Система "Реабилитация" для первосортного злодея

Но, как оказалось, три года прошло только для Мо Юн Мина и этого мира в целом. Это не касалось того, что произошло в памяти Снежного демона. В тот злосчастный день аукциона, когда все благополучно покинули иллюзию демона хаоса, оказавшись на поляне и даже особо не заморачиваясь произошедшим, никто ничего не знал о том, что видел другой. Каждый видел лишь свою собственную иллюзию. И каждый удачно из нее вышел или же его просто вышвырнули, если тот слишком долго не мог найти выход. Однако... Не вернулся только Бай Сюньи. Когда Ташан Шэнь понял, что что-то не так, он первым делом разрезал на две части старое дерево, что служило проходом на Темный Аукцион, ворвавшись в подземные владения и фактически с пинка ноги выбив дверь в главный зал. Демон хаоса все еще находился на месте. — Это не моих рук дело, — кратко ответил он. Видя, что такой ответ Ташан Шэня не впечатлил, тот вполне серьезно добавил, убрав все свое веселье с лица: — Я могу отдать тебе его тело, но сознания в нем нет. — В каком смысле лишь тело? — жилки на лице Ташан Шэня вздулись, а рубиновые глаза засияли недобрым кровавым. Демон хаоса не долго думая призвал жестом руки небольшую песчаную бурю, что принесла на себе тело заклинателя, облаченного в белые одежды. Бай Сюньи был без сознания. Черный однорукий лис в два шага подлетел к кружащемуся песку, сняв с него тело Снежного демона. Мо Юн Мин в ярости рявкнул в сторону демона, оскалив клыки. — Что с ним?! Демон хаоса пожал плечами. — Этот вопрос не ко мне. — Тогда кто это сделал?! — Мне сложно сказать, — Сюэяо отвел взгляд, задумавшись и рыща глазами по потолку. — Его сознание уже давно покинуло мою иллюзию, но я не знаю, почему оно не вернулось к владельцу. — Как это понимать? — голос Ташан Шэня опустился на несколько тонов, став приглушенным, грубым и крайне угрожающим. — Скорее всего, кто-то попытался украсть его душу. — ... Темная материя неумолимо начала сгущаться за спиной однорукого лиса, сформировавшись в восемь огромных хвостов, что разом ударили об каменный пол, гневно разломав его на трещины и обломки. В пустом рукаве вновь обрелась наполовину лисья рука, что больше походила на покрытую черной шерстью лапу зверя. Его глаза горели алым столь сильно, что казалось, будто из них в любой момент хлынет огонь. Из горла Ташан Шэня вырвался несвойственный ему демонический голос зверя, что ужасал своими глубокими низкими вибрациями. — Кто?... Золотые глаза демона хаоса пораженно распахнулись. — Ты... Что ты сделал со своей человеческой кровью?... Однако, видя, что черный лис перед ним абсолютно его не слышит за пеленой ярости в глазах, Сюэяо унял свое любопытство, махнув на прощание рукой и бросив напоследок: — Тебе стоит искать того, в чем распоряжении находятся все попадающие в этот мир души. — Кто? — сурово переспросил демон. — Дремлющий Сторож Преисподней, — выдохнул Сюэяо. — Ищи его. Черный однорукий лис в тот же миг бесследно исчез, словно бы растворившись в воздухе, оставив после себя лишь багровых оттенков тускнеющий туман. Демон хаоса насмешливо фыркнул: — Пф! Чертовы пространственные маги! Мо Юн-Мэй нервной походкой бродил от дерева к дереву, а подле него беспокойно переглядывались демон-волк и демон-пес. Небесное светило постепенно сменилось с солнца на луну и звезды, отчего тревога все сильнее проявлялась на лице младшего полудемона. — Где же они... — Юн-Мэй в гневе и беспомощности вглядывался в огни города впереди. Уже половина дня прошла с тех пор, как Ташан Шэнь отправился на поиски их учителя, велев ожидать его в лесу подле поселка. О том же, что произошло, ему в подробностях рассказали Юнь Лан и Юнь Гоу. Хотя Юн-Мэй и сам прекрасно видел развернувшуюся сцену игры между четырьмя, когда он наконец сумел покинуть свой пост смотрящего за порядком, чтобы встретиться с наставником, то отчего-то не обнаружил ни учителя, ни себя самого. Только демоны пса и волка встретили его, объяснив, что учитель пропал, а однорукий лис уже отравился искать