвалась к нему, но разумом понимала, что он ищет путь к спасению, и лучше ему не мешать. Тем не менее, когда даг очнулся и незамедлительно полез в корпус звездолёта, она не удержалась от вопроса: — Как считаешь, нас найдут? — Имперцы нас точно не ищут, — ответил даг. — О нашей пропаже в Альянсе тоже в курсе. Хочу верить, что наши друзья не поторопились и нас включить в список погибших. Тогда они вышлют за нами кого-нибудь. Я включу наш маяк. Его сигнал пройдёт даже через толщу скалы и будет уловим на высоких орбитах. Ронда, ты же совсем замёрзла. Вся дрожишь. Надень термокостюм, он согреет. — А как же ты? — на самом деле дрожа как осенний лист, спросила девушка. — Мне он, увы, великоват. Ничего, управлюсь как-нибудь. — Сейчас, надо придумать… — Ронда последовала совету друга, а когда температура в костюме стала приемлемой, расстегнула замки, не выключая при этом обогревательный элемент. — Заходи в палатку, закрой наглухо вход. Сейчас воздух внутри прогреется. В пещере темно, хоть глаз выколи, невооруженным глазом нас не разглядеть. Рогма переключил источник освещения в палатке на минимум, загерметизировал вход и включил фильтр воздуха. И на самом деле, скоро обоим стало очень тепло, если не сказать жарко. Ронда чувствовала, как по спине льётся пот, но стеснялась снимать комбинезон. Даг же наоборот, разделся до нижнего белья, открыв взгляду девушки ладно сложенный, мускулистый торс, которому могли бы позавидовать иные спортсмены гуманоидных рас. Ронда не могла не рассмотреть его жадным взглядом. Лишь бы только даг не понял её истинных мыслей, казавшихся ей самой постыдными и неприличными. — Сними лишнюю одежду, ты вся раскраснелась, — рекомендовал даг. «Неужели понял?!» — вздрогнула Ронда. — Да нет, нормально… — пробормотала она, не осознавая собственных слов. — Ну, смотри сама, — неужели в уголках этих прекрасных золотых глаз блеснул хитрый огонёк? Даг задумчиво поднял голову вверх и на первый взгляд неуместно заметил: — Я обращаюсь к Силе намного чаще, чем может показаться. И знаешь, иногда я словно получаю оттуда подсказки, что делать дальше. Это началось, надо сказать, не очень давно, несколько месяцев назад. Как будто кто-то дает мне совет. К примеру сейчас. Сердце Ронды нервно дёрнулось в груди, она задала Рогме, как ей показалось, отчаянный вопрос: — И что же за совет тебе даёт Сила? Что тревожит твою душу? Её друг не ответил словами. Вместо этого Рогма вытянул свою длинную шею навстречу Ронде и с робостью коснулся её губ своими. Девушка покраснела, но не стала пугаться и отстраняться. Желание повторить опыт пересилило страх, и она снова поцеловала дага, на сей раз глубже. Рогма ответил ей тихим урчанием. Когда он отстранился назад, его золотые глаза радостно сверкали, на губах отпечатались следы перламутрового блеска для губ, которым пользовалась девушка. Ронда протянула руку и вытерла дагу губы. — Я тебя совсем перепачкала, — смутилась она. Рогма поймал её руку и поцеловал подушечки пальцев. — Я впервые в жизни целовал представительницу иной расы… — тихо промолвил он. — А своих соплеменниц ты часто целуешь? — наивно спросила девушка. — Вообще — нет. Ни разу, — откровенно признался даг. — Ты — первая. От этих слов сердце Ронды переполнилось гордостью, теплом и нежностью, и девушка решительно обняла своего друга за плечи. Рогма сладко вздохнул, ощутив тёплые женские руки на своей коже. Инстинкты включились, заставляя кровь бурлить как кипяток. Даг заключил девушку в объятия и снова поцеловал, теперь уже более смело, страстно. Он захотел её, немедленно, здесь и сейчас. — Это бесподобно! — вздохнул он. — Я прежде не чувствовал так сильно… — Я тоже, — улыбнулась Ронда, сияя от радости. — Но слышала, что сначала будет очень больно. Ой! Она проговорилась! Теперь он поймёт всё, что у неё на уме. Ронда прикусила губу от досады и опустила глаза. Но даг, кажется, вовсе не собирался её осуждать или отчитывать. — Я постараюсь уменьшить твою боль, если ты, разумеется, этого хочешь… близости со мной, инородцем. У неё закружилась голова, словно её напоили алкоголем. Неужели это наяву? — Да, Рогма! — с готовностью закивала головой девушка. — Тогда — позволь мне снять с тебя всю лишнюю одежду. Я же говорил — тебе жарко… — мурлыкнул даг. Пока он неспешно расстегивал замки на комбинезоне Ронды, она прикоснулась к его кожистым усам. Рогма зажмурился от удовольствия и блаженно улыбнулся. — Хорошо. Можешь повертеть их пальцами. Мои усы очень чувствительны. — Ты говори мне, где тебе приятно, когда я тебя трогаю. — И ты тоже, — выдохнул даг, созерцая открывшуюся его взору красивую, округлую грудь