Ни вдаль, ни вглубь

      Аборт назначили через семь недель. Страховая отказалась оплачивать процедуру до наступления десятой недели, а доктор сказал, что мой срок — максимум недели три. Это значило, что, как я и боялась, я забеременела в наш первый раз с Беном.       Бен сжал губы, пряча улыбку, когда мама окончательно рассвирепела. Она требовала назвать имя того, с кем я спала, и брат в итоге вывел ее из комнаты, обещая забрать меня на пару дней. Я смотрела в пол, а она плакала, умоляя его выяснить, кто «испортил» меня. Не знаю, хотела ли я аборта на самом деле, но, наверное, так будет лучше для всех.       Я находилась в полнейшем шоке. В голове был полный раздрай.       Как только мы переступили порог его квартиры, Бен подхватил меня на руки и крепко поцеловал. Целовал до тех пор, пока я не начала отбиваться, и тогда он со смехом закружил меня. Ну, хоть кто-то сегодня был счастлив.       Бен взъерошил волосы.       — У нас будет ребенок, — не отрывая от моего живота завороженного взгляда, он упал передо мной на колени и огромными ладонями обхватил мои бедра. — Идеально.       — Нет, — пробормотала я. — Мама заставит меня сделать аборт.       — Я все решу. Наш малыш никуда не денется, — покачал головой Бен и прижался щекой к моему животу. — Она больше ничего у меня не отнимет.       — Но… Но как я покажусь в школе?       Он улыбнулся, будто с далекой планеты.       — Я знаю, на кого мы это повесим. Наведаемся к маме в дом, как только она улетит.       Неверяще качая головой, я оттолкнула Бена.       — Ты единственный, с кем я спала!       — Я знаю, детка, поэтому нам важно, чтобы ты занялась сексом с кем-нибудь еще, тогда мы сможем свалить всю вину на него.       Что?..       Улыбка Бена исчезла, когда я отстранилась, глядя ему в глаза. Нет, я не собиралась заниматься сексом ни с кем другим! Я просто сделаю аборт и покончу с этой неразберихой. Затем расскажу маме о том, что делала с Беном. Нам пора остановиться. Я беременна.       — Ты меня пугаешь, — у меня губы задрожали. — Я не хочу этого делать, Бен.       Он встал и, качнув головой, развел руками.       — Тебе нечего бояться. Я все устрою. Если правда о нас выяснится, меня ждут большие проблемы. Мама не успокоится, пока не узнает, от кого ребенок, поэтому нам придется кого-нибудь найти.       — Я не хочу, — всхлипнула я. — Я не хочу это делать!       Не успела я убежать, чтобы разрыдаться в одиночестве, как Бен схватил меня за запястье и крепко сжал, не давая вырваться. Я закричала, потому что мне, черт подери, шестнадцать, я беременна, и я не хочу этого ребенка! Брат замурлыкал что-то утешающее мне в волосы и гладил меня, пока я не дала волю слезам. Пока не сдалась и не обняла его тоже.       Так мы и отправились в постель. Сначала просто лежали в молчании, потом Бен перестал сдерживаться. Он прильнул ко мне сзади, спустил с меня трусики и молча вошел. На заднем плане тихо работал телевизор, шуршали простыни, а наше дыхание казалось слишком громким. Бен провел большим пальцем по моей щеке, вытирая слезы.       — Ты прекрасна, — он приподнял меня, меняя угол, чтобы проникнуть глубже. — Не плачь.       Я только кивнула и шмыгнула носом. Он что-то проворковал и помог мне подсунуть подушку под бедра так, что теперь практически разлегся на мне. Бен скользнул ладонью по моей груди, потеребил сосок и улыбнулся мне в шею.       — Скоро у тебя будет молоко, — прошептал он, поглаживая сосок подушечкой большого пальца. — Моя хорошая девочка ждет нашего малыша.       Придерживая подушку, он ритмично задвигался, и вскоре я кончила, приглушенно охнув. Бен дотрагивался до моих сосков, пока на них не выступили капельки жидкости. Я неловко заерзала, и он приподнял меня, изогнувшись, чтобы достать до них губами. Постанывая, он начал массировать мою грудь.       