его, строго наказав ждать его здесь. Спустя какое-то время из глубинной тьмы ночного леса в самом деле показался чей-то силуэт. Облаченный во все черное с золотыми и серебряными узорами однорукий лис шел тяжелой поступью, бережно держа в одной руке бессознательное тело Бай Сюньи, другой же, демонической рукой, он тащил за копну спутанных волос порядком избитого мужчину в грязно-черных одеяниях, волоча его по земле и корням деревьев, как мешок мусора. — Что с учителем?! — Юн-Мэй, бросился к нему, обеспокоенно всматриваясь в словно бы спящее лицо наставника. Никаких ран или повреждений на нем не было, но тревога отчего-то съедала полудемона изнутри. Только потом он заметил вторую ношу Ташан Шэня. — И кого это ты приволок? — Сейчас узнаешь. Резко отрезал тот. Рубиновые глаза демона пылали в ночи столь сильно, словно весь гнев этого мира смог собраться в этом его взгляде. Швырнув до неузнаваемости избитое тело мужчины к дереву, Ташан Шэнь перехватил Бай Сюньи двумя руками, неспешно опустившись на одно колено и уложив его к себе на предплечье. Свободной рукой демона он рассек пространство перед собой, с треском разорвав черными когтями, словно дешевую ткань, и в приказном порядке велев: — Е Жуань. Мне нужен нефритовый гроб и несколько пилюль Сохранения жизни. Немного помедлив, он все же добавил: — И захвати пилюли Ста казней. В ту же секунду из разорванной трещины в пространстве откликнулся женский слегка хрипловатый голос: — Да, господин. Сейчас же будет доставлено. Не прошло и минуты, как из того же разлома, вышло четыре лисы-оборотня в человеческом обличии, вынося на своих плечах большой нефритовый гроб, а следом за ними вышла старшая лиса, облаченная в лиловые одежды и подносящая Ташан Шэню два нефритовых бутылька, в поклоне склонив голову: — Здесь пилюли Сохранения жизни и Ста казней, господин. Юнь Гоу и Юнь Лан от увиденного сперва остолбенели, а после поспешно попятились на несколько шагов назад. Их животный инстинкт вопил о том, что существо, именуемое как Ташан Шэнь, было настолько опасно, что даже дышать рядом с ним могло быть несовместимо с жизнью для столь слабых демонов, как они. Самому же однорукому лису было не до этих псин. — Откройте и оставьте гроб здесь. Четверо лис послушно опустили его на землю перед ним, открыв. Ташан Шэнь забрал оба бутылька из рук старшей лисицы, сразу же откупорив один и достав несколько пилюль, аккуратно положил их в рот Бай Сюньи. Затем подняв его на руки, он медленно опустил его тело в нефритовый гроб, но крышкой накрывать не стал. Едва его руки освободились, черный лис тяжелым шагом тут же подошел к валяющемуся под сосной мужчине, подняв его за ворот и пригвоздив глухим ударом к стволу дерева, сурово произнес: — Я знаю что ты жив. И более того, ты в сознании. Не вздумай играть со мной, Страж Преисподней. Полностью опухшее и окровавленное лицо с трудом искривилось в попытке ответить: — ...фто тефе нато? Ташан Шэнь опасно сузил взгляд. — Разве не ты заведуешь перемещением душ? — .... я.... — Значит, ты должен знать, где сейчас находится его душа. Верно? Уточнять, чья именно, Страж Преисподней не стал. Он лишь неуверенно отвел взгляд, вяло и смиренно кивнув. — Даже если ты узнал, где находится моя душа, как ты сам сумел попасть сюда? Еще и в своем собственном теле... — Янь Сюньи лежала под одеялом на больничной кушетке, пристально смотря в рубиновые теплые глаза Мо Юн Мина, что лежал на боку поверх одеяла возле нее, держа за руку и переплетя их пальцы. — Это было не сложно, — он ласково приподнял уголки губ, оставив легкий поцелуй на ее лбу. — Я всего лишь слегка надавил на него, чтобы он использовал мою пространственную магию и открыл временный портал. — Выходит, ты можешь свободно перемещаться между двумя мирами? — она с интересом подняла взгляд под очками, получив в ответ милую улыбку. — Не совсем. Есть определенные ограничения, но в целом Учитель прав. — Ограничения? — Да, — Мо Юн Мин опустил черные ресницы, скрыв алый свет своих глаз, и мягко коснулся подбородком ее макушки. — Из-за