Львица

Рано утром, когда измученное переживаниями за отца сознание Анджелины находилось на границе между полусном и явью, за окном послышался хлопок аппарации. Этого хватило, чтобы юная девушка сбросила с себя всю сонную хмарь и вскочила с палочкой на изготовку, во дворе послышался грубый мужской голос, а Анджелина запоздало сообразила, что колдовать вне Хогвартса ей запрещено ещё пару недель. Она отложила палочку на тумбу у двери спальни, дошла до коморки с разными инструментами, тихонечко взяла большой топор для заготовки дров, в простонародье называемый колуном, и покралась к заднему входу в дом. Именно в этот момент уставший аврор Джонсон выбрал, чтобы открыть дверь, реакция лучшей охотницы была достаточно быстрой, но слава Мерлину, не достаточной, чтобы приголубить родного отца по темечку. - Дочь, - устало проговорил он, словно ничего и не произошло, - отличная реакция. - Спасибо, папа, ты в порядке? Я не задела тебя? – пропищала напуганная Анджелина, широко распахнув глаза от ужаса. Топор торчал в стене, наглухо застряв почти по рукоять. - В порядке, в порядке, устал только. А скажи-ка мне, Ангелочек, что это за шкура на заднем дворе у нас сохнет? – вкрадчиво спросил глава их маленького семейства, взмахом палочки выдергивая топор из стены и леветируя тот обратно в кладовую. - Э, понимаешь, пап, - промямлила Анджелина, зардевшись ушками на это папино «Ангелочек». – я вот тут запасы делала. - Запасы - это хорошо, но, дочь, если не ошибаюсь это кроммионская свинья, где ты могла с ней повстречаться? - В Запретном лесу, за травками для зелий ходила. – промямлила дочь давно заготовленную отмазку, что-то подсказывало, что пока рано говорить отцу, о столь нестандартном для министерского служащего доходе, к тому же, некоторые книги из тех тайников, точнее их хранение, гарантировали отдых в славном морском курорте под названием Азкабан. - И много собрала? - Не очень, но на запас необходимых зелий хватило. Будешь завтракать? - Буду конечно, - сказал Джонсон, по пути к кухне стягивая с себя пропахшую гарью алую аврорскую мантию. - Расскажешь, что там случилось? – спросила Энджи, споро занимаясь завтраком. Бекон из той самой свинки, яйца, фасоль, тушеные томаты, тосты, большущий кусок яблочного пирога с корицей и кружка крепкого черного чая: настоящий английский завтрак, и самое главное, все как любит отец. - Расскажу, дай только перекусить немного. – ответил отец, быстро расправляясь с завтраком. Когда первый голод был утолен, он продолжил говорить: - Сочувствующие Пожирателям смерти, надели свою униформу и разгромили лагерь, поиздевались над магглом-привратником и его семьей. Нет, милая, обошлось без жертв. Потом кто-то запустил в небо Черную метку и хулиганов разогнало словно ветром. - А почему так долго-то? - Тушили лагерь, приводили в порядок пострадавших, составляли опись испорченного имущества – обычная рутина. Сама же знаешь, что все ждут от Министерства действий. Вот и совершали эту видимость. - А черную метку не известно кто наколдовал? - С палочкой, которая выпустила заклинание нашли домовуху Краучей, предположение сначала пало на неё. - Ничего ж себе, - присвистнула девушка. - Но не это самая главная новость, представляешь, палочка принадлежала Гарри Поттеру. - А что Гарри? – в шоке уставившись на отца спросила Энджи. - А он лопух, который даже не следит за своим главным инструментом, в суматохе у него её кто-то стащил, в итоге отпустили всех причастных. Крауч сразу же вручил домовухе одежду. Подружка Поттера чуть не разрыдалась на такую несправедливость. Ты там за ней пригляди в Хогвартсе, натворит ещё дел, я таких знаю, им только дай справедливость причинять. – ворчливо сказал он, потягиваясь и следом откусывая большой кусок от пирога. - Кстати, пока не забыла. Пап, я тут хотела на себя взять одного эльфа, мне совсем скоро будет 17. Потоки стабилизируются, ты же сам сказал, что после совершеннолетия можно. Ты ведь не против? - Не против, но не больше одного, двух эльфов ты пока не потянешь. Второго, если понадобиться, возьмешь после 21 года. - И еще, папа, у меня есть несколько новостей, все хорошие, ты не думай. - Говори. – напрягся отец, откладывая пирог и мягким движением стряхивая на тарелку крошки с