Insanity (Безумие)

Картинка - http://cs10891.vk.com/u550469/105011473/y_9457ba1d.jpg Песня под которую писался фик - http://prostopleer.com/tracks/488702058e3 Сегодня BEAST выиграли M!Countdown. Конечно, они радовались на сцене, веселились и благодарили фанатов за любовь, но после этого выступления многое изменилось для двоих. Как только закончились съемки, Хёнсын «снял» с себя маску. От лучистого взгляда и доброй улыбки не осталось и следа. Он без слов подошёл к большому зеркалу в гримерке, тщательно смыл с лица макияж. Аккуратно снял концертный костюм, сложил его, разглаживая каждую складочку на штанах и пиджаке. Отдал менеджеру. Переодевшись в собственную одежду, все так же молча направился к выходу, прихватив рюкзак. Все это время рэпер наблюдал за ним из дальнего угла. Чунхён чувствовал за собой вину: возможно - да, он перегнул немного палку. Но это же все глупости. Такие мелочи, на которые не стоит обращать внимания. Но если Хёнсын так много внимания уделил одежде, значит - он действительно не в порядке. Обсессия снова дала о себе знать. Это ложь, это ложь. Не может все так закончиться. Вернись ко мне, прошу, вернись. Я не верю в то, что ты меня бросишь. Чунхён сорвался с места, как только за Хёнсыном закрылась дверь. Догнал, схватил его за руку, заламывая ее, прижимая парня к себе спиной и шепча куда-то в затылок: - Ты не можешь просто собраться и уйти. Ты принадлежишь мне. Только мне, и только я могу решить, когда все закончится. Я ведь вижу. Ты сам не справишься со своим неврозом. - Отпусти. Я устал. Не могу больше этого терпеть. Я не верю в то, что ты сам бросишь меня когда-нибудь. У тебя просто банально не хватит смелости бросить меня! Даже если уже сейчас любишь Хонки больше, то ты просто беспокоишься обо мне. Ах, бедный, слабый Хёнсын. Он же сам не справится. С ума сойдет. Будет прибираться в общей спальне до беспамятства, расставлять шампуни на полке, пока полностью не долбанется… Херня все это. Если ты не бросишь меня, то это сделаю я. Прямо сейчас! Хенсын вырвался из цепких рук Чунхёна и, пригладив волосы на висках, пошел прочь от него. Чунхён не ожидал таких эмоций. Настолько, что не мог сообразить, что же сейчас делать: то ли бежать следом, то ли дать время остыть. Но пока он соображал, Хёнсын уже скрылся из виду. Даже скажи я тебе эти слова, Всё будет бесполезно, но, Это не так, это не так. Я не могу поверить в этот факт. Чунхён сидел в мягком кресле, глубоко утонув в нем. Ссутулившись и съежившись настолько, чтобы привлекать к себе как можно меньше внимания. Они были в огромной квартире, в которой отмечали их победу на M!Countdown. Здесь были все близкие друзья группы. Ёсоб пел и прыгал на диване, Донун ходил по комнате и всех снимал на телефон. Вот Сынхён и Минхван сидят на подоконнике и о чем-то шепчутся. Возле них смотрит в окно Джеджин. Хонки - пьян и безумен как обычно. Странно, что Чонхуна нет. Хичоль ходит следом за Хонки: переживает, наверное. Новички… Чунхен не помнил, что за группа… Но вроде ничего. Куча народу. Хёнсына среди них нет. Он знал это точно. «Даже если бы я начал тебя убеждать в том, что все это неправда. Ты бы все равно мне не поверил. Все будет бесполезно, пока ты сам не поймешь, что это не так. Что мне нужен ты. Что я люблю тебя. Тебя, Хёнсын. Не Хонки, не Хичоля. Хотя, бесспорно, я люблю Чокобол клаб, но