Подземный переход

«Чёрт возьми… почему так сильно болит голова…?» — пронеслось в голове у девушки, которая даже толком не проснулась. — «Но здесь так тепло».       Приоткрыв глаза, пришло осознание того, что она в незнакомом месте. Через плотные шторы не проникал дневной свет. А может света и нет. Может сейчас ночь. Ощупав, что находится рядом, Аня поняла, что лежит на кровати, она укрыта тёплым одеялом, по левую руку от неё тумба или стол, а под головой подушка.       Собрав силы в кучу, она попробовала приподняться, но в глазах резко потемнело, в ушах зазвенело, а голова заболела с ещё большей силой. Девушка тихо застонала от боли, вернув голову на подушку. Но даже через гул в ушах она смогла расслышать звук открывающейся двери. И сейчас ей как-то перехотелось, чтобы потемнение в глазах прошло. А вдруг там какой-то маньяк? Квартира и комната ведь не её. — Очнулась? — то ли вопросительно, то ли утвердительно сказал голос. Но всё же с маньяком она не прогадала. Тихий, слегка прокуренный голос принадлежал Глебу. — Ты так не пугай меня больше. Ладно? — говорил он ей, положив холодную руку на щеку. И как он может говорить о переживании, если в голосе такое равнодушие? — Я же знаю, что ты меня слышишь. Скажи хоть что-то. — Что… Что я тут делаю? — шепотом произнесла она, борясь с болью в голове, которая перешла и на челюсть. А из-за обезвоживания говорить было ещё сложнее. — Давай сначала разберёмся с твоим положением, а потом я отвечу на все твои вопросы. Сейчас принесу воды и еды, — будто отдавая приказ самому себе, говорил он. Дождавшись тихое «угу», он встал и покинул комнату.       Вернулся он со стаканом воды, графином и тарелкой, в которой было что-то похожее на бульон. Темнота в глазах шатенки прошла, поэтому она могла рассмотреть Глеба. За неделю, что они не общались, он ничуть не изменился. Всё тот же неаккуратно собранный пучок, зелёные глаза, острые скулы. Всё такой же серьёзный, каким она привыкла его видеть. Ведь он так редко улыбался.       Блондин, взяв руки девушки, приподнял её немного и подложил ей под спину ещё одну подушку, чтобы та могла сидеть. Сообразив, что Аня может и без него есть, он залез на кровать и сел чётко напротив неё. И если бы его кто-то увидел из знакомых, то покрутили бы пальцем у виска. Ведь кто бы мог подумать, что Глеб умеет смотреть на людей с собачьей благодарностью? А может он и сам не ожидал такого. — Я бы тебе рассказал почему ты здесь, но… — начал он, опустив задумчивый взгляд в одеяло. — Ты меня и без этих объяснений ненавидишь. А если начну говорить, то насовсем связи оборвёшь. — С чего ты взял, что я тебя ненавижу? Я ведь тогда спросила, почему ты лгал всё время. И к слову, я всё ещё жду ответа, — после питья и приёма пищи говорить стало немного легче. И головная боль стала тише, но отрывать голову от подушки она не рисковала. — А что бы ты сделала, если бы я сказал правду? А если сопоставить факт, что я тебя неделю «караулил» под окнами? Спорить бы продолжила? — холодно спрашивал он. — Вот и молчи. Я хотел как лучше. — Хотел как лучше, а получилось как обычно… Так что я тут делаю? — всё же решив, что нужно вернуться к первому вопросу, она задала его снова, наблюдая за лицом парня, который отвернулся в сторону окна. — Ударили, приволокли, бросили, — без доли каких-либо эмоций говорил Глеб, не желая продолжать. А у Ани в голове появилось ужасно много вопросов. — Кто, не знаю. Только догадки. Зачем… Тоже догадки. Не хочу тебя во всё это просвещать. Лучше отдыхай. — А ты? Ты хоть спал? — на вопрос она получила отрицательный ответ. Оно и видно, что парень долго не спал. — Тогда спи. Кстати, где я? — У меня в квартире. Недавно купил, — произнёс тот, укладываясь рядом с девушкой на уровне её груди. — Я вздремну немного. Часик где-то. А ты буди, если что.       Парень достаточно быстро уснул. А девушке лишь оставалось задавать самой себе вопросы. Ведь блондин не спешит отвечать на них. Кто и зачем это сделал? Куда её волокли? И как её нашёл Глеб?       Провернув нехитрые манипуляции с одеялом, она достала его из-под Глеба, чтобы укрыть спящего. Тот сквозь сон охотно принял тёплую ткань, кутаясь в неё. Аня положила руку на его волосы, по-хозяйски снимая резинку. Сейчас её мало волнует, как он зарабатывает на жизнь. А ведь по нему и не скажешь, что он злодей. Ему бы подошла какая-нибудь творческая работа. Например, писатель, музыкант, актёр, художник.

