Аллегория Силы

Откройся мне: кого порой вечерней На зыбкое крылечко поджидаешь? Кого вдали, прикрывши ручкой глазки, На полотне зари румяной ищешь? Кого бранишь за медленность, кому Навстречу шлешь и радости улыбку, И слез поток, и брань, и поцелуй? Кому, скажи, девица! А. Н. Островский, «Снегурочка» *** Эллин вернулась из передней в гостиную. Как выяснилось, там ее уже ждали: Дорме присела в неглубоком книксене, Митака вытянулся во фрунт, сияя безукоризненно отутюженной парадной формой. Но все эти церемонии предназначались не ей, а вернувшемуся с победой генералу, потому что у них – госпожи и ее небольшой свиты - за месяцы вынужденного заточения сложилась своя, несколько упрощенная система этикета. Конечно же, консультант и компаньонка вставали при ее появлении, кланялись в знак приветствия, но это были жесты, характерные для членов среднестатистического аристократического семейства, а они под конец своего заточения уже вполне ощущали себя практически родственниками. - А где же генерал? – не дождавшись его появления, почти выкрикнул Дофельд. - Он не пожелал задержаться здесь, – сообщила ему Эллин. - Я сейчас переоденусь, и будем пить чай! Леди грациозно развернулась и удалилась в свои покои. - Она, наверное, расстроилась. Почему он не остался хотя бы на несколько минут? Это как-то странно, – растерянно взглянув на Дорме, удивился Митака. – И неучтиво! Леди Эллин так готовилась, а он… Неужели генерал нисколечко по ней не соскучился? И зачем ей переодеваться? Дорме ничего ему не ответила, только тяжело вздохнула: попробовал бы он вот в этом всем чаю попить. Ей самой было несколько проще: ее наряд тоже был парадным, но несоизмеримо менее многодельным и неудобным. Да и макияжа у нее почти не было: опять же по традиции лицо фрейлины было закрыто плотной вуалью. По лицу-маске Эллин вообще невозможно было понять, расстроилась она или нет, а вот бедный Митака, переносящий тяготы длительного заточения в одном помещении с двумя красивыми девушками тяжелее всех, был не просто расстроен: он был на грани паники. Пусть бы генерал и ни слова не сказал бы ему, верный адъютант и по взгляду, по жестам все понял бы. За три месяца первый живой, настоящий, не на голопроекции человек! Радовало только то, что теперь оставалось дождаться распоряжений об окончании его миссии и вернуться к привычному ритму жизни. Лейтенант был согласен даже на трехместную каюту и любую должность, лишь бы к людям! В ожидании своей госпожи Дорме и Митака переместились в столовую, где дроид уже вовсю накрывал стол к чаю. *** Переодевание Эллин несколько затянулось. Но это и немудрено, ведь ей нужно было не просто избавиться от хитросделанного парадного облачения, но и смыть макияж и поправить прическу. Появившись в столовой перед своими компаньонами, она мягко им улыбнулась и уселась на свое место за столом. Митака мгновенно заметил в ней перемену. Леди Эллин явно находилась в приподнятом настроении, а уж ее наряд! Дофельд первый раз видел на ней нечто подобное. С одной стороны, все было почти как всегда, но… не как всегда. Обычно домашние платья Эллин скрывали почти полностью ее фигуру, были закрытыми почти до подбородка, а это имело чуть более смелый вырез и подчеркнутый силуэт. Ее фигурка, по-прежнему остававшаяся изящной, но претерпевшая неизбежные изменения вследствие интересного положения Эллин, в этом платье была очень хорошо заметна. Все другие наряды так тщательно прятали свою хозяйку под широкими раструбами, фалдами и складками, что не знай Митака, что леди беременна, никогда бы не понял этого. А сейчас она так откровенно демонстрировала и заметно округлившийся живот, и налившуюся грудь, что адъютант-консультант невольно вытаращился на свою госпожу и не спешил отводить взгляд. И еще что-то необычное заметил лейтенант… Ах, да! Волосы. Обычно они выглядели не так. Это была либо строгая простая прическа, когда все волосы собирались в жгуты или косы, либо заплетались и убирались только спереди, а сзади оставались распущенными, а сейчас прическа леди представляла собой струящиеся, змеящиеся тугие крупные пепельные волны, ниспадавшие с плеч, а сзади доходящие почти до талии. Девушка была так хороша, что будь