The Man Who Keeps Running

      Грэйс открывает дверь перед собой и застывает в коридоре, не веря глазам. Во-первых, она была приятно поражена тем, что Доктор выделил ей собственную комнату. По его словам, ТАРДИС рассчитана на шесть пилотов, следовательно, столько и мест. Как же он наловчился в управлении, что один контролирует её! Во-вторых, то, что было впереди, полностью соответствовало её вкусам и предпочтениям. Нет, она, конечно, уже услышала, что комната подстраивается под владельца благодаря ментальной связи, но чтоб настолько… Ой, хотя чего ожидать от компании пришельца с двумя сердцами?       Мрачные оттенки здесь преобладали над светлыми. В комнатке было не слишком просторно, но вполне уютно и комфортно: паркет из тёмного дерева, серые обои, такого же цвета потолок, где висела изогнутая люстра. Удивительно, но мебель была практически чёрной: двуспальная кровать, две тумбочки рядом, небольшой шкаф, журнальный столик… Но отчего Мэллон не смогла сдержать смех, так это от маленького алкогольного стеллажа. О, боже, она уже полюбила эту странную синюю будку и комнату! Ну, немногое потеряла, отдав флягу с виски, зато клад нашла!       Всё это так… не укладывалось в голове, что Грэйс невольно занервничала, хотя в душе была даже рада. Она чувствовала потрясающую эстетику, кажется, это то самое место, где ей хотелось бы жить при нормальных обстоятельствах. В смысле, проблемы с законом, воровство, отсутствие своего дома и жизнь в вечных прятках — не совсем нормально. Не нормально, в принципе. И это, к сожалению, пришлось признать не единожды.       — А мне нравится твой вкус!       Мэллон слабо вздрогнула, когда за спиной появился Доктор, тут же проходя в комнату. Натянув на лицо слабую улыбку, она последовала его примеру.       — Слушай, ты не из готов? — весело воскликнул он, поворачиваясь к Грэйс, а потом забавно морщась, стоило увидеть алкоголь. — Нет, тут не хватит даже моих карманов.       Она даже прыснула, не сдерживая смешка. Уж это забирать точно не будет, почему-то была такая уверенность. Прекрасно, теперь у неё есть собственный бар. После неудачных путешествий (если такие будут) точно возьмёт одну-две бутылки. Поражаясь комнате, Грэйс всё же боялась, что будет с ней дальше.       Ей уже довелось побывать в библиотеке ТАРДИС: с книгами та же история, что и с гардеробом. Все, чёрт побери, книги мира были собраны на полках, по крайней мере, именно так могло показаться. Куча высоких стеллажей, подъемов… Кажется, там была даже лестница на второй этаж. А может и третий тоже. Насколько же огромным должно быть это помещение, чтоб уместить всё добро? Не то чтобы она любила читать, скорее, просто не привыкла. Раньше не всегда удавалось этим заняться, на самом деле.       Проходя тогда мимо книжных полок, девушка остановилась возле одной. Внимание привлекла очень знакомая обложка, вот только Грэйс никак не могла вспомнить, откуда знает её. И только притянув к себе книгу, догадалась. Руки предательски дрогнули, выронив большой сборник «Ирландских сказок». Словно удар током. Она убрала книгу на полку и пошла к выходу из библиотеки.       Приёмные родители. Это была первая книга, которую ей прочитали после того, как забрали из детдома. Первая и, из-за трагичных событий, последняя. Помнит ли Мэллон вообще их? Вряд ли. Слишком мало времени они провели вместе, но она поняла — они любили её. И она, наверное, наивно любила их, как полагается несмышленому ребёнку, хотя даже не успела узнать.       «Бассейн. Рядом с библиотекой есть бассейн, просторный, а над головой неисчислимое количество звёзд!» — вспомнила Грэйс слова мужчины.       А ещё своя флора и фауна. Приехали.       — Если я умерла от цирроза печени и этого не заметила, то даже рада, что напивалась временами в дрова. Всё кажется раем! — поделилась впечатлениями Грэйс, пускай прозвучало довольно странно. — Я закончила с осмотром твоей «старушки». Пойдём?       