Так продолжалось несколько минут, пока Бен с громким стоном не притиснулся ко мне, захрипев, безразличный к моим всхлипам. Мы оба переводили дыхание, когда на тумбочке зазвонил телефон. Бен ответил, коснувшись губами моей макушки.       — Привет, мам, — пробормотал он. — Ну да, был на пробежке. Рей задремала, — он потерся носом о мои волосы. — Счастливого полета. Позвони, когда доберешься.       Отключив звонок, брат со вздохом притянул меня, и мы проспали еще несколько часов.       Проснувшись, я решила освежиться под душем и принять что-нибудь от головной боли. Зевая, я открыла в ванной шкафчик — и среди вещей на полке обнаружила несколько оранжевых банок. С любопытством перебрав их, я встретила знакомые и незнакомые названия. Кое-что от нервов принимали Роуз и Джесс. Бедный Бен… Похоже, он болен.       Ближе к вечеру, когда стемнело, мы поехали в дом мамы. Бен не выпускал мою руку и не умолкал. Я хмуро смотрела в окно и думала о детских вещах в его гардеробе. Почти все выглядело новым — на некоторых висели этикетки. Он дал понять, что это не мое дело, но зачем ему эти вещи?       Он же не мог… подстроить все это. Бен бы никогда…       Пока брат был увлечен своими рассуждениями, я полезла в сумку, проверить баночку с противозачаточными. На ней не было этикетки. Он говорил, что добыл их у друга, чтобы мама не узнала. Я перевернула баночку и посмотрела на кучку белых таблеток в крышке. Ни одного штампа. Разве так бывает?       — Не терпится познакомиться со счастливым папочкой?       Я вскинула голову. Бен улыбнулся, сжав мое бедро. Он казался чересчур довольным.       — Кто… — с трудом сглотнула я. — Кто это?       — Скоро все узнаешь. Парень чист, — Бен засмеялся и покачал головой, переключая передачу. — И готов трахать все, что движется.       — А ты останешься? — робко спросила я. — На всякий случай?       — Ну конечно. Как только дело будет сделано, я невероятным образом «вернусь» домой и начищу ему рыло. Если он только рыпнется на что-то, кроме секса, я сразу же вмешаюсь.       Я слышала громкий стук собственного сердца. Я просто хотела знать, кто это… и надеялась, что смогу напиться, чтобы ничего не помнить. Бен погладил меня по голове, повторив, что никуда не уйдет. По моим щекам покатились слезы — я проплакала всю дорогу, не успокоившись, даже когда зашла домой, дожидаясь, пока Бен спрячет машину.       В доме было темно. Я добралась до гостиной, еле сдерживая рыдания. Я не хотела это делать… Пусть все просто закончится! Но мама не угомонится, пока не получит виновного, и, конечно же, тут же позвонит его родителям. Это должен быть кто-то легковерный… А я зналась только с одним легковерным любителем менять подружек.       Бен вернулся и в ожидании уселся целоваться со мной на диване. Около девяти в дверь позвонили, и он, чмокнув меня в живот, скрылся наверху. Вся дрожа, я подошла к входной двери. И нерешительно потянула за ручку.       Прислонившись к дверному косяку, передо мной стоял По. Причмокнув жвачкой, он улыбнулся в ответ на мой потрясенный взгляд и шагнул в дом, захлопывая за собой дверь. По… По Дэмерон?! Ему ведь восемнадцать, и он — бойфренд Джессики! Он даже не жил с родителями!       Он был в футбольной куртке и джинсах и с интересом оглядел безлюдный дом.       — Я и не думал, что ты решила замутить всерьез. Это прикол, и сейчас на меня выпрыгнет Джесс?       — П-По?! — выдавила я.       Темными глазми он оглядел меня с ног до головы.       — Что, нервничаешь? — улыбнулся он, сверкнув зубами. — Ты не нервничала, когда писала мне.       Он продемонстрировал мне сообщения, и я чуть не заорала. Это был даже не мой номер! Какие-то ужасы про то, как я мечтаю отсосать По на математике и потрахаться в его машине, про то, что мне плевать на чувства Джесс… Я взвыла, и По удивленно заморгал. Наверху скрипнула ступенька — я знала, что Бен наблюдает.       