них никто из живых существ не может перемещаться тем же способом, лишь души. — ... — Янь Сюньи на миг задумалась, с недоверием спросив: — Но тогда как же это сделал ты? Твое тело ведь прежнее и ты вполне живой человек... Для верности она притулилась ухом к груди Юн Мина, ожидаемо услышав под черной рубашкой биение сердца. Действительно, живой. На это однорукий лис лишь издал тихий смешок, весело ответив: — Учитель может не беспокоиться. Я в самом деле жив. Однако... Мо Юн Мин остановился, а сердце Янь Сюньи пропустило в тревоге удар. "Однако что? — она нервно сжала его руку в своей, резко нахмурившись. — Только не говорите мне, что мой ученик успел немножко "умереть"?!" Ташан Шэнь провел большим пальцем по ее руке, заметив тревожность и поспешно успокаивая: — Благодаря своей сущности полудемона я могу времено запечатать свою человеческую кровь и обратиться в полноценного демона. Видя непонимание в ее глазах, он улыбчиво добавил: — В мертвого демона. А мертвые не подпадают под это ограничение. Осознав услышанное, Янь Сюньи с облегчением вздохнула. — Славно... Она сняла очки свободной рукой, перевернувшись к черному лису лицом и заключив в крепкие объятья. Всего на мгновение ее одолел безумный страх, что этот чертов мальчишка мог исчезнуть из ее жизни. — Хотя нет. Погодите-ка, ничего не славно! — она сурово сдвинула брови, на полном серьезе отругав его. — Мне абсолютно не нравится твоя идея с полным обращением в демона! — Я знал, что Учитель не одобрит подобную затею, но у меня не было выбора, — черный однорукий лис нежно ткнул носом в мягкую щеку, опустившись на шепот с игривыми нотками, — однако, если Учитель так с этим не согласен, он сможет отругать меня, когда пожелает. Я никуда не уйду. — Хорошо. Она ворчливо буркнула, прижавшись лбом к теплой груди перед собой. — Позже так и сделаю. Мо Юн Мин обворожительно улыбнулся, завидев покрасневшие кончики ушей. — Юн Мин. — М? — Как ты сумел так прекрасно адаптироваться после того, как прибыл сюда? — Признаться честно, — Ташан Шэнь неловко улыбнулся, — сперва я принял это место за самый настоящий ад. Едва ему удалось переместиться в этот мир три года назад, как все его познания и духовные силы оказались бесполезны. Он оказался посреди улицы, едва не сбитый с ног куда-то спешащими людьми в странной одежде. Пестрая, разных видом и форм, открытая и раскрепощенная или же наоборот слишком закрытая одежда, странные прически разной длинны и цветов, какие-то металлические штыри в бровях и носах у людей, а еще почти каждый третий человек щеголял со странными дурацкими татуировкам напоказ... это зрелище настолько резало его непривыкшие глаза, что он несколько минут не мог сфокусировать свой взгляд. А еще эти ревущие и дымящие железные повозки! Даже вереск резанной свиньи не столь сильно бил по его ушам, как эти чертовы повозки! Что уже говорить о воздухе, который было трудно вдохнуть, не говоря уже о том, чтобы дышать им всю жизнь. Даже дома здесь были устрашающе огромны и при этом до отвращения серые и бездушные. Первое, что пришло на ум ему в тот момент, было лишь: — Это место в самом деле хуже преисподней... Он несколько дней бродил, пытаясь что-то разузнать об устройстве этого места, однако его почему-то принимали если не за попрошайку или душевнобольного, то за какого-то "косплеера". Все было настолько сложно и запутанно, что его мозг готов был взорваться лишь после одного рассказа какого-то бездомного о предмете для поиска людей под названием "Интернет". Он назвал эту вещь информационной сетью. Но какая это информационная сеть, если в ее составе нет ни одного человека?! Одним словом, Ташан Шэнь был действительно растерян, зол и напуган. Он больше всего боялся, что во всем этом цветном и странном дерьме вокруг не сможет и за десять лет отыскать одного единственного человека. Поскольку этот бездомный едва ли не родной матушкой клялся и божился, что вернее способа, чем этот "интернет" однозначно нету, Ташан Шэнь решил сперва испытать его. Когда же оказалось, что его