Мятежные небеса

Подготовка к строительству была закончена за неделю. Бартелби помог своему королю разобраться с подписями важных документов. Каждый день пропадали по три большие стопки бумаг. Когда с бумажной работой было закончено, Орител наконец смог немного отдохнуть. План по строительству библиотеки на горе Рок был разработан за день. Многие министры при дворе сомневались и опасались неизвестности: они не знали, как поведет себя волшебная птица, когда люди вторгнуться в ее владения. Оритела и самого раздирали сомнения. Он достаточно долго считал птицу – легендой. Для него была волнительна встреча с волшебным созданием, в которое не верил долгое время. К постройке небольшой библиотеки было все готово. Учитывая расстояние от дворца и высоту горы, строительство должно было растянуться на пять лет. Орител не мог долго ждать. В его планах было забраться на гору и попросить (как бы глупо это не звучало) волшебную птицу перелететь как можно ближе к королевству. Об этом Орител думал долгими ночами, наблюдая за чернеющей на горизонте горой Рок, от которой веяло задумчивой грустью и мудростью многих веков. «Попросить птицу… Ха! Кто я, а кто она? – думал Орител, расхаживая по балкону в раздумьях. – Я король, но не волшебному созданию.» Орител остановился, несколько секунд смотрел в одну точку, а потом вновь посмотрел на черную гору. Ему было мало той информации, которой с ним поделился лорд Бартелби о птице Рок. Узнав что-то мистическое и тут же вычеркнув это из головы, сделав при этом вид, что ничего не было – тяжело морально, особенно для человека, для который хотел лицезреть это постоянно. Мир, в котором жили волшебные создания бок о бок рядом с простыми людьми, был прекрасен! Он был огромен, столько всего предстояло изучить и узнать… Только представьте, два мира столкнулись между собой и разбились своей не верой в себя. Люди не верили во многих волшебные существ, а волшебные существа не верили в людей. И Орител хотел это исправить. На следующий день Орител занялся походными сборами на гору. Во дворце шептались, что король безумен, что поход на гору Рок только разозлит птицу, и та разрушит королевство, подвергнув всех его жителей смертельной опасности. Орител в свою очередь старался не думать о плохом, надеясь на удачу. -Ваше высочество, позвольте мне следовать с вами, - лорд Бартелби внутренне переживал за то, что король оставляет его во дворце. -Нет, Бартелби. Вам поручается управление королевством в мое отсутствие, - сказал Орител, подписывая последнюю бумагу. – Вам я доверяю больше всего, вы прекрасно справляетесь со своей должностью королевского секретаря. -Но птица доверяет мне, и, если я отправлюсь с вами, мой король, это будет более безопасно для вашей жизни. -Королевству нужен такой человек, как вы. И королевскому регентству я доверяю менее, чем вам, лорд Бартелби, - Орител поднялся из-за стола и поправил на плечах алый плащ. – Вы останетесь в королевстве, это мой приказ. Мужчина нашел в себе силы почтительно поклониться своему королю. Идти против короля и его приказам лорд Бартелби не мог себе позволить. Приказы самого короля не подлежали обсуждению. Бартелби подчинился королю и остался во дворце, следя за порядком во всем королевстве в отсутствие самого короля. Добраться до горы на межпланетном корабле было куда быстрее и безопаснее, но корабль улетел вместе с Марион на Эраклион и не вернулся назад. Орителу и его небольшому отряду пришлось оседлать лошадей и добираться до Рока своими силами. Весь королевский двор вышел на площадь перед дворцом, чтобы проводить своего короля в поход. Гриффин стояла за спиной Бартелби и буквально прожигала взглядом его спину. Гриффин не видела в лорде своего соратника и помощника. Одно только упоминание о том, что он не предаст короля, уже делало его врагом