Я умирал, но просыпался: история Майлза

В этом здании было холодно. Доски и занавески на окнах не могли полностью отгородить зимний мороз от еле прогреваемого помещения, но сидячих или лежачих на полу людей это не особо волновало. Кроме одного безымянного мальчика лет пяти, который забился в угол, пряча голые ноги под курткой, которая была ему очень велика, и ожидая, когда хозяин этого наркотического дома придёт в себя и даст ему новые указания. Не то чтобы ему нравилось приносить дозы, убирать использованные шприцы или приводить в более менее мыслящее состояние засидевшихся посетителей, но это всё могло обеспечить ему крышу над головой. Но если говорить честно, то других вариантов он и не знал. Мысль о том, чтобы куда-то уйти и не вернуться сюда не появлялась в голове этого юнца, который не помнил ничего другого кроме этих грязных стен и вечно накаченных людей. Хотя зимой-то и выходить никуда не хотелось, поэтому он часы напролёт изучал переплетающиеся линии паркета и трещины на стенах, в перерывах между выполнением указаний, конечно. - Эй...мелкий! Вздёрнув бледное лицо на позвавшего его человека, паренёк встал и, поддерживая края куртки, которая висела на практически голом теле, подошёл к мужчине. Пошарив по карманам, тот протянул мятую бумажку пареньку и едва разборчиво потребовал принести ему пива. Кивнув, мальчик вышел из гостиной на местную кухню. Положив деньги в припрятанную в газетах коробку, он подошёл к холодильнику. Будь мальчик постарше, то наверняка был бы удивлён, что несмотря на откровенно плачевное состояние дома, он по прежнему не считается заброшенным и поэтому в нём есть и вода, и электричество. Но он был слишком мал и неопытен, чтобы понимать это. Открыв холодильник, паренёк взял оттуда одну из коричневых бутылок, которая обожгла холодом и так дрожащие ручки. - Вот. Он протянул дешёвый алкоголь мужчине, который, что-то пробурчав, открыл бутылку и опустошил её сразу на половину. Ахнув, он опустил руку с пивом и откинул голову, прикрывая красные глаза. Мальчик немного постоял, в ожидании еще какой-нибудь указки, и проследил глазами за стекающими изо рта дорожками. Почувствовав привычное странное ощущение чего-то неприятного и липкого, он вновь сел в свой угол. В будущем он поймет, что этим чувством является отвращение, которое ему придётся испытывать ещё не раз. *** - Добрый день, я из полиции. Вы Нейтан Дуглас? Верно? Облокотившись об косяк, хозяин дома, прозванный среди своих Орлом из-за своего крючковатого носа, кивнул и пробурчал: - Ну я. А вам что-то надо? Этот разговор мальчик подслушивал стоя за углом, так как показываться на глаза вне гостиной ему запрещалось. Редко, но к ним приходили служители закона, обычно это всегда заканчивалось одним и тем же. - К нам поступили жалобы, по поводу странных посетителей. Разрешите пройти. Переключив своё внимание на доски, которые могли скрипнуть под ногами, мальчик прошёл вглубь дома, а именно в ванную. Сюда эти проверяющие обычно не успевали дойти, сражённые ножом раньше. Но на этот раз что-то пошло не так. Послышались крики, за которыми последовали звуки падающей мебели и ударов. На цыпочках, мальчик вышел из своего укрытия и, держась ближе к стене, пошёл на звуки. Дверь была открыта нараспашку, и он осторожно выглянул из-за угла. Двое людей находились к нему спиной, что позволило ему остаться незамеченным. Пришедший полицейский сидел на поваленном Нейтане, заведя ему руки за спину, чтобы скрепить их наручниками. Пойманный брыкался и всеми силами не давал окончательно сковать себя, растягивая время. - Ну что, Нейтан. Думаю ты сядешь надолго. Продажа наркотиков, плюс нападение на сотрудника полиции при исполнении. Детская щенячья преданность не позволила мальчику допустить арест этого человека, который был с ним с самого рождения вместо родителей о существовании которых он даже не подозревал. Вопросы о том откуда он взялся и почему очутился тут ещё не приходили в голову этого ребёнка, который пока наслаждался лишь своим существованием. Еле