-You are bitch, - maybe but not yours.

      Кромешная тьма вокруг не даёт разглядеть в тёмной ночи нужной фигуры. Посреди дороги, где давно никто не проезжал, стоит чёрный, как и душа его босса, гелик и слегка поблёскивает под неполной луной. Через метров двадцать ровной дороги стоит один-единственный на этой улице фонарь, который освещает только малую часть пути. В салоне дорогой машины прокурено, но двум статным мужчинам это нипочём. Запахи насыщенного граната и изысканных виски только добавляют все настроение картинке. На часах полночь, значит можно начать расстраиваться из-за отсутствия одного из банды.       — Может он не придёт? Вдруг он что-то задумал? Или вовсе передумал? — парень, что сидел на заднем сидении начинает грызть ногти и откровенно нервничать, в то время, пока старший спокойно достаёт следующую сигарету и так же спокойно прикуривает, выпуская дым в приоткрытое водительское окно.       — Заткнись, Тэён, ты прекрасно знаешь, что он боится и ни за что не пойдёт против нас, — отвечает альфа, вновь выпуская дым и приглядываясь к нескольким машинам одной марки, что только что остановились прямо под этим самым фонарём. — Видишь, он здесь. Перестань скулить как девка и успокойся.       — Хорошо, — юноша мгновенно меняется в лице, выравнивается в спине и взгляд его теперь не бегает по всему салону автомобиля, а чётко сосредоточен на выходящем из машины мужчине. Спустя минуту, тот самый мужчина уже открывает дверь гелика с пассажирской стороны.       — Добрый вечер, рад встрече, — он поворачивает голову к водителю, кивая ему, а потом брезгливо смотрит на заднее сидение, от чего Ли тут же хочется достать свой пистолет из заднего кармана и приставить к виску этого хама. — Только вот не понимаю, к чему такая спешка.       — Мой омега сейчас страдает, я это прекрасно знаю. Самое время начать нормально действовать, — альфа расслабленно делает последнюю затяжку и одним лёгким броском избавляется от окурка, выкинув в окно.       — Только давай без трупов. Для моей репутации это очень важно. Ты здесь никто и никем останешься, а у меня бизнес и весомый статус в обществе, которые я не могу потерять, — серьёзно начинает говорить опоздавший, слегка хмуря брови и внимательно изучая брюнета напротив.       — Обижаете, босс, меня ни разу не поймали, — парень меняется во взгляде, только этого нельзя заметить в все той же темноте, поэтому он слегка ухмыляется.       — А твои амбалы ничего лишнего не ляпнули Хосоку, — старший начинает понемногу злиться, потому что не понимает расслабленного поведение сообщника. Он всегда рвал и метал, стоило услышать что-то новое о Тэхёне, а сейчас все также налегке. Стоит ли ему начинать переживать?       — А как ты себе представляешь это? Что они должны были сказать? Разве вы не понимаете мистер, что связавшись со мной однажды, то идёте до конца. Я не бросаю такие дела на самотёк, — брюнет вдруг медленно и пугающе начинает поворачивать голову в сторону собеседника и впервые за вечер смотрит ему прямо в глаза. Даже сквозь полную тьму, витающую в салоне гелика, старший может разглядеть сверкающие огнём глаза, которые явно не выдают ничего хорошего.       — И вправду, все же хорошо, мистер, не так ли? Чего нервничаете? — с заднего сидения слышится прямо на ухо змеиное шипение, а что-то холодное, вроде металла, проходится прямо по виску.       — Я ещё наиграюсь с вами, — босс вздыхает немного напряжённо, чтобы не начать сейчас перестрелку и поворачивает голову к лобовому стеклу, беспомощно смотря на своих людей. Очень жаль, что они его не видят.       — Не волнуйтесь, не вы же делаете всю грязную работу, мистер. Так что для вас же лучшим вариантом будет просто сидеть тихо и не высовываться, — Тэён ухмыляется и убирает пистолет от виска старшего, удовлетворённый тем, что наконец-то они припугнули этого хмыря.

