Кактус

Джон обхватил руками талию своего горячего (во всех смыслах) друга и ответил на поцелуй. Он подминал под себя настойчивые, но такие родные и желанные губы Шерлока, оставляя на них лёгкие кровоподтёки. Шерлок искривился в довольной усмешке и прошептал в поцелуй: «всегда знал что ты гей, тут даже дедукции не нужно», На что его военный просто продолжил целовать его, врываясь в открытый сладкий ротик. Джона всегда привлекали губы Шерлока. При их разговоре он смотрел именно на них, еле сдерживаясь, чтобы не создавать в голове фантазии с участием губ его друга на своем члене. Это было довольно трудно. И он невольно стал про себя называть их «Минетные губки», что не очень — то отличалось от правды. Рот детектива заполнил язык Джона, и он решил отдаться ему полностью. Ведь не зря Шерлок так долго (Целых полчаса!) придумывал этот план! Чтобы наконец заманить этого неугомонного и вечно возбужденного доктора в постель. А если тому не понравится, то все можно было списать на побочку от препаратов. Но откуда ему было знать, что Джон окажется довольно дерзким в своих желаниях? Джон продолжал терзать «Минетные губки», попутно продвигаясь дальше, расстегивая себе и великому сыщику рубашки, путаясь в пуговицах. Не найдя помощи от Шерлока, он просто сорвал с того рубашку, оставляя в пижамных штанах. Он на секунду остановился, чтобы удостовериться, точно ли Шерлок этого хочет, но, смотря в его темные глаза и видя расплывчатый взгляд, он решил, что тому все же нравится участвовать в происходящем. Ватсон прижал к стене Шерлока и начал уделять внимание к его шее. Теперь из его растерзанных уст стали доноситься негромкие стоны, на что Джон продолжил свое дело с удвоенным желанием. Он облизывал, целовал, кусал и зализывал укусы по всему периметру его великолепного друга. Он оставлял свои багровые метки-засосы по всему телу напарника, помечая его своей собственностью, и пока они не стали розоветь, он их тщательно вылизывал языком, чтобы доставить своему вечному другу удовольствие. Пока его верный спутник разбирался с шеей, Шерлок продолжал исследовать желанное тело. Он прошелся рукой по волосам Джона, немного поиграл с его короткими, но мягкими прядями на затылке, стал блуждать по плечам и ключицам, на что слышал отдаленные, будто подавленные стоны. Вскоре они переместились на кровать, ведь стоять было все — таки неудобно. — Давай же, Джон! Я так хочу тебя! Извивался под его руками и выкрикивал Шерлок. И он не заметил, как руки связали над головой его же рубашкой. Доктор с негромким рыком продолжил свои поглаживания, на этот раз перемещаясь к паху своего гениального напарника. Стянув с него штаны, он увидел Шерлока во всей красе. Его собственные боксеры сильно жали и натягивались до предела.Ткань его брюк больно сдавливала член, но он продолжил смотреть на подрагивающий и сочащийся смазкой ствол в бессмысленном ожидании. Он был довольно большим и ровным. Джон затаил дыхание, опустился и стал медленно водить рукой по всей длине пениса и думать, что дрочить другому, оказывается, приятно… На эти мысли его собственный член ответил ноющей болью, требующей разрядки. Он скинул с себя бывшие просторными джинсы и отметил, что так и не выпустил горячий ствол из руки. Была не была! Он пустился ртом на головку, услышал громкий вдох своего недо-друга и, ухмыльнувшись, продолжил. Он согрел и до того горячий ствол своим дыханием и легонько поцеловал в самую верхушку. Вдруг он снова вернулся к губам Шерлока, оставил смазанный поцелуй и обвел кончиком языка головку. Играл с уретрой и оттягивал крайнюю плоть, дабы услышать ещё один сдавленный стон. Потом он вобрал в себя половину, страстно сося и вылизывая. Он выпустил член из горячих оков, перехватил его одной рукой у основания и стал чертить языком линии от начала и до конца. Снова вобрав в себя половину, он сосал с двойным усердием. Джон чередовал эти действия, пока не почувствовал резкий толчок. Ему это не понравилось и тот отпустил член Шерлока, на что услышал разочарованный всхлип. Шерлок почувствовал, что его член выпустили из оков горячего и влажного рта, он руками указал на тумбочку, где лежали заветные презервативы и тюбик смазки. Джон недоуменно рассматривал лубрикант, но после довольного взгляда Шерлока он догадался, чего хочет его друг. Он перевернул того на спину и нанес смазку на палец, попутно поглаживая сжатое колечко. Оно быстро разошлось под умелыми пальцами, видимо он готовился. Шерлок максимально расслабил себя, чтобы принять как можно больше Джона. Вскоре к одному пальцу добавился второй. Вот уже три пальца растягивают Шерлока для себя. Джон все ещё не верит, что это происходит, но продолжает раскрывать податливую дырочку. Когда он решил, что Шерлок готов, Джон быстро натянул презерватив, наспех смазал его и вошёл в Шерлока. Какие же дикие стоны тогда слышали их соседи. Кровать буквально ходуном ходила, но им было все равно. В эту секунду существовали только они, стоны и любовь. Так много любви вырвалось наружу за эту ночь. Ее было настолько много, что воздух вокруг них раскалился, а при вдохе он обжигал лёгкие. Но они этого не замечали. Поочередно выкрикивая имена друг друга и признания в любви, они кончили и, обессиленные упали на кровать. Сперма залила их животы, но несмотря на это Джон придвинулся к Шерлоку, развязал «путы» и прижался к засыпающему сыщику. Утром им многое придется объяснить миссис Хадсон и друг другу, но одно они знают точно: эту ночь они не забудут никогда.