Возмездие

— Капитан! Вы вернулись! — Окуда, радостно подбежала к нему. Из неё во все стороны летели искры счастья. Кажется, в этот раз Карму вышла приветствовать вся команда. Своим полным присутствием они показали насколько верно и предано ждали его. Выразили своё уважение. Я даже заметил Исогая, стоящего в стороне. Несмотря на его дурной характер, он тоже ждал возвращения своего капитана. Всё было бы замечательно, если бы не их общий встревоженный взгляд. Они, увидев, как Карма опирается на меня, еле держась на ногах с помутневшим взглядом, очень напряглись. До корабля мы добирались долго, всё это время он беспрерывно кашлял не в силах сделать какое-нибудь простое движение. — А теперь… — кашель прервал его речь, — расскажи им… что мы будем делать. — Нам надо отправиться на остров Жизни. Только там Карме могут помочь, но… это место нельзя найти. Оно каким-то образом само нас найдёт. — Что за сказки? — Яда не поверила. Она с недовольством вышла вперёд, прямо к нам. Взгляд её выражал накипевшую злобу, — капитан, разве это правда? Вас должны были излечить на этом острове, а не посылать непонятно куда! — Там были огромные ледяные колонны с лицами, словно у мудрецов. Они сказали, что только так можно помочь… — Колонны? Что за глупость… — она посмотрела на Карму, и взгляд её выражал жалость, — капитан…? — Я не видел их лично и ничего про остров не слышал, но верю своей счастливой рыбке. Наша нынешняя цель — это моё излечение от проклятья. Кроме этого острова идти нам некуда, так что будем держать путь на него — он постарался улыбнуться и тихонько выпрямиться через боль. Кажется, ему стало чуточку лучше. — Так слепо доверять пленнику… капитан, это ни к чему хорошему не приведёт, — Исогай как всегда подлил масла в огонь. Пусть Карму он и уважал, но от соблазна подсолить ему в делах, устоять не мог. — И ты говоришь… об этом… только сейчас?! — он очень разозлился. — Твою рыбку я всегда держал за обычного пленника, которого ждала бы соответствующая судьба, ведь против тебя пойти — себе дороже… но что-то подсказывает, что ты к нему привязался. Смотри, чтобы твоя привязанность не воспрепятствовала капитанской деятельности и не испортила отношение с командой. — Прошу вас! — Окуда выскочила вперёд, буквально защищая собой Карму, — Го… — она виновато посмотрела на него, но он словно простым и добрым взглядом дал ей добро на продолжение, — Господин — наш капитан! Сейчас он приказал нам держать путь на остров Жизни, значит, мы должны направляться туда! Мы не должны позволять ему страдать! Мы должны сделать всё, чтобы помочь ему! — Стоило мне выйти за порог, как вы тут же осмелели. Стоит напомнить, где ваше место! — рявкнул Карма, поддаваясь вперёд. Я продолжал его придерживать, — себе дороже с вами любезничать. А ну-ка разбежались по своим местам и приготовились к полному ходу! — его тон прозвучал зверски жестоко. Ярость переполнила слова, и этого хватило, чтобы команда, поджав хвосты, скрылась с его глаз. Остались лишь только зачинщики ссоры. Непонятно было, зачем они продолжали мусолить глаза. — Капитан, извините, виновата. — Займись работой и не заполняй свою голову ненужными вопросами, — принятия извинений не прозвучало, но было ощущение, что якобы Карма напрямую сказал ей, что совсем не злиться. Яда оставила нас, возвращаясь к делам, — ну, а ты чего? Извиняться же не в твоём стиле. — Рыбкой твоей любуюсь, — съязвил он, дружески похлопывая Карму по плечу. Это действие напомнило мне то, из-за которого я целую ночь не смыкал глаз и… — я буду держать курс прямо, если мы доберемся до какого-то там острова, то ты узнаешь об этом первым, а сейчас идти отдыхать. — Я помогу тебе добраться до каюты, — Исогай оставил нас, а мы медленными шагами поплелись к каюте. Пока мы шли, он молчал. Не