***

      Парень проснулся и обнаружил пропажу девушки, так как рядом никого нет. Потянувшись, он встал, выходя на поиски пропажи. Но искать долго не пришлось. Зеленоглазая была в ванной, умывала лицо. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, подойдя сзади. Та дрогнула от прикосновения холодных рук к плечам. — Нормально. Голова болит, но, а так нормально, — тихо произнесла та, положив свои руки поверх его. Очень странно, что без причины начало колотиться сердце. — Тогда ладно. Я тебя отвезу в больницу. Пусть врачи разбираются, — сказав это, он сократил и без того малое расстояние, обнимая со спины. Выдохнув ей в волосы, в комнате повисла тишина. — Идём попьём чай? — Идём, — всё так же тихо говорила она, убирая его руки с себя.       Пройдя на кухню, девушка села на диванчик, пытаясь распутать клубок вопросов. Но тот становился всё больше. От этого голова стала болеть ещё больше. — Не нагружай себя, — разрушив тишину, сказал он, стоя к девушке спиной. — Об этом должен думать я. — Глеб, расскажи полную картину событий. Мне интересно, что произошло, — тихо сказала Аня, глядя в прозрачную столешницу. — Что со мной случилось? И как ты меня нашёл? — Не лезь. Тебе же будет хуже. Понимаешь? — вопросил он, всё же повернувшись к ней лицом. — Ладно… — сдался Глеб под напором зелёных глаз девушки. — Скорее всего, кто-то узнал о том, что мы общаемся. Через тебя проще угрожать и шантажировать меня. А нашёл тебя Артём. Тебя кинули возле его машины. — А за что тебе мстят? — подняв удивлённые и в то же время испуганные глаза, она спросила это как-то рефлекторно. — Девочка не глупая. Сама знаешь, за что, — и снова он отвернулся от неё к плите. — Просто не мешай мне. И не спрашивай ничего. — Ладно… — смирилась та, продолжая вглядываться в стол.       Блондин нервно поставил чашку чая перед носом девушки, после вышел из комнаты, оставляя Аню одну. А этого ей очень сильно не хотелось. «Неужели я стану игрушкой в руках каких-то людей, лишь чтобы шантажировать Глеба?» — думала она, и эта мысль её будто съедала целиком. — «А что я скажу родителям? Стоп! А сколько меня уже нет дома? Меня, наверное, ищут везде, а я тут чай пью»       После этого она подскочила с места и побежала в комнату, где не так давно была. А когда она уже вбежала в неё, застала парня, который нервно курил и смотрел в окно. — Глеб, где мой телефон? — подняв тон, спросила шатенка, на что Глеб резко повернулся и первые секунды молчал. — На тумбочке, — без эмоций ответил он, отвернувшись к окну. — Зачем тебе он? — Родители переживают. Папа, наверное, уже по всей Москве разослал отряды полиции, — быстро протараторила зеленоглазая, уже заходя в телефонную книгу. Но Глеб в один шаг оказался рядом и выхватил телефон. — Что ты делаешь? — Ты в своём уме? Если полиция приедет сюда, то меня заберут, — стараясь не кричать, говорил он, тыкая смартфон в нос девушки. — И я тебя так просто не отпущу, — очень тихо добавил. — Сейчас мы пойдём в больницу и тебя осмотрят врачи. Ладно? — Но это неправильно, — возразила та, подняв голову, и посмотрела в почерневшие глаза. Глеб прицокнул языком, развернулся и вернулся к окну. — Ладно, я согласна.

