Еще один лифт

Однажды Гермиона Грейнджер, возвращаясь домой, мимоходом услышала обрывок фразы из анекдота. Несколько девиц непринужденно болтали между собой, как вдруг одна произнесла: — Слушайте, встречаются как-то в лифте Гермиона Грейнджер и Люциус Малфой… Ну и что из того?.. Ну и встретились… Знала она этот сорт скабрезностей. Особенную популярность они приобрели после расставания Гермионы и Рона перед самой их свадьбой. Официальная версия — не сошлись характерами — устраивала общественность значительно меньше немедленно выросших, как грибы после дождя, слухов и домыслов. Именно по причине своей осведомленности о том, что прозвучит дальше, она обогнула шайку беспардонных шутниц, не зацикливаясь на том, чем там дело закончится. «Это у вас палочка в кармане или вы так на меня отреагировали?» — произносила она мысленно. — «Какая мелочность, Грейнджер, у меня не просто палочка, а целая трость!» — Ха-ха-ха… — сказала она уже вслух и отправилась домой. В малюсенькой квартирке, которую Гарри сравнивал исключительно с чуланом под лестницей, она распечатала бутылку вина. Посмотрела сквозь ее содержимое в окно и утопила свою печаль в бокале. Ну почему вечно Люциус? Почему не Хорек? Даже Виктор сошел бы субъектом анекдота про Грейнджер. Но Малфой-старший — смехотворно! Смеяться следовало начинать еще на этапе затравки бравой шутки. Правда, под воздействием алкоголя, горечь и недоумение странным образом трансформировались в грезы. Мисс Грейнджер вынуждена была признаться, что не думать о Малфое, раз допустив саму мысль о нем, совершенно невозможно. В довершение всего в бредовых снах он скакал верхом на белом единороге, срубая мечом Гриффиндора горлышко у бутылки шампанского, а с неба падали алые лепестки роз. Это совершенно точно было порождением маггловского кинематографа… Утром, потрепанная ночными бдениями, она стремительно шла к телефонной будке, сиротливо притулившейся к глухой серой стене в неприметном закоулке. В использовании маггловского входа в Министерство не было ничего особенного, когда живешь всего в двух шагах. В ее тесных красных стенках уже кто-то был, что ж, тем веселее утро. Опаздывая, в нее и втроем, бывало, втискивались. Гермиона дернула дверцу. Посетитель придержал ее изнутри. Врешь, если ей понадобилось, она войдет. Гермиона опять с силой дернула дверь и влетела в своеобразный лифт, когда он уже начал движение. Жертва была на лицо — она упала в чьи-то гостеприимные объятия. — Анекдотов накануне переслушали? — медленно и холодно произнес спутник. Надо отдать должное, одним голосом Люциус Абраксас Малфой мог повергнуть в ступор девяносто шесть процентов женского населения от тринадцати до ста тринадцати. А учитывая перспективу занять пост министра (и такое бывает с бывшими узниками Азкабана, если они — Малфои) — все девяносто девять и девять… Гермиона, к своему крайнему удивлению, вошла в их число. — Вам спешить некуда, а я опаздываю! — вспылила заложница внезапной близости. В конце концов, не о палочках же и тростях им было разговаривать. Они стояли и впрямь так тесно прижавшись, что упирались друг в друга чем попало. Раздался треск, лязг и скрежет. Внезапный толчок заставил их впечататься друг в друга так, что дух вон. Несколько мгновений понадобилось им, чтобы передумать шутить и прийти в себя. А будка лифта, замаскированная под телефонную, застряла где-то на уровне «чуть-чуть до минус первого». Тяжесть всех наслоений асфальта и брусчатки давила прямо на темечко. Показалось, что кислород принялся стремительно улетучиваться, перегорая в судорожном, частом дыхании. — Не могли бы вы дышать не так часто, — попросил Малфой учтиво, — на меня это вряд ли подействует. — Сами вы пыхтите, как паровоз! — она поняла, что Малфой имел в виду. — Я говорю вам, не бойтесь вы так. Лифт очень скоро починят. До этого я как-нибудь стерплю то, что вы стоите на моей ноге. — Извините! Но разве нам не стоит подать сигнал? — И что здесь следует нажимать для вызова диспетчера? — оба синхронно посмотрели на панель с кнопками. — Мистер Малфой, — взмолилась мисс Грейнджер, — у меня палочка в сумочке, достать ее будет проблематично. А ваша всегда в трости. — Моя палочка в кармане. Надо же, вы, оказывается, не следите за последними новостями — я уже год как не ношу трость. — Вот и зря! — ляпнула она сгоряча. — И что же вы собираетесь делать с палочкой? — напомнил он игриво, как ей показалось. — Пошлю Патронус… — Вам так невмоготу постоять пару минут в моем, ничем не обременяющем обществе? — спросил он почти обиженно. — Что вы! Ну, какие новости, помимо того, что ваша трость вышла из моды? — поддерживать разговор, так в начатом ключе. — Анекдоты — издержки публичности. Что, скажите на милость, может связывать нас, кроме этой нелепой поломки лифта? — Вы заметили?! И они все множатся! — поддержала Гермиона с жаром. — Стоим… — Малфой вздохнул, впечатав пуговицы жилета прямо девушке в щеку. — Давайте, я все же попробую достать одну из наших палочек. — Действуйте, — изменения положения тела Малфоя было похоже на то, что он пожал плечами. Гермиона скользнула по гладкой шелко-шерсти его брюк, ища карман. Раздался противный писк, проникающий в мозг, вызывающий панику и желание сбежать. — Черт возьми! У меня же «антивор», — неподдельно огорчился Малфой. — Уберите свою руку, я попробую сам. После нескольких неуклюжих телодвижений в непосредственной близости друг от друга, сопение раздалось откуда-то сверху. Грейнджер стояла красная, как розы из ее сна, ощущая, что та самая псевдопалочка, героиня многих скетчей и анекдотов, недвусмысленно в нее уткнулась. — Вы отправите Патронус? — спросила она, глядя в темную бездну точки сомкнувшихся тел. — Попробую прежде Локомотор. — Почему вы отказались от трости? — спросила она, запоздало проклиная свой язык. Да какое ей было дело! — Вылечил хромоту в Африке после окончания войны, — ответил он безэмоционально. Вдруг что-то лопнуло внутри. Набатом разнесся звон в ушах. Ей даже показалось, что он услышал. Малфой перестал быть картонным злодеем. Ведь при всей его сложности, она не воспринимала его иначе и на выборах голосовать не собиралась. И без нее найдется кому. И вообще ничего она не собиралась в отношении Малфоя. Но… — Еще мгновение, — раздался немного механический, бодрый женский голос, — и мы вас вызволим. — Приведите себя в порядок, — злобно шикнул Малфой. — Позвольте мне не напоминать, что происходит с вами, — парировала она с еле сдерживаемым смехом. — Уже сказали… — Неужели я на вас так действую? — Это все еще моя палочка, — ответил он вяло. Чувствовалось, что игра затягивается. Лифт сдвинулся с мертвой точки и секунду-две спустя выплюнул помятую пару в Атриум.