Кронопринц не тот

      По пути в покои кронопринца Лади встречает ещё несколько человек, узнававших у него про здоровье Флйорна. Удивительно, ведь обычно они предпочитают с фырканьем от него отворачиваться и шептаться про северную ведьму. Это даже смешно, если честно. Лади иногда подмывает поинтересоваться, почему его так называют, но он всегда подавляет это желание. Есть у него чувство, что знать он не хочет.       Цунья во время их недолгого серьёзного разговора дала достаточно пищи для размышлений. Лади не особо верил в искренность её слов, и даже не видел смысла их союз рассматривать как гипотетический. Может, она и не ненавидит альф также сильно, как её близнец, но есть в ней какое-то предубеждение к ним, заложенные годами жизни в ограниченных условиях с одними и теми же людьми стереотипы. Она открыла, возможно, слишком многое увидев его шрам, но это тоже может сыграть на руку. Или повернуться такой промежностью, что останется только выть.       Стражи без вопросов впустили Лади. Ни села на лавку возле двери и сложила руки на коленях, как и всегда, когда Лади по той или иной причине нужно было посетить покои Флйорна. В момент пробуждения Йаваси никого их магов не было рядом лишь потому что они искали преступника и что могло произойти с кронопринцем.       Йавася, судя по всему, вздрогнул от звука открытия дверей — протяжный скрип.       — Почему никто не сможет эти чёртовы двери? — бормочет он.       — Приказ Флйорна, он боялся, что в его комнату проберутся незамеченными убийцы или кто бы то ни было, поэтому всё скрипит и оповещает его о каждом движении, — дверь закрывается, а Лади подходит к креслу и садится в него. — Тебе стоит становиться таким же, хотя бы примерно, чтобы никто ничего не заподозрил.       — Этот парень был помешанным параноиком, — бормочет Йавася и поворачивается к Лади.       — Да.       — Я слаб, но не устал, поэтому спать не получается, — вздыхает Йавася.       — Похоже на магическое истощение, думаю. К сожалению, мне магия неподвласна и неизвестна.       — Я немного покопался в воспоминаниях, ну так, на досуге, — Йавася фыркнул. — У этого парня фотографическая память что ли?       — Я не знаю, что это, и велика вероятность, что никто из нашего мира этого тоже не знает.       — Э, это типа… Вот один раз посмотришь и всегда помнишь?       — А. Возможно. А может это было какое-то заклинание, я плохо его знал.       — Я вспомнил вашу первую встречу, — Лади пока не стал поправлять его. Тем более, ему даже любопытно.       Они оба знали о контракте чуть ли не с детства, Лади почти самый младший ребёнок в царской семье Ольрихи, Флйорн старший наследный кронопринц. И знали, что им суждено стать супругами, и переписывались. Лади отвечал редко из-за того, что больше ездил заграницу в качестве переговорщика и посла, с торговыми кортежами, изучал мир, но отвечал когда получалось. Они свыкались с мыслью друг о друге и не очень хотели, чтобы их жизнь в таком браке оказалась совсем с незнакомцем.       Впервые они встретились в день коронации Флйорна, он даже изобразил на лице радость, но стоило Лади каснуться его руки, чтобы поцеловать, он её резко одёрнул и отшатнулся, словно бы его ударили. А потом холод и ненависть все полгода.       — В общем, там что-то странное. Типа, ты взял меня за руку, а в следующую секунду мы на каком-то пиру или вроде того, ты смотришь на меня с удивлением, спрашиваешь, что такое, на тебе ещё знаешь, такая синяя рубашка с типа корсетом чёрным, не знаю, а в следующую секунду я лечу всё ближе и быстрее к асфальту и ударяюсь, и, в общем, всё.       Лади не может ничего с собой поделать, он приоткрывает рот. Йавася только что сказал, что Флйорн был предсказателем. Лади был одет именно так, когда Флйорн потерял сознание на балу. Флйорн всё время думал, что Лади может быть как-то повинен в его смерти.       А ещё Флйорн, настоящий Флйорн мёртв. Разбился об асфальт, чем бы это ни было. Нужно уточнить как именно работает речь в этом состоянии воспоминаний.       