Ронды. Так похоже на то, чем обладают самки его расы — и всё же намного красивее. Когтистые пальцы стали осторожно массировать вмиг затвердевшие соски. Ронда простонала и придвинулась вперёд. Даг улыбался — он нашёл чувствительные точки на её теле. И тут же наступил его черёд наслаждения, когда девушка провела кончиками пальцев ему по позвоночнику между лопаток. Ронда почувствовала, как внизу живота словно стягивается некий тугой узел, немного болезненный и одновременно невероятно приятный. Она прежде ощущала нечто подобное, но сейчас, с Рогмой, это было в разы сильнее. Она помогла ему снять с себя одежду, оставаясь перед ним совершенно обнаженной. Даг на несколько секунд застыл неподвижно, созерцая её. — Ты так хороша. Моя Ронда! — Рогма снова обнял и поцеловал её, но на сей раз обнаженная кожа дага соприкоснулась с человеческой, породив невероятную искру страсти между представителями таких разных — и таких похожих — рас. Они легли на ворох одеял и спальные коконы и снова с упоением трогали, ласкали и изучали тела друг друга. Рогма, немного боясь оцарапать нежную кожу когтями, проскользил пальцами вниз живота, промеж влажных складочек, попутно исследуя предстоящую ему цель. Ронда, утопая в неге страсти, краем глаза заметила, как даг стащил с себя всё оставшееся бельё. С недавних пор она стала обращать внимание на интимную часть тела иноплеменника и немного озадачивалась тем, что у мужчин-дагов, на первый взгляд, там было ровное место. Теперь она поняла — своё потаённое сокровище самцы-даги прячут внутри тела. Длинный даже для человека, а уж для дага и подавно, копулятивный орган блестел от стекавшей смазки. Ронда с удовольствием рассмотрела каждую складку кожи, каждую выступающую вену. Она хотела потрогать его и протянула руку, но остановилась в нерешительности. Уловив её тревогу, даг словно невзначай попросил, придвигаясь ближе: — Потрогай меня… так, как я тебя. Ронда осторожно скользнула подушечками пальцев по твёрдому горячему органу. Для Рогмы, не знавшего ласки до сего момента, этого было достаточно. Он улыбнулся и ободряюще кивнул ей. — Раздвинь ножки пошире, — прошептал он, устраиваясь посередине и поудобнее обхватывая подругу за ягодицы нижними конечностями. Безоговорочно подчиняясь ему, девушка почувствовала, как что-то влажное упёрлось ей между ног. Она помогла дагу, направив его и обняв другой рукой за талию. Ронде в тот миг было и приятно, но и страшно, поэтому она закрыла глаза. Шепча ей на ухо что-то бессвязное, Рогма с усилием подался вперёд. — Ай! — тихо вскрикнула Ронда, почувствовав, как внутри что-то хрустнуло с сильной болью. Рогма замер на месте и отстранился назад. — Сильно больно? — неподдельная тревога проскользнула в его интонациях. — Ага… — призналась Ронда. Рогма отодвинулся назад и склонил длинную голову вниз. Ронда не находила в себе сил открыть глаза, поэтому не подозревала дальнейших его действий. Вдруг она ощутила прикосновения чего-то тёплого и скользкого. Боль стала отступать. Ронда поняла — даг ласкал её языком! По всему телу побежали тёплые волны удовольствия, не знакомые доселе. — Как хорошо! — вздыхала Ронда. — Не останавливайся! — Открой глаза, — прошептал ей Рогма. — Смелее. Сказав это, он продолжил ублажать её. Ронда осторожно приоткрыла глаза и в упор встретила взгляд золотых глаз. Ей захотелось. Его. В себе. Здесь и сейчас. — Уже не болит. Иди ко мне, — попросила она. Даг улыбнулся и неспешно устроился сверху, чтобы продолжить начатое. На сей раз проникновение не было таким болезненным. Рогма осторожно продвинулся вперёд, затем чуть отстранился назад. Вперёд-назад. С каждым разом всё глубже, теснее, ближе. Ронда с восторгом чувствовала, как два тела — дагское и человеческое, такие разные, но отлично подходящие друг к другу — соединились в целое. Рогма улыбался — кажется, этот первый опыт физической близости, да ещё и с девушкой иной расы, и ему очень нравился. Он продолжал свой путь — вперёд-назад, а Ронда сосредоточила восприятие на ощущениях его присутствия внутри. С каждым движением эти ощущения становились сильнее, ярче, и в конце концов сладкий стон удовольствия сорвался с её губ. Рогма улыбнулся, но не останавливался, и вскоре Ронда почувствовала внутри тепло. Даг замер на месте, тяжело дыша, и крепче прижимался к её телу. Его мягкие губы захватили мочку её уха, и он стал нежно посасывать её. Ронда гладила его мускулистую спину, шепча на ухо: — Так хорошо… спасибо тебе, мой Рогма! А тебе как? — Тоже очень понравилось. Просто чудо. Даг, переводя дыхание, лёг рядом. Глаза его, будто остекленев, смотрели неподвижно в одну точку. Он глубоко