Crying demon

      Порой некоторые вещи трудно объяснить, но может, стоит их узнать получше? Тогда и ответы на все твои вопросы станут как на ладони, и все не будет как в тумане. Санс отрешенно стоял возле Чары, пытаясь совладать с давящей на него атмосферой. Однако отвлечься он никак не мог — все его мысли возвращались к изначальной точке, и все же было кое-что непонятно ему, то, что глушило все его эмоции. — И все же, что происходит?       Довольно интересный, но справедливый вопрос, который, вроде бы, должен задать он, а не девушка стоящая рядом, смотря на свое отражение в пруду. Ее взгляд был подавленным, полным боли и страха, но не за себя, а за него, за Рэй. Подобное явление заставило его слегка усмехнуться, ведь это было странно разделять чувства своего врага. Вот только она ли на самом деле враг ему?  — То же самое могу и сказать о тебе, — ловя на себе удивленный взгляд, скелет продолжил: — ты могла убежать от меня после всего или даже презирать, но видя тебя, я, ощущаю к моей кости сочувствие. Чара горько усмехается, и склоняет свое лицо к воде, а затем приседает. Санс чувствует от нее грусть и печаль, а девушка проводит по водяной глади рукой, пытаясь убрать с нее свое поцарапанное лицо от костей скелета. — Это бы ни к чему не пришло. Ненависть порождает только ее и ничего больше. — Парень ловит себя на мысли, что ощущает от нее боль.        Ей очень тяжело даются эти слова, но все же они нужны, чтобы девушка не падала в глубокую яму отчаяния, ведь возвращаться туда она не желала. — Эм, мистер скелет, … — начинает, было, девушка, но он ее перебивает. — Мое имя Санс, — поправляет он ее, а затем садится рядом с ней. — Хорошо, Санс, да? — скелет утвердительно кивает, — расскажите мне про того человека. Человека, который причинил вам столько боли. По вашим словам, он похож был на меня… — она запнулась, а он не обратил на это внимание.       Он не слышал ее слова дальше, даже не пытался вникнуть в них, ведь было достаточно и тех слов. Парень пытался найти ниточку для того, чтобы не упасть в бездну отчаяния снова. Вокруг стало безмолвно серо, навивающие безмерную тоску точно так же, как и в те дни, когда все было окутано пылью и смертью, пробивающие даже его кости. В первых перезапусках он ничего не понимал, был «зеленым», а ощущение дежавю не отпускало ни на секунду, постепенно ломая его сознание изнутри.       Однако он отбрасывал его далеко, но ненадолго все было забыто. События повторяясь не раз, напоминая о том, что это не совсем то, о чем он думает.       Такие яркие глаза, но в тоже время мертвые от переизбытка боли и насилия. Они словно вода плескается в стакане и Санс надеялся, что рано или поздно монстру надоест и жидкость переполнит его, но этого не происходило. Его брат же не теряет веру в себя, в человека, который с острым ножом смотрит на него практически безэмоционально, не слушая его, не вникая слова, а упавшая голова Папируса говорит о многом. А он стоял в стороне, наблюдал и в тот же миг ломался каждый раз, когда видел эту картину.       Где-то глубоко в душе он надеялся на то, что человек тот неплохой и одумается, но подобные мысли быстро растворились, когда он видел его перед собой. Те же кровавые глаза, которые никак не могут насытиться болью и страданиями других.       Но на этот раз он видит улыбку, слишком натянутую, безумную, полную удовлетворенности в своих действиях. « — Хей, мусорное ведро, как насчет того, чтобы немного разбавить наше представление? А то в последнее время это становится слишком скучным и вялым!» « — Что ты имеешь в виду?» « — Я хочу поиграть. Насладиться этой игрой в полной мере. И мне нужна твоя помощь пустоголовый.»       Он даже понять не успел, когда монстр появился прямо перед ним и заставил его вспомнить все таймлайны, все геноциды и смерти. Санс стоял и не шевелился, судорожно вздыхая, а затем просто упал на холодный пол. Зрачки метались по комнате, а монстр наблюдал за всем этим, усмехаясь. В голове были картинки из прошлого, от которых он судорожно вздрагивал. « — Ну, ты готов? Не разочаруй меня!»        Ответом послужило молчание, чему геноцидник не обрадовался. « — Уже сломался? Пф, все же мусор остается мусором.»       С этими словами алые глаза коварно улыбнулись, а затем нога пнула по ребрам скелета, а затем еще раз и еще, пока не послышался треск. « — Мне еще скучнее, чем обычно. Ты разочаровал меня пустоголовое ведро с костями!»       Санс помнит, что после этих слов его позвоночник был перерезан, а в голове все еще метались картинки из прошлого. Он даже не понимает, как ему удалось удержаться на плаву и не сломаться. Не было больно тогда, лишь пустота, прожигающая его душу и сердце, которая влекла его к безумию, но все же…       Он не сдастся. Не сломается по воле дьявола, ведь… … у него есть то, за что он будет бороться.       Санс глухо, почти сухо вздыхает, Чара, не отрываясь, смотрит на него, надеясь услышать ответ на свой вопрос, однако скелет не торопился ей отвечать или хоть как-то намекать на него. Парень встает, а затем смотрит на лениво плывущие облака. Когда-то и он был таким же облачком на просторах безграничного неба, который следовал течению, даже не осознавая этого. Но теперь, Санс понимает, что глупо бежать или плыть по течению, ведь их жизнь это борьба. И он найдет ответы на свои поставленные вопросы, касаемо того дьявола. — Слушай, малая, ты не возражаешь пройтись немного со мной. — А?

