Империя солнца: стальной марш

      — Спасибо за столь щедрый дар, — сказал я улыбаясь. — Может, вы хотите, чтобы я помог вам в чем-то?       — Да вот один сенатор злоупотребляет властью! Он силком заставляет идти в постель женщин, поддерживает преступность в стране, да и не все налоги отдает в казну Сената и личную казну Вашего Императорского Величества! — сказал он с серьезным лицом, я заметил, что все эти действия вызывают у него отвращение.       — Его имя и доказательства! — я же думал, как выйти в еще больший плюс.       — Его имя Бернар и вот доказательства его вины. — Он достал стопку документов.       — Так, сейчас прочту, — беря документы, это оказалась черная бухгалтерия. — Как говорится: услуга за услугу. Я сотру его семью и все предприятия, которые занимались всем этим. — При этом проверю, Бернар ли писал эти бумаги, а также узнаю, насколько Ричард надежен, как человек, ибо нельзя отрицать шанса, что он очень хорошо прикидывается.       — Спасибо. Я верил, что вы мне поможете, — ответил Ричард.       — После еды разберусь с рабыней и пойду вырывать сорняк.       — Я думал, что вы снимете маску, — сказал в шоке маршал моей армии, смотря на то как в маске появилось маленькое отверстие, сквозь которое я ел.       — Думать не вредно, вредно не думать.       Пока я ел, мы разговаривали на разные темы, после еды меня провели к моей карете и, когда я уже хотел уезжать, меня задержал маршал.       — Простите, мне только что сообщили — в ближайший месяц флот будет готов!       — Рад, что так быстро, — улыбнувшись под маской сказал я, а после приказал кучеру ехать к моему дворцу.       После я провел полчаса в молчании, смотря на панику и грусть этой девушки. Какие же интересные зверушки — разумные существа, и как интересно смотреть на их эмоции.       — Что вы со мной сделаете? — разорвала тишину девушка.       — Много чего, — ответил я лаконично, из-за чего она покраснела. Хм, а что будет, если сделаю все так, будто это она сама себе напридумывала, какое же у нее будет выражение лица?       — Х-хорошо, — сказала она, еще больше краснея, и перевела взгляд на окно.       Дальше, по пути до замка, она, не переставая дрожать от страха, украдкой кидала на меня взгляды и краснела, при этом она не забывала прикидываться, что не смотрит на меня.       — Вот и приехали. — После этих слов она, похоже, что-то себе придумала и, взяв меня за край одежды, пошла за мной.       А чего все слуги выглядят более живыми, так еще шепчутся? А, похоже уже надумали себе, что это моя будущая жена, от этих взглядов и шепота она стала еще более красной, казалось бы, куда уж ещё?       — Ваше Импера… торское величество, — запнувшись поприветствовал меня мой глава разведки, затем увидев мою рабыню спросил, хотя мне кажется, что он запнулся именно из-за того, что он увидел ее, — каков ее социальный статус?       — Мое имущество, — сказал я как есть.       — То есть как к неприкасаемой особе. — Главный шпик с интересом рассматривал ее. — Недурно выглядит, таз достаточно широк, чтобы родить здоровых наследников, а вот размер груди удручает. Сможет ли она прокормить детей? Если нет, возьмем кормилицу, — говорил он кивая время от времени, при этом казалось, что он говорит мысли вслух.       — Ик, — пискнула она. — Я принцесса королевства Азерот, в-вы не посмеете!       — Так еще и имеет хорошую родословную, — сказал глава ОР, — недурной выбор, Император! Она хоть и все равно недостойна Вас, но кого-то более подходящего на пост Императрицы я пока не вижу.       — Как ты вообще попала за границу? — сказал я охуевая от этой информации.       — Меня предали… — со злостью ответила мне бывшая принцесса.       — А, семейные разборки в королевских семьях? — сказал я уже скучающим голосом.       — Да, — сказала она даже как-то тихо.       — Значит твои родственники, возможно, уже никак не помогут тебе. Так еще тебе могут по пути домой сделать случайность, например: бандиты убьют, не забыв изнасиловать перед этим, — сказал я.       — Да, — сказала принцесса, которая проиграла в политических играх.       — Возможно, у тебя еще остались сторонники? — спросил я в интересе, ибо возможно я смогу ее использовать для того, чтобы решить некоторые проблемы.       — …Да, — сказала она, перед этим сомневаясь.       — А что так неуверенно? Значит если и остались, то либо их мало, либо они имеют незначительное влияние в твоей стране? — задумался я. — И единственный способ спастись для тебя — это выйти за кого-то влиятельного из другой страны.       — Но я хотела по любви! — сказала эта девушка начитавшаяся романов.       — Все равно, запомни, сейчас ты моя рабыня! — прерывал ее мысли, чем вызвал ее грусть. — Наша жизнь — не роман, и любовь — это первое, чем мы платим за свой статус, чтобы род смог жить более лучше, — рассказал я ей истину для дворян. — И не стоит убиваться по потерянной светлой жизни, крестьяне всю жизнь живут намного хуже. Когда у них неурожай — страна забывает про них, хотя они — это основа могущества государства… они умирают от голода и болезней, пока знать проводит шикарные пиры, — добавил я с горечью в голосе. — И твоя «проблема» совсем не сравнима с их жизнью. Так еще их угнетают те, кто должны были их защищать… вот такой вот парадокс, — сказал я с иронией, хотя меня блевать тянуло от всего этого дерьма. Блин, снова начал слишком далеко копать.       — Я… — похоже, что мои слова порушили ее мировоззрение, в котором она была самым несчастным человеком в мире.       — Эхх, иди за мной, — но до того как пошел в сторону императорского гардероба, оглянулся и увидел еще более фанатичный взгляд моего главы РО и взгляды, полные уважения, от слуг моего дворца. По пути ничего не случилось и я смог быстро дойти до места назначения.       — Выбирай вещи, что тебе нравятся, — предложил я, открывая гардероб.       — Простите, почему у вас так много платьев в гардеробе, так еще все разных размеров.       — Все просто, я заметил тенденцию дочек и жен моих сенаторов «случайно» проливать на свою одежду вино, или как-нибудь еще ее портить, и под таким предлогом оставаться у меня во дворце на время, пока одежда не просушится или не привезут с запозданием замену. На что они надеются? — ответил ей таким голосом, по которому можно было понять, что это все меня забавляет.       Удовлетворившись ответом, девушка оделась не смущаясь моего взгляда, что доказало что она все-таки дворянка, ибо большинство дворян с детства одевали их слуги и побочный эффект этого — то, что дети дворян не сильно смущаются своей наготы.       — А теперь пойдем поедим, наверное, ты уже проголодалась.       Ничего не говоря, вся красная принцесса пошла за мной, похоже я немного ошибся. Пока она ела, я наблюдал за ней, все больше смущая, и разбирался с бумагами Бернарда, выслушивая доклады своих людей, все сходилось. Когда она закончила, я разрешил ей ходить по дворцу, выделил ей комнату и приставил к ней десяток стражников и пару шпиков, чтобы они за ней присмотрели.       А сам отправив преторианский легион на зачистку убежищ, отправился вместе центурией преторианцев в резиденцию опального сенатора Бернара. Набег был быстрым, и через несколько минут мы словили сенатора вместе с его семьей.       — Ваше Императорское Величество, что тут творится?! — сказал нервно посматривая из стороны в сторону сенатор.       — Вот и мне интересно, что ты мне скажешь на это, — кинув ему несколько листов из черной бухгалтерии.       — Это ложь! — ответил мне дрожа проворовавшийся сенатор.       — Хотел бы я тебе поверить, но факты показывают на другое. — Честно говоря, мне было наплевать, он или не он все делал, ведь я делал услугу своему человеку, но оказалось, что документы правдивы.       — Я так больше не буду, умоляю, я все верну! — он, повесив плечи, так еще этими словами доказал свою виновность.       — Я накажу тебя, жестоко накажу, ведь иначе все чинуши подумают, что они могут безнаказанно обворовывать мою казну, спонсировать бандитов и насиловать мирных жителей! — сказал я. — Твоим наказанием будет… я изымаю все твое имущество во благо государства, а также буду насиловать твою дочку несколько дней, пока тебя будут пытать, а твоей женой займутся мои солдаты… ну, тебе же нравилось насиловать мирных жителей, так посмотрим, как тебе понравится, когда твоя семья пострадает от этого, — после моих слов про женщин я увидел отчаяние в его глазах. Они пробовали вырваться, но несколько преторианцев держали их за руки. — Когда мне надоест с твоей дочерью, она составит компанию своей матери.       