Теперь она, по крайней мере, знала хотя бы что-то о ТАРДИС и Докторе. Самую малость, но и дня не хватит, чтоб расспросить о всяком. Да и страх оказаться несносной дурой был велик. Ей и сейчас было неловко от того, что приходится задерживаться. Впереди — невероятное приключение, стоит только двери распахнуть… А Доктору приспичило обмолвиться о её новой комнате. И вроде в этом нет ничего такого: узнать, что да как, учитывая, что раньше пришельцы казались сказкой. Но противное чувство вины давило на неё. Словно она была якорем, цепи которого неизвестным образом опутали ногу утопающего, уводя за собой на дно.       Но Повелитель Времени не был против. Интересно, сколько уже спутников он повидал на своём пути? Сколько ещё людей (а может, и не только) вот так вот неуверенно ходили по машине времени?       — Где мы сейчас? — поинтересовалась Мэллон, стоило им подойти к выходу из будки.       — Ты увидишь, — слащаво протянул Доктор, и это только разогрело интерес в душе.       Двери открываются. Они оказываются в каком-то помещении. Кругом светлые тона, а материал под ногами, да и всё в целом, сделаны из чего-то, чего Грэйс точно не знает. Он был очень жёстким, как камень, но гладким. Стоило ли спрашивать о такой мелочи? Да и вряд ли эта информация ей что-то даст.       — Будущее, — спокойно сказал пришелец.       Это было понятно и без слов: впереди находилось широкое окно, снаружи — космос. Более того, были видны какие-то платформы, другие инопланетные корабли… Технологии, должно быть, очень продвинутые! Впрочем, когда-нибудь Мэллон точно поплатится за своё легкомыслие и самоуверенность. Да ни за что бы в жизни она не догадалась, что это далёкое будущее. Вон, в настоящем увидела, как пришельцы в синих будках летают!       Отойдя от окна, Доктор преодолевает четыре маленьких ступеньки и подходит к металлической двери. Панель поблизости запрашивает код, и в дело идёт, как догадалась Грэйс, звуковая отвёртка.       — А почему звуковая? — вдруг интересуется она, быстро поднимаясь следом.       — Потому что есть звук. Она жужжит! — не отвлекаясь от сканирования данных, лепечет он, а когда дверь открывается, Доктор слабо стучит своим грозным оружием по стене. — Видишь? Издаёт звук!       Спрятав её во внутренний карман пальто, пришелец уверенно пошёл по коридору вперёд. Потеряться в неизвестности точно не хотелось, и потому Грэйс поспешила за ним. На ходу он принялся о чем-то разговаривать, что-то объяснять, наверное, что-то важное, но девушка продолжала осматриваться, чувствуя, как сердце начинает трепетать.       Коридор, по которому они шли, оказался широким и длинным. По правую сторону — сплошная стена из светлого инопланетного материала. Взгляд цепляется за чудные картины: на них изображены неведомая Мэллон техника, страшные существа и гуманоидные расы. В конце коридора была тумбочка, а на ней что-то лежало, накрытое стеклом. Слева — три прохода. Тот, что находился в середине — вёл куда-то наверх. Остальные были не совсем приметными, на первый взгляд одинаковыми, но стоило на секунду туда заглянуть, как в глаза сразу бросались новейшие технологии. Здесь и роботы, и оружие, и неизвестные инструменты с приборами, о целях которых можно только догадываться. Грэйс была готова поклясться чем угодно, что видела массивную нано-пушку. Но всё это не вызывало доверия.       — Чем-то смахивает на склад, — неуверенно промямлила девушка, после переводя взгляд на тумбочку и замечая огромный кровавый кусок неизвестного за стеклом. — Доктор, что это ещё такое?       — М? — мужчина останавливается и поспешно наклоняется к тумбочке. — О, ерунда. Эотеракс. Это печень представителя эотераксов.       — Так. Куда мы попали?! — настойчиво спросила Грэйс, чувствуя мурашки по всему телу.       Нет. Теперь ей точно хочется уйти из этого места подальше. То, что она увидела, сложно было назвать органом в принципе. В её понимании, конечно. Эта печень была больше похожа на окровавленный и скомканный клочок бумаги. Только размером с кулак Доктора. И ещё со странной серой плёнкой сверху. К горлу подкатила тошнота. Проглотив ком в горле, девушка поспешно отворачивается, мелко задрожав.       — Мы пронеслись вперёд на четыре с половиной миллиарда лет, — начал объяснять мужчина. — Сейчас мы на платформе «Омнибус-53». Раз здесь находится частица эотеракса, дела… ну…       — Нам конец? — ясно и понятно поставила вопрос Грэйс.       — Не совсем, нет-нет! — попытался он успокоить спутницу. — Да, конечно, мы столкнулись с Алоирнамикратросп… в общем, я скорее задохнусь, чем произнесу эту расу, а ты уснешь. Начало — «алои», конец — «ториус». О чем это я? Ах, да! Они никогда не изменяют своим привычкам, пытаются уничтожить Землю, сжечь её… Но нет, низшая раса, сущий пустяк! Чем вы всем постоянно мешаете со своей Землей?! — возмущенно воскликнул Доктор.       Крикнув что-то вроде «пойдём скорее», он хватает Грэйс за руку и бежит в центральный проход. Ей только и остаётся покрепче сжать чужую ладонь в своей, чтоб не отставать от пришельца. Они снова бегут на опасных тварей без единого плана? Если дихлофы были роботами, которых Доктор мог обезвредить звуковой отверткой, то… алоиториусы, вот, пусть так, возможно, были гораздо опаснее.       — Что мы будем делать теперь? Мы должны спасти Землю, раз они тут, — неуверенно протянула Мэллон. — Подожди, разве люди ещё не вымерли?       — Что? Нет! Они живы. Просто мутировали и выглядят иначе. Ты когда-нибудь видела человека с чешуей или, скажем, лисьим хвостом? Красота, на самом деле! Есть, конечно, и другие генетические изменения, но это я так, к примеру.       Доктор на секунду прервался, словно вспоминал все формы новых людей, а потом, махнув рукой, продолжил:       — Проблема в том, что они не выходят со своего боевого корабля. Догадываешься, где мы сейчас находимся? — не дожидаясь ответа, добавил. — Но у этих «умников» всегда были проблемы с памятью, они могут прикончить своих, если не узнают. Здесь должны быть указатели или карты, которые приведут нас к пушке. Если повезёт, то мы никого не встретим на пути.       Как эта раса вообще существует, раз убивают своих же? Грэйс даже горько усмехнулась. Интересно, а собственных родственников они тоже убивают? Если, конечно, такое понятие для них существует. А ещё внезапно поняла, что этот пришелец в плаще выглядит забавно, когда резко перескакивает с одной мысли на другую. Но разве стоит осуждать его? Нет, ни в коем случае. Так интереснее и веселее!       Воспоминания снежным комом обрушились на голову, стоило подумать о том, что ей придется вновь бежать за Доктором. Конечно, она с удовольствием бросится за ним навстречу приключениям и опасностям, но не будет же прятаться за его спиной вечно? Он уже спас её от дихлофов. Пора бы как-то проявить себя, помочь найти чёртову карту или схему и принести пользу!       — Я поищу в той стороне, — указала девушка в сторону развилки за своей спиной и, не ожидая ответа, мгновенно бросилась бежать.       — Ни с кем не разговаривай и сразу убегай! — напутствовал ей вслед мужчина, а потом, задумавшись, приложил пальцы к подбородку, бормоча под нос. — Я же всё рассказал об этой расе? — через несколько секунд он раскрыл рот от удивления и бросился следом за Мэллон.       А Грэйс тем временем уже пробежала достаточное расстояние. Она действительно смогла найти план инопланетного корабля, который находился, как ей показалось, в главном зале. Здесь-то и стало понятно, что они действительно находятся на какой-то военной базе. Стойки с оружием и небольшие снаряды, похожие на гранаты, лежали на ящиках. Расстояние от пола до потолка было… ну, большим! Казалось, сюда уместится даже семиэтажный дом. Грэйс стояла перед планом, а несколькими сантиметрами правее была пустота, в прямом смысле. Стены нет, есть лишь окно. Она могла видеть космос, смотреть на родную планету, что была на таком далёком расстоянии от неё сейчас. Земля казалась невероятно красивой.       Если они не смогут остановить этих пришельцев, то люди, находящиеся на планете, погибнут. Будет… конец света? В этот день может всё закончиться. Грэйс очень надеялась, что людей там не так много. Ведь это, должно быть, очень мучительно: сгорать, не понимая, что происходит, и в ужасе задыхаться. Все разом вспыхнут, как хворост при пожаре. Идиотская попытка успокоить себя, которая с треском провалилась.       Грэйс никогда не любила людей. Возможно, потому что не умела? Не нашла того, кого можно ценить, кому можно доверять? Возможно, потому что ей попадались насквозь гнилые люди — под стать ей самой. И тем не менее она не хотела, чтобы столько невинных душ сгинуло в пламени. Там ведь наверняка есть те, кто заслужили спасение, кто не должны умирать.       