Шлюха для господина, господин для других

— Расскажешь про Ведди? Где он сейчас? Рейрак смерил взглядом Джареда, криво ухмыльнулся: — Зачем тебе? А впрочем, скажу. Но не сейчас, после того, как Дженсена вернем. Но помни, тогда уже это будет твое дело, присматривать за ним, а я сваливаю. Довольно с меня. — Он… — Шлюха. Дженсен хотел, чтобы он прошел весь его путь. Пользуется большим успехом. Есть постоянные клиенты, несколько, потом дам тебе папку со всей информацией, на них тоже. Имена, кто такие. Недавно Ведди залетел, я не успел еще Дженсену передать, но он хотел этого. Эй, ты чего? Джареда мутило, он встал, ушел в ванную комнату, ополоснул лицо. И вроде понятно было, что Дженсен отвечает Ведди ровно тем же, через что тот заставил его пройти, но как же муторно было на душе. Про себя решил: он непременно найдет Ведди и постарается как-то облегчить его существование. Пусть даже он не прав и идет против воли Дженсена, и правильнее всего было бы подослать убийц к этому омеге, чтобы никогда не всплыла его тайна. Но ведь у Дженсена случился шанс, он вырвался из ада, и справедливо дать такой же шанс Ведди. Под утро уже Рейрак собрался уходить: — Найду тебя сам, жди. Нужно разведать кое-что, есть у меня один человечек, работает в дворцовой кухне, встречусь с ним. Он, не прощаясь, вышел. Джаред с трудом поднялся из кресла, потягиваясь. Решил немного поспать, но тут услышал какой-то странный звук внизу и разом слетел с него сон. Он метнулся к окну — и увидел машину. Такая же увозила Дженсена неделю назад, а теперь?.. Он выскочил на лестницу и побежал вниз, и встал как вкопанный на ее середине: посреди холла стояли Дженсен и Рейрак, и ноги почему-то ослабли. Он сел на ступеньки, глядя сквозь перила на них, и впервые не испытывая ревности. Было что-то вроде грусти, печали и немного боли. Дженсен, закутанный с ног до головы в черное, протянул руку, погладил Рейрака по лицу. Тот смотрел, будто не веря, ухватил его ладонь, прижал к щеке. — Примчался меня спасать? — спросил Дженсен, слабо улыбаясь. Рейрак не ответил, может, не мог говорить. Дженсен тихонько вытянул свою руку, проговорил глухо: — Не нужно ничего. — Уверен? — Да. Они смотрели друг на друга так долго, казалось, воздух вокруг сгустился от напряжения, они говорили без слов, и у Джареда тихонечко ныло сердце, как заноза какая, и он будто слышал, слышал этот проклятый безмолвный диалог. Прости. Ты прости меня. Я заставил тебя делать ужасные вещи. Я делал ужасные вещи с тобой. Мы оба виноваты. Прости, что не любил. За это не просят прощения. Мы… наверное, никогда больше не увидимся. Да. Наверное. Никогда. Прости. Рейрак наклонился к лицу Дженсена, мазнул губами по щеке, провел рукой от плеча вниз, будто гладил, сжал запястье на прощание и вышел вон, тихо, беззвучно, как большой кот, даже дверью не хлопнул на прощание. А Дженсен вздохнул, потер обеими ладонями лицо, как делал в минуты тяжких раздумий и принятия сложных решений. Он поднялся по лестнице, сел рядом с Джаредом. Тихонько привалился плечом, и сидел так молча, долго-долго. Джаред не выдержал первый, нашел его ладонь, крепко сжал в руке, спросил почему-то шепотом: — Там внизу машина. Они заберут тебя снова? Он представил уже с десяток способов, как ускользнуть, но Дженсен ответил спокойно: — Да. И я пойду с ними. Не волнуйся, это не то, что ты думаешь. — А что я думаю? Дженсен, куда они тебя заберут? — Ты думаешь, что я гареме. Это не так. Я всю неделю лежал в больничном корпусе и видел правителя всего один раз. В самый первый день прибегал ко мне старший муж Эрмина, начал было угрожать, но мы поговорили и выяснили, что у нас одинаковые цели. Он дал мне одно средство… я его пил. Почти все время был без памяти, и врачи доложили Эрмину, что мне недолго осталось жить, я серьезно болен. И болезнь моя заразна. После этого правитель не появлялся. Джаред оторопело слушал, внимательно глядя на Дженсена и замечая — да, он бледен, и плох, и выглядит больным, но как… как он не побоялся?! Вдруг его на самом деле травят?! — Дженсен… Дженсен поморщился: — Я знаю. Кейрин мог обмануть, но я подстраховался. Мы выпили вместе, из одной бутылочки. Сперва он, потом я. — Но как же… А он заболел? — Нет. У него выработался иммунитет против этого средства. Можно использовать только один раз, потом уж бесполезно. Ему довелось пить эту дрянь раньше… — А вдруг он до этого пил противоядие? Дженсен, какой же ты ненормальный, а? Как ты мог довериться ему? Дженсен коротко вздохнул и положил ему голову на плечо. Прошептал: — Джаред, давай не будем об этом. Будем считать, что я доверился своей интуиции. И потом, яд — медленного действия. Будет время поискать