это другое. Не Ёсоба или кого ты там еще можешь выдумать. Не их. Тебя», - думал про себя Чунхён, глядя на людей вокруг себя. Он мысленно звал Хёнсына, хоть и понимал, что тот все равно его не слышит. Это все ложь, Не правда, больше я не могу верить. Я говорю тебе, вернись, несколько раз. Это ложь. Хёнсын ехал домой на такси. Огни фар проезжающих машин ослепляли. Шорох шин, разговоры людей, музыка из радио, бормотание водителя не давали сосредоточиться. Но мысли Хёнсына все равно раз за разом возвращались лишь к одному человеку. «Я не могу снова поверить в твою ложь. Я устал. Эта ложь вокруг меня сводит с ума. Я его предупреждал тысячи раз, что я не могу смотреть на эти гребанные заигрывания и милые поцелуйчики. Черт. Это так бесит! Эта херова ложь… Но даже сейчас. Чунхён… Вернись ко мне. Вернись...» Ведь теперь тебя со мною нет, Это факт. Не хочу верить. Вернись ко мне, я пытаюсь сказать много раз. Сейчас все должно быть ложью. Чунхёну было невыносимо смотреть на этот фарс вокруг него. А может, он просто больше не мог подыгрывать им и улыбаться, потихоньку накачивая организм алкоголем. Его любимые друзья были пьяны сильнее, чем он, что делало их веселыми и беззаботными. Но чем больше пьянел он, тем сильнее ему хотелось послать все это. -Чунхённи, я так печален… Джонхуна нет. Что мне делааааааать? – ныл под ухом Хонки. На этой фразе терпение Чунхёна кончилось. Он так резко вскочил с кресла, что пьяный Хонки вздрогнул - и свалился на внезапно освободившееся место. Рэпер боялся, что Хёнсын перестанет себя контролировать окончательно и что-нибудь натворит. Учитывая еще и тот факт, что он был не совсем в себе, это могло закончиться очень плохо. А не совсем в себе Хёнсын был именно из-за него. Где он сейчас? Дома ли? Все ли с ним в порядке? - Чунхён, ты куда собрался? Мы еще все празднуем! – у самого выхода лидер поймал рэпера за руку. - ДуДжун, я не знаю, где сейчас Хёнсын. Как я могу веселиться? - Ну, вообще-то я знаю, где Хёнсын. Я только что с ним по телефону разговаривал. Чунхён в ярости схватил старшего за грудки и прижал к стене: - Дуджун, какого хера происходит? Почему он докладывает тебе? - Эй-эй, Ён, успокойся. Я – лидер, и поэтому я отпустил его сразу после выступления. Он сказал, что поедет домой. Потому что слишком устал. А почему не в курсе ты, я не знаю. Это ваши проблемы. И отпусти меня наконец! Мать твою, новую кожаную крутку растянул. Ну ты вообще псих! Долбанулся, что ли, совсем? Но Чунхён уже выбежал из квартиры. Он спускался вниз по лестнице и набирал номер такси. Оказавшисься дома, Хёнсын сразу позвонил Дуджуну и отчитался о том, что нормально добрался домой. Умолчал лишь о том, что украл ключ от главной гардеробной. О том, что именно сегодня он либо сойдет с ума, либо убьет Чунхёна, либо спокойно всю ночь будет складывать концертные костюмы, а к утру его отпустит. Не раздумывая, он методично выгребал футболки, толстовки, джинсы с полок - и валил все в кучу. Снимал пиджаки, жилетки, костюмы с вешалок - и швырял на пол, для того чтобы потом все это снова сложить. Глаза горели нехорошим блеском, а в голове билась лишь одна мысль: «Как я жалок. Лишь бы Чунхён не увидел меня таким. Это так унизительно». Хёнсын сидел в импровизированном море из одежды, методично складывая футболку за футболкой: белая к белой, серая к серой. Он напевал