ладони. - Меня назначили старостой Гриффиндора и капитаном нашей команды по квиддичу. – выпалила она быстренько. Отец глубоко вздохнул, потом встал походил вдоль кухонного стола. А потом вдруг широко улыбнулся, подскочил к дочери и, как в детстве обнял так, что ребра захрустели, чуть подбросив в воздух. - Ну, папа, я же тяжелая! – пискнула девушка в притворном негодовании. Ей до ужаса нравилось, когда отец вот так вот её обнимал, жаль, что это было очень редко. - Я горжусь тобой, Ангелочек, это определенно надо отпраздновать. Диггори, который Амос, помнишь его, он работает начальником департамента за контролем и популяцией магических существ, мне всю плешь проел, как он гордиться своим сыном, что его назначили старостой Хаффлпаффа. Теперь-то я ему нос утру. Ты молодец! Что бы ты хотела? - Давай съездим только вдвоем на море, с палаткой, куда-нибудь в Дувр, хоть на парочку деньков, пожалуйста, пап? - Отличная идея, прям сегодня напишу заявление на небольшой отпуск, недельку думаю мне выдадут. Дочь, ты собралась на море, но пока мне не сказала, что там у тебя с СОВами? Результаты должны были прийти с назначениями. - Ну ничегошеньки от вас не скроешь, сэр, старший аврор, сэр! – хохоча сказала Анджелина, уворачиваясь от подзатыльника кухонным полотенцем и выбегая в свою спальню за заветным письмом. – Вот, только, пап, не расстраивайся пожалуйста, я немного не дотянула зелья. А все остальное вроде вполне ожидаемо. - Ну-ка поглядим, - сказал отец, вчитываясь в результаты. – Ха, тут ты младшего Диггори точно обошла, да и Дэвису нос утерла, уж этот сноб мне проклевал всю плешь. «Роджер то, Роджер это…» тьфу. Надо же почти отличница ты у меня! - От прорицаний я в этом году откажусь. И еще, пап, я тут подумала. - Хочешь новую метлу, не вопрос, Молнию не обещаю, но на Нимбус наберем. - Нет, пап, я не об этом, хотя от новенькой метлы я бы не отказалась, после прошлогоднего инцидента тот Чистомет, что ты прислал взамен моего погибшего Нимбуса, немного кренится на виражах. - сказала Анджелина, пожевав губы, - я хотела сказать, что я не хочу идти в аврорат, прости. – выпалила она. - А чего же ты хочешь? - Писать живые картины, я тут немного потренировалась, и в итоге исполнила первый заказ. Мадам Бэгшот, что живет через два дома, заказала свой прижизненный портрет. Хочешь посмотреть? - Конечно. – сказал чуть задумавшийся отец, - неси. Анджелина сбегала за одним из холстов почтенной старушки и продемонстрировала отцу. - Вот. Что скажешь? - Очень похоже. - Ну, пааап, я не об этом спросила. - Я дам тебе ответ позднее, а сейчас я схожу поменяю одежду и отправлюсь в аврорат, напишу заявление на отпуск, да и дела надо подбить. Отец ушел, и вроде бы не ругался, однако, чувство, что она предала своего самого родного человека потихоньку начало разъедать Анджелину. В самых мрачных мыслях она пошла будить подруг и провожать их по домам. Накормив тех завтраком и проводив камином, Анджелина решила прочесть пришедший «пророк», девушка разглядывала первую полосу с большой черно-белой фотографией Черной метки, что зловеще мерцала над сожжённым палаточным городком. «Если испуганные волшебники и колдуньи, которые, затаив дыхание, ожидали новостей у опушки леса и надеялись на какие-то разъяснения со стороны Министерства магии, то их постигло жестокое разочарование. Официальный представитель Министерства, подошедший некоторое время спустя после появления Черной Метки, ограничился голословным утверждением, что никто не пострадал, и от дальнейших комментариев отказался. Достаточно ли подобного заявления для того, чтобы пресечь слухи о нескольких телах, вынесенных из леса часом позже, покажет время». Прочла она отрывок из эпистолы Риты Скитер. Мерзкая баба, раздула сенсацию, облив помоями всех включая Министра. Настроение совсем упало, да еще и отца после такой статьи со службы точно не отпустят. Анджелина, как в воду глядела, всю следующую неделю отец появлялся дома ровно на столько, чтобы переодеться, выпить зелий и плотно поесть. Словно и не было Чемпионата, и подготовка мероприятия продолжалась полным ходом. Девушке только и оставалось что: готовить летнее домашнее задание, собирать запасы к зиме и вести переписку с друзьями и подругами, несколько раз