для юной ведьмы. Самой же Гриффин жилось в последнее время неспокойно. Она старалась во дворце не светиться, в голове вынашивая план по изъятию Огня Дракона из тела Марион. Из памяти ведьмы не выходил тот вечер, когда в покои ворвалась стража и арестовала Валтора, отправив его прочь с Домино. Гриффин утратила связь с темным магом и не связывалась с Древними Ведьмами. Это была самая страшная тишина. Гриффин нутром чувствовала – грядут большие перемены для королевства Домино. За два дня Орител и его солдаты преодолели широкую степь, поросшую густой шелковистой травой, и хмурый, мятежный лес. Орител чувствовал сомнения и страхи солдат перед неизвестностью. Чем ближе они подбирались к горе Рок, тем напряженное было у всех настроение. У подножия горы пришлось оставить уставших лошадей. Лошади вряд ли могли бы устоять на обрывистом склоне – узкие тропы были будто бы специально вытоптаны только для двуногих. Орител осмотрел место, по которому ему и его отряду предстояло забраться. Опасность маршрута была очевидна и велика. Орител вдруг на себе почувствовал прилив внимания и сил, почувствовал рождение остронаправленных эмоций и чувств, сосредоточенность, которая повысила готовность к борьбе с неприступной горой. «А ведь лорд Бартелби возможно не раз забирался на эту гору к птице… - подумал Орител, не имея представлений, как такой слабый и неподготовленный физически человек как лорд Бартелби мог забрать на гору. Да к тому же в одиночку! – Видно, книга судеб действительно несет в себе огромную ценность…» Орител вместе с отрядом солдат начали медленно подниматься по каменной узкой неухоженной дорожке. Иногда тропинка была настолько узкой, что приходилось идти, прижимаясь спинами к голой скале. Иногда она обрывалась, и приходилось перепрыгивать через обрыв, поддерживая друг друга. Через час подъема на гору их застал дождь с мокрым снегом и колючим холодным ветром. Орителу и его отряду пришлось спрятаться в небольшой пещерке и переждать ненастную погоду. Около пещеры росли высушенные кустарники. Пришлось потрудиться, чтобы избавить их от влаги и разжечь небольшой костер. Орител стоял у входа в пещеру, оперившись плечом о голую холодную стену. он смотрел вперед задумчивым взглядом сквозь плотную стену дождя и мокрого снега. -Интересно, откуда здесь пещера? – шептались между собой тихо стражники у костра. -Действительно. Каменная порода слишком твердая. И потом… Приглядитесь. Стены ровные, будто отшлифованные. Орител медленно повернулся, и стражники замолкли. -Возможно, что эта пещера и была хранилищем для книги судеб, - сказал он. Стражники молча переглянулись. -Лорд Бартелби рассказал, что книга хранится в лапе птицы Рок, - он подошел и сел рядом с солдатами. О принципах субординации в военном походе забывали все: и Орител, и сами стражники. Сейчас они были наравне, но стража все равно испытывала дискомфорт рядом со своим королем. -Так значит, мы сейчас находимся в лапе птицы-монстра? Тут наступила напряженная тишина. Стража притихла, замерла, стала водить глазами по сторонам, медленно, но явно осознавая, в какую ситуацию попали. -Птица не монстр, - сказал Орител, разрывая напряженную тишину. – Она волшебное создание, живущее в не менее волшебном мире. В ее понимании мы тоже монстры: маленькие по сравнению с ней, шумные, надоедливые, как насекомые. Мы Рок не враги, но она не знает об этом. -Что нам нужно сделать, ваше высочество? -Постараться вести себя вежливыми и гостеприимными, - хмыкнул он в ответ. – Нет гарантии полной безопасности. И вновь тишина. -Ваше высочество, а правда говорят, что Великий Дракон нашел свой покой на этой горе? – спросил один из стражников. Орител в ответ неоднозначно пожал плечами. -Никому не известно, где именно энное поколение первых магов нашли спящего Дракона. Может быть