слышно присев, он поднял валяющуюся на полу палку, один конец которой был расщеплён. Сделав пару шагов, он поднял руку со своим незамысловатым оружием и, стараясь не запутаться в куртке, побежал по направлению к двум мужчинам. Прежде, чем полицейский успел обернуться на топот, мальчик вонзил ему свою палку в незащищённую шею. Сразу хлынул поток из алой крови, и человек отпустил свою жертву, взметнув руки к ране. Кашляя и хрипя, он завалился на бок и через короткое время затих. Спасённый от тюрьмы резко, насколько ему позволяло ослабленное тело, вскочил. Он переводил взгляд то на бездыханное тело, то на ребёнка. Через некоторое время он нарочно скривился и зло сказал: - Нельзя было ударить его в другое место? Теперь убирать придётся ещё дольше. Плюнув на бывшего служителя закона, Нейтан ушёл в ванну. - Я сейчас отмоюсь, а ты пока перетащи его в гараж. Мальчик с готовностью принялся исполнять поручение. Оторвав от и так дрянной шторы ещё один кусок материи, он замотал шею вместе с торчащей из неё деревяшкой, чтобы рана не кровоточила так сильно. Но пока он тащил тяжёлое тело к машине, оно всё равно успело наследить в коридоре и порядочно измазать и без того грязную куртку. Нейтан застал его за попытками запихнуть тело в мусорный мешок. Вдвоём они всё таки смогли это сделать и поместить тело в багажник, где уже лежала покрытая грязью лопата. - Чтобы к моему возвращению любые следы случившегося были стёрты. Закивав головой, мальчик проводил взглядом чистую машину, которую он лично отмывал два дня подряд, и закрыл ворота, благо они были наподобии дверей. Затем он взял пластиковое ведро из под чего-то и, наполнив его водой, с трудом оттащил в комнату, где был убит мужчина. Никаких терзаний или волнений он по этому поводу не испытывал. Во первых, в этом месте люди умирали часто, от передоза или ножа, и Нейтан всегда отвозил куда-то эти тела после чего ловко отводил от себя подозрения. А во вторых, в убийстве этого человека он не видел ничего плохого, он просто помог Нейтану избавиться от человека, который мог помешать их привычному ходу жизни. Всего лишь назойливая муха, которую и жалеть нет смысла. Стирая кровавые разводы с пола, мальчик постоянно подносил руки ко рту, дыша на них, чтобы согреть хоть немного. Когда он закончил, то уже стемнело, но включать свет в комнатах он не стал и нашёл ванну на ощупь. Здесь свет включить пришлось, поскольку вслепую оценить степень своей испачканности было нельзя. Посмотрев на себя в потрескавшееся зеркало, мальчик решил, что куртку тоже нужно отмыть, чтобы не смущать посетителей. К его счастью, сегодня они не планировались, что он чувствовал это своими внутренними часами. Закрыв дверь, мальчик снял с себя куртку, оставшись в одних трусах, и положил её в таз, который поставил под кран в ванной. Поёжевшись, он включил воду и принялся искать на полках мыло. Когда таз был наполнен на половину, он закрутил кран и запустил руки в тёплую жидкость. От контраста температур он невольно содрогнулся, хотелось полностью опуститься в это тепло, но мальчик помнил, что потом ему будет ещё холоднее, а одежды чтобы согреться не будет. И без этого придётся ждать, когда эта его единственная куртка высохнет, ведь Нейтан свои вещи брать запрещал. Вода быстро стала слегка красноватой, что на фоне белого пластика было видно особенно отчётливо. За стиркой Нейтан его и застал. Услышав скрип двери и почувстовав пробежавший по ногам холодок, мальчик повернул голову. - Всё убрал? - Почти. Осталось только куртку отмыть. - Отлично. Орёл стянул с себя запачканную толстовку со свитером, открыв вид на своё костлявое тело. Кинув всё это на край ванны, он приказным тоном сказал: - Это тоже отмой. А потом небрежно кинул на стул пакет и добавил: - Это тебе. Считай награда за хорошую работу. Удивлённо хлопая глазками, мальчик проводил взглядом быстро ретировавшегося мужчину. Раньше что-то конкретно ему не покупали. Стряхнув воду с рук, он вновь закрыл дверь, а потом осторожно подошёл к пакету. Взяв его в