они в других обстоятельствах, Митака подумал бы, что она собралась на свидание – сногсшибательный эффект был бы обеспечен! А Эллин просто светилась изнутри. Усевшись на свое место, она не то спросила, не то дала указание дроиду, который, естественно, тут же подкатился: - Ну что, чаю? И не переставала ни на секунду улыбаться. Дорме и Митака переглянулись. Все это было… немного странно. Нет, леди Эллин не была мрачной по натуре, но ее веселость была какой-то чрезмерной, что ли. Конечно, возможно, Эллин, как и ее друзья, была рада тому, что их заточение подошло к концу, что скоро у них опять начнется обычная жизнь, без ограничения передвижений и общения. Да и мужа увидела спустя столько месяцев разлуки! А может, она уже знала что-то, что должно было обрадовать их всех, но пока просто выдерживала паузу? Хакс же мог шепнуть ей что-нибудь на ушко или прислать сообщение на коммуникатор? Компаньоны пребывали в недоумении. Но тут Эллин пришло сообщение. «Вот оно!» – мысленно похвалил себя Митака за догадливость. – «Значит, я прав! Леди Эллин уже знает то, о чем нас тоже скоро поставят в известность!» И милая его госпожа тут же подтвердила его мысли. Она быстро пробежала глазами текст и не смогла сдержать широкой улыбки. - Друзья, я очень надеюсь, что мы очень скоро сможем не просто покидать это место – хоть и прекрасное, но немного нам опостылевшее, – но и посещать другие крейсера и даже планеты. Здорово, правда? Ее компаньоны радостно закивали, соглашаясь. - Я должна принять направляющегося к нам гостя, а вы можете заняться… чем хотите. Увидимся за ужином! Наверное. Эллин развернулась и отправилась на свою половину. К чаю троица так и не притронулась. Проследив, как их госпожа скрылась в своих покоях, Дорме с Митакой одновременно бросились друг к другу. - Ты что-нибудь понимаешь? – зашипела почти в самое ухо лейтенанту девушка. - Могу только предполагать, – тоже максимально понизив голос, ответил «консультант». - Смотри: она встретила Хакса при полном параде, как положено, так? - Так, – подтвердила очевидное Дорме. - А теперь зачем-то переоделась. Вот что я думаю: тот визит генерала был, если можно так сказать, официальным… - Только каким-то уж слишком коротким! – вставила девушка. - Согласен. Это очень странно, как-то не по протоколу… Но теперь она ждет его… ну… как своего супруга – вон как разоделась! Ты видела вообще, чтобы она так одевалась? Дорме отрицательно замотала головой, а потом закивала, опять соглашаясь с выводами Митаки. Воодушевленный ее поддержкой, тот продолжил строить предположения. - Во-от. Значит, генерал сейчас вернется опять: это его она ждет, больше некого, так? Похоже, Митака ждал Хакса намного сильнее, чем его супруга. - А зачем он вообще ушел? Тоже переодеваться, что ли? И Миллисент забрал? – спросила Дорме. А вот это были проблемные вопросы. Митака задумался, но тут же нашелся: - Возможно, он хочет, чтобы они перебрались опять в его каюту, и он решил начать с… Милли. - Логично, – поддержала она его, хотя, сказать по правде, это вообще не было логичным. Затем ее пытливый девичий ум продолжил генерировать неудобные вопросы: - А вдруг она ждет не его? - А кого? – удивление Дофельда было неподдельным и искренним. - О, это мне тоже очень интересно, – лукаво сощурилась Дорме. – С удовольствием посмотрела бы! - Предлагаю вот что, – мгновенно поддержал авантюру лейтенант. - Даже несмотря на то, что леди Эллин нас отослала, она не сказала, где конкретно мы должны находиться, поэтому мы можем остаться в гостиной – это же вполне подходит под формулировку «занимайтесь чем хотите», не так ли? А оставшись в гостиной, мы обязательно узнаем, кто же этот ее загадочный гость! - И даже сможем незаметно уйти в свои комнаты, если понадобится, – подхватила Дорме. – Или просто здесь где-нибудь затаимся! - Точно! Так и поступим! Идет? - Идет! Заговорщики тут же выбрали наиболее выгодную для их целей диспозицию: в гостиной был один милый уголок, который не просматривался из передней. Там в одной из ниш, которая изначально имела, наверняка, сугубо техническое назначение, а теперь выполняла роль импровизированного «грота», был установлен миниатюрный диван, обитый нежно-голубым