Аноним

      Суббота не предвещала для Хан Джиа ничего хорошего, ведь сегодня первой парой была биология, которую девушка терпеть не могла. И вовсе не из-за самого предмета, а из-за придирчивой учительницы, которая никогда не ставила ей «отлично». Шатенка преуспевала во всех предметах, кроме биологии, и это жутко расстраивало и злило её. — Мне кажется, ты сама в этом виновата, — поделился своими мыслями великий биолог Ким Сынмин, по совместительству одноклассник и лучший друг Джиа.       Да, Сынмин определённо умел поддерживать. Хан закатила глаза и положила голову на парту, закрываясь учебником как раз-таки по биологии. Она всегда так делала, и жест её значил «просто молчи». Ученики сидели в классе и ожидали начало пары. Учительницы всё ещё не было, что явно всех устраивало. Все радовались и тратили своё свободное время на веселье, и только Джиа продолжала жаловаться. — Нет, я серьёзно. Просто подумай. — Брюнет аккуратно убрал книгу с головы подруги и поставил обратно на место, заставляя её вернуться в исходное положение и раздражённо посмотреть на него. — В начале семестра ты отлично старалась. Учительница только начала задумываться о том, что ты правда трудишься, а ты перестала усердствовать, и теперь даже не открываешь учебник, а просто носишь в сумке. — Не открываю, потому что всё изучила, и я не вижу смысла повторять, — ответила та. — Просто прочитать недостаточно, надо ещё понять и запомнить. — Ну да, кто, если не ты, скажет такое. — Девушка хмуро отвернулась, снова падая лицом на парту и закрываясь учебником.       На такую сцену Ким просто цокнул, так как привык и наблюдал уже в тысячный раз.       К счастью для всего класса, в частности для Хан Джиа, учительница по биологии не пришла на пару по личным причинам, и утро началось хорошо. Девушка даже перестала хмуриться и обижаться на друга, быстро забыв про их ранний диалог. Она со спокойствием вздохнула, направляясь с другом в кабинет следующей пары. Единственной проблемой для девушки в субботу являлась биология, а последующие пары ничуть не волновали её. Наверное, именно поэтому оставшееся время пролетело с неземной скоростью. И теперь она была, наконец, свободно.       После пар Сынмин сразу же с ней попрощался, ссылаясь на какие-то дела. Джиа на это совсем не обиделась, так как у неё всё ещё были Феликс и Хёнджин для совместного времяпровождения. — Куда, говоришь, ушёл Феликс? — поинтересовалась девушка у старшеклассника, прислоняясь спиной ко стене. — Не знаю, — пожал плечами Хёнджин, что копался в телефоне. — Сказал, что у него крупные проблемы, и убежал. Тест по химии, наверное, завалил.       Девушка озадаченно нахмурила брови, размышляя о чём-то своём. Она никогда бы не могла подумать, что у блондина могут быть проблемы по предметам. Он не был отличником, но учился прилежно. Да и учителя очень уж любили этого улыбчивого иностранца.       Внезапно Хван раздражённо вздохнул и, поспешно убрав телефон в карманы чёрного бомбера, поднял голову, странно смотря на подругу. Почувствовав его взгляд, Джиа тоже посмотрела на него, но он не спешил отводить глаза, поэтому это сделала она сама. У Хван Хёнджина была странная привычка: он мог без причины заглядеться на что-то или на кого-то очень долго. К счастью, делал он это редко, или же Хан просто не замечала этого. Но сейчас… Взгляд парня был слишком проникновенным, отчего Джиа начала даже волноваться, думая, что, возможно, с её видом что-то не так. Но дело было далеко не в её виде. Заметив, как шатенка смотрит в сторону и неловко поправляет волосы, темноволосый усмехнулся и перестал мучить её, заговорив. — Джиа, как насчёт прогулки после пар? — начал тот. — Или в выходные. Как тебе удобно. — Обожаю прогулки! — повеселела девушка, в частности от того, что друг перестал молча глядеть на неё. — Сначала выждем Феликса, а потом отправимся куда хотим. Может, в кино?       Хван слегка улыбнулся из-за её ответа и опустил взгляд на пол, затем снова вернул свой взор на неё. — Нет, Джиа, я говорю о прогулке со мной. Без Феликса.       