сказал ни слова, только хмуро посмотрел вперёд, о чём-то размышляя. — Как ты себя чувствуешь? — пройдя внутрь, я усадил его на койку. Карма раздражённо схватился за голову, откидываясь спиной к стене, а затем расслабленно выдохнул. — Лучше, — тихо выдал он, прикрывая глаза. От скуки и незнания того, чем тут можно было заняться, я прошёлся по каюте, опять рассматривая её. Как обычно царил строжайший порядок, только при солнечных лучах можно было приметить пылинки в воздухе. Карма продолжал держать глаза закрытыми. Пока появилась возможность, нужно было взвесить все за и против… я, правда, не хотел бы, чтобы Карма прощался с жизнью, но и своего дефекта лишаться не хочу. Это единственное, что связывает меня с никудышной семьёй и океаном. Да и в этом же… моя особенность… правда, ужасная особенность. Ещё раз посмотрел на него, на расслабленный и ничего не подозревающий вид… ну как можно быть настолько спокойным? Не знаю… мягко улыбнувшись, подсел к нему. Расстояние между нами осталось миллиметровым. Хотелось также откинуться на стенку, но это действие было слишком дискомфортным. И рядом с ним мне в голову резко пришла мысль. Окуда рассказывала о прошлом Кармы, и в нём он пожертвовал собой ради… любимой. Ну, я это к тому, что он осмелился пойти на жертву ради кого-то. Если уж этот хитрый дракон способен на такое, может и я смогу? Он ведь не заслужил после своего героического поступка смерти… — Карма, ты — молодец, — проговариваю с довольной улыбкой. — С чего такие заявления? — а ведь и, правда, он не слышал моих раздумий. Ну, не моя вина. Думаю, вот так вот постепенно я смогу определиться. Просто нужно немного подождать. — Ни с чего. Считай, заслужил, — повернулся лицом ко мне, расслабленно изучая взглядом. — Хочешь воспользоваться мной, пока я бессилен? Ах ты — маленький развратник, — ехидно рассмеялся, блаженно прикрывая веки. Он очень устал… и я хорошо его понимаю. Облокачиваю голову на его плечо, опять слыша довольный смешок. И мы оба засыпаем. В каюте так темно… видимо, наступила глубокая ночь. Протерев сонные глаза, я приподнялся над койкой, подмечая про себя, что веки Кармы приоткрыты. — Спишь? — шепчу во тьме, но этого достаточно, чтобы он полностью пришёл в себя, если не бодрствовал. — Да, — также тихо отвечает он, крепче прижимая к себе. Видимо, во время сна мы переместились из сидячего положения в лежачее. Карма вновь прикрыл глаза… ну почему же рядом со мной он всегда так расслаблен? Почему хоть на миг не усомниться во мне… он точно глупый! Глупый настолько, что не может сам догадаться о правде… такого глупого и беззащитного дракона, конечно же, захочется спасти, но… я бы без раздумий так и поступил бы, если бы не возможность стать человеком. Существом, которое запросто можно сломать. — Карма, ты как относишься к людям? — он молчит и совсем не торопится отвечать. Лишь недовольно воротит носом, тем самым показывая, что не настроен на ночную беседу, — я серьёзно! Мне важно знать! И если кто-нибудь на корабле, кто ненавидит людей? — Почти все, но вряд ли кто будет открыто выражать свою ненависть к ним… не считая моменты, когда команда употребляет их в пищу, — я окончательно сажусь рядом, продолжая упорно пытать его вопросами. — А ты? Ты людей терпеть не можешь? — Я устал, и больше не намерен отвечать, — отвернулся от меня к стенке. — А если бы вдруг Окуда стала человеком, ты бы возненавидел её? — Если бы ты стал человеком, ты бы возненавидел себя? — передразнивает он, не замечая, как попадает прямо в точку. Я действительно не знаю, как буду относиться к себе, если стану человеком. В первую очередь я подумал, как другие воспримут это, — она — мой друг, не важно, кем является, если смогла заполучить мое доверие и заставить всех здесь уважать её. Я не любитель