***

— И вот мы тут.       Чара оборачивается по сторонам, вообще не понимая, что происходит и где вообще находится, однако звон звонка неприятно отбивает ей по голове свой мотив. Девушка тут же вздрагивает. Дверь со скрипом отворяется и перед ней появляется лицо девочки лет четырнадцати. Карие глаза удивленно смотрели на них. — Привет, Санс, а… — Фриск только подняла палец и указала на Чару, как была перебита: — Йоу, малая, Тори дома?       Девочка кивнула, впуская гостей в дом. Чуть сощурилась, когда увидела исцарапанную девушку, потом зажала рот своими ладонями от их количества, а лицо вмиг побледнело. — Боже, … что произошло?! — испуганно произнесла девочка, делая шаг назад. Вскоре на ее голос сбежались практически все жители дома. Все были перепуганы и сбиты с толку, когда увидели посреди комнаты Фриск, которая в следующую секунду упала на колени, Ториэль в тот же миг подбежала к девочке. — Фриск, что проис… — бывшая королева вздрагивает, когда замечает перед своими глазами Чару. — Боже, дитя, что с тобой?!       Женщина-коза резко поднимается и тянет свои лапы к алоглазой девушке. Она отворачивается, но вздрагивает от ее теплых прикосновений. — Я… — девушка запнулась, она слишком нервничала над ответом.       Ей не хотелось подставлять Санса перед его знакомыми, ведь, скорее всего их отношения к нему сильно может измениться. Краем глаза, она смотрит на скелета рядом с собой, а затем сглатывает. Несмотря на все, она не сердится на него. Она просто похожа на того человека и он ошибся, и ничего больше, ведь так? — Я просто неудачно упала и порезалась. — Боже, — голос Ториэль дрожал от услышанного, — тебе стоит быть аккуратнее.       Бывшая королева оглядела ее с ног до головы, тем самым засмущала бедолагу. Девушка отвела свой взгляд, немного покраснев, парень, стоявший рядом с ней, немного удивленно смотрел на эту картину. То ли все дело в том, что она эта девушка соврала, спасая его репутацию, то ли в том, что Тори никогда не изменится? — Ой, я не представилась. Мое имя Ториэль, а твое? — Чара, — едва слышно отвечает смущенная девушка, заставляя женщину-козу улыбнуться. — Какое красивое имя. — Обрадовалась женщина. — С…спасибо. — Запинаясь, ответила девушка на комплимент.       Сейчас она была похоже на спелый томат, потому Санс сравнивает ее со своим любимым кетчупом. Похоже, что девушка редко слышит теплые слова в свой адрес, потому сейчас не знает как себя вести, а ее взгляд полный не веря в происходящее, отведен в сторону. Ториэль что-то говорит, а Чара слушает, ловя каждое слово женщины, словно долг, впитывая их, словно губка. И вскоре улыбается, тепло и нежно настолько сильно, насколько способна. Дриимурр тянет ее за собой, улыбаясь светло в ответ       Сложно сказать, но одно Санс знает точно, ему придется решить эту непростую задачу с тем чудовищем, посещавшим его кошмары. Скелет гулко выдыхает и подходит к Фриск, помогая той подняться. Ториэль же ведет Чару в сторону ванной и, дав ей полотенце, прикрывает дверь. — Если тебе что-то понадобиться, дитя, позови.       Ториэль возвращается с немного задумчивым видом и иногда бросает в сторону скелета вопросительные взгляды. Парень пытается понять ее мысли, но в голове слишком много всего, чтобы в нее вместилось хоть еще что-то. Бывшая королева проходит мимо него и грустно улыбается, а затем жмет плечами, отвечая на немой вопрос скелета. И новая давящая атмосфера сковала его сердце, однако ненадолго…       Новый дверной звонок и девочка, отошедшая от недавнего, спешит открывать. Ее встречает улыбающийся Азриэль, который в тот же миг с разбега обнимает свою сводную сестренку, так крепко и тепло, что Фриск ненароком тоже улыбается, а недавние мысли уходят на задний план. — Фрииииск, я так скучал!       За ним вошел, улыбаясь, Азгор, полностью развеяв осадок, что тлелся на душе скелета. Вскоре комната наполнена была наполнена задорным смехом, плохими шутками и восклицательными возгласами. Чара же слушая их, оседает на пол, ложа руку на свое горячие бьющееся сердце, а на губах скользит искренняя теплая улыбка.       А когда выходит из ванной, то все оборачиваются на нее. Чара смущенно отводит взгляд, пытаясь совладать со своими мыслями, но теплая рука Ториэль сметает ее грусть, заставляя ее улыбнуться. Азриэль с Фриск подбегают к девушке и задорно смотрят в ее глаза, а затем тянут ко всем остальным. И Чара чувствует, как сильно бьется ее сердце, что готово выпрыгнуть в тот же миг, а Санс наблюдавший за всем этим лишь прикрывает свои глазницы, оставаясь наедине со своими мыслями.