Девушка притихла на время, только теперь поняв его слова. Они гуляли только втроём. Всегда и везде. Но Хёнджин каждый раз отказывался от ночёвок, — и она до сих пор не понимает почему, — потому Джиа больше времени проводила с Феликсом, а не с ним. И пусть парень часто помогал Хан с биологией после пар, это всё ещё считалось учебным процессом. Стоит ведь уделять времени всем друзьям. Что мешает ей гулять только лишь с Хваном иногда? — Конечно, — искренне улыбнулась она, смотря на друга. — С удовольствием.       Феликс наконец-то пересдал неудачный тест по химии и не мог перестать блаженно вздыхать. Что может быть лучше, чем сдать все экзамены хорошо и знать, что имеешь право без зозрения совести веселиться с друзьями? Пожалуй, ничего. Светловолосый вышел из угла и вдалеке заметил о чём-то болтающих Хёнджина и Джиа. Темноволосый старшеклассник изогнул губы в завороженной улыбке, а девушка что-то увлечённо рассказывала ему. Хёнджин ответил ей короткой фразой, и внезапно подруга его слегка ударила по плечу, но тот лишь сильнее стал улыбаться. На такую картину австралиец лишь усмехнулся, стараясь дойти до друзей как можно быстрее и тоже подключиться к их беседе. Но в один момент на противоположной стороне появился рыжеволосый парень, который прошёл мимо тех двоих, одарив их злым взглядом. Не просто злым, в его глазах пылал огонь. Феликс проводил его недоуменным взглядом. — Кажется, у тебя появились поклонники, — внезапно начал Феликс, на что Джиа испуганно обернулась на него. — Я имею ввиду Хан Джисона. Ты знакома с ним?       Девушка сначала непонимающе уставилась на Ли, но затем проследила за его взглядом и увидела рыжую макушку уходящего парня. Вмиг она погрустнела, а бывалое хорошее настроение, которое поднялось благодаря шуточкам Хёнджина, снова упало.       Хван тоже заинтересованно взглянул на рыжеволосого, а после долго не отводил взгляд, до тех пор, пока тот не завернул за угол и не пропал из поля зрения. — Нет, — с досадой ответила шатенка после недолгой паузы. — На самом деле я часто замечаю, что он на тебя смотрит, — продолжал веснушчатый, когда они втроём стали идти куда-то; наверное, к шкафчикам на втором этаже. — Я всерьёз думаю, что у него какие-то чувства к тебе. — Не знаю, может быть, — лениво протянула подруга. — Джиа хочет в кино, — поспешил сменить тему Хёнджин. — Феликс, посмотри расписание кинопарков в интернете. — Кино! — радостно выдал Ли, сразу забывая о том, о чём говорил ранее, и достал из кармана брюк свой телефон.       После того, как Ли поделился своими догадками насчёт Хан Джисона, сама Джиа несколько поникла и замолчала, и Хван это заметил. Он не мог понять, в чём дело, но обещал себе, что обязательно заставит её улыбнуться сегодня.

***

      Парень лежал на зелёном диване в гостиной и задумчиво крутил в руке свой телефон. Когда ему наскучило, он перестал играться с вещью и разблокировал экран, чтобы снова проверить, не пришёл ли ответ на его сообщения. Хан Ты просил писать, если снова станет плохо       Ответного сообщения не было до сих пор. Джисон шумно вздохнул и отложил телефон в сторону, закрывая глаза и поудобнее устраиваясь на диване. Как же он устал. От школы. От бессмысленных разговоров с одноклассниками. От воспоминаний. Ото всего вообще. Ничего не хотелось делать. Хотелось просто лежать и не думать.       Рыжеволосый внезапно открыл глаза, когда услышал шум из прихожей. Это точно не родители. Джисон встал с места и принялся ожидать пришедшего, смотря в сторону дверей. Они открылись, и вскоре в комнате оказалась шатенка с плюшевой игрушкой в руках. Парень сморщился, увидев безделушку, и устремил взгляд на слегка испуганную девушку. — Где была? — Хриплый и серьёзный голос Джисона тревожил Джиа, но она старалась не подавать виду. — А почему спрашиваешь? — ответила она вопросом на вопрос, как ни в чём не бывало проходя дальше и снимая с себя куртку. — Ты же знаешь, что я каждый день гуляю с Феликсом и Хёнджином.       