атласом, как и вся мебель в гостиной, а при нем - ламберный столик, который затворники очень часто использовали для игр в самые разнообразные настолки, за которыми они коротали долгие вечера. Девушки усаживались на диван, а лейтенант – напротив них, в кресло, и в зависимости от того, насколько увлекала их игра, они могли засидеться далеко за полночь… Лучше места для того, чтобы подслушать и подсмотреть, нельзя было найти! Здесь они и решили ждать. Конечно же, друзья-приятели не знали, как произойдет эта таинственная встреча и рассердится ли на них Эллин, когда раскроет их «коварный» план, но отбросив все морально-этические сомнения, решили во что бы то ни стало узнать ее секрет. Было несколько вариантов развития событий. Первый - если Эллин сама отправится встречать своего гостя, она их не заметит, да и посетитель тоже. Главное, чтобы этот самый гость потом прошел за ней в ее комнаты, тогда они смогут выяснить, кто это, незаметно высунувшись из укрытия и посмотрев им в спины. Второй – если гость пройдет в покои леди сам в сопровождении протокольного дроида. При таком раскладе парочке шпионов нужно было быть осторожнее: дроиды не люди, они и заметить могут. Был еще третий вариант – Эллин примет этого таинственного инкогнито в передней (при этом двери в гостиную наверняка будут закрыты), они обменяются несколькими фразами, и тот уйдет. В этом случае заговорщики останутся ни с чем. Вариант, что Эллин сама куда-то уйдет, они даже не рассматривали. Через некоторое время напряженного ожидания они услышали, как открылись пневмодвери комнаты энтралльской принцессы, и та выпорхнула из своего уединенного убежища и легко пробежала (это даже несмотря на седьмой месяц беременности) в переднюю – только и был слышен шелест подошв ее туфелек о дюрастиловый пол. Затем почти бесшумно сначала разъехались, а потом захлопнулись двери тамбур-шлюза, а соглядатаи не услышали сигнала гостевого запроса. Это значит, что он пришел непосредственно на коммуникатор леди Эллин, и встречать своего гостя она помчалась сама, что не очень-то соответствовало протоколу – его дроид-дворецкий должен был встретить. Но, с другой стороны, генерала леди тоже вышла встречать самолично. Митака не мог даже шепотом что-либо сказать своей подружке, но жестами пытался показать, что он оказался прав: это точно опять генерал, как и в первый раз! Но пока его правота не была подтверждена, друзьям-шпионам ничего не оставалось, как только продолжать строить догадки. Таинственность нарастала. Дорме тоже попыталась было что-то сказать Дофельду, но тот, прижав к губам указательный палец, так страшно выпучил на нее глаза, что девушка тут же зажала рот ладонями, чтобы уж наверняка не проронить ни звука. Они оба, не сговариваясь, высунули по пол-головы из своего укрытия. Их ожидание было вознаграждено с лихвой. Пневмодвери в гостиную с тихим шипением разъехались в стороны и внутрь уверенным шагом зашел сам… Верховный Лидер, бережно держа на руках леди Эллин. Она крепко прижималась к нему, обнимая за могучую шею. -Как же я устал скрываться! – сказал он, утыкаясь своим внушительным носом в ее волосы. - Пусть, наконец, все узнают, что мы женаты! Эллин в его руках заметно напряглась. -Ну, теперь-то точно все узнают… Рен обернулся и тут же приметил выглядывающих из укрытия заговорщиков. Те от неожиданности даже не спрятались. После секундного замешательства – тем более, что они уже были раскрыты, – они вышли из ниши: Митака вытянулся по стойке «смирно», Дорме заприседала. Они сегодня делали это второй раз, и оба раза обманулись в своих ожиданиях. -Привет, – улыбнулся им Рен. Те не решились произнести каких-либо слов приветствия. Просто стояли и таращились. Эллин на руках у Верховного Лидера еще ближе прильнула щекой к его щеке и радостно рассмеялась: вид ее друзей сейчас никаких других реакций не вызывал. Кайло подмигнул им, смутив компаньонов еще больше, и унес леди Эллин в ее комнаты. -Я сейчас в обморок упаду, – пролепетала Дорме. Митака, не взглянув на нее, взял девушку за руку, но это не было жестом поддержки: он то ли пульс ей щупал, то ли оценивал, насколько холодны ее ладони, и вновь задал тревожащий его вопрос: -А генерал-то где?