руки, он почувствовал что-то мягкое и, запустив руку внутрь, вытащил оттуда джинсы, детские джинсы. Положив их на стул, он достал ещё и зелёный свитер, тоже примерно его размера. Последним подарком оказались шерстяные носки, слегка пропахшие бензином, но от этого не менее тёплые. Не медля, он надел всё это на себя и продолжил стирку. Слив уже коричневую от земли воду, он развесил вещи по ванне и, выключив в комнате свет, вновь ненадолго погрузился в темноту. Когда глаза привыкли к скудному освещению с улиц, он пошёл в комнату хозяина дома, которая привлекла его светом от телевизора и голосами из него. Робко заглянув в приоткрытую дверь, мальчик зашёл внутрь, когда убедился, что Нейтан уснул. По комнате раздавался его противный храп, который даже не заглушали голоса из телевизора, но ребёнок теперь ощущал не только неприязнь, но и свойственную только детям нежность, обоснованную последним щедрым подарком. Не зная, что можно сделать дабы показать свою признательность, мальчик натянул на своего "опекуна" скомканное в ногах одеяло и, выключив телевизор, ушёл к себе. Точнее в комнату для посетителей, где расположился на диване. От окна немного дуло, но спинка дивана и тонкая простыня справлялись с этим. Свернувшись калачиком, мальчик пожелал, чтобы холода поскорее закончились. *** Гулять он мог, Нейтану на это было совершено плевать. Поэтому, когда мороз оставил город, он пошёл к наиболее интересному по его мнению зданию, в подаренных свитере и джинсах, но боссой. Впрочем его это и не волновало, ведь обуви он никогда и не носил (её просто не было). Когда он спустя некоторое время наконец дошёл до знакомых чёрных ворот, то первым делом был удивлён отсутствием людей. Обычно их тут было много, от примерно таких как он до взрослых. Но сегодня, когда на улице было особенно тепло, здесь почему-то никого не было. И вдруг в голову пришла мысль посмотреть, что внутри этого необычайно огромного здания, узнать ради чего люди приходят сюда. Сначала ему стало немного страшно от своих же мыслей, но любопытство перебило этот страх. Пролезть сквозь прутья не составило для него никакого труда, и он, всё время оглядываясь по сторонам, зашёл внутрь здания. Здесь он остановился и полукруглого... стола, за которым он увидел одного спящего взрослого. Мальчик мгновенно насторожился, ведь по одежде этот мужчина был одним из служителей закона, а на его подкорке уже было написано, что их стоит опасаться. Тихо пройдя мимо, парень ушёл вглубь здания и начал ходить по бесконечным коридорам. Через некоторое время, ему стало интересно, а что здесь в других комнатах. Он начал дёргать за ручки, но двери не поддавались. Все кроме одной, но радость которую он ощутил от этого тут же сменилась паникой. В этой комнате был ещё один мужчина, не похожий на тех кого стоило остерегаться, но взгляд которого он бросил на ребёнка приковал того к месту. Оправившись от волны удивления этот человек (лет сорока) с лёгкой улыбкой спросил: - Привет. Ты потерялся? Продолжая молчать и сжимать ручку двери, мальчик лишь хлопал глазами, не зная как себя вести. Мужчина видя смятение ребёнка, положил свой портфель с бумагами и не спеша подошёл к нему, протягивая свою руку. - Не бойся, я тебя не обижу. Приветливый вид и непривычно ласковый тон сделали своё дело, мальчик больше не боялся, но на протянутую ладонь он не отреагировал. Но это был не жест недоверия, а простое незнание сути рукопожатия. Мужчина не обиделся и всё с тем же улыбчивым лицом присел на корточки и продолжил диалог: - Я Майкл. Директор этой школы. А тебя как звать? - Вы имеете в виду моё имя? - Да, как я могу к тебе обращаться? Директор обрадовался, что несмотря на первый ступор, паренёк все таки начал, хоть и неуверенно, но отвечать. Но сложившаяся ситуация была очень неловкая по отношению к ребёнку, как сказать, что то что есть у всех, у тебя по неизвестным причинам отсутствует? Но он всё равно не стал ничего выдумывать и сказал правду: - У меня нет имени. Мне его не давали. - Как это? А где твои