ей присылал письма Гарри. Еще через неделю ей пришло письмо от мадам Марчбенкс, в котором председатель экзаменационной комиссии спрашивала о времени, когда юной леди удобно написать её прижизненный портрет. Сказать по правде, Анджелина была в шоке от подобной просьбы, ведь эта дама воистину была непростая. Ей еще предстояло сдавать ЖАБА, не хотелось бы ударить в грязь лицом. Конечно же, Анджелина согласилась, и даже не ради гонорара в 1000 галеонов, предложенного за работу и материалы, а больше ради приобретения опыта и навыков рисования, на взгляд Анджелины не достаточно развитых. Видимо перфекционизм перешел к ней из прошлой жизни. До конца каникул кроме написания портрета Гризельды Марчбенкс ничего примечательного не произошло, отец так уставал на работе, что Анджелина радовалась, его домашним ночевкам. Ни о каких совместных каникулах речи не было. Вечером тридцать первого августа Анджелина приготовила праздничный ужин, на котором чуть заранее отец поздравил её наступающим совершеннолетием, все же подарив ей Молнию (это же такие деньжищи!) и несколько дорогих защитных амулетов. Ужин прошел тихо и спокойно, и Джонсоны разошлись по спальням, чтобы пораньше встать на следующий день и без спешки собраться на вокзал. Раннее утро первого сентября выдалось мрачным и пасмурным, все говорило о том, что скоро начнется дождь. Анджелина, которая заранее собрала все свои вещи: сундук с библиотекой и мастерской, сумку с гардеробом, сейчас собирала обед на всех первокурсников, она еще помнила, что есть в поезде очень хотелось и многие малыши не подумают о том, чтобы взять перекус с собой (постарше детишки должны были уже знать что в поезде кроме сладкого не было еды), в общем, она готовила сейчас пятьдесят комплексных обедов с сэндвичами и какао, цифра пятьдесят была взята наобум, ведь старостам никто не сообщил о точном числе поступающих. Осталось дождаться пока проснется отец, трансфигурирует из листочков бумаги бутыли для напитков, покормить его завтраком и можно выдвигаться. Надо сказать, что Анджелина сильно волновалась, ведь она впервые ехала в Хогвартс в почетной должности старосты, и хоть Перси Уизли испохабил эту должность своим напускным чванством и мало результативным снобизмом, девушка верила, что сможет исправить отношение гриффиндорцев на более приемлемое на её взгляд. За завтраком отец огорошил её новостью, что подыскивает ей контракт на помолвку. - Папа, и кого же ты присматриваешь мне? – спросила оглушенная такой новостью Анджелина. - Руфус Скримджер будет тебе отличной партией. - Отец, как ты.. – возмутилась девушка, ей не хватало слов. – Ни за что! Я не пойду замуж за старого солдафона! - Я должен быть уверен, что ты будешь в безопасности. - Нет, папа, я не пойду замуж, тем более, что я планировала получать мастерство по двум направлениям: чары и артефакторика. Мне совсем не до замужества. Обещай, что подождешь с выбором жениха для меня, по крайней мере, до получения мастерства по чарам! – повысила на своего отца голос девушка. - Ладно, - после тягостного молчания сказал он, тяжело вздохнув, - ладно, тогда уговор: до окончания Хогвартса ты получишь хотя бы одно мастерство, и вольна будешь распоряжаться своим матримониальным положением как пожелаешь, но внуков ты мне обеспечишь. Я не желаю, чтобы наш род прервался. - Хорошо. - Вот и ладно, дочь. – хитро улыбнулся Джонсон, - Что там у тебя надо сделать? - Это не по-гриффиндорски, папа, - вновь возмутилась девушка, протягивая папе стопку бумажек для трансфигурации бутылей, она поняла, что попалась в ловушку своих обещаний. На что Руперт только рассмеялся: - Ха, вы молодые думаете, что самые умные, однако, давай к делу что там тебе надо сделать? Ты собралась, метлу не забыла? Закончив последние приготовления семья Джонсонов аппарировала на вокзал, а там во всю шел дождь, да такой сильный, что не видно было других провожающих, за стеной дождя с трудом угадывался красный паровоз «Хогвартс-экспресс» - Удачного семестра, Ангелочек, увидимся на Рождество, если захочешь конечно! - Кончено захочу, пап, что за вопросы такие? - Посмотрим. Иди уже, как бы не заболела под таким-то дождем. Девушка поспешила попрощаться с отцом, крепко обняла его и забралась в вагон