и на этой горе, кто его знает. Возможно, что птица охраняет не только книгу судеб, но и самого Дракона. – Орител помолчал, глядя на костер. – Не исключено, что под горой спит Отец всей Волшебной вселенной. На следующий день снежная буря успокоилась. Тропу, что вела вверх, размыло, по ней было сложно и довольно опасно подниматься вверх: ноги то и дело скользили по жидкой грязи, смешанной со снегом, и приходилось руками хвататься за скалу, удерживая себя, чтобы не упасть вниз. До вершины оставалось совсем немного, Орител немного беспокоился. При подъеме он внимательно следил по сторонам и выискивал признаки огромного птичьего гнезда, но не мог его разглядеть среди голых скал. Гнезда не было видно, как и птицы. Неожиданно один из стражников, который шел позади своего короля, не удержался на скользкой тропе и с диким воплем полетел вниз. Орител среагировал немедленно, взмахнув руками, он хотел подхватить паренька за плащ, но не успел. Стражник пролетел несколько метров и упал на небольшой уступ внизу. Он остался жив. -О, Дракон, - вырвалось у Оритела, он вздохнул с облегчением. Земля под ногами мелко задрожала, сверху посыпались камни, сначала крохотные, как галька, увлекая за собой огромные валуны. -Ваше высочество, берегитесь! После предостерегающего крика земля под ногами поднялась и опустилась, будто скала была живым существом и глубоко вздохнула. Оритела по плечу ударил один из массивных валунов, чуть не сбросив его с тропы вниз, следом за стражником. Стражник, что упал на уступ, стал медленно подниматься на руках, проверяя сломанных и целых костей и замер, поняв, что смотрит прямо в глаза, а вернее в глаз, своей смерти. Это был действительно глаз. Выпуклый, сверкающий, как драгоценный подводный камень, и тем не менее стражник испытал жуткий страх, когда понял, что глаз смотрел прямо на него. -Птица-а-а! – заорал он не своим голосом. Глаз тут же помутнел – Рок явно не ждал гостей. Птица подняла величественную голову от горы, скала под ногами Оритела и другой стражи пошла трещинами, и только тогда король смог разглядеть в этих трещинах очертания каменных перьев. Тело птицы было покрыто толстым камнем – отличная маскировка для горы твердой породы. Именно из-за такого камуфляжа Орител не смог распознать птицу. Ей не требовалось гнездо, как для обычной птицы. Сама гора и была ее гнездом. Птица поднялась, ломая под собой гору, вниз посыпались огромные валуны. Орител и стража припали вниз, хватаясь за камни, чтобы удержаться. Стражник, что упал, тоже руками схватился за выступ – это было нижнее веко птицы. Рок раскрыл каменный клюв и издал пронзительный страшный клекот, смешанный со звериным рыком. -Быстрее!! – заорал Орител, распознав следующие действия Рока. – На скалу! Быстрее!! Если птица взлетит – мы погибнем! -Ваше высочество, как же вы?! -Я спасу своего солдата! Я не оставлю никого! Бегите с птицы! Это приказ короля!! Стража, скрепя зубами и ругаясь про себя, побежали со всех ног вниз по телу птицы. Орител огляделся и увидел, как Рок медленно поднимает большие крылья, готовясь взлететь. На плече Оритела висела веревка, он быстро размотал ее и бросил вниз. стражник кое-как схватился за веревку, и Орител начал тянуть его наверх. Плечо саднило, боль от удара валуна мешала Орителу и не давала выкладываться на полную силу. Стража успела перебежать на скалу, последний прыгнул с вдруг поднятого хвоста. Орител успел взять стражника за руку и залезть ему. Рок взлетел. Оритела и стражника откинуло на несколько метров назад, воздух упруго оттолкнул их, надеясь согнать с птицы. Орител успел схватиться за выступ, ниже него расположился и без того напуганный парнишка. «Птица! Она взлетела!..» Только сейчас Орител смог оценить размеры этой птицы. Она была не меньше, чем большой остров. Человек по сравнению