Crying demon

      Санс услышав крик маленькой девочки, поспешил использовать свою магию, чтобы остановить малышку, окрашивая ее душу в синий. Потянув на себя, он смог поднять Чару на ноги, а затем облегченно выдохнул. — Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает он.       Девушка вздрагивает, а затем опускает свой взгляд, рассматривая глубокие порезы руки. Санс опускается на колени и поднимает несколько осколков от стеклянной посуды. Подумать только, что когда он зашел на кухню, то у его подруги случился приступ. Она что-то судорожно нашептывала себе под нос, металась из угла в угол, а когда он спросил в порядке ли она, то она вздрогнула и как ошпаренная начала пятиться от него, роняя на пол несколько тарелок. Поскользнувшись на мокрых осколках, девушка начала падать, благо он был рядом и успел ее поймать.       Парень смотрит на выход и отменяет заклятие, впуская в помещение Рэй. Она метает молнии в него, когда замечает в его руках стекло, то на нее надвигается приступ злости, которая мгновенно переходит в гнев с оттенками ярости. — Что. Ты. Сделал?! — в бешенстве произнесла она.       Чара вновь вздрагивает, а на глазах выступают слезы. Она кидается обнимать малютку, совсем не замечая скелета рядом. Ей было стыдно перед ним за то, что он увидел. Девушке больно. Она не может нормально спать в последнее время из-за кошмаров, но больше всего ее пугал голос, который звал ее, вызывал галлюцинации. Чара плачет, но с легкой улыбкой на устах, а Рэй не понимает того, что происходит. Она сходит с ума.       Санс поднял все осколки и поспешил их выбросить. Все же он был удивлен, когда увидел ее с ужасом в глазах. Но ведь она сама его позвала, чтобы что-то рассказать. Однако тогда почему увидев его, Чара была в панике? Странно. Что-то явно не сходится.       Покинув кухню, он чуть не столкнулся к королевским сыном. Азриэль выглядел растеряно, а в глазах так и плескалось удивление. На его немой вопрос, Санс лишь пожал плечами. Когда принц увидел обнимающихся Рэй и Чару, то от души отлегло. Все хорошо — это главное.       Но это только с виду так было.       Все взволнованно смотрели на скелета, который лишь отшучивался тем, что он видимо слишком страшный, и испугал этим ребенка. Он умалчивал многое, но никто не пытался разгадать, что именно. Фриск пару раз бросала в него удивленные взгляды, но не решалась задать мучающий ее вопрос.       Вскоре на пороге комнаты показалась Чара, а затем и Рэй. Санс же в тот миг прекратил шутить. Он перевел взгляд с девушки, на девочку, а затем пару раз моргнул, чтобы удостовериться в своих предположениях.       Выдохнув, он покачал головой. Если так и продолжиться, то этот ребенок будет не в лучшем свете. Однако почему это должно его волновать? Наверное, потому что он не хочет, чтобы вспыхнул конфликт в такой прекрасный день.       Парень вздыхает и когда замечает, что Чара отошла, поспешил к маленькой девочке. В каждый его шаг ее взгляд все больше менялся в гримасе отвращения, но Санс не замечал этого, шел вперед, решительно не сбавляя темп. Рэй попятилась назад, и хотела было уже уйти, но крепкая хватка скелета препятствовала этому. — Может, поговорим? — Нам не о чем разговаривать, после всего того, что ты натворил! — прошипела она и резко отвернулась, показывая все свое нежелание. Скелет слегка улыбается, а затем задумчиво произносит: — И все же я думаю, что нам есть о чем поговорить. Давай так: мы поговорим, а потом я тебя оставлю в покое? — Пф…       Рэй уже не хочет его слышать. Его голос сильно давит на перепонки. И также раздражает, бесит каждую клеточку тела. Однако уйти ей не дает мертвая хватка скелета. — Может, ты отпустишь меня? Раздражаешь! — Неа, — он кивнул к удивленным взглядам окружающих, а затем потащил девочку в сторону. — Нам стоит это обсудить.       Чара пыталась к ним подойти, но ей преградили дорогу. Фриск взяла ее за руку и нежно улыбнулась. На немой вопрос красноглазой, она помотала головой. — Оставь их. Санс знает, что делает.       Легкая улыбка кареглазой девушки вселила некую надежду Чаре. Она выдыхает, а затем кивает. Тяжесть на сердце едва спадает, но осадок остается. Фриск ее ведет к шумной компании, хочет облегчить ее смуту на душе, и она едва улыбается на это. « — Не обманывай себя, хватит убегать!»       Холодный голос, словно сталь, все также мозолил уши, девушка слегка морщится, но мотает головой, когда замечает удивленные карие глаза на себе. — Все в порядке… « — Мы должны встретиться, если ты хочешь узнать правду!»