старост, утягивая за собой багаж. С упоением достав волшебную палочку, девушка разместила на полке свой сундук, наколдовала чары сухости и тепла. Вскоре в вагон старост начали заходить и другие ребята, вот вошел Ричард Эклз, невзрачный паренек больше похожий на бледную моль, свеженазначенный староста Гриффиндора от мальчиков. Надо сказать, что Дик был старательным мальчиком, с таким подходом к жизни было совсем не понятно, что тот делал на Гриффиндоре, но похоже эта черта привела его к определенному успеху. Седрик Диггори, Роджер Дэвис, Кассиус Уоррингтон (гадкий слизеринец) прошли в вагон друг за другом. И совсем скоро все старосты собрались и начали своё первое в этом году собрание. К тому моменту как все организационные вопросы были решены поезд набрал полный ход и распределив сектора по дежурству в вагонах старосты разошлись на патрулирование, Анджелина взяла на себя первокурсников, чему все без исключения были рады. Прихватив с собой сумку с обедом, девушка пошла в вагон к малышам. Дождь струями змеился по оконному стеклу, так что видно ничего не было. Маленькие маги на платформе сильно промокли, потому помимо обеда Анджелина просушила всех будущих первачков, не забыв также про волосы и обувь. Сытые ребята завалили старосту вопросами, и до самого приезда Анджелина рассказывала о Хогвартсе, факультетах, квиддиче, прошедшем Чемпионате мира и разных магпрофессиях. Пару раз в вагон малышей заглядывали другие старосты, но увидев мирную беседу, сразу же уходили. Почти с каждым ребенком Анджелина познакомилась лично, тут был и Деннис Криви, брат факультетского фотографа Колина, молчаливый мальчишка Бэддок, явный будущий слизеринец. Одного Анджелина не знала, что еще в первой половине дня находчивые старосты, видя столь занимательную картинку, дали ей милое прозвище – «мама Эндж». Вообще, Анджелина зря волновалась, дежурство с первокурсниками прошло очень хорошо, поезд как раз прибывал к станции, когда одна крошеная девочка попросила Анджелину не уходить. - Эй, ну вы чего все будет хорошо, а сейчас всем нужно переодеться, девочки – направо, мальчики - налево, - сказала она успокаивающе, наколдовав ширму посередине вагона и оставаясь на девчачьей стороне. Лишь только двери поезда отворились, в небе грянул гром. Выходя из вагона, Анджелина наколдовала большой зонт, чтобы все малыши могли под ним укрыться. Ливень был так силен, что недогадливые школяры склоняли головы и зажмуривались, струи стояли стеной и били с таким неистовством, будто над головами кто-то непрерывно опрокидывал бессчетное количество ведер с ледяной водой. А бедным малышам сейчас придётся плыть через озеро. Посчитав всех по головам, девушка наколдовала каждому по небольшому зонту, сказав, что они могут оставить их на пирсе как приплывут, а сама поспешила к последней карете, в которой её дожидались Седрик, Роджер и Дик. - Ну и погодка, надеюсь первачки доберутся без проблем, - сказала она, запрыгивая на подножку и одновременно развеивая свой большущий зонт. Мальчишки рассматривали Энджи во все глаза, ну правильно, пока она возилась с детишками, вся промокла, и сейчас школьная форма обтянула тонкий девичий силуэт. Девушке оставалось только закатить глаза и молча просушить себя, в ожидании прибытия экипажа, усердно не замечать обращенные на неё взгляды. Рискованно кренясь под резкими порывами ветра, кареты миновали ворота со статуями крылатых вепрей по бокам и заскрипели по длинной дороге к вершине холма. Когда их карета остановилась перед громадными парадными дверями резного дуба наверху каменной лестницы, небо перечеркнула вспышка молнии. Студенты, кто оказались впереди, уже торопились забежать в замок. Старосты тоже быстро поспешили в тепло. Первым, кого они увидели, войдя в замок, был мистер Филч, в руках он держал швабру, а губы смотрителя непрерывно шептали ругательства. - Мистер Филч, давайте мы вам поможем, - предложила Анджелина, заметив огромную лужу воды. И не дожидаясь ответа завхоза, девушка достала палочку и начала методично убирать грязь и лужи, удивительно, но трое других старост почти сразу отреагировали помощью, спустя мгновения от грязи в холле замка не осталось и следа. - Хорошего вечера, мистер Филч, - пожелали ребята под удивленным взглядом