-You are bitch, - maybe but not yours.

      Громкие стоны, пошлые хлюпы и рычание альфы разносились по всему дому. Альфа вдалбывался в омегу, при этом держа руки омеги за его спиной. Когда альфа вошёл под другим углом, омега громко простонал, ведь теперь секс доставлял ему ещё больше удовольствия. Эти двое перепробовали уже поз, кажется, сто: в какой только позе они не трахались. Омега извивался под альфой, но Тэхену всё мало. Поэтому он переворачивает альфу и седлает его, чтобы теперь доставить своему партнеру удовольствие. Омега берёт член альфы в руку и осторожно садится на него, а после поднимается и резко садится обратно на его член. Для удобства омега ставит свои руки на грудь альфы и продолжает скакать на члене альфы. Их запахи смешиваются и превращаются в один весьма странный запах. Через несколько минут альфа выходит из Тэхена и, измождённый хорошим сексом, кончает ему на живот.       Тэ лежит совсем расслабленный и изморенный хорошим сексом, что закончился минут десять назад. Конечно, спустя такое долгое время любой секс покажется раем, но он рад, что наконец-то согласился с самим собой преодолеть прошлое и сейчас омега полностью восстановился, хотя того же не скажешь о сердце. Оно всё ещё умеет приносить адскую боль и подсказывать из-за чего он в принципе ни с кем не спал до этого. Но Ким старается не думать обо всём том, что было несколько месяцев назад, пусть оно там и останется. Как бы не было плохо, он сильный омега, таких поискать нужно.       — Может, ты передумаешь? — альфа перед ним надевает штаны, прыгая на одной ноге, и смотрит с надеждой остаться всего на полчасика, ведь он просто не может уйти.       — Нет, сладкий, иди домой и вспоминай всё, что было, в своих снах, — ухмыляется Ким, поднимаясь с постели и направляясь в ванную. Он принимает мега быстрый душ, потому что много сил для того чтобы стоять у него нет, и буквально за пять минут выходит в одних боксёрах и рубашке, что доходила до середины бёдер. Шатен поднимает голову и видит перед собой альфу, что также одевается очень медленно натягивая на себя кофту. — Ты ещё не ушёл? — шатен выгибает бровь, непонимающе смотря на Тэна и продолжает вытирать волосы полотенцем.       Ким на миг теряется, смотря на расстроенного альфу, что пыхтя поправляет одежду на себе. Тэ сегодня мысленно гнал на Чона, какой тот бабник и самоуверенный козёл, но разве сам он лучше, когда так просто может выгнать из дома альфу, что приносил ему такое удовольствие, при этом прося, чтобы тот помнил всё в своих снах. Ким буквально опускает его самооценку ниже Марианской впадины и даже не задумывается о таких мелочах, потому что уже привык. И сколько же он альф спустил с небес? Но ему приходится так поступать, потому что омега целиком и полностью разочаровался в них.       Снизу послышался звонок, оповещающий что на территорию кто-то зашёл и Тэхёну приходится спустится вниз. Он оставляет альфу, всё ещё копающегося на месте, одного и вальяжной походкой спускается вниз по лестнице. Когда он открывает дверь, то прилично охуевает — почему это братья Чоны сейчас стоят напротив и хищно рассматривают его. Но потом вспоминает разговор с Чонгуком около университета и смягчается в лице.       — Привет, мальчики, — нежно улыбается он им, по большей части смотря на зачарованного Хосока, а в душе ликуя. Но вот старший альфа как-то слишком быстро переводит взгляд с красивых ножек Тэхёна на его лицо, а запах кокоса, что секунду назад усилился от возбуждения, уже нормализовался.       — Привет, Тэ, я пришёл посмотреть гараж. Когда я могу заезжать? — Чон смотрит прямо в глаза, боясь нарушить такой контакт и спустится ниже положенного, а вот запах кофе, что исходит с левого боку никак не даёт покоя Тэхёну. Чонгук так сильно возбудился при виде его красивых длинных ножек?       — Наверное, когда захочешь. Я предупрежу охрану, чтобы пропускала вас всегда, даже когда меня не будет дома, — омега говорит спокойно, также смотря Хосоку прямо в глаза, но при этом умудряясь флиртовать и выводить Чонгука. Его запах всё сильнее, стоит младшему только уложить ногу на ногу и опереться на косяк двери.       — Ладно, тогда я пойду осмотрюсь, — кидает напоследок старший и быстро ретируется, чтобы не сорваться. Этот омега слишком развратный, даже для него. Он привык к другому типажу.       — Ты настолько сильно заинтересован в моих ножках? — ухмыляется омега, складывая руки на груди. Чонгук наконец-то переводит взгляд на его глаза, и запах кофе, что был до этого просто удушающим, немного развеивается. — Ну конечно, у твоих шлюх они не такие сексуальные, — Ким удовлетворённо улыбается, смотря на рассеянного парня.       — Когда-нибудь я тебя отымею, даже не посмотрю на приказ твоего брата, — хмыкает как-то невесело альфа, склоняя голову.       — Не в этой жизни Чонгук-а, не в этой. Но ничего, возможно, ты найдёшь себе хорошую омегу, хотя с твоим паршивым характером… я уже ему сочувствую, — машет отрицательно головой, внимательно смотря как альфа снова скользит взглядом по его телу и довольно облизывается, как кот, который хорошо поел.       — Это мы ещё посмотрим, — брюнет пристально смотрит, приближаясь немного ближе, но со второго этажа спускается кто-то, и он возвращается на место.       — О, хён, а ты что здесь делаешь? — Тэн непонимающе поглядывает на альфу перед собой и цокнувшего только что Тэхёна, который был удивлён какого этот идиот всё ещё не ушёл. Но потом он резко меняется и также непонимающе переспрашивает:       — Хён?       — Привет, мелкий, да я вот зашёл своего омегу проведать, а тут какого-то хрена ты выходишь? — Чонгук теперь отыгрывается и омега прекрасно это понимает.       — Стой, хён, Тэхён не говорил что у него есть альфа. Я же ничего не знал, — тот умоляюще смотрит на старшего, понимая, что ему сейчас самая настоящая пизда настанет.       — Нельзя спать с кем попало, Тэн, я прекрасно знаю раскрепощённую сущность своего омеги, поэтому не первый раз прощаю. Но не спи больше с ним и других предупреди, а то им ой как не поздоровится, — альфа растягивает слова, наслаждаясь охреневающем лицом донсэна и цокающим Тэхёном.       — Чон, ты не охуел? — между прочим спрашивает шатен, хмурясь, при этом выглядя очень мило, как кажется Чону.       — Пока, мелкий, — альфа машет младшему на прощание, а тот в знак извинения кланяется несколько раз и убегает.       — Слушай, муженёк, ты чего припёрся? Будто чувствовал, что я грешу. Ревнуешь? — омега проводит рукой по шеи Чона, прикусив губу, что вызывает движение в штанах альфы. Тэхён бы с удовольствием послушал, что ответил бы ему брюнет, но всё обрывает Хосок со своим:       — Тэхён, твою мать, введи наконец-то этот пароль, а то я скоро кнопки поломаю.       — Ладно, подождите я оденусь, — омега быстро забегает в дом и направляется в свою комнату, чтобы взять халат. На улице всё же холодает, но ему так не хочется упустить возможность поиздеваться над Чонгуком.       — Это ты называешь «оделся»? — вскидывает бровью младший Чон, стоя около брата и придирчиво оглядывая алого цвета халат на омеге.       — Тебе что-то не нравится? — хмыкает в ответ он и подходит к панели для ввода пароля.       — Хорош, а? Вы заебали. Тэ, открывай быстрее, — ворчит на них Хосок, закатывая глаза.       — Прошу в твой новый дом Хосок-а, — улыбается Ким, когда массивные стальные двери гаража начинают ехать вверх, и пропускает вперёд альф. Те заходят с открытыми ртами, бегая глазами по всему помещению и особенно охуевая от стеклянной двери и комнатки, что за ней.       — Ебать… Юнги не говорил, что всё будет настолько шикарно. Ого, широн? Смею предположить, он твой, — старший Чон оглядывает всё помещение и останавливает взгляд на одиноко стоящий бугатти.       — Ты видишь тут ещё кого-то? — хмыкает он и обнимает себя за плечи. Всё таки в гараже ещё холоднее, чем на улице.       — Тебе стоит боятся его Чонгук-а. Если он надумает явится на гонку, то разнесёт твой вейрон.       — Не, нихуя. Во-первых, почти всё зависит от гонщика, а Тэ такой себе, — Тэхен шикает на него за такие слова и готов убить того на месте. Утром Чимин просто опозорил его перед альфой. — А во-вторых, над моей малышкой работал лучший специалист и это не ты, — на эти слова шикает и матерится уже Хосок, потому что брат всегда пытается уколоть его тем, что однажды не правильно поставил местами детальки в машине и та не завелась. Они тогда думали в чём проблема, а это было всего лишь такая ерунда.       — Вот паразит.       — Хах, Чонгук-а, ты ведь смотришь новости и должен знать до скольки разгоняются бугатти широн. У меня бугатти широн супер спорт триста плюс. Таких всего тридцать в мире. Неважно сколько сил у тебя под капотом, я всё равно лучше, — самоуверенно ухмыляется омега и в который раз ловит себя на мысли, что становится похожим на мудака.       — Раз так, давай погоняем?       — Это вызов?       — Да.       — Я принимаю его.       — Вы с ума сошли? Тэ, ты ведь даже нормально водить не умеешь. Юнги сказал ни в коем случае не допускать тебя к гонкам, — протестует Хосок, на что Ким лишь закатывает глаза и следует в комнатку, что за стеклянной дверью.       — Мы ему не скажем. Тем более, ты будешь третьим. Давай Хосок-а, мы ещё никогда не гоняли с омегой вдвоём, — подбадривает его брат, садясь рядом и закидывая руку на плечо. Хосок хмурится, обдумывая предложение, да ещё и Тэхён сидит напротив, сложив ногу на ногу, где видно половину бедра и даже больше.       — Ладно, ты умеешь уговаривать, — бурчит он, лишь бы младший отстал.       — Мы порвём тебя, Тэхён-а, — ухмыляется Чонгук и откидывается на спинку.       — Это мы ещё посмотрим, — лукаво проговаривает шатен, снова наблюдая за возбуждением альф перед ним.       Он никогда ещё не грешил таким делом как тройничок, но перед этими альфами нельзя устоять. Он только о таком и может думать, особенно, когда они сидят напротив и пожирают тебя абсолютно одинаковыми свирепыми взглядами. И Тэ даже не знает перед кем расплыться в лужицу.

***

      Чимин сидит на кровати, нервно грызя ногти и поглядывая на противоположную стену. Внутри всё переворачивается, будто он сейчас должен на войну идти, а слёзы едва держатся внутри, чтобы не выплеснуться из глаз. Он кидает несколько взглядов на дверь, в надежде, что Юнги сейчас придёт и передумает, просто обнимет и они вместе заснут, но ничего такого не происходит. Мин терпеливо ждёт на кухне, попивая кофе, пока Пак собирается с силами, чтобы позвонить родителям.       Альфа решил, что ему просто необходимо сегодня вечером познакомится с родителями Чимина и сообщить о всех своих серьёзных намерениях. Но омеге очень сложно набрать давно выученный номер папы или отца, чтобы попросить быть дома и принять гостей. Одно его радует, что после этого он сто процентов переедет к своему альфе, и им не нужно будет прятаться. Это, пожалуй, один единственный, но такой большой плюс, что Чим с вымученным вздохом набирает этот проклятый номер и прикладывает телефон к уху.       — Чимин? Ты где? Почему только сейчас позвонил? — папа на то и есть папа. Не сможет омега долго обижаться на своего ребёнка, поэтому тут же возмущённым голосом накидывается с расспросами.       — Со мной всё хорошо, пап. Я у своего альфы, где мне ещё быть. И он попросил меня позвонить вам, чтобы предупредить, что вечером мы будем дома, — спокойно отвечает Пак, немного прикрыв глаза и пытаясь размеренно дышать.       — Но… как же это так… как у нас… зачем? — на той стороне тут же начинают паниковать, тяжело сглатывая и дыша.       — Успокойся, пап. Юнги хочет познакомится с вами и просто поговорить. Или я могу так просто уйти из дома, женится на Юнги и родить ему наследника без вашего ведома. Такой жизни ты хочешь для своего единственного сына? — Чимин тут же вскипает, подрываясь с кровати и начиная расхаживать по комнате. На этот шум прибегает Мин и удивлённо смотрит на нервного омегу. Альфа ничего не говорит и просто садится на кровать, дожидаясь, пока тот договорит по телефону.       — Чимин… я всё понимаю, но ты просто не оставляешь нам выбора. Ты пришёл, ничего не объяснив, поставил перед фактом и просто ушёл из дома.       — Если бы отец не вёл себя так жестоко по отношению ко мне, я бы так не поступил, — всё ещё рычит в трубку Пак, и Юнги было порывался встать с места, чтобы отобрать телефон и заставить замолчать, но он сдерживался. Он ещё его научит всему.       — Он так переживает за тебя, разве ты не понимаешь? Мы оба переживаем и просто растерялись. Мы совсем не знаем твоего Юнги, а если он, как и все другие, бросит тебя после первой же ночи? Мы хотим уберечь тебя.       — Папа, мы с Юнги спали больше ста раз, и почему-то он до сих пор меня не бросил, — Мин едва с кровати не спрыгивает от услышанного, вылупив глаза на своего омегу в непонимании. Тот лишь махает головой и говорит одними губами что-то вроде: «Потом», и опять разворачивается к нему спиной.       — Чим, это совсем не то, что я хотел услышать. Но если так, то возможно я стал верить тебе немного больше. В общем, приезжайте в девять часов, мы будем готовы, — вздыхает в конце омега на той стороне, а Чимин облегчённо опускает плечи, дёргая уголки губ в подобии улыбки.       — Хорошо. Спасибо, пап. Но предупреди, пожалуйста, отца, ибо даже если мы с Юнги и разойдёмся, я не вернусь больше к нему.       — Ладно, милый, до встречи, — Пак ничего не отвечает, просто сбрасывает, ведь и так сегодня увидятся.       — Ну и куда ты пойдёшь тогда, если «мы с Юнги разойдёмся»? — альфа фыркает на эти слова, коверкая сказанные ранее омегой и вытягивает руку, чтобы младший подошёл.       — Когда мы разойдёмся, тебя уже не будет это волновать, — самодовольно отвечает блондин, подходя ближе и садясь на колени старшего, обвивая шею руками, а талию ногами.       — Ты так уверен в том, что мы разбежимся?       — Всё может быть. Ты альфа видный, я очень часто задумываюсь над тем, какого невыгодного альфу я себе отобрал, — улыбается нежно Чимин, проводя носом по щеке Мина. Второй же опустил руки на ягодицы, несильно сминая их в руках.       — Не думай об этом Чимин-а. Я буду чувствовать себя настоящим подонком, если брошу тебя. Ты даёшь мне надежду на лучшее и спасаешь от плохого влияния. Если бы я нашёл тебя только сейчас, то уже бы был испорченным и мы с тобой явно не переспали бы больше ста раз, — ухмыляется брюнет на свои же слова, обнимая омегу за талию и прижимая ближе.       — Наверное да, но ещё ничего не поздно. Ты всегда можешь стать таким как… Чонгук к примеру. Он хоть и нормальный с нами, но когда видит омег, будто в вампира превращается, который давно крови не пил. Я уважаю его как нашего друга, но это явно слишком, — говорит Чимин, миленько выпячивая губу и проводя ладошкой по плечам альфы.       — Тут я тоже согласен. Но мне до него оооочень далеко.       — Знаешь что, а они с Тэ круто смотрятся вместе, несмотря на всё это. Ну, если быть честным, то и Тэхён не такой уж и святой, а вместе они… — Чимин улыбнулся, замолкая и представляя, какая парочка получилась бы из них.       — Изменяли бы друг другу каждый день и никогда не полюбили бы искренне. Мне кажется, Тэ ещё изменится когда-нибудь. Он ведь омега, и рано или поздно захочет детей, семью, особенно после того, что случилось. А Чонгуку будет посрать. Когда он наиграется своими гонками, начнёт строить бизнес, когда ему перевалит за тридцать и только тогда он уже одумается и то вряд ли. Но уже явно будет поздно.       — Да мы с тобой прям ясновидящие, — хихикнул омега, вставая с колен старшего, и направляясь к шкафу, — но я всё равно бы хотел посмотреть на такую парочку.