***

      Как же ужасно просыпаться от звонка телефона или пришедшего на него же сообщения. И почему именно Тэхён должен испытывать это мучение на себе, практически каждый раз просыпаясь от столь противного звука. Шею приятно щекочет чужое дыхание и Тэ невольно улыбается, смотря на заспанного альфу, что будто чувствуя чужой проницательный взгляд на себе, сжимает ягодицу Кима сильнее. Омега бы сказал, что ему надоело уже просыпаться каждое утро в постели с Чоном, но язык не поворачивается, потому что это совсем неправда. Он уже настолько привык к их обнимашкам, сексу по дружбе и томительно нежным поцелуям, что уже, кажется, не может жить без этого. Ким вздыхает, смотря в потолок, и тянется к прикроватной тумбочке за телефоном. Сообщение от Бэка гласило:

«Я надеюсь, ты готов к сюрпризу. Забери нас, мы уже прилетели»

        Тэхён сдерживает в себе порыв запищать от радости. Наконец-то у него будет время не только грустить, но и веселится по полной. Конечно, Бэкхён и Чанель не смогут заменить всю их банду: Джехёна и остальных родных сердцу людей; но это уже хоть что-то. Сегодня омега уснул у Чонгука, потому что вчера был сильно подавлен, следовательно, не было никакого настроения оставаться в своём доме в одиночку. Тэ быстро принимает душ, надевает спортивки и толстовку Чонгука, которые полностью присвоил себе, на что старший не был против, и уже собирается выходить, как взгляд снова цепляется за кровать, где альфа раскинулся звёздочкой. Вдруг Чон негромко рыкнул и провёл рукой по второй половине кровати, все ещё не открывая глаза и Тэ понял, что пора валить. Ехать сегодня на такси омега не горит желанием, поэтому только его взору попадаются ключи от порша, как он уверенно хватает их и направляется в гараж.       Он никогда здесь не был, всегда лишь видел вейрон Чонгука во дворе, но святую святых не приходилось посещать. И конечно сейчас немного мурашки по коже, потому что Ким обожает дорогие машины, особенно, когда они красивые и шикарные, а у Чона много машин, но он ими редко пользуется. Лучше сказать, авто у альфы для красоты и чтобы баловать своё эго.       Чонов сбор хлама и автомобилей кое-чем отличается от его. Сама площадь поменьше, но зато вся забита марками разных тачек. Ну и конечно, у Чонгука нет скрытой комнаты, где можно уединиться с самим собой или машинами, как у Тэ, но здесь весь комфорт создают автомобили. Чего только стоят два порша, что первыми бросаются в глаза. Тэхёну остаётся гадать, от какой именно у него в руках ключи. Он решает не мучать себя и нажимает на кнопку разблокировки машины. Порш кайен темно-синего цвета, красиво блеснул фарами, а сердце у Тэ будто принялось бухать сильнее. Ему ещё не приходилось водить такие красивые машины, хотя давно хотелось. Поэтому Ким решает не тянуть и быстро открывает дверку, ныряя в светлый салон авто.       Такую машину оказывается вести немного тяжелее. Его широн тоже дерзкий, но сильно отличается от этого. Все-таки, доехать омега сможет, это ведь не камаз вести. Утро выдаётся не из лучших, слегка моросит дождь, смешанный со снегом, а ещё безумная холодрыга, даже выходить из машины не хочется. Тэхён если честно устал от такой зимы. Он мальчик солнечный, поэтому нуждается в солнце весь год. Холод совсем не для него, не смотря даже на то, что именно тогда Ким и родился.       Приезжает Тэ довольно быстро, даже сквозь медленных водителей он смог проскочить, так что сейчас стоит в людном месте, опираясь на стену и пытаясь выследить макушку своих друзей. Он не уверен, что Бён остался все ещё с красными волосами, потому как перед отъездом в Корею они вместе красились в эти ярки цвета, но зная омегу, он долго бы не протянул. Странным остаётся тот факт, что у него волосы очень даже ничего: шелковистые, блестящие и красиво уложены всегда.       Людей и вправду много, но, стоит Тэ повернуться в очередной раз, откуда не возьмись, наваливается какая-то лёгкая тушка и почти что душит Кима. Он бы подумал, что это Бэк, но он весит больше, а эта тушка ещё и пищит по-девичьи.       — Чеён, это ты что ли? — хмурится Тэхён от того, что не может понять кто это и девушка тут же слазит с него, вешаясь уже в объятия. Шатен пищит вместе с ней, потому что вообще не ожидал увидеть эту милашку здесь. Сюрприз Чана и Бэкки на сто процентов удался.       — Привет, оппа, — тянет девушка и звонко целует в щеку.       — Тэ! — блондинка не успевает отойти от друга, как Бён отпихивает её и просто валит на пол, душа в объятиях и катаясь по полу. — Как же я скучал, моя секс-машина.       — Боже, Бэк, мне так стыдно, что ты парень моего брата, — Чеён закатывает глаза и осуждающе смотрит на Чана, мол: «Поднимай их, чё смотришь».       — Эй, может вы дома наобнимаетесь? Ребят, пошлите, пожалуйста, я так устал, — Пак тянет своего парня наверх, чтобы поднять и Чеён тут же подхватывает Тэхёна.       — Прости, Чанни, приветик, — Ким смущённо улыбается альфе и уже спокойно его обнимает.       Все же, как сильно он скучал по ним. Эти ребята сделали из него человека: показали мир настоящего адреналина, скорости и кайфа, научили ездить и дали ощущение настоящей семьи. Они не просто друзья, которых он будет помнить до конца жизни, это те люди, которые никогда не бросят, которые полюбят тебя любого и которые найдут решение твоим проблемам. Тэхён прекрасно знает, что если бы он попросил, практически все альфы из его банды были уже здесь и защищали его от Доёна, но омега не может так просто оторвать их от обычной жизни, чтобы они спасали его ни на что не годящуюся задницу.       — Пойдёмте, а то вы и вправду устали, — Тэ улыбается и зовёт всех за собой на улицу, где на парковке оставил порш. Они подходят к машине, Ким показательно нажимает кнопку разблокировки, чтобы удивить друзей, и у них буквально отвисает челюсть.       — Это твоя? — Чан, до этого простоявший минуту в трансе, подходит к заду тачки и медленно проводит рукой по темно-синей поверхности.       — Конечно нет. Одолжил у друга, скажем так, — хмыкает Тэ и открывает багажник, чтобы загрузить чемоданы. После этого он хочет уже сесть за водительское сидение, как Пак подходит к нему с щенячьими глазками.       — Можно мне?       — Конечно можно. Держи, — ключи ловко попадают в руки альфы и он как маленький ребёнок, хлопает в ладоши, перед тем, как сесть за руль.       Они быстро грузятся в машину, потому что ветер, кажется, сильно разбушевался и стоило бы побыстрее добраться до особняка Тэ и лечь спать, потому что сам шатен тоже не прочь доспать несколько часиков. Чеён, что сидит с ним на заднем сидении уже во всю в телефоне, в прочем, как всегда, наверное сейчас начнёт показывать все фотки, которые были сделаны после его отъезда, а Бён с Чаном наслаждаются природой Сеула.       — Ну как ты тут обжился? Куда направлен навигатор? — спрашивает заворожённо Бэкхен, кивая на навигатор, на который Чан поглядывает, чтобы не заблудиться.       — Я прекрасно здесь устроился. Конечно, сначала меня поселили к Юнги, у него не хилый пентхаус, но я не был в восторге от их с Чимином стонов, — все пускают смешки и продолжают слушать рассказ друга. — Но потом мы с братом договорились, и я переехал в огромный особняк. Думаю, вам понравится там жить.       — Круто, а где сам Юнги? — снова интересуется Бэк, не отрывая взгляд от окна.       — Сейчас должны быть в Лондоне, у них ведь медовый месяц. Мне так скучно без Чима и брата, но наконец-то приехали вы, уже не умру со скуки. Познакомлю вас потом с друзьями Юнги, они и вправду хорошие… — хотел бы ещё омега что-то сказать, но его перебивает телефонный звонок. И разумеется звонит Чонгук. Тэ бы рискнул не взять трубку, но боится умереть быстрее назначенного времени, поэтому проводит пальцем по экрану и подставляет аппарат к уху.       — Да?       — Только попробуй сказать, что ты залез в мой гараж и забрал кайен, — сонно и хрипло говорит Чон на ту сторону и омега слегка удивляется. Он только что проснулся?       — Мне не стоит говорить, ты сам все сказал, — тихо, немного боязно отвечает омега и уже готовится ко всем матам, но Чон успевает лишь зарычать его имя, как он ойкает и продолжает. — Ну, Чонгук-и, тебе жалко что ли?       — Я собирался на ней поехать, — уже немного спокойно добавляет альфа и видимо громко вздыхает, потому что он этого вздоха у шатена аж мурашки появляются. Кажется, сегодня кто-то будет выебан по самое не хочу.       — А разве ты не можешь взять другую машину? Покатайся сегодня на панамере.       — Я сегодня приеду к тебе и ты получишь, понял? — на заднем фоне громко хлопает дверка, похоже что от машины и заводится двигатель.       — Ясно. А сейчас куда едешь?       — Мне позвонил папа, сказал, что приехал. Думаю ты скоро побываешь на ещё одной свадьбе, — Чонгук невесело хмыкает, а Тэ как-то вообще ничего не понимает. Что это там у него происходит?       — В каком смысле? — омега хмурится и наблюдает, как Чан плавно въезжает в его улицу, остается недолго.       — Ну ты помнишь, как я рассказывал тебе о том, что родители пытаются женить меня и Хосока на ком-нибудь, лишь бы мы не шлялись по омегам. Так вот, папа сегодня прилетел, а значит, я приеду к тебе очень расстроенным. Готовься слушать моё нытье или удовлетворять меня в постели, — Чон кажется сказал это слишком громко, потому что сбоку сидящая Пак подавилась собственной слюной и непонимающе уставилась на друга.       — Блин, Чонгук, может не стоит ехать туда? Мне будет безумно обидно, если ты забудешь обо мне, — Тэхён чувствует себя немного эгоистом, потому что не имеет никакого права на альфу. Секс по дружбе на то и есть по дружбе, чтобы не связывать друг друга какими-то обещаниями или прочей херней.       — Тогда может ты хочешь побыть вместо моей невестушки? — Чонгук ухмыляется, хотя Ким прекрасно понимает, что он готов крушить все на своём пути. Если одумался Хосок, это совсем не значит, что тоже сделал и младший Чон.       — Ты знаешь мои обстоятельства. Тем более, мы всего лишь друзья, — омеге уже самому эти слова стоят комом посреди горла, но это правда и больше они не обязаны ничем друг другу.       — Все-таки мне до сих пор кажется, что ты перебарщиваешь… — задумчиво говорит альфа и Тэ не совсем понимает чего именно это касается. Его страха Доёна или же их отношений? — Давай поговорим обо всем позже, мне нужно предупредить Хосока.       — Он тоже едет? — успевает спросить младший, как Чонгук уже бросает трубку. В его последних словах слышалась неприязнь, значит ли это, что ему совсем хреново? Может, у него проблемы или он так сильно переживает о сохранности жизни Тэхёна? На это, пожалуй, ещё нужно узнать ответ.       — Так-так-так, а кто это был? — Бэкхён медленно поворачивает голову назад, с бешеной ухмылкой на губах, явно не терпящий отказов на свой вопрос.       — Мы приехали, — но похоже Тэ рискует и как-только машина останавливается, он выскакивает и вводит пароль для открытия ворот. Пока Чан заезжает на территорию, омега думает над словами альфы. Может он вообще перестал верить Тэхёну, потому что Доён уже очень долго не объявлялся, а Ким только и говорит, что о своей скорой смерти из-за него.

***

      Чонгук открывает глаза очень внезапно, смотрит на часы, которые показывают девять и хмурится. Стоит только повернуть голову, сразу становится понятно столь недовольному выражению лица. Запах омеги едва ещё витает в воздухе, а значит, ушёл уже давно. Альфа рычит, потому что это уже безумно бесит, ибо какого чёрта он сбегает? Чонгук скучает по тем очень редким утрами вместе, когда во время готовки страстно целовались, когда могли принять душ вместе, когда шутили и говорили за завтраком. Неужели его влюблённость требует дикого внимание к себе? Может пойти к знакомому в бордель, снять шлюху и вытрахать всё то, что надумал себе альфа, и забыть о Тэ, как и о любимом другом омеге? Но уже поздно, все зашло слишком далеко, чтобы так просто уйти от проблемы.       Неожиданный звонок приводит в чувства и заставляет выйти из никому не нужных мыслей в реальный мир. Чон нехотя тянется к телефону, который уже очень сильно надоедает из-за вечно плохих событий, и поднимает трубку от звонящего отца. Он бы проигнорил, но даже не успевает нормально прочесть, кто звонит.       — Слушаю.       — Чонгук, твой отец приехал, ждём вас с Хосоком дома, — говорит своим тонким и ласковым голосом папа и тут же отключается.       Чон ещё не может переварить сказанного, потому что только открыл глаза и пожелал бы поваляться и отдохнуть от проблем, может хотя бы просто забыться на несколько часов. Но судьба решает по-другому. Его очень расстраивает, что родители ведут себя так неправильно с ним, да и с Хосоком тоже. Хочется немного любви от них. И ладно, если отца они перестали принимать, то хотя бы папа. Он конечно счастлив, иногда звонит, но этого мало. Чонгук остался только с братом, в сравнении с тем как десять лет назад те отдавали слишком много любви, сейчас родители привыкли только требовать омег и внуков.       Альфа поднимается с кровати, не снимая маску безразличия и ярости с лица, потому что знает, что день его ждёт хреновый, и стараться как-то избавиться от этого нет смысла. Он принимает все ванные процедуры, долго растирая своё тело, хотя засосы по всему телу не исчезают, и Чон совсем не понимает зачем это делает. Он разве всегда такой нервный, когда Тэ не рядом? Позже он одевается на быструю руку и даже не позавтракав, идёт на выход, чтобы взять ключи от кайена и наконец-то прокатится на этой машине. Но каково же его удивление, когда нужного предмета он не находит. Значит, Ким решил рискнуть именно в этот день? Именно тогда, когда у Чонгука и так настроение ниже плинтуса? И зачем он только оставил их на этом видном месте? Блять, уже ничего не спасёт этот день.