Вздрогнув от посторонних звуков слева от себя, Грэйс обернулась. Дело стремительно набирало хреновые обороты. Перед ней было трое пришельцев под два метра ростом. Это существа с тёмной деревянной кожей, сквозь которую торчали острые наросты и, похоже, гноились. По крайней мере, именно так бы она описала это зрелище, если бы здесь были люди. Большой изогнутый нос, змеиные глаза, торчащие напоказ верхние клыки, бластеры на поясе: всё это не внушало никакого доверия. А потому Грэйс, сглотнув слюну от нервов, попятилась назад, к выходу, откуда прибежала. Пришельцы шли за ней, смотря прямо в душу, и ничего не говорили.       И тут, как гром среди ясного неба, Мэллон услышала голос Доктора. Кажется, он и до этого её звал, но она была так глубоко в своих размышлениях, что не услышала.       — Грэйс! Я забыл сказать кое-что важное! — он выбежал из коридора, тяжело дыша и хватая её за руку. — Они не разговаривают и не слышат, но имеют чувствительное обоняние и, вероятно, нас уже… — Доктор замолчал на полуслове, когда посмотрел в сторону и увидел пришельцев.       — Я заметила, — тихо прошептала она, крепче хватая мужчину за ладонь. — Думаю, нам пора бежать…       — Подожди, я попробую с ними поговорить.       Даже не успев подумать о том, что её спутник — дурак, каких свет не видел, Грэйс прикрыла рот рукой, когда Повелитель Времени отдалился от неё, показывая какие-то жесты. А пришельцы, тем временем, хищно сощурившись, что-то отвечали ему на том же самом языке. Пару раз Доктор обреченно махал руками, мол, забудьте эти жесты, и начинал заново. Но в какой-то момент ситуация вышла из-под контроля, и алоиториусы схватились за бластеры. Тогда Грэйс сразу почувствовала, как её ладонь сжимают, утягивая за собой в бег. И она, чёрт побери, бежала за Доктором, не понимая, что могло пойти не так.       — Что ты им сказал? — на бегу поинтересовалась Мэллон.       — Я слишком долго не разговаривал на языке жестов этой расы. Мне кажется, что я попросил его продать носки, — в панике проворчал он, залетая в какой-то очередной коридор.       — Ты… что?! — громко воскликнула Грэйс. — У них есть носки?       Наконец они останавливаются, в какой-то комнате. Доктор навел звуковую отвертку на стену, где была панель с введением кода доступа, и массивная дверь закрылась, отрезая погоню. И лишь потом, переведя дух, он посмотрел на спутницу.       — А мне почём знать? — возмущенно фыркнул он. — Может, именно их отсутствие ввело их в такую ярость!       Тут Мэллон не выдерживает и заливается звонким смехом, заполняя им комнату. Нет, это просто невероятно. Никогда бы она не подумала, что такое с ней произойдет. А мужчина, недовольно сложив руки на груди, с наигранной обидой протянул что-то вроде «я давно не говорил на этом языке», а после отошёл в сторону. Через несколько секунд наконец она успокаивается и проводит ладонью по щеке, смахивая слезу. Всё ещё тихо посмеиваясь, Грэйс с интересом смотрит на то, как Доктор, оторвав крышку от какого-то крупного устройства, сканирует его внутренности отверткой. Что-то замкнуло в проводах, и мужчина отстранился, отойдя подальше.       Комнату и, должно быть, весь корабль, заполнил голос громкоговорителя:       — Выстрел по планете Земля через пять минут.       — Ой, не то, — состроив невинную физиономию, пробормотал мужчина, вновь начиная рыться в устройстве.       — Зачем глухим пришельцам громкоговоритель? — задумчиво фыркнула Мэллон, а затем помотала головой. — Ты что наделал вообще?!       — Я работаю над этим!       — Они же могут явиться сюда с минуты на минуту. Привести за собой армию!       — Их корабли медленные, к тому же один корабль вмещает в себя троих пилотов. Они любят простор, как ты уже могла заметить, так что кораблей у них очень много.       Кажется, он совсем не переживал, что сейчас их найдут и прикончат. Или Земля вспыхнет, как спичка. Или и то, и другое, в конце концов! Но пока Доктор разбирался с управлением пушкой, как поняла Мэллон, нужно было как-то обезопаситься. Шарясь по просторной комнате, которая выглядела прямо как и та, где они вышли из ТАРДИС, она поняла, что эта раса не особо любит разнообразие. Даже окно то же самое! Ну, по крайней мере, тут хотя бы есть панель управления сверхмощной пушкой и широкий стол, который едва ли не состоял из выдвижных ящиков.       «Минималисты хреновы! — выругалась Грэйс, открывая уже шестой по счету. — Вот и зачем им столько пустых мест?!»       И тут, дойдя до конца, она вытаскивает степлер. Да, определенно, они спасутся. Нецензурно выругавшись, девушка привлекает внимание Доктора. Он бросает короткий взгляд на прибор и вновь возвращается устройству.       — Ты нашла дезинтегратор, — довольно, точно мурча, протянул пришелец, — только не наводи его на меня или себя, иначе сотрешь в порошок, и это не переносное значение.       — Сколько здесь… снарядов? — спросила Мэллон, обрадовавшись находке.       — Не так много, но если хочешь отбиться от брёвен, вполне хватит, — весело отмахнулся он, вновь отскакивая от устройства.       — Огонь через полторы минуты, — оповестил голос.       — О нет! Нет! Нет! Почему в такие моменты найти нужную волну так сложно?! — яростно воскликнул мужчина, настраивая отвёртку.       Грэйс даже в ужасе вдохнула, понимая, что планету, вероятно, и не удастся спасти. Дверь в комнату открывается, и девушка делает шаг в сторону, сразу же выставляя перед собой дезинтегратор. Раз он очень похож на степлер, значит, пользоваться так же. В крайнем случае она убьет себя своей же тупостью. Зато боли не почувствует. Так себе аргумент.       Пришельцы остановились, нацеливаясь на неё, а Доктор, быстро прожужжав отвёрткой по направлению к двери, закрывает её. Это дает возможность Мэллон быстро отступить к мужчине, занимая выгодную позицию. Громкоговоритель приносит новую весть: «До самоуничтожения «Омнибуса-53» осталось десять минут». Всё помещение начинает мигать красным, словно предупреждая о смертельной опасности. И девушка была уверена, что такое происходит по всему кораблю. А дверь в очередной раз не открылась. Неужели подумали, что лучше отступить, нежели играть в кошки-мышки с этими незваными гостями? Учитывая, что они выполняют всю работу за них, к тому же! Опасаясь худшего, Грэйс подходит к двери и открывает её. Никого.       Сердце начинает биться в три раза быстрее — от паники и переживаний. Она не хочет умирать от того, что сгорит, нет. Не хочет, чтобы Земля тоже погибла в огне. Не хочет, чтобы люди, пускай и гуманоидные, погибли, крича от страха и боли. Не хватает времени спросить, справился ли Доктор с устройством, потому как оставались секунды, но она доверяла ему. Сейчас — да. Ей пришлось поверить в него, в данный момент этого хотелось больше всего на свете.       — Доктор, они сбежали. Нам тоже пора уходить, если не хотим…       Раздается мощный залп. И его очень хорошо слышно. Грэйс подбегает к окну и, не веря своим глазам, наблюдает за тем, что происходит с Землей. Она загорается по кругу, а затем взрывается. Намного сильнее, ярче и красивее, чем та сверхновая звезда. Мёртвая планета продолжает гореть и покрываться ярко-красной корочкой, светясь, как уголёк в мангале. Это было действительно завораживающее зрелище, невероятно красивое. Но…       — Мы не спасли их… — обреченно прошептала она, пустым взглядом смотря в сторону Земли.       Её родной планеты не стало. Умерла. Как и люди, которые там находились. Грэйс сдерживается, чтобы не пустить слезу. Нет, она не будет плакать. Она всегда сдерживалась. Пыталась. Даже когда её избивали до поломанных костей и крови. И сейчас постарается не плакать, пускай в душе что-то защемило до болезненного хруста. Больно так, что захотелось вырвать сердце из груди.       — Это произойдет через четыре с половиной миллиарда лет, — мягко напомнил ей Доктор, подходя сбоку почти вплотную.       — Но это уже произошло. Произошло сейчас… — с протестом выдавила из себя Грэйс. — Как можно смириться с тем, что в конечном счёте не останется ничего? Совсем…       В её глазах отражается огонь, а она сама даже не дёргается ни разу. Наверное, людям на планете адски больно. Вероятнее всего, там есть и дети, которые не успели даже увидеть мир. Тысячи невинных людей, не знавших насилия. И от осознания этого она тихо всхлипывает, а затем по щекам медленно скатываются слёзы. Наблюдать за этим красивым, но страшным зрелищем — ужасно. И как Доктору удаётся делать её человечнее и чувствительнее? Когда она всегда считала себя равнодушной сволочью.       — Точнее, — негромко поправляет себя Доктор, — через пять миллиардов лет. Как и положено, люди улетят с этой планеты, и она умрёт в одиночестве.       Ничего не понимающая Грэйс с удивлением посмотрела на него. Мужчина немного выставляет её вперед, приобнимая со спины за плечи, мягко положив подбородок на макушку. Время в космосе словно движется в обратном направлении, медленно возвращая все обломки и атомы в одно целое. Земля, собравшись в прежние континенты и края света, восстанавливается. Красная и полыхающая в огне планета, мёртвые люди там… всё останется для них воспоминанием? Грэйс слабо улыбнулась уголками губ и вытерла слёзы, была готова отдать душу на растерзание, но точно могла поклясться, что видела исчезающий зелёный луч. Неужели…       — Если тебе не нравится уничтожение, то замени его восстановлением, — загадочно проворковал он, а потом бодро добавил. — Я было подумал, что не успею исправить функ…       — Они живы, Доктор! Живы! — радостно воскликнула Мэллон, поворачиваясь к нему лицом и от переполняющих эмоций бросаясь ему на шею, крепко обнимая, едва не повиснув.       Он лишь громко засмеялся, обнимая в ответ. Даже умудрился оторвать её от пола и немного покружить, отчего у Грэйс чуть-чуть поплыло в глазах. Даже создалось ощущение, что мужчина был чертовски рад видеть её искреннюю улыбку и звонкий смех. Но это всё неважно. Планета жива, люди — в порядке.       Пять миллиардов лет. Огромный срок, разве нет? Но в таких масштабах он не кажется слишком большим. Всего лишь отрывок времени, который пробежит так же, как и пробегает год, второй, пятый. Всё всегда заканчивается. Но Мэллон счастлива, что жизнь Земли закончилась не сегодня.       Она ощущала странное чувство… лицемерие? Да, сейчас они правда в порядке. Но через пять миллиардов лет Земля сгорит. Ой, она жить к тому времени не будет уже! Однако смотреть за тем, как на глазах горит нечто родное, представлять, как умирают люди, сгорая, и не иметь возможности этому помешать — невыносимо. Как же быстро она поменялась. Вот только недавно ненавидела людей и желала им смерти, а на деле… радуется теперь тому, что все живы и здоровы. Сейчас она, кажется, поняла, что чувство злобы было поверхностным. Но глубоко в душе, куда боится заглядывать даже Мэллон, чтоб не встречаться со своими страхами… по-другому? Или это паника так на неё сработала, уж не знала.       — Доктор, сколько же таких, как и ты? — радостно спрашивает Грэйс, когда чувствует пол под ногами.       Такой простой вопрос. Но он разбил ему сердца. Это стало понятно по внезапно возникшей боли во взгляде, и Доктор быстро отвел его, посмотрев на Землю.       — Я сказала что-то не то, да? — прошептала Мэллон, виновато посмотрев на спутника. — Прости, я не…       — Я единственный. Последний Повелитель Времени, — тихо говорит Доктор, переводя взгляд на Грэйс.       Он приподнимает подбородок, словно с гордостью представлял практически погибшую расу. Как же это, должно быть, больно: остаться последним. Быть в абсолютном одиночестве. И пускай раса Мэллон не вымерла, но она вполне представляла то, как это может терзать Доктора. Они оба были одиноки.       — Моя планета умерла. Сгорела, как Земля. Раньше положенного срока. Остался лишь пепел, да и того, наверное, уже нет…       «Сколько же тебе пришлось пережить?» — с болью подумала девушка, обвиняя себя в том, что сделала спутнику больно.       Она не знала, что будет такая реакция. Но всё равно совесть её мучила. И только лёкая, но искренняя, улыбка Доктора помогла прогнать это противное чувство. Осадок, конечно, остался, однако, не такой сильный. Но тут её ладонь сжимают, и они снова несутся куда-то.       — Скорее, сейчас тут всё разлетится! — воскликнул мужчина.       В ТАРДИС, конечно же. Учитывая, что у них осталась пара минут на то, чтобы улететь отсюда и не взорваться вместе с кораблем. Это было лучшим их решением.