Девушка искоса взглянула на парня, пока тот не смотрел на неё, задумчиво глядя на пол. Сегодня он казался особенно раздражённым, и это не могло не беспокоить её. — Знаю, прекрасно знаю. И это плохо. — Почему? — резко возразила младшая Хан.       Обычно она старалась не перечить рыжеволосому, и просто делать вид, что соглашается с ним, чтобы не злить его и не нарываться на неприятности. Но сейчас речь шла о её друзьях, которые всё это время дарили ей безграничную поддержку и не давали грустить. Хотя поводов грустить было очень много. — Ты домой приходишь слишком поздно. Даже я оказываюсь дома раньше тебя. Знаешь, что будет, если родители узнают? — То есть сейчас это тебя волнует? — нахмурила брови шатенка, скрещивая руки на груди. — Надо же, вспомнил, что я твоя сестра. — Только не истери, — сдержанно ответил Джисон. — Это всё для твоего блага.       Джиа с горечью усмехнулась от его слов. — Ты говоришь, что это во благо, и именно поэтому скрываешь ото всех, что у тебя есть сестра, так? — стеклянными глазами злобно посмотрела девушка на брата. — Скажи, ты меня стесняешься? Я делаю что-то не так? Плохо учусь или некрасивая? — Совершенно тебя не касается, — отрезал тот спокойно. — Просто делай то, что я говорю.       Джиа поджала губы, сжимая в руках игрушку и неверяще глядя на брата, что с вызовом смотрел на неё, облокотившись о спинку дивана. Она без слов покинула гостиную, сворачивая в коридоре и направляясь в свою комнату. Она закрыла дверь на ключ и только тогда дала волю слезам, которые она так старалась сдержать во время разговора с братом. Хан быстро дошла до кровати и легла, полностью закрыв себя одеялом и начиная тихо плакать, чтобы никто не услышал. Спустя мгновения она всё же убрала одеяло, открывая лицо и первым делом замечая мягкую игрушку совсем рядом с собой. Это был милый плюшевый пингвинёнок, которого Хёнджин выиграл для неё в парке развлечений. Шатенка грустно улыбнулась, смотря на игрушку и воспроизведя в голове все радостные моменты сегодняшнего дня. Хван и Феликс ни на минуту не отходили от неё, постоянно показывая на милые вещички у прилавков и на новые аттракционы. День проходил так чудесно, и если бы не Хан Джисон… Шатенка начала плакать пуще прежнего от мыслей о нём, что навевали грусть и злобу.       Джисон устало протёр переносицу. Он хотел нормально поговорить с сестрой, мягко и гладко. Но получилось, как обычно. Возможно, он переборщил с серьёзностью? Но было поздно думать об этом, так как рыжеволосый, он уверен, уже обидел младшую Хан.       Он бы продолжал мучить себя своими размышлениями, как вдруг раздался звук оповещения телефона. Джисон заинтересованно взял в руки телефон и, разблокировав экран, первым делом увидел всплывшее уведомление о полученном сообщении. Бан Чан Встретимся завтра в восемь вечера на нашем месте. Приходи обязательно, буду ждать. Ты знаешь, что я не стал бы писать, если бы это не было действительно важно. Я позвал всех.       Хан на секунды задержал дыхание и тяжело вздохнул. Что ещё произошло, что аж Чан сам написал ему впервые за полгода? Должно быть, дело действительно срочное, и от этих мыслей парень напрягся ещё больше.       В это время Джиа стояла на балконе. Она встала на перила, держась за толстую трубу у стены многоэтажки и стараясь не смотреть вниз. Не так уж и высоко было расстояние от земли: она жила на втором этаже. Несмотря на это заглядывать вниз не хотелось от слова совсем, когда вокруг царила лишь кромешная темнота. Шатенка досчитала до трёх и вмиг прыгнула, оказываясь на большом дереве, что, к счастью, росло совсем рядышком. Она аккуратно начала спускаться, думая о том, как бы не навредить себе и своей одежде. Спустя несколько минут Хан уже могла чувствовать ногами землю. Облегчённо вздохнув, она ещё раз бросила грустный взгляд на окна своего дома, где ещё горел свет, и, вытирая слёзы, которые после снова катились по щекам, двинулась вперёд, куда глаза глядят.       