с ней был ничтожной пылинкой. Это действительно поражал человеческое сознание. Орител начал лихорадочно перебирать в своей голове варианты исхода той ситуации, в которой они со своим подчиненным оказались. Медлить было нельзя – любой поворот птицы или поток ветра мог грозить и Орителу и стражнику неминуемой смертью. «О, Дракон, что же делать?.. Дракон? Дракон! Ну конечно!» Орител, держась из последних сил одной рукой за камень, что являлся пером Рока, второй рукой выхватил свой меч. Меч, который Хаген подарил Орителу в день его рождения. Меч, который был полон магии Огня Дракона и любовью Марион. Король Домино вдруг вспомнил слова Бартелби о том, что птица способно чувствовать свое родство с Огнем Дракона. Орител поднялся на колени и, замахнувшись, моля Дракона помочь ему в тяжелые минуты, вогнав в тело Рока свой меч по самую рукоять. Но ничего не произошло, а боль, которую испытала птица, лишь разозлила Рока. Птица издала громкий клекот и лишь ускорилась, снося Оритела и стражника к самому хвосту. -Ваше высочество! Держитесь! «Любовь моя, помоги мне снова!» - мысленно закричал Орител. И Великий Дракон услышал его крики о помощи. Неожиданно по телу Рока пробежались огненные языки алого пламени. Птицу обуяло пламя, и она стала похожа на огненного феникса, парящего в лазурном поднебесье. Рок почувствовала знакомый жар силы Огня Дракона. Глаза ее из мутного стали вновь кристально-прозрачными. Она громко закликала, заурчала. Орител увидел, что птица повернула, и полетела обратно к горе Рок. «О, слава Дракону, все закончилось…» - подумал он и уперся лбом о камни, прикрыв глаза. Опасность миновала. Оставалось подождать, когда птица сядет на гору и успокоится. -Ваше высочество! Ваше высочество! Как вы? Орителу показалось, что прошло несколько секунд спустя то время, как он прикрыл глаза. Он полусидел-полулежал, прислоненный спиной к холодной влажной скале. Вокруг него хлопотала встревоженная его самочувствием стража. Орител протянул руку, жестом прося помочь подняться, потому сам он был не в состоянии этого сделать. Оказавшись на ногах, он отметил про себя, что они были мягкими, как у куклы. -Птица… Где мы?.. – пролепетал он, прижав ко лбу холодные пальцы. Орител поднял глаза, и кровь отхлынула от лица. Рок, обняв вершину гору, повернула голову и внимательно следила за копошащимися внизу людишками горящими аквамариновыми глазами. Она была спокойна, не выдавала признаков опасности и угрозы. Птице было уже любопытно. Стража загородила спинами короля, обнажив мечи и выставив на изготовку луки со стрелами. Оритела это даже немного насмешило: что такое было оружие по сравнению с волшебным созданием, которое в тысячу раз превосходит их силу. Однако, следовало страже отдать должное. Даже понимая всю опасность и никчемность своих оружия, они были готовы защитить Оритела. «Ты! Ты новый король Домино?» - слышал в своей голове певучий женский голос Орител. «Да,» - машинально ответил Орител. На секунду ему показалось, что он говорил сам с собой, а его внутренний голос принадлежал девушке. «Время летит… Короли меняются. Посмотри же на меня, о, король Домино!» Сердце Оритела ушло в пятки, когда он понял, с кем он разговаривает. Он приказал страже расступиться, сам сделал шаг вперед, подняв голову. Он слышал голос Рока. Именно ей принадлежал красивый певучий голос. Птица на минуту замерла, будто под гипнозом наблюдая за пылающими языками пламени, а потом слегка наклонила заинтересованно голову вбок, заурчав. «Мой Отец – Великий Дракон – дал мне имя Рок! А как твое имя?» - птица чуть наклонила голову. Стража была вновь готова заслонить собой короля, но Орител дал знак рукой отступить. -Мое имя Орител! – сказал он вслух. – Я последний из рода Блестящих. Не так давно я стал королем славного королевства Домино! Мне приятно