старого кастеляна и направились на праздничный пир. Большой зал был, как всегда, великолепен и подготовлен для традиционного банкета по случаю начала семестра. Золотые кубки и тарелки мерцали в свете тысяч свечей, плавающих в воздухе над приборами. За четырьмя длинными столами факультетов расселись студенты, оживленно переговариваясь; на возвышении, по одну сторону пятого стола, лицом к ученикам, сидели преподаватели. Здесь, в зале, было гораздо теплее. Ребята разошлись по своим столам, Анджелина села так, чтобы потом быстро собрать рядом с собой первачков и извиняюще улыбнувшись подругам, рядом с ней уселся Ричард. Девушка посмотрела на потолок, тот, благодаря колдовству, отображал все то, что в самом деле происходило в небе, и никогда еще он не казался ей таким хмурым. Там клубились черные и фиолетовые тучи, и вместе с ударами грома снаружи по потолку ветвились огненно-белые молнии. Тут двери Большого зала отворились и воцарилась тишина. Профессор МакГонагалл провела длинную цепочку первогодков на возвышенную часть зала. Надо сказать, что, несмотря на настоящее ненастье на улице, большинство студентов выглядело сейчас намного хуже, нежели первокурсники, которые плыли через озеро, единственный, кто был с головы до пят мокрым это тот непоседливый мальчишка Дэннис. Первачки ежились от волнения, выстроившись шеренгой вдоль преподавательского стола лицом к остальной школе, все, кроме самого маленького мальчика, закутанного в огромное кротовое пальто Хагрида. Пальто было ему настолько велико, что казалось, он выглядывает из черного мехового шатра. Его острое личико, высунувшееся из воротника, было болезненно-взволнованным. Встав в ряд со своими отчаянно нервничающими товарищами, он поймал взгляд Колина Криви, выставил два больших пальца и свистящим шепотом произнес: «Я упал в озеро!» Он явно этим гордился. Анджелина закатила глаза, ну конечно же, что ещё могло произойти с Деннисом Криви, непоседливым и вертлявым мальчуганом. Профессор МакГонагалл выставила перед первокурсниками трехногую табуретку и водрузила на нее необычайно старую, грязную, заплатанную Волшебную шляпу. К ней были прикованы взгляды всего зала. В наступившем молчании у самых ее полей открылась широкая щель наподобие рта, и Шляпа запела. Когда Волшебная Шляпа закончила петь, весь Большой зал грянул аплодисментами. Профессор МакГонагалл уже разворачивала длинный свиток пергамента. - Когда я назову ваше имя, вы надеваете Шляпу и садитесь на табурет, - обратилась она к новичкам. - Когда Шляпа назовет ваш факультет, вы встаете и идете за соответствующий стол. - Акерли, Стюарт! Вперед выступил мальчик, явственно дрожащий с головы до пят, взял Волшебную шляпу, надел и сел на табуретку. - РЕЙВЕНКЛО! - объявила Шляпа. Стюарт Акерли снял Шляпу и поспешил к своему месту за рейвенкловским столом, где все приветствовали его аплодисментами. - Бэддок, Малькольм! - СЛИЗЕРИН! Стол в противоположном конце холла забурлил от восторга. Всё, как и предполагала Анджелина. - Брэнстоун, Элеонора! – вперед вышла та самая малышка, что просила не бросать их перед распределением. - ХАФФЛПАФФ! - Колдуэл, Оуэн! - ХАФФЛПАФФ! - Криви, Дэннис! Крошка Дэннис Криви двинулся вперед, путаясь в хагридовой шубе, тут, кстати, и сам Хагрид, пытаясь ступать как можно осторожнее, боком протиснулся в зал через дверь позади преподавательского стола. Анджелина наблюдала как Дэннис Криви надевает Волшебную шляпу и малодушно мечтала, чтобы этот непоседливый мальчуган распределился куда-нибудь в Хаффлпафф. Отверстие над полями раскрылось, и... - ГРИФФИНДОР! - произнесла Шляпа свой вердикт. - Колин, я поступил! Энджи я гриффиндорец! - пронзительно закричал он, падая на свободное место рядом со своим братом, что сидел неподалеку от Анджелины. - Это замечательно! А меня кто-то схватил в воде и забросил обратно в лодку! - Здорово! - не менее возбужденно воскликнул Колин. – Скорее всего, это был гигантский кальмар, Дэннис! - Ого! - восхитился Дэннис, похоже, в самых смелых мечтах он и не надеялся на такое приключение, во время шторма упасть в бушующее бездонное озеро и затем быть поднятым оттуда громадным морским чудовищем. - Дэннис! Дэннис! Видишь вон того мальчика? Того, с черными волосами и в очках? Видишь