Она проделывала это не раз. Каждый раз, когда родители ругались между собой или же ругали её саму, она не выдерживала и просто-напросто сбегала из дома, чтобы не слышать пропитанные ненавистью беседы и противно серьёзный тон голосов. Маленькая Джиа выросла, родители стали поздно возвращаться с работы, и человеком, из-за которого шатенка бежала из очага, стал её родной брат. Девушка поджала губы, стараясь сдержать очередной поток горячих слёз, и засунула руки в карманы лёгкой куртки. Она всегда подбадривала себя, говоря, что отношения у братьев и сестёр бывают разные. Необязательно, чтобы брат и сестра всегда показывали любовь друг к другу и заботились, не так ли? Иногда они скрывают существование своих родных, но по-прежнему… Любят? Но сейчас весь этот случай так запустился, что Джиа уже не знала, что думать о Джисоне. Она его искренне любила несмотря ни на что, а он? — Просто не думай ни о чём, — уговаривала себя она, смотря вниз и пиная камешки, попадавшиеся на пути. — Станет лучше, если отключишь мысли.       Она говорила себе многое, и сама же себя игнорировала, продолжая думать о недавно случившемся.       Сегодня была одна из таких ночей, когда Ли Минхо не мог исключить выпивку из списка обязательных вещей. Он держался. Он правда очень долго держался, но в один миг сорвался. Брюнет отказался от слишком многого, но слишком многое обратно легло на его плечи. Отказаться второй раз от ответственности было не в его принципах, поэтому он решал проблемы только одним проверенным путём — алкоголем. Ещё он любил гонять на скорости, когда у него выдавался тяжёлый день, но сегодня кое-что помешало ему насладиться пустыми дорогами и прохладным ветерком. — Какого чёрта… — тихо прошептал он, увидев человека в нескольких метрах от себя и в тот же час останавливая машину.       Он шокировано глядел на чуть ли не сбитую девушку. Ещё бы чуть-чуть, и от тяжёлых последствий было бы не избежать. Благо, парень не стал пить до беспамятства, как это обычно бывало. Минхо злостно захлопнул дверь машины, выходя из неё и быстро надвигаясь на глупую, как он посчитал, шатенку. — Что ты творишь? — повысил он голос сразу же, стараясь разглядеть лицо девушки. — Извините, не заметила, — быстро протараторила испуганная Джиа, быстро моргая и по-прежнему глядя куда-то вниз.       За своими мыслями Джиа даже не заметила, как вышла на дорогу, по которой навстречу ей ехала машина на высокой скорости. — Почему не следишь за тем, куда ступаешь? — продолжал незнакомец ругаться, начиная слегка бесить и так раздражённую шатенку. — Я же извинилась, — сквозь зубы процедила она, наконец, взглянув в лицо водителя, который, на удивление, оказался молодым и даже симпатичным.       «А ворчит, прямо как старик», — пронеслось у неё в голове, пока она скептически рассматривала возмущённого парня перед собой.       Заметив у девушки красные глаза, Минхо немного успокоился, подумав, что она наверняка тоже прожила непростой денёк. Она задумчиво глядела куда-то в сторону, поэтому у парня появилась возможность получше её рассмотреть. С виду похожа ещё на школьницу. А время на часах уже близилось к полуночи. — Почему гуляешь одна? Уже ночь, опасно. — Кое-кто уже наглядно показал эту самую опасность, — намекая на их столкновение, ответила Джиа. — И можно без этой принципиальной заботы? Мы по-прежнему незнакомцы. — Она даже понятия не имела о том, почему до сих пор разговаривала с ним, а не ушла куда подальше, ведь он же тоже мог быть опасным человеком.       Девушка ещё раз оглядела его и сразу же опровергнула свою последнюю мысль. В его голосе было слишком много тревоги и волнения, а глаза были усталые. Вряд ли он собирался её похищать, к примеру, или ещё что-то. Каким-то необъяснимым образом незнакомый брюнет внушал доверия. — Ты сама вышла на дорогу, не смей меня обвинять. И что значит «принципиальная забота»? Тут ведь всякие бродят, и хорошо, что попался я, — прищурился он. — Тебя куда-то отвезти? Если завтра выйдут новости о том, что ночью убили молодую девушку, то я буду винить в этом себя. А я ненавижу винить себя, поэтому тебе лучше согласиться на предложение.       