***

      Приехав в больницу, Глеб остался в машине, которую взял у Артёма. А Аня пошла сама в нужный кабинет. И провела битый час, бегая то к семейному врачу, то в кабинет рентгена. Но и на выходе из больниц её ждали проблемы. — Анна Ивановна! — окликнул её работник полиции. Всё же теория, что папа её ищет, оказалась верной. — Анна Ивановна, Вас повсюду ищет Ваш отец. — Я знаю. Могли бы Вы передать ему, что со мной всё хорошо и то, что я скоро вернусь. Просто… — начала придумывать она причину собственной пропажи из-под родительского крыла. — Просто я решила тайно попробовать начать обустраивать личную жизнь. — Как скажете. Но всё равно нужно хоть сказать адрес, — на эту просьбу она лишь качнула головой и направилась к машине. — Всего доброго, — кинул полицейский.       Аня как бы невзначай прошла мимо машины, но успела показать жестами, что она будет ждать Глеба за углом больницы. Блондин кивнул, понимая кое-какие объяснения, после чего, как бы не специально, когда Аня отошла дальше, поехал за ней. — Давай ещё скажи, что ты всё им рассказала, — с недовольством в голосе пробубнил Глеб, когда Аня сидела в машине. — Нет, не сказала. Радуйся, пока папа не узнал, — обиженно кинула та, будто угрожая ему. Но ей не хочется его шантажировать тем, что в её руках власть. Даже несмотря на то, что ей с детства внушили, что такие, как Глеб — отбросы общества, которым нет места быть. Но человек ведь не может быть на сто процентов злым или добрым, верно? — Кстати, если тебе интересно, то у меня всё более или менее хорошо. Но список лекарств настолько большой, что я могу в него завернуть тебя, — так же невзначай кинула та. — Если будешь со мной так разговаривать — не будет у тебя лекарств. Я может тебе и благодарен, но и ты на края смотри, — на эти слова девушка лишь фыркнула, тихо сказала: «А мне и ничего не надо от тебя». — Боже, кинуть бы тебя где-нибудь в лесу, ночью, чтобы комары закусали.

***

      Приехав в дом Глеба, они продолжили свой пустой спор. Они уже и не знают, почему они спорят, просто им будто нравится трепать друг другу нервы. Но всё закончилось не очень радужно: — Ну раз такая умная, то и вали на все четыре стороны. Нашлась мне тут Цаца великая! — странно, что у Ани получилось вывести Глеба на эмоции. — Ты только угрожать умеешь, больше ничего не можешь, — уже рычал он. — Вот как… — прошептала она, кусая губы, сдерживая подступающие слёзы. Мало кто сможет выдержать пятнадцать минут откровенного унижения, оскорблений и гонений в шею. Резко развернувшись, она быстрым шагом скрылась в комнате парня, хлопнув дверью.       Упав на кровать, девушка дала солёной воде и эмоциям выйти наружу. Захлёбываясь в слезах и кусая подушку, лишь бы сдержать крик какой-то внутренней боли, она уснула.

***

      Но открыв глаза, которые слиплись из-за слёз, она обнаружила, что она лежит под одеялом. А под боком лежит причина пролитых слёз. Уже и обижаться на него нет желания, если он такой хороший и спит рядом, обнимая её. Дотронувшись до его головы, парень свёл брови, явно начиная просыпаться. — Доброе утро, — хрипло сказал он, подняв зелёные глаза на причину своего пробуждения. Та в ответ лишь угукнула. — Слушай, мы как-то без причины начали ссориться. Давай как-то будем уживаться без этого? — но шатенка продолжала молчать. — Не жди от меня извинений. Никогда не просил и не буду это делать, — добавил он. Но молчание девушки будто вынуждало его продолжить. — Ладно… Прости. — И ты меня прости, — очень просто ответила она. — А с чего это ты ко мне пришёл? — А ты не одна дома, знаешь ли, — с упрёком говорил тот. Но рука, которая лежала у него на голове, начала успокаивающе гладить его по волосам. От этого тот придвинулся ближе. — Мне скоро на работу идти. И мне нужно спать. — Тогда ладно, спи, — продолжая массировать голову блондина, произнесла та. А Глебу уже противно, что он так просто поддаётся её движениям. Настолько просто, что сам к ней ложится. Сам просит.