Лади выдохнул, провёл указательным и безымянным пальцами по правой брови и виску, затем как бы за ухом, заправляя несуществующую прядь. Его волосы собраны в высокий хвост и заплетены в тугую косу. Ни один волосок не выбивается, что сильно отличает его от той растрёпанной косы, которую он кое-как собрал себе. Теперь у них была ещё одна проблема, предсказательство — отвратительнейшая способность, с которой неизвестно что делать. Как интерпретировать и вообще.       Зато, в какой-то степени объяснялась нелюбовь Флйорна вообще к любым прикосновениям.       — Ладно, когда я тебя за руку взял, ты что-то такое увидел?       — Нет, и когда эта, целительница меня осматривала, тоже ничего. Ну и когда эти твои меня трогали — тоже.       — Ладно. За гобеленом есть проход, через него войдёт Ди, у неё на лице руны. Когда она придёт, вы обсудите магию.       — Э, я, это, извиниться наверное должен перед той, с руками… Ни, кажется?       — Я передам ей извинения. Напрямую лучше ничего не говорить, Флйорн никогда не извинялся.       Несколько секунд они сидят в тишине. Теперь план действий нужно было строить планы с учётом того, что настоящий Флйорн точно не вернётся.       — Ты в порядке? — спрашивает Йавася.       — Да, в полном, — Лади улыбается. — Просто задумался. В крайнем случае через три дня нужно провести приём, я напишу тебе речь. Есть такой ритуал, после покушения на жизнь кронопринца, он завязывает себе глаза, чтобы не смотреть на людей вокруг и не искать предателей. В нашем случае это поможет тебе не пялиться.       — Без обид, конечно, но мне любопытно, ты так сходу взял всё в свои руки, а по идее…       — Должен быть кротким и слабым? — Лади усмехается. — Мне нужен живой и функционирующий Флйорн, чтобы меня самого не убили, только и всего. А ещё, мне нужен наследник, чтобы точно зацепиться здесь.       – И ты хочешь, чтобы я родил, – с откровенным отвращением проговаривает Йавася.       – Ты мой муж, это необходимо, в том числе и для продолжения рода.       Какое-то время Йавася молчит, очевидно пытается найти что-то в памяти. Лади его не торопит.       – Я не опущенец чтобы под мужика ложиться, – в итоге отвечает Йавася. Что бы он ни нашёл, оно ему очевидно не понравилось.       – Мне кажется ты не понимаешь всей серьёзности ситуации, в которой оказался, – вкрадчиво начинает Лади и предельно вежливо улыбается. Йавася как-то ёжится, но сразу же распрямляется, видимо, решив, что ему нечего бояться. – Если кто-то узнает о подмене, тебя просто убьют. Если ты откажешься дать мне ребёнка, я помогу тебя раскрыть, вот и всё.       – И со мной пойдёшь как покрыватель, – недоверчиво говорит Йавася.       – Не пойду, ведь занявший тело несчастного Флйорна приблизил бедного меня, и я, как глупый альфа из страны этих северо-восточных варваров, так и бросился в его объятия, понадеялся на лучшее, – Лади пустил в голос достаточно наивности, даже сделал его чуть выше.       Йавася игру оценил, так как нахмурился ещё сильнее.       – Я не омега какая, чтобы рожать.       – Ты как раз омега. Не волнуйся, есть множество способов, как избавить тебя от боли во время родов и беременности, и я достаточно опытный любовник, чтобы не сделать тебе больно.       – Ага, – почти хрюкает Йавася. – Да кто ж тебе такому мелкому даст?       – Почти все альфы моего роста, так что... «давать», как ты выразился, это нормально. И нам придётся переучивать тебя говорить подобным жаргоном. Это сходу тебя выдаёт.       – Ну ладно ты красивый хоть, на омегу похож, – говорит Йавася, сально осматривая Лади. Черт, его так даже в плену совсем дикие Варвары так не осматривали.       – Благодарю за комплимент, – Лади скорее чувствует, чем слышит или видит, что Ди входит в комнату. Йавася же вздрагивает, когда её замечает прямо за плечом Лади.       – Она объяснит несколько основ магии и пользованием новой памятью. Я очень советую принять моё предложение о ребёнке.       Йавася выглядит так, словно бы готов оторвать ему голову, но Лади более не обращает внимания. Он берёт оставленную в кресле книгу и уходит в диван в углублении под витражом, чтобы не мешаться в объяснении того, что он сам использовать никогда не сможет.