***

      Они остановились возле какой-то комнаты. Рэй пытается вырваться, шепчет ругательства, которые превращаются в крики. Она боится, ведь не знает, что твориться в голове у этого чертова скелета, который совсем недавно покушался на жизнь ее сестры. Однако она все скрывала под маской ненависти и злости. Но от Санса не спрячешь истинные эмоции и желания. — Может, ты прекратишь брыкаться? — Может, ты отпустишь меня?! — Неа, пока мы не поговорим… — Говорю же, что нам не о чем… — Или же есть о чем? Послушай, я ничего тебе не сделаю. Мы просто поговорим. После него я отпущу тебя и больше не потревожу. — И Чару? — Что?       Он был явно удивлен такому повороту событий, однако все же принял это. Она явно не дает ему нормально общаться с малой в любом случае, ведь их первая встреча была явно ужасной. Ему было неловко и стыдно за тот поступок, и он не винил ее за это, однако он не мог извиниться. Просто не потому, что это сложно, просто что-то его останавливало от этого. И ему вновь приходится плыть по течению. — Оставь меня и Чару в покое — это мое условие.       И все же он не ослышался. На самом деле ей было неинтересно слушать его и бессмысленный предстоящий разговор. Но безопасность ее сестры была очень важна для нее, поэтому можно было и поиграть в героя. Скелет глухо выдыхает. После всего, он не сможет теперь вообще поговорить с Чарой — это угнетало. Но все же… — Хорошо, — он тяжело выдыхает. — Обещаешь? — Ну, мне другого выбора просто ты не даешь, малая.       На это Рэй хмурится и еще чуть-чуть и начнет злиться. — Окей-окей, я обещаю!       Девочка продолжает хмуриться, но выдыхает. Она ему не доверяет, но все же, Чара убеждала ее в том, что Санс несмотря на все, держит свои обещания. Что ж придется довериться ее словам, хотя не очень и хочется. — Так, и что ты хотел мне сказать?       Парень выдыхает и предлагает девочке ненадолго сесть. Рэй выдыхает, явно недовольной этой просьбой, но все же садиться на предложенный пуфик, который оказался очень даже мягким. Приятным на ощупь. — Хорошо. Итак, меня беспокоит твое поведение к окружающим. — Это все?       Девочка встает с пуфика и направляется обратно в гостиную, но его голос эхом проходится по коридору, заставляя ее остановиться. — Я понимаю, что именно я виноват в том, что ты мне не доверяешь, однако я не вижу смысла в том, чтобы ты отстранялась от других. Они хорошие ребята. Ты же сама это понимаешь. Тогда почему ты пытаешься их избегать? Убегать — не имеет смысла. — Ты, — презренно шепчет она и оборачивается в его сторону. — Ничего не понимаешь! — Именно. Хех, я не понимаю. Вообще ничего. Это забавно звучит. Твои глаза говорят о том, что я задел тебя. — Он замечает, как тяжело она дышит, — но знаешь, ты можешь меня ненавидеть и презирать. Ничего не имею против, но думаю, что тебе стоит дать другим шанс. И я уверен, что это окупиться. — Ты… — шипит она, словно яд пронизывает ее голос. — Никому нелегко сейчас. Никто не хочет видеть тебя печальной или грустной. Все беспокоятся за тебя, малая. Может, скажешь, почему? — Это тебя не должно касаться! И зачем мне тебе вообще что-либо говорить? Не вижу смысла! — холодно с презрением отвечает девочка, крепче сжимая руки в кулаки. — Тебе станет легче, поверь! Что тебя тревожит?       Она сильнее сжимает кулаки. Дыхание становится шатким, прерывистым. Рэй задыхается от негативных эмоций, накрывающих ее маленькое сердечко. Этот скелет. Да какого черта он лезет туда, куда не стоит?!       Ее глаза наполняются презрением. Он не имеет права вообще разговаривать с ней о таком!