его? Знаешь, кто это, Деннис? Гарри торопливо отвернулся и принялся старательно наблюдать, как Шляпа разбирается с Эммой Доббс, на это Анджелина только злорадно похихикала и сказала: - Колин, это не вежливо, держи себя в руках хотя бы до окончания пира. И, нет, Деннис, скорее всего это были русалиды. Большая колония этих существ живет в Черном озере. Колин покивал, но стал горячечно шептать что-то на ухо своему младшему братишке. Распределение продолжалось. Мальчики и девочки, с большим или меньшим страхом на лицах, один за другим подходили к трехногой табуретке; очередь сокращалась медленно, и пока что профессор МакГонагалл перебралась через букву «О». - Причард, Грэхэм! - СЛИЗЕРИН! - Квирк, Орла! - РЕЙВЕНКЛО! И, наконец, на «Уитби, Кевин!» («ХАФФЛПАФФ!») распределение завершилось. Профессор МакГонагалл унесла и Шляпу, и табуретку. Поднялся профессор Дамблдор. Он улыбнулся всем студентам, приветственно раскинув руки. - Скажу вам только одно, - произнес он, и его звучный голос эхом прокатился по всему залу. – Ешьте! Сразу же стоявшие перед студентами блюда волшебным образом наполнились разными деликатесами. Анджелина зорко следила за всеми гриффиндорскими первокурсниками, чтобы те обязательно поели полноценный ужин, а не только набивали свои животы всякими вредностями. Со стороны, где сидел Гарри с друзьями, донеслись возмущенные вопли Гермионы про рабский труд эльфов и всякое такое равноправие. Анджелина только закатила глаза, похоже, что в этом году она не раз будет проделывать этот жест. Отец был прав, надо будет обязательно потолковать с Грейнджер на тему спасения всяких убогих. Внезапно грянул оглушительный громовой раскат и двери Большого зала с грохотом распахнулись. На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох и закутанный в черный дорожный плащ. Все головы в зале повернулись к незнакомцу, неожиданно освещенный вспышкой молнии, он откинул капюшон, тряхнул гривой потемневших от влаги седых волос и пошел к преподавательскому столу. Глухое клацанье отдавалось по всему залу при каждом его шаге. Незнакомец приблизился к профессорскому подиуму и прохромал к Дамблдору. Еще одна молния озарила потолок. Вспышка резко высветила черты лица пришельца. Таких лиц редко где можно было видеть. Оно словно было вырезано из изъеденного ветрами дерева скульптором, имевшим довольно смутное представление о том, как должно выглядеть человеческое лицо, и вдобавок скверно владевшего резцом. Каждый дюйм кожи был испещрен рубцами, рот выглядел просто как косой разрез, а изрядная часть носа отсутствовала. Но самая жуть была в глазах. Один был маленьким, темным и блестящим. Другой - большой, круглый как монета и ярко-голубой. Этот голубой глаз непрестанно двигался, не моргая, вращаясь вверх, вниз, из стороны в сторону, совершенно независимо от первого, нормального глаза, а кроме того, он временами полностью разворачивался, заглядывая куда-то внутрь головы, так что снаружи были видны лишь белки. «Аластор Муди, бывшей шеф папы», про себя с чувством серьезного опасения подумала Анджелина, по рассказам отца у этого мага были не все дома, чему этот псих может научить детей, она прекрасно представляла и буквально кожей ощутила, как испугались отставного аврора первокурсники. Незнакомый многим маг подошел к Дамблдору и протянул ему руку, так же, как и лицо, исполосованную шрамами. Директор пожал ее, негромко сказав при этом несколько слов, которые могли услышать только преподаватели. Похоже, он что-то спросил у вошедшего, тот неулыбчиво покачал головой и тоже вполголоса что-то ответил. Дамблдор кивнул и жестом пригласил его на свободное место по правую руку от себя. Незнакомец сел, отбросив с лица длинные сивые патлы, и пододвинул к себе тарелку с сосисками; поднял к тому что осталось от его носа и понюхал, после чего достал из кармана маленький нож, подцепил сосиску за конец и начал есть. Его нормальный глаз был устремлен на еду, но голубой без устали крутился в глазнице, озирая зал и студентов. - Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от темных искусств, - жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. - Профессор Аластор Муди. По обычаю, новых преподавателей приветствовали аплодисментами, но в этот раз