противоядие… — Ладно. Ладно, и что? Зачем тогда они тебя забирают? Куда? — В ссылку, Джаред. Я все-таки член семьи заговорщика. — А как же его лояльное к тебе отношение? — Правитель благосклонно позволил мне выбрать место, где я могу вдали ото всех спокойно умереть. — Мы едем вместе. — Нет, Джаред. Мне не очень хорошо сейчас… Подожди… Уф. Я поеду сам. Мне надо посмотреть, как там все, я не могу тащить Дэнни туда. В таком состоянии… — Слушай, ну как он может умирающего омегу вышвыривать фиг знает куда? Позволил бы остаться здесь. Чем ты ему вредишь? — Любовь королей так быстротечна… Шучу. Ему все уши прожужжали, что я порчу его имидж. Все, советники, мужья, все, кто осмеливается. Мол, если вы его оставите его в столице и попытаетесь спасти — лучшие врачи, блабла, все поймут, что вы расправились с братом из-за него. Такие слухи уже ходят. — А они ходят? — Кейрин постарался… который старший муж. Джаред, я… дышать нечем… Дженсен повалился назад, Джаред перепугался, забыл все свои претензии. Кое-как собрал Дженсена с лестницы, оттащил его наверх, в спальню. Приложил мокрый платок к лицу и только тут заметил, как на шею Дженсена из-под воротника выползают страшные багровые пятна. Едва Дженсен очнулся, вздохнул и заморгал, Джаред спросил дрожащим голосом: — Дженсен, что мне сделать, чтобы тебе легче стало? Дженсен слабо улыбнулся. — Воды немного дай с лимоном. Джаред с грохотом сбежал по лестнице вниз, на кухню, выжал в стакан воды лимон, побежал назад. Дженсен пил, закрыв глаза, Джаред осторожно спросил: — А эти пятна… это из-за того средства? — Да, — Дженсен усмехнулся, — отпугивает отлично. — Подожди, но вот мы с тобой, ладно, мы позже с Дэнни уедем к тебе. Но вот все станет нормально, ты выздоровеешь. Он узнает, что ты в порядке — и что? Дженсен повторил рассеянно: — Любовь правителей так быстро проходит. Джаред, не думай об этом. Не заглядывай так далеко вперед. Если я сменю фамилию, в браке я буду уже совсем не Арни, и кому какое дело до меня. Ты ведь знаешь этот обычай. К омегам, чьи мужья были замечены в заговоре, отношение мягче, чем к альфам. После пребывания в ссылке год, они даже могут вернуться назад, в столицу, если сменили фамилию. Принадлежа к другому роду, они не имеют больше никаких провинностей перед правителем, но я возвращаться не собираюсь. Более того, Дженсен Арни, возможно, умрет. Это можно устроить. Правителю доложат, а потом я внезапно воскресну и под другим именем, но его уже не будут беспокоить, неловко будет… И я не буду соваться в столицу… Да, это хороший вариант. Но Джаред ничего больше не слышал, после «сменю фамилию в браке» — он, улыбаясь, наклонился над Дженсеном, проговорил ему в губы: — В браке? Хорошая идея. А Дэнни тоже поменяет фамилию? — Разумеется. Ты против? Если ты против, то я… — Нет, — поспешно сказал Джаред, сведенные брови Дженсена разгладились, и Джаред нервно хохотнул. — Просто я… ты мне сделал предложение, и я немножко в растерянности. Я должен был сам сделать предложение. — Ну так сделай, — спокойно предложил Дженсен. Джаред тихонечко, нежно коснулся его губ в целомудренном поцелуе и спросил негромко: — Выйдешь за меня? Дженсен притянул рукой его голову и поцеловал страстно, горячо, проталкивая внутрь язык властно, как будто говорил:  мой, мое. Не отдам. Отпустил нескоро и, отдышавшись, выдохнул: — Да. Эпилог. Дженсен уехал этим же утром, потом явился Рейрак, передал ему файл с данными про Рейведека и сказал на прощание: — Ты точно знаешь, что делаешь? Он может быть опасен для Дженсена. Для Дэнни. Может, ему лучше оставаться там, где он сейчас. Подумай. Джаред хмуро смотрел на папку. Чужая разломанная жизнь в его руках. У них с Дженсеном все пока еще неясно, оставалась тревога по поводу этого загадочного средства, и Эрмин — что сделает он, когда узнает, что Дженсен в порядке? И много, много вопросов. Как жить, с чего начинать? И еще нужно было терпеливо ждать, когда Дженсен заберет его, их с Дэнни, в их новую жизнь. И что делать с этой папкой? И нужно ли что–то менять? Знал, конечно, про себя знал, что не сможет оставить так, как есть, и возможно, это будет большой ошибкой. И да, нужно было максимально обезопасить Дженсена. А пока… — Я подумаю, — ответил от Рейраку. Рейрак кивнул и, не прощаясь, ушел, а Джаред раскрыл папку. Конец. P.S. Я так-то планировала встречу Дьерка и Рейведека воткнуть в оридж. Дьерк ослепленный, в королевской темнице, и его навещает безголосый Рейведек, Ведди — сцена душераздирающая. Но решила, что это излишне. Но у меня до сих пор эта их встреча перед глазами стоит. Рейведек-Ведди любит своего этого Дьерка, но не может об этом сказать, а Дьерк думает только о своем Дженсене.