***

      Фриск сидела рядом со своим сводным братом, и звонко смеялась и веселилась со своими друзьями, иногда что-то нашептывала ничего непонимающему Азриэлю. Они вспоминали многие нелепые моменты из прошлого, в которые попадала именинница, постепенно заливались звонким хохотом. Чара чувствовала себя несколько неуверенно в их компании, но мягко улыбалась со всеми, когда слушала что-то поистине забавное.       Однако в один момент все изменилось. Кареглазая посмотрела на девушку рядом с собой и в ее глазах блеснула неуверенность. Выдохнув, Фриск мягко произнесла. — Кстати, Чара, а какая твоя душа?       Все из присутствующих заинтересованно посмотрели на алоглазую, заставляя ту смутиться. Она не любила такое пристальное внимание, особенно, если их множества. — Что? Я не понимаю о чем ты, Фриск, — она мягко улыбается.       Кареглазая опускает взгляд и подносит руку перед собой. Вскоре она вспыхивает алым цветом, а над ладонью стало порхать алое сердечко. Фриск нежно улыбается, красному сердцу. Прошло немало времени с того, как она в последний раз видела его, но чувства все такие же незабываемые, как в первый раз. Чара сглатывает и с удивлением смотрит на сердце в ладонях именинницы. Теплое, яркое, заставляющее верить в то, что все будет хорошо, придавая уверенности. — Это… — Моя душа, — тихо заканчивает Фриск, слегка улыбаясь. — Душа — Решительности. — Она что-то шепчет и душа исчезает в легкой вспышке.       Алоглазая сглатывает, а затем чувствует легкую руку на своем плече. — Ты никогда не видела души? — увидев кивок, продолжила: — но ты бы хотела узнать цвет твоей души?       Что? бывают и другие души? Это было так интересно. Любопытно и завораживало до дрожи. Девушки улыбнулись друг другу, а монстры стоящие рядом переглянулись. Они и сами не против того, чтобы увидеть душу алоглазой девушки. Чара слегка кивает, а затем смущенно смотрит на Фриск. — Я помогу!       Девушка подносит свою руку к груди алоглазой, и выдыхает. Легкая вспышка и комната на секунду погружается во мрак и через секунду в руках у кареглазой вспыхивает сердце. Имеющую прозрачную основу с красными осколками поверх, которые кружились вокруг души под сдвиги, вызванными ошибками. Сердце само искажалось и рябило, а иногда был слышен тихий треск.       Все удивленно смотрели на душу в помехах, то на ее обладателя, а Чара тихо вскрикивает, хватаясь за голову. Ее тело дрожит от судорогов, а дыхание становится учащенным, глубоким, ломаным. Внезапная боль парализовала ее тело и девушка теряет сознание, не чувствуя ничего, кроме усталости и боли под обеспокоенные глаза окружающих.       Её душа горит, рябит, покрытая ошибками ломается в руках у именинницы — это последнее, что понимала девушка, теряя сознание. « — Не стоило этого делать.»