познакомиться с тобой, Рок. Я и мои люди просим у тебя прощение за то, что потревожили твой сон! «Зачем я вам понадобилась?» - спросила птица. -Нашему королевству нужна твоя помощь! Мы пришли к тебе с вопросом: не желаешь ли ты стать хранительницей секретов Домино? «Хранительницей? – птица наклонила голову в другую сторону. – А что мне с этого будет?» Орител приложил руку к сердцу. -Слово короля нерушимо. Я клянусь тебе, что больше никто не потревожит твой покой на горе Рок. «Слово короля… Твои слова для меня пусты, король Домино. Хоть ты и король, но я создание свободное.» -Я это понимаю! – честно признался король. Птица пристально сощурилась. Она закурлыкала и еще ближе наклонила голову и приоткрыла клюв, будто на самом деле хотела заговорить на человеческом языке, стража ближе придвинулась к королевской семье, приготовившись к неизвестности. Рок еще ближе наклонила огромную птичью голову, блеснула аквамариновым глазом. «Однако ты владеешь Огнем Дракона, и я не смею тебе отказать, король Домино. Что ты хочешь от меня?» -Разрешишь построить на тебе небольшую крепость, в которой бы хранились сокровища Домино? Но для этого тебе нужно прилететь поближе к нашему королевству, чтобы строительство завершилось как можно скорее. Птица медленно выпрямила голову и посмотрела в ту сторону, где в сизой дымке виднелись башни дворца. «Я давно не покидала свою гору. И я бы не отказалась повидать мир. Ушло несколько поколений королей с тех пор, как я парила над Домино и нашла на этой горе свой покой, как когда-то нашел покой мой Отец. – Она помолчала, а потом блеснула аквамариновым глазом. – Хорошо. Я согласна.» -Благодарю, великая Рок, - Орител опустился на одно колено и поклонился птице. Стража, тихо ахнув, побросала оружие и тоже упали на одно колено в глубоком поклоне. «Я сохраню секреты Домино. Но взамен вы не станете тревожить ни меня, ни место моего гнездования. Я прилечу в королевство завтра. А сейчас… Оставьте меня!»

***

Вечером того дня Орител избавил лорда Бартелби от придворного бремени и занялся подготовкой. Он подписал оглашение и передал его королевскому церемониймейстеру. Тот торжественно выступил на городской площади и зачитал слова короля Домино. В оглашении говорилось, что завтра в их королевство пожалует волшебное создание, прилетевшее с горы – мифическая птица Рок. Король просит не пугаться и не тревожиться за свои жизни, птица будет некоторое время обитать у королевского дворца. Причину, по которой птица будет вынуждена жить у дворца, король не указал. На библиотеке будет стоять статус секретности, о ней будут знать лишь немногие при королевском дворце. Этим же вечером, не задолго до ужина, на межпланетном корабле с Эраклиона вернулась Марион. Она была приятно удивлена приездом лорда Бартелби, ведь королева знала его чуть ли не с самого детства, и хорошо помнила, что он с нее рисовал красивые портреты. К тому же она общалась с ним на своей свадьбе. За ужином Орител рассказал о его походе на гору Рок, о том, как был на волоске от смерти, о том, как любовь Марион и меч спасли его снова. Марион слушала его рассказы с замирающим сердцем. Лорд Бартелби, что сидел рядом с ней, держал королеву за руку и постоянно поддерживал словами о том, что все идет так, как должно было идти. После ужина каждый пошел отдыхать. Орител и Марион ушли в гостиную, где остались наедине, им о многом нужно было поговорить. Они стояли друг напротив друга. Марион тонкими белыми ручками осторожно прикрывала свой живот. -Что на Эраклионе? - спросил Орител бесстрастно. - Я сегодня же напишу письмо Эрендору, переживаю за друга. Марион немного помолчала. Она отвернула голову и посмотрела на огонь в белом мраморном камине. Тяжело вздохнув, она сказала: -Войска Эрендора захватили группу смутьянов. Йошинойя вновь удалось