говорить кому-либо то, как отношусь к ним. Нечего сопли разводить. — А ко мне ты как относишься? — Как к своей горячей рыбке, — вновь повернулся ко мне. В темноте блеснул его огонёк дьявольского разврата, — иди сюда, — протянул руку, намекая на то, чтобы я взял её. Карма не дал точного ответа. Глупо отмазался. — Давай же. Мы оба хотим этого, сладкий, — горькими речами взывает к себе. В голосе послышались нотки раздражения от того, что я колеблюсь. И, правда… не могу решится… ни на что. — Может всё-таки убить тебя и сбежать с острова вплавь… — Жестокие мысли вслух? Рыбка, не ожидал от тебя такого, — его смех я прерывал, хватая за руку, причём так, что послышался звонкий хлопок. Он притянул к себе, продолжая насмехаться. Убрал мою руку себе за голову, чтобы со стороны казалось, будто я прижал его к кровати. Расстегнул свою рубашку другой. Моему взору открылось тело, покрытое… казалось, что что-то выпирало, создавая странные рельефы. Спустя секунду я понял, что это были выступающие чешуйки. — Мне осталось недолго. Я не могу полностью вернуть свой человеческий облик, — голос спокоен. То есть, обычный его тон, ни испуга, ни чего-то другого, — считай, скоро перестанешь быть пленником. — Да, — как-то безрадостно киваю я, отводя взгляд в сторону. — Пока ты ещё принадлежишь мне, так что оближи, — спокойствие заменилось приказным тоном. Он протянул мне ладонь, намекая на то, чтобы я послушно открыл рот и облизал его пальцы. — С чего бы? — не без толики сомнения спросил я… и зря. Его глаза свирепели. Он воспользовался моментом и насильно пропихнул их мне в рот, начиная разминать язык. — Если я сказал, значит, ты должен беспрекословно сделать, — пока одна ладонь утопала в вязких слюнях, другая начинала медленно проходить от низа живота к ключицам, поднимая рубаху, — держи её. Уперевшись одной рукой в койку, а другой удерживая края одежды, я начинал понимать, каким беззащитным оставался перед ним. Карма же начал разминать мои соски, специально сжимая их, заставляя этим, меня смущаться и морщится. — Смотри, как затвердели, — довольно проговорил он, продолжая играться с ними, — тебе настолько нравится? Похотливый Нагиса~ Я не смог ответить ему, что это чистая неправда, а его пальцы лишь сильнее начали развлекаться в моём рту, ощупывая обратные стороны щёк. Я почувствовал, как незаметно ко мне подкралось возбуждение. — Достаточно, — вдруг проговорил он, смачно вытаскивая их. Противные дорожки слюней протянулись от моих губ к его пальцам, — Нагиса, подними-ка свой хвостик, — с нескрываемым удовольствием проговорил он. — Да ни за что, — выкрикнул я, очень сильно смущаясь. Нет, это уже переходит все границы дозволенного! — Нагиса, — вновь в тоне появилась холодная грубость. Взгляд так охладел, что по спине аж мурашки забегали. От смущения я прикрыл глаза, делая то, что он просит. Я почувствовал, как его рука касается ягодиц. Нелепо вздрогнул, сдержав слишком жалобный писк. Пальцы, смоченные слюной, протолкнулись внутрь. — Ка~арма, это… та~ак, — вошли сразу два, начиная медленно растягивать. Разглаживая стенки, они, не переставая, двигались внутри. Руки были заняты, я был совершенно не уверен в том, что смог бы сдерживать все свои… стоны, — пожа~алуйста… не в таком… не в этом положении. — Моя рыбка чем-то недовольна? — издевается, почему же я никак к этому не привыкну, — стони громче, Нагиса. — Издеваешь~ся! — он резко вставил третий, отчего я не выдержал и застонал прямо так, как он и хотел! От мысли, что сейчас, лёжа подо мной, он может лицезреть весь букет моих эмоций, меня вгоняло в краску пуще прежнего. Куда бы я ни направил свой взгляд, на чём бы он ни сфокусировался, ухмылка Кармы всегда была в моём поле зрения. Кажется, в первую ночь не было так стыдно. Отчего же тело вновь