Однажды в будущем

Где-то в промежутке между до и после.

      Очнулась черноволосая не сразу, точнее открыла глаза не сразу – она еще минут пять прислушивалась к своим ощущениям. «Так, голова вроде не болит, в висках не бьет, во рту не сушит, да и не сдохло вроде ничего, и не тошнит… Мда, то пойло, что он нам дал не такое уж и дерь… Так, ладно Юля, сосредоточься. Надо бы открыть глаза, но страшно. Почему страшно? Я же по идее должна быть в гостинице или нет? На счет три открываю глаза – раз, два… а может, еще полежать? Ну что может случиться? Так, Волкова, не дрейфь и открывай глазки, не будь трусихой! Ну, была – не была!» И с этими мыслями, брюнетка открыла глаза и осмотрелась. Ну, насколько это было возможно, потому как света катастрофически не хватало.       «Ведро, тряпки, швабра, перчатки, веник – да, это явно не наш номер. Я что – в подсобке?! Какого… Лене это не понравится. Лена. Лена? Лена!!»       - Ленок, Ленок, ну очнись же ты!       - Волкова, ну дай поспать еще пять минут. Впереди же еще концерт.       - Катина, какой концерт?!! Мы не в своем номере! Я… я даже не знаю где мы! В каком-то чулане, что ли…       - Юль! Юлек, с тобой все в порядке?! Я все вспомнила! Мы сначала не могли найти дорогу обратно в гостиницу, потом увидели магазинчик, потом этот мужик дал нам выпить что-то и вот мы здесь. А кстати, где мы?       - Я ж тебе говорю – в подсобке какой-то, в каком-то здании. Я тоже понятия не имею – где мы.       - Блин! Что за ерунда-то творится? Как мы вообще сюда попали? Мы же должны были быть уже в своем номере… Слушай, а может он нас сначала напоил, а потом затащил сюда? Ну в подсобку себе, чтобы потом надругаться?! Волкова, мне страшно!!       - Так, Катина, не кипишуй, он конечно и мне маньячиной показался, но это уж перебор. Надо нам как-то отсюда выбираться и осмотреться вокруг. Глядишь, и найдем знакомые места.       - И то верно.       С этими словами наши героини, пыхтя и кряхтя, поднялись с пола и сквозь сумрак и препятствия в виде швабр и ведер, подошли к двери подсобки. И тут, неожиданно, встал второй вопрос.       - И кто первый выйдет?       - Дамы вперед.       - А ты тогда кто, Волкова?       - Ну…       - Какая ж ты трусиха. А я знала.       - Так, Катина, знаешь что?!       - Ладно уж, за мной, заяц.       Яркий свет. Такой яркий, что сощуриваешь глаза до маленьких щелочек. И музыка. Нет, она не рядом, но от этого не менее громкая. Повсюду двери – иногда двойные, иногда одиночные. На каждой двери табличка с именем. И коридор. Настолько длинный, что не видно конца. Только ответвления. Ну для технического персонала и подсобок, видимо.       - Эм, где это мы? – спросила черноволосая.       - Ты знаешь, я уже минут так двадцать задаю себе этот же вопрос, Юля - с сарказмом ответила Катина.       - Ну судя по коридору, музыке, табличкам на дверях – может мы в каком-то концертном зале? - логично предположила Волкова.       - Смотри-ка – какая-то Нюша (ну и имечко), Тимоти (как тамагочи, ей-богу), Макс Корж (Корж, серьезно?), Егор Крид…Что за певцы? Никогда о таких не слышала. Погоди, погоди – Пугачева? Наконец, что-то знакомое… Стоп! Это что? Мы в России, получается? Но как?!       - Я не знаю, Ленок. Но это все мне определенно не нравится. Очень не нравится. – Волкова лишь с недоверием пробормотала, косясь на очередную табличку с именем.       - Что вообще было в этом пойле?! Почему я тебя не послушалась…       - Погоди-ка, Катина. Тут есть и посерьезнее вопросы – черноволосая показала на табличку. Обычная такая табличка. Только на ней было выведено черным по белому: «Юлия Волкова».       - А почему тут твое имя? – спросила рыжеволосая. – Мы разве не снимаем одну гримерку на двоих? Всегда пишут «Тату», а тут вдруг «Юлия Волкова». Мы что, даем какой-то концерт? Или ты одна выступаешь?       - Да нет, Ленок, не одна. – И Волкова показала на еще одну табличку, через три двери от своей собственной, где тоже черным по белому было написано: «Елена Катина».       - Что-то я совсем ничего не понимаю. Мы выступаем по отдельности?       - Тебя только это волнует, Лена? А то, что мы сейчас в России за тысячи километров от нашего номера, стоим перед дверьми с нашими табличками и ничего не понимаем – это ничего?! У меня сейчас голова распухнет!!       - Так, не поддавайся панике, Юля. Надо все хорошенько обмозговать. Наверняка в том, что мы оказались в этом месте, есть какая-то причина.       - Да?! И какая, например?!       - Я не знаю…       - Это не облегчает ситуацию, Катина.       - А я и не стараюсь ее облегчить, я пытаюсь найти хоть какую-то логику.       - Не пытайся найти то, чего быть не может.       - Когда ты стала такой пессимисткой?       - Я реалистка, Лена.       - Пф. Тоже мне.       Так бы они и препирались дальше, если бы вдали не послышались голоса и быстрые шаги.       - Прячемся!       - Как это? Надо спросить у людей – что вообще здесь происходит?       - В другой раз я бы с тобой согласилась, но просто поверь моему чутью, Лена – нам надо спрятаться.       - Хорошо. Как скажешь.       И так, как единственным местом, где можно было спрятаться, была злополучная подсобка – наши героини отправились именно туда. Впрочем, не забыв предварительно оставить приоткрытой дверь.       - Да стой же ты!!       - Не указывай мне что делать!!       - Я и не указываю! Просто не будь дурой!       - Это я-то дура?! Кто записал это видеообращение?! А?! Да как ты смела! Как ты смела вообще подумать, что сможешь заменить меня?! Я и именно я – вторая часть «Тату» и без меня нет и не будет группы! Поняла, Волкова?! И не смей, просто не смей никогда больше ставить мне условия!! Я не твоя кукла!! Хватит! Я была сыта этим по горло во времена группы, а сейчас просто не потерплю этого!       - Катина, да это просто была шутка, как ты не понимаешь! Конечно, без нас двоих нет группы, и я это прекрасно понимаю, в отличие от некоторых!! И когда это я ставила тебе условия, напомни-ка мне?!       - Да ты всегда всем ставила условия: то буду петь это, то не буду, то буду сниматься в этом, то не буду сниматься в этом, то буду выступать на этих условиях, то не буду… Ваня, Кипер, Боря, бесконечные стилисты и костюмеры. Мне продолжать? Про себя я уже молчу. Все всегда подстраивались под «королеву» Волкову. А я всегда была лишь на втором месте. Быстро же ты все забыла!       - Да ты всегда была на «втором месте» потому, что тебе было так удобно!! Удобно, когда за тебя принимают решения, удобно, когда кто-то за тебя получает разгоны и критику, удобно, когда можешь ни о чем не думать, а спрятаться за кем-то и просто плыть по течению! Знаешь, как это называется, Катина – инфантилизм!!       - Что?!! Это я-то инфантильна?! Это Я в свои 19 лет уже успела сделать аборт и забеременеть снова?! Это Я совершенно не думаю о завтрашнем дне и о чувствах других?! Это Я бегу от проблем, словно от чумы или прячу от них голову в песок?! И после этого ты называешь Меня инфантильной, Волкова?! Да это из-за тебя наша группа распалась – из-за твоего гонора и твоих вечных взбрыков!!       - Вот только не надо выставлять себя святой, а меня – исчадием ада!! На себя посмотри, Лена!! В том, что группы не стало, виноваты мы все – и ты, и я, и Ренский. Так что не вали с больной головы на здоровую! И да, я хоть и забеременела в 19 лет, но по крайней мере не строю из себя мисс недотрогу и не ломаюсь как целка до пенсионного возраста! Ты хоть раз оргазм испытывала?!       Раздался звук пощечины. После нее наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием. Затем стали слышны удаляющиеся шаги. Один, второй, третий… Как звуки набата в полной тишине. Затем всхлип, еще шаги, и, наконец, звук закрывающейся двери.