Джиа испуганно таращилась на брюнета. О чём это он говорит? Ночью ведь не так уж и опасно. Хотя обычно она сбегала раньше, чем наступала ночь, и доходила до дома друзей поздно вечером. Шатенка оглянулась по сторонам, отмечая у себя голове, что время шло с удивительной скоростью, и сейчас действительно была уже ночь. Она с минуту думала над словами брюнета. В здравом уме никто не согласился бы сесть в машину к незнакомцу ночью. Но место, куда собиралась Хан, было далеко. Мало ли, что могло случиться с ней по пути… — Радио включить? — спросил парень, бросив короткий взгляд рядом сидящей отчего-то недовольной девушке.       Не дождавшись ответа, Минхо просто пожал плечами и всё-таки включил радио, сразу же начиная двигать головой в разные стороны в такт играющей песне. Джиа на такое просто повернулась к нему, наблюдая за ним ещё несколько секунд, и заново отвернулась к окну, шумно вздыхая.       Она, в конце-концов, всё же села в его машину. Других вариантов у неё практически не было. Блуждать в холоде по улицам в поисках нужного дома не хотелось, да и обратно возвращаться домой тоже. Ей хотелось верить, что Минхо, как она узнала потом, был порядочным парнем, а в случае чего она всегда была наготове ударить его. Драться девушка не умела, но имела хорошие инстинкты.       Больше они не разговаривали, а ехали в тишине. Иногда Джиа говорила, куда поворачивать машину, и только. Ли поразился тому, что она знала куда ехать, но не знала название улицы или района. Но он не стал озвучивать свои мысли вслух, так как бывалая усталость вернулась, и он не имел желания беседовать с кем-то.       Они ехали очень долго. Девушка даже удивилась тому, что собиралась идти пешком. Минхо был прав, хорошо, что это он ей попался. Она бы сейчас, наверное, мёрзла бы где-то в одиночестве, если бы он не предложил подвезти.       Прошло какое-то время, и брюнет заметил, что едет по очень даже знакомому району. Он начал оглядывать дома вокруг, вспоминая, когда же он бывал здесь. Всё это было очень странно. — Можешь остановиться здесь, тут недалеко. — Голос Джиа прервал его размышления.       Шатенка поспешно вышла из машины, обрадованная из-за того, что Минхо всё-таки не оказался маньяком. Хан издалека уже видела друга, который топтался на месте из-за холода, смотря на небо и ожидая её, так как она уже оповестила его о том, что едет к нему. Девушка, улыбнувшись, уже была наготове тут же побежать к другу, но остановила себя, поворачиваясь назад к водителю. — Спасибо тебе, Минхо, — слегка улыбнулась она.       И пусть он всю дорогу тихо, как он сам думал, подпевал песням из радио, немного мешая девушке, но всё же он очень сильно помог ей. Хан Джиа благодарит и улыбается незнакомцу. Редкое зрелище. — Не благодари, я же просто «принципиально позаботился», — отшутился он, усмехнувшись.       На это Джиа просто безнадёжно покачала головой и наконец негромко хлопнула дверце. Брюнет решил простоять на месте ещё немного, чтобы убедиться, что она в безопасности дойдёт до дома. Он мог бы этого не делать, но он боялся нести груз совести, и неважно, что происходило с ним или с людьми вокруг. Он боялся чувства вины с некоторых пор. Именно поэтому он потратил на эту девушку целый час.       Минхо следил за тем, как девушка бежит к кому-то и крепко обнимает. Да так, что человек, ждавший её снаружи, покачнулся на месте, и его лица стало невидно. Вдруг улыбка сползла с лица брюнета, как только он узнал человека рядом с Джиа. Шатенка отошла от своего друга и, что-то сказав ему, двинулась к воротам. Рядом парень сделал то же самое, последовав за подругой.       Эти улицы были так знакомы Минхо, потому что тут он бывал бесчисленное количество раз раньше. Он никогда не обращал внимания вещам вокруг, но эти невысокие дома, раскрашенные заборы и вечно открытое звёздное небо сохранились в его памяти. Ким Сынмин жил на этой улице. Тот самый Сынмин, что вечно прогуливал уроки, чтобы погулять вместе с Минхо. Тот самый… — Неужели мир настолько тесен? — задал вопрос Минхо в пустоту с грустной усмешкой на лице.