сбежать. Но в городах стало поспокойнее. Мне даже позволили прогуляться по Аврааму, но отдохнуть у меня не получилось, потому что за мной по пятам следовала твоя стража, Орител, - она с иронией подняла брови и посмотрела на мужа. – С Эрендором мне не удалось эти дни встретиться, король занят своим королевством. Я все время проводила с Самарой. -Как она?.. – с холодеющим сердцем спросил Орител. -Она… Ей лучше, Орител. Намного. Но в ее душе все умерло после известия о смерти своего первенца. Младенца похоронили. Несмотря на то, что он только-только родился, его похоронили со всеми королевскими почестями, как никак наследник королевства. Как ты помнишь, Самару отравили, из-за чего умер ее ребенок. Эрендор прогнал с королевского двора всю прислугу и всю стражу, он заменил всех. Теперь еду для королей перед подачей пробовали на зуб. Недоверие друг к другу появилось не только на улицах городов Эраклиона, но и в самом дворце. Шаг в лево, шаг в право, робкий шепот за спиной или же невыполнение своих обязанностей – всех ждала тюрьма. На Эраклионе тишина. Но я думаю, что это ненадолго. Орител глубоко задумался. Марион видела, как на его скулах заиграли желваки, выдавая его состояние. Марион положила ладошку на плечо мужа и попыталась заглянуть ему в глаза. -О чем ты думаешь, Орител? -Я бы очень хотел помочь другу, - признался он. – Но гражданская война довольно затяжное время для такого большого королевства, как Эраклион. Пока ней пойман главарь, вспышки недовольств будут продолжаться. Я знаю Эрендора, он не пойдет на уступки народа, но и не сможет давить их силой, потому что знает, сколько уже крови пролилось. Я подумаю, как помочь другу. Это заботит меня не меньше, чем строительство библиотеки и прилет Рок завтра и… Марион вопросительно подняла на мужа глаза. Вместо ответа Орител осторожно прижал руку к животу Марион, где билось крохотное сердечко новой жизни. -И ребенок. Наш ребенок. -О, Орител… Орител опустился на колени перед Марион, обнимая ее за талию и прижимаясь лицом к ее животу. Марион поджала нижнюю губу, сдерживая вдруг нахлынувшие слезы. -Прости меня, Марион, за мои слова. Я был в ярости. -Твои слова не вернут Валтора, - прошептала она, крохотная слезинка прокатилась по ее щеке. – Он был моим лучшим другом, он учил меня, даже спас от тяжелой болезни… А ты… Ты прогнал его. И ты не вернешь его, даже если я попрошу тебя об этом. -Прости, но только из-за принципов я его не верну обратно на службу к королевскому двору. Марион тихо шмыгнула носиком. Она закрыла лицо ладошками и тихо всхлипнула. -Ты сказал «наш ребенок», - все это время она говорила тихим шепотом. Ей казалось, что если она прибавит громкости своего голоса, то разревется навзрыд. – Ты веришь, что ребенок твой? Или ты до сих пор сомневаешься в моей верности тебе? Орител не ответил, лишь крепче обнял жену. Марион до боли закусила губу и расцепила руки Оритела на своей талии, она извинилась и убежала прочь из гостиной, прикрыв рот ладошкой, чтобы не разрыдаться в голос. А Орител так и остался стоять на коленях в гостиной в одиночестве. Хоть ему и удалось поговорить с Марион, он все равно чувствовал, что сделал неверный шаг, не ответив на ее последний вопрос. Орител вернулся в свой кабинет разбитым и подавленным. Он сел за стол и принялся писать письмо Эрендору. Через несколько минут в его кабинет постучались. Орител прекратил писать на полуслове, надеясь, что это была Марион. -Да! Но в кабинет вошла Гриффин. -Ваше высочество, - она поклонилась королю и тут же выпрямилась. -Гриффин, - в его голосе явно послышались нотки разочарования. – Что случилось? -Ваше высочество, прошу прощение за поздний визит, но я бы хотела с вами поговорить. Наедине. Дверь за ее спиной закрылась резко и неожиданно, будто захлопнулась крышка тяжелого сундука.