По приобнял меня за плечи.       — Эй, ты чего! Все в порядке, Рей! Расслабься. Немного больно только на старте. — Он покосился по сторонам и хлопнул меня по плечу: — Пошли, сперва глянем киношку и поболтаем. Не хочу показаться нахальным, но раз уж ты так просила…       Я боялась думать о чем-либо. Не хотела затягивать. Приподнявшись на цыпочки, я прижалась к его губам, и через мгновение он втянулся в поцелуй. Лестница заскрипела снова.       По со стоном привлек меня к себе. У него было крепкое тело, как у Бена, но ростом он был ниже. Я зажмурилась, позволяя просунуть язык мне в рот, и мы жадно сосались невыносимо долгую минуту, пока он с ухмылкой не оторвался от меня.       — Ты смешная, — он потянул меня к лестнице, послав мне улыбочку через плечо. — Я могу заглядывать к тебе почаще и помочь попрактиковаться в поцелуях.       — Все так плохо? — нахмурилась я.       — Да не… Терпимо.       Я еще никогда не ощущала себя настолько зажатой и деревянной. Словно не в себе, я плыла по течению, надеясь уцепиться за якорь. По вопросительно показывал на двери, но я сама кивнула ему на гостевую, куда он незамедлительно меня и поволок. Бен — вот мой якорь, наверное.       До разговоров у нас с По не дошло. Дэмерон оказался прямолинейнее Бена и проворно избавил меня от одежды. Он принялся целовать мою шею — видимо, в губы я целовалась и правда не очень, — и я просто застыла, дрожа. Он был очень теплый, от него пахло мятой и «Аксом». От Бена пахло моющим средством и… не знаю. Как-то по-мужски…       По толкнул меня к кровати.       — Ты уверена, что хочешь? — усмехнулся он. — Вся трясешься.       Я ответила коротким кивком. Уже привыкла, в общем-то, делать то, что мне говорят. Он пожал плечами и продолжил, вернувшись к моей шее и сдергивая одеяло, чтобы забраться со мной на постель. Кровать нещадно заскрипела, и я тревожно засопела, глядя на По между моих колен.       Он скинул футболку.       — Может, хочешь попробовать что-нибудь еще? Орал? Или там в попку?       — Нет, — выдавила я и по заведенной Беном привычке перевернулась на живот.       — Э-э… — По с сомнением во взгляде потянул меня обратно на спину. — Давай… без этого. Мы не собаки. — Он подождал, держа пальцы на ремне. — У тебя точно все в порядке, Рей?       — Я в порядке. В полном.       Дэмерон повел подбородком, но все-таки продолжил стягивать джинсы — я старалась не смотреть, пока он не растянулся рядом. На моих глазах выступили слезы — По заключил меня в нежные объятия, позволяя свернуться в жалкий дрожащий клубочек. В мыслях я напоминала себе листок, который колышет холодным осенним ветром. И я вот-вот могла сорваться со своей ветки.       Минуты тянулись мучительно медленно. По гладил меня по спине, давая время успокоиться, и только потом поцеловал в губы. Я изо всех сил старалась не опозориться, и он немного помогал мне. Мы придвинулись друг к другу, и страх сменился тем же гнетущим давлением, которое я испытывала во время секса с Беном. Когда По улегся на меня, я заерзала, ощутив его член вплотную, и пошире расставила бедра.       Хрипло дыша, он пристроился ко мне.       — Ты на таблетках, да?       — Да, но… — Я машинально отдернулась, когда он чуть не втолкнулся внутрь. Бен велел надеть на По презерватив. — Презервативы у меня на…       Но тот просто фыркнул, поглаживая меня членом.       — Да брось, тогда я ничего не почувствую. — Прижавшись ко мне лбом, он умоляюще посмотрел мне в глаза. — Ну пожалуйста? Я вытащу, честное слово.       