Пока Бернара тащили в пыточную, я приказал солдатам запереть его жену и сторожить ее, и чтобы они не распускали руки. Заняв ближайшую к пыточной спальню, по всей видимости пыточных дел мастера. Зайдя вместе с солдатами и дочерью Бернара, наложил на спальню заклинание, что будет воспроизводить голос его дочери. Перед этим сказал солдатам и ей одну истину.       — Дети не должны платить за грехи своих родителей, — сказал я, улыбаясь ей, из-за чего получил взгляд непонимания. — Да и мы не животные, чтобы таким заниматься. Животное и человека различает не ум, как многие говорят… животные тоже умны, но только человек может подавить свои животные инстинкты. Вместо тебя «страдать» будет моя магия, а ты вместе с матерью пока побудешь под замком, — сказал я, а после приказал страже, чтобы они через второй проход завели ее к матери.       Мое заклинание на протяжении нескольких дней (с остановками) воспроизводило звуки жесткого секса и сначала криков мольбы, а после только вскрики и стоны. Когда я выключал звук, то уходил в комнату к моим заключенным и с ними говорил, пока палачи занимались своими делами, то есть пытали его уже не моральным способом, а физическим. Время от времени я приходил посмотреть на состояние пленника, после того как «она» перестала кричать и умолять о пощаде, а только стонала и говорила о том, как меня хочет, Бернар полностью сломался.       — Ты чудовище, прошу, убей меня! — проговорил бесчувственным голосом сенатор.       — Ты проживешь ещё один день в пытках, а после тебя ждет показательная казнь. Ах да, твоя дочурка мне уже надоела, так что сегодня я позову солдат, — сказал я и пошел в комнату, и сделал звуки, которые доносились оттуда более жесткими, добавив «солдат», что говорили всякие непристойности и ржали.       После того как все увидели состояние пленника, который сам кричал, чтобы его убили, у меня появилась страшная репутация. Хотя его дочка отчего-то краснела при виде меня, кажется, такое называют стокгольмским синдромом? А еще после того как он увидел, что с ней и его женой все нормально, та и я ему про это рассказал, он расплакался когда на его шею падала гильотина, да и я видел взгляд, полный благодарности, возможно, я это сделал чтобы ослабить свое чувство вины за то, что сделал. А что до моего легиона преторианцев, то после того когда они узнали, что я «сделал», а если точнее говоря — не сделал, внутри армии разошлись слухи, и теперь мои легионеры смотрят на меня с еще большей гордостью, кажется, я в сердцах солдат стал выглядеть еще более благороднее, чем раньше. Но меня сейчас мучает один вопрос, который я забыл у нее спросить.       — Как тебя зовут? — спросил я в порыве интереса у моей рабыни.       — Вы так и не разузнали обо мне? — в шоке спросила бывшая принцесса, которая потеряла свою ценность, как инструмент, хотя и сломанным молотком можно забить гвозди.       — Я был занят, да и называть тебя просто рабыня или наложница как-то неудобно, — ответил ей ехидно.       — Елена Ринн, — сказала она дрогнувшим голосом, который прямо говорил про то, что я сильно ударил по ее гордости.       — О, спасибо. Я, честно говоря, не знаю как пропустил твое рождение, эх… похоже, за важными делами не заметил эту мелочь.       Если она и удивилась моим словам, то не показала этого.       — Эм, а вам нравится бумажная робота? — решила перевести тему разговора Елена.       — Странный вопрос, почему ты так решила? — ответил вопросом на вопрос, как истинный еврей.       — Просто ты сидишь и не поднимаешься с этого стола и все время работаешь, что-то пишешь и читаешь, — сказала Елена.       — Ха, если не я буду этим заниматься, то кто?       — Может, по-ойдешь спать, — предложила позевывая Елена. Ну, а я не особо-то против был.       — Хорошо, — ответил, после чего потянул ее за собой и раздевшись лег вместе с ней, некоторое время я слышал ее нервные вздохи, а потом даже какой-то вздох разочарования… стоп, вздох разочарования?! Что это за херня? Когда она успела влюбиться? Что она себе напридумала, я же с ней вообще мало времени провел… как? До чего же женская логика додумалась в ее головушке? Оставив вместо себя материальную иллюзию, телепортируюсь в свою тайную комнату, где и решил заснуть в гордом одиночестве, чтобы никто не узнал, кто я такой.

To be continued…