никто из профессоров или студентов не захлопал, если не считать самого Дамблдора и Хагрида. Их удары ладонью о ладонь уныло прозвучали при всеобщем молчании и скоро затихли. Всех остальных, видимо, настолько поразило необычайное появление Муди, что они могли только смотреть на него. Грозный Глаз остался совершенно равнодушен к такому более чем прохладному приему. Не обращая внимания на стоящую перед ним кружку тыквенного сока, он снова полез в плащ, вынул плоскую походную флягу и сделал из нее порядочный глоток. Пока он пил, задрав локоть, его мантия на пару дюймов приподнялась над полом и студенты могли разглядеть часть точеной деревянной ноги, заканчивающейся когтистой лапой. Дамблдор вновь прокашлялся. - Как я и говорил, - он улыбнулся множеству студенческих лиц, все взоры которых были обращены к Грозному Глазу Муди. - В ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого еще не было в этом веке. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трех Волшебников. - Вы ШУТИТЕ! - оторопело произнес клоун Фред Уизли во весь голос, неожиданно разрядив то напряжение, которое охватило зал с самого появления Грозного Глаза. Все засмеялись, и даже Дамблдор понимающе хмыкнул. Анджелина закатила глаза, руки прямо-таки зачесались, чтобы треснуть этого идиота по сильнее чем-нибудь тяжелым по его дурацкой рыжей башке. - Я вовсе не шучу, мистер Уизли, - сказал директор. - Хотя, если уж вы заговорили на эту тему я этим летом слышал анекдот... словом, заходят однажды в бар тролль, ведьма и лепрекон... Профессор МакГонагалл многозначительно кашлянула. - Э-э-э... но, возможно, сейчас не время... н-да... - Дамблдор почесал кустистую бровь. – Так, о чем бишь я? Ах да, Турнир Трех Волшебников. Я тоже, думаю, некоторые из вас не имеют представления о том, что это за Турнир, а те, кто знают, надеюсь, простят меня за разъяснения, и пока могут занять свое внимание чем-нибудь другим. Итак, Турнир Трех Волшебников был основан примерно семьсот лет назад как товарищеское соревнование между тремя крупнейшими европейскими школами волшебства: Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трех магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодежью разных наций, и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить. За минувшие века было предпринято несколько попыток возродить Турнир, - продолжал Дамблдор, - но ни одну из них нельзя назвать удачной. Тем не менее наши Департаменты магического сотрудничества и магических игр и спорта пришли к выводу, что пришло время попробовать еще раз. Все лето мы упорно трудились над тем, чтобы в этот раз обеспечить условия, при которых ни один из чемпионов не подвергся бы смертельной опасности. Главы Шармбатона и Дурмстранга прибудут с окончательными списками претендентов в конце октября, и выборы чемпионов будут проходить на Хэллоуин. Беспристрастный судья решит, кто из студентов наиболее достоин соревноваться за Кубок Трех Волшебников, честь своей школы и персональный приз в тысячу галеонов. - Я хочу в этом участвовать! - прошипел на весь стол Фред Уизли, его лицо разгорелось энтузиазмом от перспективы такой славы и богатства. Он оказался далеко не единственным, кто, судя по всему, представил себя в роли хогвартского чемпиона. За столом каждого факультета были ребята, что с не меньшим восхищением уставились на Дамблдора или что-то с жаром шепчущих соседям. Но тут директор заговорил вновь, и зал опять умолк. - Я знаю, что каждый из вас горит желанием завоевать для Хогвартса Кубок Трех Волшебников, однако Главы участвующих школ совместно с Министерством магии договорились о возрастном ограничении для претендентов этого года. Лишь студенты в возрасте, я подчеркиваю это, семнадцати лет и старше получат разрешение выдвинуть свои кандидатуры на обсуждение. Это, - Дамблдор слегка повысил голос, поскольку после таких слов поднялся возмущенный ропот, близнецы Уизли, например, сразу рассвирепели, - признано необходимой мерой, поскольку задания Турнира по-прежнему остаются трудными и опасными, какие бы предосторожности мы ни предпринимали, и весьма маловероятно, чтобы студенты младше шестого и седьмого курсов сумели справиться с ними. Я лично прослежу за тем, чтобы никто из студентов моложе положенного возраста при помощи какого-нибудь трюка не подсунул нашему независимому судье свою кандидатуру для выборов чемпиона. - Его лучистые голубые глаза вспыхнули, скользнув по непокорным физиономиям Фреда и Джорджа. - Поэтому настоятельно прошу, не тратьте понапрасну время на выдвижение самих себя, если вам еще нет семнадцати. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга появятся здесь в конце октября и пробудут с нами большую часть этого года. Не сомневаюсь, что вы будете исключительно любезны с нашими зарубежными гостями все то время, что они проведут у нас и что от души поддержите хогвартского чемпиона, когда он или она будет выбран. А теперь, уже поздно, и я понимаю, насколько для вас всех важно явиться на завтрашние уроки бодрыми и отдохнувшими. Пора спать! Не теряйте времени! Дамблдор сел на место и заговорил с Грозным Глазом. С громким шумом и стуком ученики поднялись на ноги и неорганизованной толпой хлынули к дверям в холл. - Они не могут так поступить! - заявил Джордж Уизли, который не присоединился к людскому потоку в дверях, а остался стоять, с гневом глядя на Дамблдора. - Семнадцать нам исполняется в апреле, почему же нас лишают шанса? Слушать этого бестолкового клоуна сразу же наскучило Анджелине, подозвав к себе первокурсников, подцепив под локоток малыша Криви порывавшегося ускакать следом за старшим братом и вытащив из толпы Ричарда, она повела их за собой в гостиную, задав максимально обзорный маршрут по замку. Назвав пароль Анджелина и Ричард, провели первачков к камину, гул в факультетских спальнях говорил, что ребята обсуждают новости, произошедшие за летние каникулы, кроме того разбирают сундуки, раскладывая свои вещи, надо бы тоже проследить за тем как дети разложатся. Девушка сказала несколько ободряющих и поздравительных слов малышам, и, отправив Ричарда устраивать мальчиков, повела девочек занимать спальни. Расположив девочек, Анджелина спустилась в гостиную факультета, чтобы собрать квиддичистов и сочувствующих им, чтобы сделать несколько объявлений. Увы, в гостиную вернулись далеко не все студенты. Наконец, портрет развернулся, открыв проем в стене, в который и пробралась вся недостающая компания. - Гарри, Уизли, которые Фред и Джордж, останьтесь пожалуйста. – попросила она, поднимаясь из уютного кресла перед камином, Кэти и Алисия уже были тут. – у меня объявление. Дамболдор сказал, что в этом году чемпионата между факультетами по квиддичу не будет, однако, я не готова терять год спортивной формы. Я пойму, если вы не захотите тренироваться весь этот год в пустую, однако, должна заметить, что мне не хотелось бы терять наработанные Оливером техники. - Да ты что, Эндж, конечно мы будем тренироваться. – загомонила команда наперебой. - Прекрасно, я так же хотела бы сформировать дополнительный состав команды на случай чрезвычайных происшествий. Им тоже не плохо было бы сыграться с основным составам. Все ведь присутствующие были на Чемпионате мира? Ирландия показала восхитительную игру, нам есть к чему стремиться. - Да, ИРЛАНДИЯ ВПЕРЕД! – завопил прислушивающийся к спичу капитана Шеймус. Со всех сторон послышались одобрительные выкрики. - Гарри, - продолжила Анджелина, - ты сможешь повторить трюк Крама? Кроме того, учитывая тенденцию влезания тебя в неприятности тебе нужна не менее проворная замена. – обратилась она к Поттеру, на что тот чуть покраснел. – Тренировки будем проводить каждое воскресенье в обед, с МакГонагалл я договорюсь. Вопросы? Отлично, тогда добрых снов и не проспите завтрак. Гомонящие мальчишки отправились в свои спальни, весло переговариваясь, девушки остались же в гостиной, в том числе и как-то затесавшиеся в их компанию Грейнджер и Уизли младшая. Гермиона была очень хмурая, и с какой-то обреченной ненавистью смотрела в камин. - Гермиона, у тебя что-то случилось? – обратилась Анджелина к четверокурснице. Девушка в ответ что-то пробурчала про «рабский труд» и не прощаясь поднялась к себе в спальню. Анджелина только пожала плечами, тепло попрощалась со своими подругами и Джинни, и пошла разбирать свои вещи в спальню старосты Гриффиндора и спать. «Не просто быть старостой, ой, не просто», подумала она, чувствуя, как сильно измоталась за целый день с первокурсниками.