отзывается на его прикосновения? Почему же по коже бегает приятная дрожь от кончиков его пальцев? — Не могу… так, — на глазах наворачиваются слёзы. Всё слишком смущает и одновременно возбуждает. — Хе~ей, держи рубашку выше, — пальцы двигаются активней, кажется он понимает, что я достаточно разработан, чтобы войти в меня, — раздевайся, — этот его приказной тон сводит с ума. Ничего не могу поделать, только слепо подчиниться, надеясь на лучшее. Кажется, я вот-вот умру от смущения. Обнажённый и беззащитный перед ним, хотя я всегда таким был. В его глазах я лишь маленькая рыбка, требующая развлечений. В пульсирующую дырочку упирается его член. Такой большой, что лицо само искажается от испуга и желания, переполняющего возбуждения и ожидания. Он медленно вставляет, делает это настолько неспешно и мучительно, что я вскрикиваю. Внутри всё пульсирует и как-то странно обволакивает его. — Ка~арма… он… он внутри, — я задираю голову вверх, чувствуя, как головка полностью входит. Дыхание сбивается, а мысли… они так путаются… сердце в такт им колотится с неимоверной быстротой. Он проводит прохладной ладонью по моей щеке, вытирая солоноватые дорожки слёз. Когда это они успели прокатиться по лицу? Опускает руку ниже, хватая за подбородок и притягивая к себе. Опаляет своим горячим дыханием мои губы и целует. Проникает языком внутрь, переплетается им с моим, стыдливо причмокивая. И одним резким толчком он полностью вставляет в меня член. Я от неожиданности отталкиваю его от себя, ещё глубже усаживаясь на него… Карма удерживает меня за руки, чтобы я не смог уйти или из-за гравитации случайно свалиться на пол. — Какой же… ты… подлец, — нервно проговариваю я, стараясь привыкнуть к ощущениям заполненности. — Двигайся, рыбка, — усмехается он, кладя руку мне на бедро. Оно непроизвольно дёргается, а приятная дрожь от прикосновения расползается по всей ноге, — если не начнёшь, то никогда не закончишь. Начинаю лёгонько подниматься, но любое действие приносит дискомфорт. Из-за этого я вновь вскрикиваю, тяжело дыша. Но нужно продолжать. Через боль и кое-какую закравшеюся обиду на Карму снова двигаюсь. Эта дурацкая поза сверху становится моей самой ненавистной. Весь дискомфорт перерастает в удовольствие, от которого можно взорваться. Я начинаю чувствовать лёгкое головокружение, а вместе с ним отчётливей слышу собственный стук сердца. Может, Карма тоже начал также себя чувствовать? Но вот его лицо, как и выражало удовольствие, так и продолжает это делать. Поддавшись соблазну, двигаюсь быстрее, чуть сжимая член внутри. Всё быстрее и быстрее. Так, как и хотел похотливый дракон. — Что за моську ты скорчил? Маленький развратник~ — Ка~арма… — стало слишком хорошо, — как же я… те… ненавижу тебя. — Милый, то, что ты чувствуешь… вовсе не ненависть, — мягко улыбнувшись, он воспользовался моментом и рывком опрокинул меня на простыни, нависая сверху. В этот момент мне стало намного легче, ведь теперь не было так стыдно. Хотя ощущение того, что сейчас я в его ловушке, не придавало надёжности. Он начал толкаться активней, иногда выходя на половину, а затем одним рывком входя на всю длину. Внизу живота что-то скрутилось от его зверских толчков, и было готово резко раскрутиться. — Я не… больше не… — я буквально потонул в удовольствие, чувствуя, как оно заполняет всего меня. Настолько приятно кончил, что аж сжал Карму внутри и потянул за собой в удовлетворённое наслаждение. Весь живот запачкался в сперме, не говоря уже о том, что было внутри меня. Я чувствовал, как она обжигала всё, чего касалась, заставляя подрагивать тело. — Я хочу ещё, — ласково проговорил он, будто специально дразня, знал ведь, что я сейчас второго раунда точно не выдержу. Осталось лишь блаженно прикрыть веки, слыша грубое недовольство над ухом.