можно использовать только через определенные устройства, ему пришлось сперва подробнее узнать, что из себя представляют эти самые так называемые "телефоны", "компьютеры" и "планшеты". Однако, чтобы не слишком выделяться среди толпы, сначала ему нужно было сменить одежду. — Юн Мин! — Янь Сюньи встревоженно подскочила, схватив его за грудки. — Ты что-ли в самом деле поменялся одеждой с тем бездомным?! Ты же мог подхватить от него какую-то болезнь! — Учитель, все впорядке, — Мо Юн Мин опустил свою руку на ее ладони, ослабив хватку и весело ответив: — На меня не распространяются человеческие болезни, мое тело для них слишком устойчивое. Поэтому Учителю не о чем беспокоиться. Янь Сюньи выдохнула с нескрываемым облегчением, упав головой ему на грудь. — Почему ты этого сразу не сказал...? — Прости, Учитель, я действительно не подумал, — черный лис виновато улыбнулся, поглаживая ладонью русые волнистые волосы на макушке у себя на груди. Одним словом, первые несколько месяцев Ташан Шэнь провел за тем, что пытался изменить свою внешность и получить необходимые минимальные знания, чтобы не слишком выделяться из толпы и не задавать глупых вопросов по типу: "Какой сейчас год правления и какого императора?" Янь Сюньи хохотнула. — Ты в самом деле это спросил у первого прохожего? — Да, так и было, — Ташан Шэнь усмехнулся, — к моему сожалению, я тогда бродил в окрестностях госпиталей, а этот человек оказался одним из врачей психиатрической больницы. В тот раз меня едва ли не поймали с намерением запихнуть в одну из ее палат. Кажется, меня тогда в самом деле приняли за сумасшедшего. — Ха-ха! Подумать только, моего маленького ученика едва не поймали врачи психбольницы! Ха-ха-ха-ха! — Янь Сюньи рассмеялась до слез, утерев предательские слезинки с глаз и весело ткнувшись обратно носом в черную рубашку Ташан Шэня аккурат между пуговиц. — Я так понимаю, ты успешно от них убежал? — Разумеется, — он прикрыл глаза в улыбке, приобняв рукой ее за плечи. — Я довольно быстро осознал, куда меня пытались увести, а потому как можно скорее скрылся из виду, спрятавшись в кустах. — Ты прыгнул в кусты? Ха-ха-ха! Юн Мин, ну в самом деле! — она перевернулась на спину, от души рассмеявшись и только затем приобняв черную макушку ладонью, потянула его к себе в объятья. Мо Юн Мин с удовольствием опустился за ее рукой, прижавшись лбом к шее и улегшись на тонком худом плече. Казалось, даже сейчас его носа нежно касался знакомый запах ароматных трав и цветов лаванды. Единственная рука аккуратно просунулась под одеялом, окольцевав тонкую и, как ему казалось, совсем хрупкую талию, прижав тело Янь Сюньи как можно ближе за нее. — И что же было дальше? — Янь Сюньи не скрывала веселого любопытства в своем голосе. — Перед тем, как Учитель услышит продолжение, ему нужно будет сперва немного поспать. Черный лис притерся щекой к небольшому плечу, словно уподобившись маленькому щенку. Янь Сюньи улыбнулась, легонько поглаживая его по чернильным и безмерно мягким волосам, слегка почухивая за ушком. — Отчего же тебе столь сильно хочется уложить спать этого учителя? Мо Юн Мин прикрыл в блаженстве густые черные ресницы, тихим и едва урчащим голосом улыбчиво ответив: — Учитель, ты сегодня уже и без того испытал весьма много тревожащих сердце событий. Ты поранил колено, едва не выпал из окна и сейчас просишь меня рассказать о всех моих ужасных попытках привыкнуть к этому месту? Бледная ладонь нежно зарылась кончиками пальцев между черных мягких прядей волос, что были так похожи на ухоженную кошачью шерсть. — Хорошо, — вторая рука коснулась неповрежденного плеча Мо Юн Мина, аккуратно потянув за него и склонив еще ближе к себе, — этот учитель с удовольствием согласится немного поспать, если его ученик разделит с ним сон. Немного помедлив, она более настойчиво добавила: — Под одеялом, — Янь Сюньи серьезно сдвинула брови, для пущего эффекта приподняв его край рукой. Хитрая усмешка отразилась на приподнятых уголках губ, сменившись на едва слышный томный шепот. — Как пожелаешь, Учитель.