Лестница любви

Мягкие хлопья снега медленно кружили в конусах света фонарей, кутали черные ветви деревьев, сверкали на елочных гирляндах, таяли на волосах и в ладонях. — Мне очень жаль, что так получилось с твоим магазином, — произнес Кроули. Азирафель настоял, чтобы они сделали крюк и прошли через Сохо. Выгоревший остов был вместо гирлянд оклеен по периметру оградительной лентой. — Мы восстановим его, — сказал демон, но ангел, к его удивлению, качнул головой. — Можно восстановить здание, но не то, что было внутри. Кроули вздохнул и обнял ангела за плечи. Они стояли на перекрестке, через дорогу от того, что осталось от книжного, и рождественский снег засыпал их — и весь Лондон. — Все в порядке, — улыбнулся ему Азирафель. — Иногда что-то должно уйти, чтобы уступить место новому. Задумавшись на минуту, Кроули кивнул, и они не спеша зашагали в сторону Мэйфейра. Когда ангел и демон свернули на Хановер сквер, Азирафель внезапно приостановился и расстроенно вздохнул. — Я ведь не отправил открытки. Совсем из головы вылетело. Кроули покосился на него. — Ты был немного занят. Думаю, это тебя извиняет. — Ты прав, — Азирафель поправил очки. — Если честно, я удивлен, что мы так быстро справились. — Это называется автоматизация, ангел, — Кроули усмехнулся. — Люди придумали. — Но мы же должны беседовать с соискателями, — робко возразил Азирафель. — Расслабься. Знаешь, как говорят? Если что-то работает, не трогай это. Ангел промолчал, но на его лице застыло знакомое демону упрямое выражение, которое означало, что он непременно вернется к этой теме. Кроули распахнул перед ним стеклянную дверь и сделал приглашающий жест. — Расслабься, — повторил он. — Хотя бы сегодня. Сегодня всем точно будет не до нас. — Хотелось бы надеяться. Ух, как же я замерз. — Глинтвейн? — предложил демон, отряхивая пальто, прежде чем подняться по ступенькам. — Пожалуй, — рассеянно согласился ангел. Кроули прошел вглубь комнаты, поднял валяющуюся на полу телефонную трубку и вернул ее на рычаг. — За нами никто не следит? — Азирафель остановился у стола и положил на него очки, вопросительно глядя на демона. Тот прикрыл глаза и замер, словно прислушиваясь. — Не-а. Можем, наконец, поменяться обратно. — Хорошо. Только, Кроули… — Да, ангел? — демон приблизился к Азирафелю. Его пальцы, коснувшись локтя ангела, скользнули по руке и, наконец, сжали кисть. — Сделай это медленно. Кроули подался вперед, опираясь свободной рукой о стол за спиной Азирафеля. Ангел чуть склонил голову. Кроули чувствовал его дыхание, и ангел был в этом дыхании, теплом, чуть влажном воздухе, касающемся его кожи. Демон подхватил его и потянулся навстречу. Два встречных потока, струясь, пронизывали друг друга, и бесконечно долгий миг оставались одним целым, прежде чем схлынуть, оставив после себя почти осязаемую пустоту. Словно стремясь заполнить ее, Кроули прижался к ангелу всем телом, чувствуя, как его рука сжимает спину, притягивая ближе. Их губы, наконец, встретились, и демон на миг почувствовал то же, что и вначале; прервав поцелуй, он опустил голову, уткнувшись пылающим лбом в плечо Азирафеля. Высвободив руку, ангел провел по его волосам. — Прости… Я не хотел, — хрипло произнес Кроули, пытаясь выровнять дыхание. — Все в порядке, мой дорогой. Думаю, так и должно быть. Демон рискнул поднять глаза, и Азирафель мягко дотронулся до его подбородка. — Ангел… Теплые пальцы скользнули по челюсти, очертив уголок под ухом, и Азирафель прижался щекой к щеке Кроули, проведя ладонью по его шее и задержав руку на плече. Закрыв глаза, демон запрокинул голову, чувствуя губы ангела, горячие и сухие, на своей скуле, затем уголком рта. Прежде, чем он успел перехватить их, Азирафель поцеловал его шею — там, где билась тонкая вена, отсчитывая частые удары сердца. Кроули беззвучно выдохнул, сжав спину ангела, сминая пальцами прохладную ткань жилета. Азирафель едва касался его кожи, но дыхание ангела, казалось, проникает сквозь нее, превращаясь в волны жара, прокатывающиеся по телу. Слегка отстранившись, он легонько сжал затылок демона, приподнимая его голову, и Кроули, гибко изогнувшись, наконец, поймал его губы своими. Ладонь Азирафеля соскользнула на грудь демона, осторожно упираясь в нее, и Кроули, неохотно подчинившись, подался назад, чтобы встретиться с ангелом взглядом. Его глаза были прикрыты, и тень золотистых ресниц слегка подрагивала, когда Азирафель быстро взглянул на демона и снова опустил глаза. Обеими руками поймав лицо Кроули, заключая его в чашу своих ладоней, ангел вернул поцелуй, на этот раз прижимаясь сильнее, так что за его мягкостью демон почувствовал твердую полоску зубов, и губы Кроули сами собой