строчки из новой песни: - Это ложь, ложь, ложь, ложь. Это не факт, не факт, не факт, не факт Чунхён тихо повернул ключ в замочной скважине и, не закрывая входной двери, отправился на поиски Хёнсына. Тишина квартиры раздражала, но он слышал, что откуда-то доносится голос. Увидев ключ в двери, ведущей в гардеробную, он очень удивился. Эри-нуна никому и никогда не дает ключ от гардеробной, а тут он в двери - и похоже, что она не заперта. На автомате Чунхён вытащил ключ и швырнул его куда-то в темноту гостиной, а сам вошел в комнату. Яркий свет ослеплял, но когда глаза привыкли, Чунхён открыл рот от удивления. Его прекрасный бледный Хёнсын, окруженный стопками разноцветной одежды. Дверь позади громко щелкнула, оповещая о том, что они заперты. Хёнсын вздрогнул - и поднял глаза к двери: - Ох, Чунхён. Выйди немедленно! ВЫМЕТАЙСЯ! - Я не могу, дверь закрыта. - Там снаружи ключ, она не могла защелкнуться. - Могла, потому что я вытащил ключ и бросил его куда-то в сторону дивана. Хёнсын вскочил – и, приблизившись к Чунхёну, толкнул его к шкафу: - Ты придурок. Зачем? Зачем ты запер нас тут? Издеваешься? Тебе приятно видеть это? Тебя охеренно вставляет видеть меня таким? О боже, я ненавижу тебя! Что, уже развлекся с Хонки? Или тебе Ёсоба было достаточно? Чунхёна разозлили обидные слова Хёнсына. Не задумываясь, он скрутил ему руки и потащил к ближайшему раскрытому пустому шкафу: - Если ты не заткнешься, я запру тебя в шкафу! И там-то тебе придется выслушать меня наконец! Хёнсын продолжал брыкаться, пытаясь высвободиться. Одно неловкое движение - и выпивший Чунхён валится внутрь пустого шкафа, утягивая за собой вокалиста. Хёнсын в попытке устоять хватается за дверцу. Когда они все-таки падают внутрь, он по инерции дергает дверцу на себя, захлопывая их обоих внутри, и ложится прямиком поверх Чунхёна: - Ну что, ты доволен? Ну что за хрень? Мы заперты в гардеробной, в шкафу. Где ключи от обоих, известно лишь нуне. Она придется не раньше завтрашнего утра, – прошептал в шею Чунхёну Хёнсын. Тот глотнул. Он уже и забыл, когда Хёнсын был так близко к нему. В полной темноте он чувствовал, как Хёнсын дрожит и щекочет шею дыханием. Прижимая парня сильнее к себе, целуя в висок и вдыхая неповторимый запах, рэпер прошептал: - Хёнсына, я люблю только тебя. Никакой алкоголь не сможет опьянить меня сильнее, чем ты. Только ты сводишь меня с ума: своими заскоками, неврозами, своими руками, губами. Я… Я не вижу никого вокруг. Это факт. - Это ложь, ложь, ложь, ложь. Это не факт, не факт, не факт, - прошептал Хёнсын. Чунхён почувствовал, как намокает футболка у плеча. Хёнсын плакал? - Если ты повторяешь строчки нашей песни, то ты ведь знаешь, что я не буду читать весь куплет. Лишь скажу: Если невозможно опустошить – я заново наполню, Я напишу снова историю о нас с тобой. - Чунхён, я слишком люблю тебя. Это сводит меня с ума. - Меня сводишь с ума ты. Я готов остаток жизни просидеть здесь с тобой, в одной квартире, в одной комнате, в одном шкафу. Чтобы ты был так же близко, чтобы я мог… - Чунхён потянул Хёнсына за футболку - разрывая горловину, прикасаясь губами к прохладной коже на плечах, целуя шею, облизывая уши, вдыхая аромат хрупкого, сумасшедшего, но такого нужного человека. – Чтобы я мог доказать, что не лгу. - Докажи, - прошептал Хёнсын, расстегивая ремень на джинсах Чунхёна.