Когда я промямлила что-то невнятное, он воспринял это как «да». По аккуратно втолкнулся в меня — мое тело уступило, плоть растянулась, и я снова превратилась в безжизненный океан, которой заполнял мужчина. Он то охал, то матерился. Говорил, какая я узкая, как это круто, но, похоже, просто заводил себя тем самым. Я крепко зажмурилась, обхватив его спину.       Финал не особо отличался от того, что было с Беном. Дэмерон всхрапнул и пару раз вбился в меня со всей дури, ясное дело, ничего не вытащив. Мужчины никогда не делают того, что обещают. Я стиснула зубы, борясь со злыми слезами. Зачем они обещают, если все равно не держат слово?       — Черт возьми! — простонал По. — Охренеть, Рей! Супер! Просто супер! — Он чмокнул меня в шею и выдохнул смешок. — До сих пор дрожу… А ты?       — Тоже, — солгала я.       Как было условлено, дверь распахнулась.       Бен хотя бы позволил По надеть штаны, прежде чем ему врезать. Я выползла из постели и поплелась в ванную, не сказав ни слова ни тому, ни другому. Слышались крики, шум потасовки, но к моему возвращению По уже не было. Бен сдирал постельное белье с кровати и встретил улыбкой мой пустой взгляд.       — Отличная работа, солнышко, — он снял наволочки. — Теперь выждем недельку-другую, прежде чем рассказать маме. Ему восемнадцать — он может угодить в тюрьму. Недоносок расколется — не пройдет и дня.       Я обхватила себя руками, дрожа.       — Мне нехорошо.       — Все уже закончилось, — Брат улыбнулся себе под нос. — Всегда мечтал двинуть По Дэмерону.       — Рада за тебя! — огрызнулась я.       Мы оба умолкли на минуту. Бен взглянул на меня так, будто я дала ему пощечину, — я нахмурилась, но потом опустила взгляд. Кинув подушку на голый матрас, брат подошел ко мне и встал передо мной на колени. Потом поцеловал меня ниже пупка, будто это могло помочь мне почувствовать себя лучше. Большими пальцами он разгладил выступающие бедренные косточки.       — Прости меня, — прошептал Бен мне в кожу, глядя на меня из-под ресниц. — Хочешь принять ванну перед сном?       — Да… — я посмотрела на него и отвела глаза. — И я хочу панкейки! Сейчас.       Бен кивнул:       — М-м. Конечно, как скажешь. — Его губы спустились ниже. — Что-нибудь еще?       — Нет, — проворчала я.       Он сделал мне ванну, и я оседлала его колени, занявшись сексом прямо в воде. Бен целовал мою шею, гладил спину кончиками пальцев, не обращая внимания, что мы заливаем пол. Брат не отрывал взгляда от моих глаз, потом, наклонившись, сомкнул губы на моем соске. Его ласки расслабляли. Уткнувшись в его волосы, я вдохнула их мыльный аромат.       Я не испытала ничего нового. Я кончила, кончил Бен, и мы вылезли из ванны. Он и правда испек мне панкейки, которыми мы перекусили у меня в комнате, пока смотрели телевизор. В его же белой футболке я сидела между его колен, прислонившись к широкой груди. Бен поглаживал мое предплечье и, когда я все съела, облизал сироп с моих пальцев.       Нас укутала до волшебного умиротворяющая тишина. Я почти забыла про секс с По. Почти.       Бен поставил пустую тарелку на тумбочку. Он пересел, сполз чуть ниже и накрыл ладонями мой живот. Я заворчала, повернувшись к нему лицом. Он тоже заворчал, но мы приспособились друг к другу.       — Для чего тебе те детские вещи? — зевнув, спросила я.       — Финн попросил. Его подружка тоже беременна.       — Серьезно?! — ахнула я. — Вау… Роуз будет так ревновать! — Но затем я хмуро уставилась на Бена: — Ты не сказал, что выбрал По… Или что собираешься бить его из-за меня. Ты ведь знал, что он встречается с моей лучшей подругой Джессикой?       Бен закатил глаза:       — Ох, не помню такого дерьма, Рей. Главное, что важно: нам есть на кого свалить вину. Хватит уже, пора спать. Мама хочет, чтобы завтра после школы я отвез тебя к психотерапевту.       К психотерапевту… Нет. Я уткнулась под подбородок Бена, и он обнял меня. Не нужен мне никакой психотерапевт.