родители? - Кто? - Родители. Ну мама или папа. Где они? Мальчик нахмурил брови. Значения этих трех слов были ему непонятны. - А кто такие "родители"? Поражённый столь неосведомленностью ребёнка (который с недавних пор уже умел синтезировать наркотики), мужчина пояснил. - Ну кто заботится о тебе. Кормит, одевает, воспитывает. У тебя есть родители? Мальчик задумался. Нейтан давал ему еду, позволял жить в своём доме, это можно считать за родителя? - Может быть. Видя, что мужчина не намерен сделать ничего плохого, мальчик прошел внутрь комнаты, которая была кабинетом директора, осматривая полки и стены. Майкл встал, и не спеша снова подошел к неожиданно свалившемуся на его голову парню. - А почему ты в школе? Насколько я помню, ты у нас не учишься. Да и сейчас тем более лето. Вновь повернув голову к человеку, мальчик лишь приоткрывал рот, не зная что ответить, но потом слова полились сами собой. - Я...я...Я хотел посмотреть что тут есть. Я так много раз наблюдал за другими людьми, но сегодня их почему-то не было и я решил посмотреть что тут внутри. Усмехнувшись, мужчина задал вопрос, на который получил искренний ответ: - Ну и как, тебе тут нравится? - Пока, да. Мальчик перешёл к другой стене, где висели расписания и списки учеников. - Я так понимаю, ты раньше никогда не был в школе. - Нет. А зачем она? Для чего люди ходят сюда? Не стоит скрывать, что такой интерес понравился директору. - Чтобы получать знания. Учится читать и писать. С замеревшим сердцем, мальчик вытаращил глаза на Майкла. Научится читать было одной из его мечт. Нейтан на несмелую просьбу научить этому сильно рассердился, сказав что у него есть дела поважнее, как и у мальчика. Единственное чему он его обучил это считать, пользоваться калькулятором и различать цвета, ну и естественно правильно создавать наркотики. Но мальчику было этого недостаточно. Ему очень хотелось научиться вылавливать из этих закорючек смысл, чтобы пролистывать старые журналы не только ради картинок. - А меня? Меня можете научить? Приятно удивлённый таким рвением, Майкл сказал: - От чего ж нет? Всё равно другие дети сейчас в отпусках. Если хочешь мы можем начать заниматься уже сегодня, да хоть сейчас. - Правда? - Конечно. Мне всё равно спешить некуда. Взяв мальчика за ручку, он повёл его за собой к одной из дверей. Открыв её, он легонько подтолкнул мальчика в большую комнату. Малец во все глаза осматривал это помещение, которое его удивило своим непривычным интерьером. Столько столов и стульев стоящие очень ровно. Книги, цветы, странная доска из непонятного зелёного материала. - Это класс. В таких дети и учатся. Вытащив одну из книг, Майкл занял один из столов и похлопал по нему в приглашающем жесте. - Присаживайся. Не бойся парта не кусается. Не медля, мальчик сел рядом, положив руки на колени, как обычно делал если ждал чего-то в "лаборатории" в подвале. Положив книгу на середину стола, директор начал свой неожиданный урок, предвкушая приятные эмоции, от искренне заинтересованного мальчика. - Эта одна из самых важных книг. Букварь. С его помощью ты сможешь узнать все буквы нашего алфавита и научишься складывать их в слова. Майкл посмотрел на внимательно слушающего его ребенка и, откинувшись на спинку стула, проговорил: - Говоришь у тебя нет имени? Оторвав взгляд от яркой обложки книги, мальчик посмотрел на лицо мужчины и спокойным голосом ответил. - Нет. Если моему родителю что-то надо он обычно называет меня "мелкий" или "малой". Нахмурив брови, Майкл тяжело вздохнул. - Господи, что за люди пошли. Облокотившись на стол и продолжая смотреть в голубые глаза, он продолжил: - Я так называть тебя не буду. Если хочешь я могу дать тебе имя. Поёрзав, мальчик неуверенно спросил: - Разве так можно? - Почему нет? Ты ведь не против? - Нет. - В таком случае... Человек ненадолго задумался, внимательно осматривая черты ребёнка, крутя в голове ворох имён. В конце концов он улыбнулся и, положив руку на худое плечо, сказал: - А знаешь, будем с тобой как два брата-близнеца. Майкл и Майлз.