погрузился в собственные мысли и переживания, осознавал и анализировал всё, что с ним только что произошло. Ронда глянула на него краем глаза и решила пока сохранить молчание. Вместо лишней болтовни она сосредоточились на собственных переживаниях, как физических, так и душевных. Саднящая боль между ног напомнила ей, чего она лишилась. Но в душе ощущения были иные, она обрела гораздо больше, чем потеряла. Будучи подростком, она, конечно, порой задумывалась и пыталась предугадать, каков будет он, её «первый раз». Но то, что её самая первая близость произойдёт с представителем иной расы, тем более, негуманоидом — было нечто, не подвластное любому логическому прогнозу. И это было потрясающе! Ронда понимала, что, при кажущейся нелепости, всё, что с ней произошло — правильно, так, как задумала Сила. — Ты как? — послышался слабый голос Рогмы. Даг взял девушку за руку, переплетя пальцы. — Осознаю себя в новом качестве, — улыбнулась Ронда. — Я тоже. Как твоя рана? Я не больно всё сделал? Ронда осторожно ощупала себя рукой. На ладони заблестела свежая кровь. — Великая Сила! — испугался Рогма. — Нехорошо. Лежи и не двигайся, я наложу повязку. Даг добыл из ящика аптечку и наложил кровоостанавливающую подушечку на только что им самим же нанесённую Ронде рану. Девушка была поражена необыкновенной заботой, с которой к ней относился этот даг — отныне её мужчина. — Давай отдохнём. Что-то я совсем обессилела… — предложила она сонным голосом. — Я разделяю твоё стремление, — Рогма сердечно засмеялся, ложась подле своей женщины. Накрыв её и себя одеялом, он опустил голову на подушку и закрыл глаза. И Рогма, и Ронда спали крепко, но бдительности не теряли. По крайней мере, когда в пещере послышались отдалённые шаги, даг слегка потряс подругу за плечо, призывая проснуться, а сам снял с предохранителя предусмотрительно хранящийся под рукой бластер. Шаги приближались. Рогма расслышал, как их позвали по имени. «Пилот Иксан! Пилот Стергис! Рогма, Ронда, отзовитесь, это капитан Фортуна. Где вы?» Переглянувшись, девушка и даг накинули на себя нижнее бельё и, на всякий случай не убирая бластеры, осторожно приоткрыли палатку. Указав Ронде жестом оставаться позади, даг вышел наружу. — Капитан Фортуна, покажите себя. Мы здесь, — громко провозгласил он. — Ну, наконец-то, — в полумраке пещеры мелькнули длинные тви’лечьи головные хвосты. В тусклом свете, исходившем из открытой палатки, повстанцы различили черты лица капитана. Тви’лека опустила свою винтовку и шумно выдохнула: — Хвала Рилоту! Я, честно говоря, слабо верила в успех своего отчаянного шага. Вы оба целы? — Практически да, — отозвалась из глубины палатки Ронда. — Вы давно ищете нас, капитан Фортуна? — Почти двое суток. Вам несказанно повезло! Я поймала ваш сигнал, уже собираясь улетать — я и так нарушила не один десяток правил, отказавшись отступить, скрывшись от имперцев за горизонтом и обшаривая сканерами поверхность этой злосчастной планеты. — Старшего убили, — тихо сообщила Ронда. — Да, я в курсе, — как тви’лека ни скрывала этого, в её голосе промелькнули скрипучие нотки. — Имперцы ждали нас здесь — кто-то направил нас в ловушку. Чистое чудо, что мы отделались минимальными потерями и даже покусали импероидов — трёх барж с кайбером они-таки лишились. — Альянс должен найти «крысу». А нам надо поскорее унести ноги отсюда. И… нельзя просто так бросать АИР с его базой данных. Там бортжурнал и координаты нашей базы. Ронда, вытащи модуль памяти. Увезём с собой. — А сам корабль? — Ронде было явно жаль старого истребителя. — Увы, придётся бросить, — Фортуна развела руками. — Вы сами-то еле поместитесь в моей кабине. Давайте, бегом! Даг указал: — Займись компьютером, я пока соберу всё, что можно унести. Еду, кислород. — Мой корабль у входа в пещеру. Как вообще вы сумели втиснуться сюда? Так точно попасть можно или ползком или с помощью захватывающего луча. Вам точно никто не помог? — Никто, по крайней мере, мы никого не увидели, — пожал плечами Рогма и настороженно раздул ноздри. Вскоре Ронда, тащившая за плечами модуль памяти из АИР-170 и Рогма с не менее тяжёлым рюкзаком добрались до малозаметного на фоне серых скал Y-крыла. Вещи были сгружены в пустой бомбовый отсек, беглецы же, втянув животы, утрамбовались в и без того тесную кабину. Рогма свернулся улиткой под креслом, Ронде же пришлось прильнуть к последнему с трёх сторон, расположившись на боку. Взлетая, капитан проворчала: — Воздуха еле хватит на троих. Старайтесь молчать и дышать пореже. Уходим. Звездолёт стремительно унёсся от Илума — планеты, где Ронда потеряла так много всего, но обрела не меньше.