***

      Если до этого Мин не нервничал, он ведь мужик, он альфа и ему такое не свойственно, то сейчас забудьте о таком. Юнги вцепился в руль стальной хваткой, смотря только прямо и ни в какую не отлипая от него. Машина стоит на парковке, впервые за столько лет, она цивилизованно стоит на всеобщем обозрением, но сам альфа никак не может пересилить себя, чтобы выйти из машины и идти наверх, к квартире своего омеги. Сам же Чимин сидит сбоку, менее напряжённый, но он всё ещё переживает, что отец ляпнет какую-то хуйню, как он в принципе умеет делать и этим всё испортит.       Пак тяжело вздыхает и кладёт голову на плечо альфы, обвивая локоть того двумя руками. Мин тут же «проснулся» и повернулся лицом к младшему. Они молчали и не знали, что сказать. Это выглядит так глупо. Они будто подростки, которые прятались от родителей, но пришло время познакомиться. Но у них всё намного сложнее. Оба уже давно перешли черту подростков и стали взрослее. Настолько взрослее, что у Юнги в левом кармане куртки находится красная не большая коробочка, о которой знает только он и никто больше.       — Может ну его? Поедем домой, — тихо говорит Чимин, надеясь, что альфа согласится. Омеге так не хочется сидеть целый час, а то и больше в этой квартире и выслушивать претензии родителей к Мину и ему в том числе. Но что поделать, старший не согласится на это.       — Нет, пойдём, — так же спокойно отвечает брюнет и выходит из машины, открывая дверь и перед младшим. Тот снова вздыхает, но кладёт маленькую ладошку в большую Юнги и выходит.       — Я предупреждаю сразу, тебе многое предстоит выслушать и вынести. Мой отец слишком строгий, а папа много говорит, — у Пака всё ещё теплится внутри надежда, что они развернутся назад, уедут домой смотреть фильмы, а потом заниматься чем-нибудь интересным, но они всего лишь заходят в лифт, а альфа приподнимает уголки губ в полуулыбке.       — Ладно, зато потом ты законно будешь со мной, — он приобнимает омегу за плечи и прижимает ближе.       — Хорошо, делай что хочешь, — Чимин немного дуется и выходит первым, сразу нажимая на звонок в дверь. Юнги подтягивается сзади, ловя маленькую ладошку в свою, крепко сжимая, пока папа омеги распахивает дверь и застывает, смотря на слегка улыбающегося сына и такого же альфу рядом с его чадом.       — Привет, пап, ты позволишь нам войти? — Чимин переводит взгляд на родителя, тут же хмурясь из-за того, что старший омега сильно тупит.       — Ох, конечно, проходите. Я Пак Лиен, приятно познакомиться с Вами, молодой человек, — русоволосый тут же протягивает руку, и Юнги тут же её пожимает.       — Я Мин Юнги, мне тоже очень приятно познакомиться с Вами, давно нужно было это сделать, — обворожительно улыбается альфа, из-за чего у блондина глаза на лоб полезли. Ему он так никогда не улыбался, разве что когда познакомились. Это он так в доверие втирается, или пытается казаться хорошеньким?       — Они уже приехали? — из комнаты выглядывает старший альфа, хмурясь точно также, как иногда это любит делать Чимин, и подходит ближе, — Пак Джунхе, — старший протягивает ему руку, а брюнет спешно пожимает её, представляясь в ответ. — Я так понимаю, это Ваша машина на парковке? Не удивляйтесь, если там проткнут шины, в нашем районе не появляются такие богачи, а если и да, то им все пытаются насолить.       — Отец, ты угрожаешь или как? Скажи спасибо, что я Тэхёна не взял. Если бы с его машиной что-то сделали, он бы не посмотрел, что ты мой отец, — Пак так сильно злится, что аж пыхтит, а Юнги посмеивается правдивости его слов.       — Давайте пройдём за стол. Там и поговорим, — папа тут же вставляет слово, чтобы разрядить обстановку. — Так где вы познакомились? — задаёт волнующий его вопрос старший омега, когда все рассаживаются и начинают трапезничать. — И простите, молодой человек, Вы наверное не едите такое.       — Ох, что вы, прошу, называйте меня просто Юнги и на «ты». Я совсем обычный человек, и у вас очень вкусная еда. Мне всегда готовил Чимин, когда… оставался у меня, — Мин делает паузу, неловко перебирая варианты в голове, как бы ответить, но в итоге выбирает правду.       — Мы познакомились в баре, когда я работал там барменом, — поспешно отвечает младший, накладывая себе и альфе побольше еды.       — Наверное, пил там? — Джунхе тут же подлавливает момент, надеясь подловить подонка, но тот отвечает:       — Нет, не пью. Я всегда за рулём, так что не могу позволить себе такого.       — Тогда почему в бар подходил? — старшего альфу совсем не заботят злые взгляды сына и пинки под столом от него же.       — Чимин понравился. Я банально попросил сок, чтобы завести диалог. Ему не куда было отвертеться, потому что на дворе был день, соответственно людей не было вообще, — Юнги улыбнулся воспоминаниям, посматривая на такого же счастливого омегу рядом.       — И как вы продолжили общаться? — русоволосый перебил мужа, как только тот хотел сказать что-то дерзкое.       — Я заставил его сказать мне свой номер телефона. А потом написывал ему, пригласил на свидание и предложил встречаться.       — Да, это было незабываемо, — мечтательно сказал Чимин, смотря в глаза брюнета.       — И сколько вы уже так встречаетесь?       — Четыре года, — не задумываясь отвечает альфа и получает презрительный и полный злости взгляд в свою сторону. Наверное, когда у него тоже будет ребёнок омежка, то он поймёт такое отношение к себе, но только не сейчас.       — Я надеюсь, что Чимин ещё ни разу не сделал аборт. Иначе тебе…       — Не волнуйтесь, мистер Пак, я знаю что такое контрацептивы, — снова налегке говорит младший альфа, а у обоих омег перехватывает дыхание. Им кажется, что старший сейчас его просто разорвёт, но нет, ничего не происходит. Джунхе всего лишь пристально смотрит, а потом выдаёт:       — Ты принят, — и принимается кушать. Омеги облегчённо вздыхает, а Юнги кашляет, чуть не подавившись едой.       Когда всё уладилось и четверо сидели на кухне за чашкой чая, непринуждённо болтая о жизни, Юнги решился что пора. Сейчас родители доверчиво смотрят на то, как молодая парочка обнимается и сами невольно сплетают руки. И Мин не может больше ждать. Он просит прощения и выходит в коридор, направляясь к своей куртке.       — Чимин, — альфа зовёт Пака и тот поворачивает к нему голову, улыбаясь. Но когда старший опускается на одно колено перед ним, смотря прямо в глаза со всей любовью и трепетностью, улыбка пропадает, на смену её проходит полнейший шок, как впрочем и к родителям, — я очень сильно люблю тебя и наконец-то могу сказать об этом на весь мир. Я долго ждал, чтобы сделать этот шаг и понимаю, что ты можешь отказать мне, ведь ещё не увидел всей жизни, но я хочу показать тебе всё сам. Пожалуйста, выходи за меня, — он открывает коробочку, где лежит серебряное кольцо, в середине которого большой бриллиант. Пак охает, округляя глаза и сразу же прикрывает рот ладошками, переводя взгляд на альфу. Слёзы рвутся наружу и Чим не сдерживает себя, пуская их по щеке, но всё ещё шокировано смотря на своего альфу. — Ей малыш, ну чего ты, — Юнги встаёт с места, обнимая омегу, а тот всё ещё плачет в ладошки, но крепко жмётся навстречу к любимому телу. Родители даже не смеют что-то сказать, ибо понимают всю интимность момента и удаляются из кухни.       — Юнги я… тоже… я тоже тебя… люблю, — Пак всхлипывает и обнимает альфу, едва не душа того, — Я… согласен, — шепчет он на ухо и глупо улыбается.

***

      Ещё даже не открыв глаза от липкого сна, Джун понял, что сегодня не его день. Определённо. Ну, во-первых, потому что проснулся он не от будильника и даже не от мешающих лучей солнца, которые каждое утро светят прямиком ему в лицо, а от гавканья собаки. Всё-таки Джеск не глупый пёс и много чего понимает, например то, что если солнце уже взошло, а хозяин спит — его немедленно нужно будить.       Сегодня суббота, у кого-то выходной, но это никаким образом не касается компании Мин. Для Юнги не имеет значения, что «суббота тоже выходной», этот альфа заставляет всех пахать в этот день ещё больше, чем в другие. И ещё какое-то совещание с утра пораньше. Зачем? Но с боссом не поспоришь, даже если он твой друг. Поэтому сейчас Ким носится по всей квартире, наспех одеваясь и успевая кусать какой-то бутерброд, сделанный совсем нелепо, но хоть что-то. У него же нет омеги, который будет заботиться о правильном рационе, стирать, убирать и вообще… это не то о чём хочет думать сейчас альфа. Просто больная тема, которую лучше не тревожить.       Нам быстро шуршит пакетами на кухне, в надежде найти корм собаке, который в общем-то заслужил это, а ещё до сих пор не покушал. Альфа просыпает половину на пол, но Джеск довольный. Ким на минутку улыбается, смотря на своего питомца и не замечает, как какого-то хрена опрокидывает на пол стакан с водой.       — Блять, — шипит сквозь зубы блондин, но решат всё убрать потом. Он опаздывает дольше некуда.       Совсем не замечая, что собака кушает рядом с осколками, Джун собирается уже идти надевать куртку, но резко начавшийся вой питомца его останавливает. Он быстро вбегает на кухню и замечает ужасную картину: собака полулежит не далеко от осколков с пораненной лапкой и смотрит жалостливым взглядом.       — Джеск-и, — Нам бросается к собаке, смотря на рану. — Боже, почему я такой дурак? — и этот человек ещё детей хочет? Да он с собакой справится не может, а хочет большую семью. Почему он такой беспечный? — Что делать?       Если рассуждать логически, он никуда не успевает. Не явись Ким на это совещание, Юнги сотрёт с него шкуру. Попросить кого-то? Но кого? Мина точно нет, Чимина или Тэхёна не вариант, они точно не захотят, ведь согласитесь, быть вырванным из постели в свой выходной не хочется, не говоря уже о Чонах, те сто процентов на работе. Остаётся только Джин.       — Джеск-и, но он пошлёт меня, — говорит альфа, будто общаясь с собакой, но тот проницательно смотрит и блондин видит там только одно: «Звони». Возможно он параноик, но не доверять своему питомцу он не может. Тот выручал его столько раз, что и не сосчитать, несмотря на то, что это всего лишь собака. Но правду говорят, что животные намного разумнее людей и, пожалуй, Джун в это верит, поэтому в его руках через секунду оказывается телефон и он набирает номер омеги.       — Да? — по ту сторону слышится сонный голос, он явно разбудил Сокджина.       — Джин, прости что разбудил, но у меня очень срочное дело. Джеск только что наступил на осколок разбитого стакана и я не знаю, что мне делать, — говорит альфа, будто перед экзаменом, волнуясь и запинаясь.       — Вези к ветеринару, это же очевидно, — отстранённо отвечают ему на той стороне, а на заднем воне слышатся ворочания. Джуну остаётся молится, что в постели Ким один.       — Но у меня нет времени. На работе завал, Юнги сказал явится немедленно. Помоги, пожалуйста. У тебя ведь и знакомые есть, а ещё выходной сегодня.       — Боже, что с тобой делать. Ладно. Вези его ко мне, адрес тот же, — вздыхает омега и сразу отключается, чтобы поспать ещё минутку. А может потому, что слышать этот голос очень неприятно? Да, скорее всего второй вариант.       Намджун бежит по коридору офиса в зал, куда сказал идти Мин. Он всё ещё под впечатлением от Джина, потому что как только альфа переступил порог той проклятой квартиры, увидел заспанного Кима, который застёгивал на себе рубашку белого цвета и смотрел потерянно, словно маленький ребёнок. Но блондин не мог долго там находиться, как бы не хотел этого, потому он всего лишь отдал собаку в такие тёплые и добрые руки «друга» и успел всучить несколько купюр на лечение, а потом и вовсе выбежал. Прямо как Джин в то утро. Они ведут себя как маленькие дети, но что поделать, когда жизнь не такой уж и хороший учитель.       — Здоров, Юн, как ты? — он заходит наконец-то в зал, смотря вниз и оттирая с штанов какую-то грязь. Альфа совсем не замечает, что кроме друга тут полно людей, которые смотрят на него с усмешкой, а некоторые с раздражением, потому что только одного его и ждали все собравшиеся. А вот Юнги, на удивление, на кричит и не ругает, просто скрывает дикий ржач над альфой и смотрит на стол, в то время как сам виновник застыл в дверях.       — Садись уже… — успокаивается брюнет и кивает на стул возле себя. — В общем, я собрал вас всех, чтобы кое-что обсудить. У моего отца есть важные вести, поэтому предлагаю позвонить сейчас, ибо во Франции сейчас закончится совещание, — альфа набирает номер в телефоне, под различные шушуканья, но как только из динамика слышится властный голос, все замолкают.       — Привет, Юнги, все в сборе?       — Да, отец, можешь говорить.       — Всем здравствуйте. Мы давно не общались, если честно, поэтому многое накопилось. Начну сразу по теме. В нашем филиале, что в Пекине, оказывается был совсем не тот человек. То есть, вы понимаете, что все те деньги, что крутились там — пропали, впрочем, как и сам директор. Мы с Юнги приняли решение, как можно быстрее отправить туда нового генерального директора. Но так как я не очень хорошо вас всех знаю, мой сын сам сделает этот выбор. Спасибо, что выслушали, надеюсь, у вас всё хорошо.       — Да, отец, всё в норме. Я тебе потом ещё перезвоню.       — Хорошо, до связи, — альфа кладёт трубку и в зале снова начинаются шушуканья. Брюнет кидает взгляд на друга, но тот сидит вообще какой-то потерянный и Юнги решает как можно быстрее закончить эту конференцию. — Итак, кого вы можете предложит на эту должность? Да, я понимаю, у всех здесь семьи, дети, которых вы не бросите, но если согласитесь, вам предоставится немаленькая квартира, куда можете переехать с семьёй. Я даю вам время подумать и обсудить всё до понедельника. Всем спасибо, вы свободны, — говорит в конце речи Мин и все снова под разговоры выходят из зала. Вот только двое остаются сидеть. — Мы ждали тебя минут семь.       — Могли бы не ждать вообще. Зачем мне нужно было быть здесь?       — Ну… я думал, что эту должность займёшь ты, — неуверенно говорит Мин, ведь знает, что друг таких сюрпризов не любит и совсем не одобряет.       — Что? В смысле? Я даже китайского банально не знаю. Не умею с людьми работать, чтобы становится генеральным директором. А ещё, ты хочешь лишить меня друзей? Ты не охуел? — блондин сразу же начинает возмущаться, а от некой потерянности, что присутствовала в начале конференции и следа не остаётся.       — Да не ори ты. Не знаешь китайского — переводчик тебе в помощь. Не нужно уметь с людьми работать, просто приказывать и всё. А друзья… пфф, новых найдёшь.       — Юнги, я всё равно не смогу, — уже тише говорит альфа, опуская голову и вздыхая. Сейчас он думает только об одном человеке.       — Но почему? Я не могу доверить это дело кому-то другому. Тем более, тебя здесь абсолютно ничего не держит, — Мин всё ещё яростно настаивает на своём, хотя по поведению друга видит, что всё-таки проиграет.       — Вообще-то держит…       — И кто же?       — Омега, которого я не могу добиться почти год.       — Это ты сейчас про Джина?       — Да… в смысле нет… какого чёрта? Ты знал? — Ким вскидывает голову, непонимающе смотрит на Мина.       — Так это правда, — хмыкает он и отводит взгляд в большое панорамное окно, — это заметил Чимин. Ты знаешь, какой он проницательный, вот и сказал, что вы странно себя ведёте. Но в принципе, я думаю это все заметили, просто молчат. Вы были лучшими друзьями, но теперь вы очень далеки друг от друга. Что произошло?       — Это длинная история, я не хочу сейчас вдаваться в подробности…       — Скорее всего кто-то из вас полюбил второго, и, может, поцеловал, а…       — Мы переспали, Юн, — не выдерживает альфа, немного повысив голос, — а потом я ушёл, ибо родители заставили прийти домой, а я даже не перезвонил и не объяснился перед Джином.       — И он не хочет сейчас тебя слушать, не так ли?       — Да не то слово, мне кажется он меня просто ненавидит, — Ким вздыхает и откидывает голову назад, закрывая глаза.       В сознании тут же мелькают все запомнившиеся моменты, где Джин так красиво улыбался и заливисто смеялся, что в сердце будто лавой разливается тепло, которое согревает и совсем немножко дарит надежду на то, что всё ещё можно вернуть. Но Джун альфа, и прекрасно понимает, что так просто прощение ему не заслужить. Нужно будет постараться, хотя он уже готов на всё.       — Не накручивай себя. В такие моменты омеги просто ждут достойного извинения и тогда все будет нормально. Я с Чимином редко ругался, но всегда просил прощение в тот же день, потому что долго не мог так, а вот как выживаешь ты, я понятия не имею, — Юнги пожимает плечами и крутится в кресле то в одну, то в другую сторону.       — Да я уже сам не знаю. Ладно, у тебя что нового?       — А кстати, у меня есть новость, но её, наверное, нужно огласить всем сразу.       — Ну, может, мне ты скажешь вне очереди? — глаза альфы тут же поднимаются и он пристально всматривается в своего друга, пытаясь подколоть, что не выходит, к слову, никак. Мина просто невозможно подловить на горячем.       — Я сделал предложение Чимину вчера, когда мы ездили к его родителям. Конечно он согласился и теперь переехал жить ко мне. У меня будто камень с плеч упал, ещё бы свадьбу поскорее сыграть и можно куда-нибудь укатить, — мечтательно проговаривает альфа, смотря вверх и улыбаясь как дурачок. Наконец-то его мечта сбылась, и он может спокойно делать что хочет.       — Ну это не удивительно. Я рад за вас, теперь вы счастливы. Хорошо бы и мне немножко счастья привалило.       — Да ладно, не унывай. Я поговорю с Чимином, он что-то да устроит, ты же его знаешь, — Юнги кладёт ладонь на плечо Джуна и ободряюще стискивает, улыбаясь.       — Спасибо, друг.