приоткрылись, уступая давлению. Ненадолго задержавшись у основания шеи, пальцы ангела скользнули под ворот пиджака, обводя ключицы, и Кроули, которому внезапно перестало хватать воздуха, откинулся назад. Рука, взметнувшись, коснулась волос ангела, пригибая его голову, и Азирафель снова прильнул к шее демона, толкнув Кроули всем корпусом, так что тот почувствовал, как острая полоска стола врезалась в его бедро. Присев на край и отпустив ангела, Кроули повел плечами, сбрасывая с них пиджак, и Азирафель, почувствовав это движение, провел ладонями по его рукам, потянув за собой плотную ткань. Пока Кроули путался в рукавах, пальцы ангела очертили выемку выгнувшегося позвоночника, задержались на талии, пробежали по ребрам, коснулись груди и сжали воротник черной рубашки, когда Азирафель снова склонился к его губам. Высвободив руки, Кроули, не разрывая поцелуй, чуть сдвинулся назад, чтобы нашарить цепочку часов, крылатый медальон которых зацепился за его рубашку. Растянутые петли жилета легко поддались, и демон провел рукой снизу вверх и сверху вниз, расстегивая оставшиеся пуговицы. Ангел, потянувшись, отправил цепочку в карман и перехватил кисть Кроули, прижимая ее к своей груди. Демон разгладил складки рубашки, слегка надавливая подушечками пальцев и чувствуя, как дыхание Азирафеля в какой-то момент сбилось с ритма. Подхватив подбородок Кроули, ангел повернул его голову в сторону и слегка прихватил губами кожу под самой челюстью, оставляя на ней влажный красноватый след. Демон подвинулся вперед, удерживая Азирафеля сзади за талию, сжимая колени и чувствуя его тепло даже сквозь туго обтягивающую бедра ткань. Потянув рубашку, он вытащил ее и провел пальцами чуть выше линии брюк, прежде чем вернуть ладонь на спину ангела. Азирафель нажал на его плечо, и Кроули отклонился назад, чувствуя, как ангел ласкает его часто вздымающуюся грудь, оставляя поцелуи там, где за секунду до этого были его пальцы, и невольно вздрагивая всякий раз, когда тонкая ткань, сминаясь под его руками, словно повторяла легкие прикосновения. Пальцы демона слегка подрагивали, когда он, проведя по волосам и шее ангела, потянулся к рубашке, пытаясь высвободить мелкие пуговицы. Азирафель отстранился, позволяя Кроули выпрямиться и глядя, как демон, опустив голову и закусив губу, сражается с застежкой. Его руки мягко пробегали вверх и вниз чуть выше коленей демона, лишь этим выдавая нетерпение, которое читалось во взгляде. Когда последняя пуговица, наконец, поддалась, ангел перехватил руку Кроули и, подцепив узкий манжет, расстегнул его. Не отпуская взгляд демона, он медленно поддернул рукав и, подняв его кисть, скользнул губами вдоль голубоватых вен, прижавшись поцелуем там, где билась ниточка пульса. Рот демона чуть приоткрылся, а дыхание, быстрое и поверхностное, прервалось неровным вздохом, который ангел поймал, придвинувшись к нему, проводя рукой под рубашкой, распахивая ее на груди, тыльной стороной ладони касаясь живота и сжимая выгнувшуюся спину. Комната покачнулась, и Кроули почувствовал лопатками холодный мрамор столешницы. Распахнутые полы жилета соскользнули по его животу, когда Азирафель наклонился, чтобы прижаться губами к груди демона, и Кроули с шипением втянул воздух сквозь зубы, чувствуя движение его бедер и сжимая их, цепляясь пальцами за гладкую ткань брюк. Ангел снова качнулся вперед, и демон, задержавший дыхание, издал горловой звук, запрокидывая голову и обхватывая спину Азирафеля, гладя руки, сжимая плечи. Тот снова целовал острую грань ребер Кроули, заставляя его грудную клетку вздрагивать прерывистыми вдохами, а пальцы ангела пробегали по животу, словно невзначай цепляясь за пояс и скользя ниже, когда Азирафель подался вперед, возвращаясь к его губам. Он закрыл глаза, чувствуя, словно связывающие их потоки вновь встретились, но не перетекают друг в друга, а движутся непрерывно. — Пожалуйста, ангел, — сквозь поцелуй выдохнул Кроули, впиваясь пальцами в мягкие плечи. — Пожалуйста… Это длилось и длилось, так что Кроули изнывал, каждую секунду ожидая, что не сможет больше вынести и одновременно моля, чтобы это не прекращалось. В какой-то момент демон почувствовал, что потоки слились, смешиваясь, что он не может уловить грань, не может отделить себя от ангела, и Кроули застонал, мучительно и сладко, позволяя уничтожить себя, желая этого всей своей сутью. Азирафель, приподнявшись, прижал его к себе, и Кроули спрятал голову у него на плече. — Я люблю тебя, — прошептал он, судорожно сжимая подрагивающие руки. — Ангел, я люблю тебя. Азирафель бережно приподнял его подбородок, чтобы заглянуть в змеиные глаза, расширившиеся и немного испуганные. — Я люблю тебя, Кроули.