***

      Мчась по заснеженной дороге, альфа почти что не контролирует себя. Ему кажется, что сидит сейчас на пороховой бочке и ждёт, когда та выбухнет. Он разозлился на Тэхёна, хотя тот не виноват, всего лишь одолжил машину. Омега просто попал под горячую руку, ведь психологическое здоровье Чона похоже тоже начинает пошатываться. Хоть бы на родителей не сорваться.       — Ало, Хосок, — говорит брюнет, как только на той линии отвечают.       — Да, братишка. Чего хотел? — сонно отвечает старший и похоже потягивается, потому что слышны странные звуки.       — Давай мигом собирайся, мне позвонил папа и сказал ехать домой, — странно говорить о старом доме, где они провели счастливую жизнь, как о до сих пор действующем доме, будто они продолжают там жить и наслаждаться этим.       — То есть, он что приехал? — Хосок кажется срывается с места, потому что снова слышны странные звуки.       — Да и он приехал только ради того, чтобы прочистить мне мозги и чтобы я женился, впрочем, тебя это тоже касается.       — Ладно, езжай первым, я скоро подтянусь, — покорно отвечает Хосок и тут же отключается.       Чонгук знает, что из этой встречи ничего хорошего не выйдет. Тем более, если папа приедет со своим нынешним мужем. Будем надеяться, что этого не произойдёт, потому что братья не те люди, которые сдерживают себя в эмоциональном плане. Главное, чтобы они сами не рассорились во время названного завтрака.       Дорога занимает приблизительно полтора часа, потому что ехать по мокрой дороге опасно, Чон не рискует гнать. И как только показываются ворота, он тяжело вздыхает. Останавливает машину, быстро пишет сообщение брату, чтобы не сидеть с ними один ещё час и наконец-то въезжает с открывшиеся перед ним ворота. Снова осматривает аллею, где часто играл с Хосоком в разные игры, едет медленно и обдумывает все. Он не хочет здесь быть. Это место ужасно давит на него, а родители, которые всегда должны поддерживать, и подавно. Становится так противно на душе и он обещает себе, что постарается молчать целый день, чтобы не разрушить нахрен весь дом.       — Чонгук-и, — кричит папа с порога, как только Чон оставляет панамеру на стоянке. Альфа немного улыбается и покидает салон машины, чтобы наконец-то обнять родного человека, вспомнить его запах и хотя бы немного расслабится. Все же тоска по папе покрывает злость и ярость, так сильно бушующую в нём.       — Привет, пап, наконец-то ты приехал, — тихо говорит он, когда уже прижимает к себе хрупкое тело омеги.       — Ну знаешь, ты тоже мог приехать ко мне, что тебе мешало? А где мой Хосок-и? — старший оглядывает машину в надежде увидеть там своего второго сына, но Чонгук перебивает его.       — Он приедет позже. Хосок ещё дрыхнул, когда я позвонил ему, — альфа снова слегка улыбается, но когда папа разворачивается спиной, чтобы пройти в дом, потому что успел промёрзнуть, парень хмурится.       Так странно чувствовать на нём чужой, никогда не изведанный раньше запах альфы. Родители всегда пахли друг другом — вином и мёдом. Но сейчас аромат смешанный, запахов папы и его нового мужа какой-то неприятный, даже противный. Впрочем, как и сам иностранец. Стоило только Чонгуку увидеть его в первый раз, как мнение о нём сложилось не очень положительное. Возможно, так действует плохое настроение, а возможно Чон просто уже никому не верит.       Они недолго обмениваются хорошими словами, знакомятся и пожимают руки, а потом и вовсе садятся за стол. Этот Мино оказывается тоже не беден. У него своя компания по разработке каких-то технологий, вообще это альфу интересует в последнюю очередь. Главное, чтобы папа был с ним счастлив, а остальное неважно.       — Здравствуйте, моя дорогая семья, — в дом заходит Хосок и солнечно улыбается всем. Быстро обменивается рукопожатием с отцом, Мино, а папу крепко обнимает. Он вообще-то так же не горит желанием здесь находиться и миловаться с двумя старшими альфами, но все ещё уважает папу, поэтому и лишь поэтому он здесь.       — Ну как вы тут поживаете? Надеюсь, вы хотя бы друг с другом общаетесь? — укоризненно спрашивает омега, завуалировав слова о том, что они совсем забыли о родном отце.       — Нормально, пап, конечно мы общаемся друг с другом. Ты ведь не забыл, что у нас общий бизнес. Тем более, Чонгук с Тэхёном теперь каждое утро приезжают ко мне и заботятся, чтобы я хорошо кушал, — улыбаясь, говорит альфа, одновременно быстро поедая салат, потому что не успел позавтракать.       — А Тэхён это… — Лиен делает паузу, в надежде получить ответ, который хочет и даже почти слышит его, когда Хосок:       — Тэхён его…       — Это наш друг, — перебивает Чонгук, до этого долго молчавший и смотрит на брата убийственным взглядом. Он не хочет, чтобы родители знали о Тэ. Им обоим комфортно так, как есть сейчас, поэтому лучше ничего не говорить, чтобы по крайней мере не тешить самого себя надеждами.       — Он омега? — невзначай спрашивает отец, немного наклонив голову. Старший альфа ещё с детства умел распознавать все, что задумали его сыновья и сейчас ему не составило труда увидеть в глазах Чонгука грусть и тоску, а потом и вовсе ярость, когда младший посмотрел на брата.       — Да, он омега. Тэхён брат Юнги. Он недавно прилетел из Франции, где жил с родителями. Решил, что с Юнги будет лучше, — отвечает Хосок, потому что видит, как брюнет хочет быстрее отсюда сбежать, как все на него давят и как он часто дышит.       — Интересно. Никогда о нём раньше не слышал, — заинтересованно говорит омега, явно не собираясь так просто закрывать эту тему.       — Я выйду ненадолго. Прошу меня простить, — Чонгук поднимается с места и выходит во двор, захватив свою куртку.       Конечно, он не собирается бежать как малолетка, но покурить сейчас ему жизненно необходимо. Хоть они и договаривались однажды с Тэ, что бросят курить вместе, но в эту секунду ему нужно вздохнуть сизого дыма в лёгкие и успокоиться. Возможно, именно из-за того, что резко бросил курить, альфа и стал таким нервным, но если честно, он уже устал гадать, что с ним. Как все исправить и как выйти из чёртовой депрессии? Возможно, если бы Тэ сегодня не ушёл из его дома, Чон чувствовал бы себя лучше или нет?       — Чонгук, — его мысли прерывает отец, ставший рядом с ним. Младший бы и сейчас разозлился, но сдерживает себя. — Можно мне одну? — Джунхе кивает на пачку в руке сына и протягивает руку.       — Тебе же нельзя.       — Как приятно, что ты помнишь, — отец приподнимает уголок губ в полуусмешке, кивает и опускает руку в карман штанов.       — Давай без этого. Ты что-то хотел? — Чон выпускает серый дым изо рта и впервые поворачивает голову к старшему, немного осматривает когда-то такого родного отца и снова отворачивается. Совсем нет сил сегодня на него злится.       — Он дорог тебе, верно? Не отрицай этого, ты ведь помнишь, что я всегда читал тебя как книгу. Чонгук, я знаю, ты до сих пор меня не простил и не простишь уже, но я всего лишь хочу знать, что с тобой все хорошо, ведь не смотря на все, ты остаёшься моим сыном. Я виноват перед всеми вами, я испортил нашу семью, и я это признаю. Прости, что тогда накричал на тебя. Больше не буду на тебя давить. Если ты хочешь, можешь продолжать гулять и тому подобное, возможно, ты просто не нашёл того самого или ту самую, — Джунхе рискует и ставит руку на плечо младшего, тем самым поддерживая. Знает, что может сейчас быть отвергнутым, но видеть потерявшегося сына больнее всего на свете.       Он не дурак и прекрасно понимает, что Чонгук запутался в себе. Увидел ещё с порога, что ему не комфортно здесь. Он сжался как маленький ребёнок. И только и делает, что выставляет свои колючки. Как только разговор зашёл об этом Тэхёне, альфа сразу изменился, в его глазах прошлась волна безумия, а потом он и вовсе ушёл. Значит ли это, что тот омега не отвечает ему взаимностью или вообще, отвергнул?       — Я постараюсь уговорить Лиена не трогать тебя. Пусть женит Хосока, а тебя оставит в покое, но ты знаешь, что если он решил что-то, то уже не отступит. Чонгук, я не могу смотреть на тебя такого разбитого и потерянного. Понимаю, что я последний человек, с которым ты бы хотел поделиться тревогами, но просто знай, что эти двери всегда открыты для тебя, что бы ты не сотворил. Я люблю тебя и никогда не переставал, — рука на плече сжимается сильнее и альфа готов уже уйти, дать силы Чонгуку одному собраться с мыслями, оставить в покое, но сын откидает окурок и обнимает, сильнее прижимаясь к родному теплу.       — Прости меня, отец. Я такой дурак, — он пускает всего лишь одну слезу и быстро её вытирает, вдыхая любимый из детства запах вина. — Я не должен был так себя вести.       — Чонгук-и, все мы оступаемся и теряем контроль над собой, рано или поздно. Ты ещё молодой, но должен понимать, что иногда мы совсем не слушаем никого и ничего кроме сердца. Мы с твоим папой любили друг друга, как друзья, но наши отцы решили, что из нас выйдет хорошая пара, потому и женили нас. Нам было комфортно друг с другом, мы понимали друг друга и все было хорошо, пока в один день, Лиен не сказал мне, что любит другого. Вы с Хосоком тогда уже были постарше, тебе было четырнадцать. Я не мог его держать около себя, потому что догадывался, что так оно и кончится. Я всегда отпускал Лиена к нему, никогда не перечил и понимал без слов. И когда тебе было уже восемнадцать, он решил уйти. Я не хотел, чтобы вы держали зло на него, поэтому пустил слух, что изменил, — тихо проговорил Джунхе, поглаживая сына по спине. — Не думал, что когда-нибудь рассказу тебе это, но я хочу, чтобы ты знал.       — То есть, это все была неправда? — Чон поднимает голову и смотрит на отца, а тот кивает. У Чонгука будто что-то разбилось внутри. Он никогда бы в жизни не подумал, что его родители не по-настоящему любили друг друга. Ему обидно, что вся эта сказка была неправдой, что им с Хосоком с самого детства врали. Но понял он одно: его отец настоящий альфа, раз взял всю вину на себя. Чонгук уже взрослый и понимает, что злиться на папу или отца теперь нет никакого смысла, поэтому отпускает все и снова обнимает родителя сильнее.       — Прости, что так случилось. Я знаю, как тяжело тебе было пережить все это, но оно уже позади. Я поэтому сразу не хотел женить вас на первой встречной омеге и давал вам шанс каждый год, ещё пять лет назад, но Лиен твёрдо решил, что время настало, — говорит старший, когда они уже просто стоят на крыльце, опираясь на перила, и смотрят вдаль.       — Я понимаю, — тихо отвечает младший.       — Так все-таки, скажи мне, кем является для тебя этот Тэхён?

***

      Тэхён провожает друзей в дом и тут же показывает им комнаты, где те должны будут жить этот месяц. Конечно, они ещё не решили, сколько точно будут здесь, но столько им хватит. Все-таки во Франции ждут друзья и работа, а здесь они как на каникулах. Бэк и Чан решили, что ничего не будут делать, только жить за счёт Тэхёна, который к слову и не против. А Чеён вообще летает в небесах. Никто не знает что у неё на уме.       Ким проводит друзей в отведённые комнаты, а сам спускается вниз, чтобы приготовить что-то съедобное и накормить голодающих. Он немного потерян из-за разговора с Чонгуком, потому что не знает, что от старшего ожидать. Чон был слишком резок и недоволен, поэтому Тэ переживает за него, да и за себя тоже. Хорошо хоть Бён отстал со своими вопросами об альфе. Омега ставит чайник, подходит к холодильнику, начиная выуживать продукты и слышит странный звук, а следом и стоны.       — О Боже, — шатен закатывает глаза и слегка улыбается. Понятное дело, что его любимые друзья решили опробовать кровать на прочность в первые же минуты. Ким понимал, что так и будет, поэтому не слишком сильно удивляется.       — Можно мне выйти, — по лестнице спускается Чеён, неизменно с телефоном в руках и закатанными глазами. Она должна была привыкнуть к этому, потому что живёт с братом и его омегой в одной квартире. Но видимо её психика до сих пор не выдерживает этого.       — Иди сюда, — Тэ улыбается и обнимает девушку, которая тут же кутается в его объятиях. Они стоят так несколько минут, что-то говоря друг другу, а потом отстраняются и подходят к плите. — Сделаешь чай?       — Хорошо. Слушай, как ты вообще подошёл к плите? Ты же не готовил никогда, — начинает расспрашивать омега, пока они занимаются своими делами.       — Мне пришлось научиться. Во-первых, самому хотелось жрать, а во-вторых, у меня до сих пор есть два ребёнка, которых я кормлю, — Тэ ухмыляется при воспоминании о Чонах.       — И что это за дети?       — Ну они были друзьями Юнги, потом познакомились со мной. Это братья Чоны. Хосок — старший из них и я просто обязан приезжать к нему почти что каждый день, чтобы убраться и покормить, а Чонгук — младший, все время тащит меня к нему. Я многим обязан им, поэтому ничего против не имею. Кстати, машину сегодня утром я украл у Чонгука, и он может в любой момент появиться здесь и убить меня, — весело говорит омега, помешивая что-то в кастрюле и совсем не обращает внимание на то, что сказал. Будто это обычное дело.       — В смысле? Каким образом ты украл машину? — девушка теперь садится за стол, расставляя чашки, наполненные кофе и чаем, и принимает позицию внимательного слушателя.       — Ну, мы часто ночуем друг у друга, поэтому сегодня утром, когда я уходил, взял ключи от его кайена. Он немного позлился, но сегодня Чонгук поехал к родителям, так что приедет ещё более злым.       — Что у вас за отношение такие? Секс по дружбе? Колись давай, ты же знаешь, мне все очень интересно, — Пак подходит к другу и обвивает худыми руками тонкую талию, прижимаясь к нему сильнее и улыбаясь.       — Типа того. Но иногда мы можем быть психологами друг для друга. Он все знает про Доёна и так далее, поэтому очень сильно поддерживает меня, — Тэ вздыхает тяжело, потому что говорить об этом снова становится сложно.       — Эта тварь не успокаивается, да? — тихо, пытаясь не спугнуть, спрашивает младшая и начинает тереться подбородком о плечо Кима.       — Ты знаешь, он будет преследовать меня все время и я…       — Тэхен, ты что готовишь?! — кричит со второго этажа Бэк и разговор тут же прекращается, потому что два слона спускаются по лестнице наперегонки, едва не пихая друг друга.       — Эй, успокойтесь. Чего это вы так быстро? Все время минимум полчаса ласкались, а это что такое? — недовольно ворчит Чеён и садится на своё прежнее место. Она хотела успокоить друга, поддержать его, а эти два придурка все испортили, впрочем, как всегда.       — Ладно, садитесь, все готово, — Тэ улыбается и приглашает всех к столу, хотя они уже сидят, ожидая своей порции.       Они проводят за столом часа два, не меньше. Обговаривают все проблемы, делятся новостями и успевают даже обсудить других омег, пока Чан мирно играл в игры на телевизоре, чтобы не слышать омежьих сплетен. Оказывается, очень многое изменилось с того времени, как Тэ здесь. Он только чуть больше двух месяцев в Сеуле, а столько уже пропустил. Тэхён так же рассказывает про своих друзей и обещает познакомить с этими братьями, Джином и Намджуном.       — Блин, я так устал, пойду немного посплю, а то Чан-и вовсе меня утомил, — хихикает Бён и убегает тогда, когда в него летит салфетка от Чеён и её писк:       — Эй, нам не обязательно знать, как вы трахаетесь с моим братом.       Тэхён ржёт в полный голос и слышит, как то же делает и Чан с гостиной. Когда сбегает и Чеён, чтобы вздремнуть и попереписываться с любимой Лисой и Джехёном, Тэ немного убирается на кухне, копается несколько минут, а потом идёт к орущему Чанёлю, который только что проиграл в гонке. Ким улыбается и ложится к нему под бок, немного расслабляясь и рассказывая о последних событиях. Омега не хочет навязываться на сострадание или что-то подобное, но Пак ему как второй брат и когда нет Юнги, Чан всегда готов выслушать Тэ. Младший особенно сильно любил припереться в квартиру Чана и Бэка, приходить к ним в спальню и ложиться между ними, плача или рыдая от беспомощности. Они привыкли к этому и считают Тэхёна своим маленьким ребёночком.       Спустя полчаса разговоров по душам их отвлекает звонок в дверь. Тэ наверняка знает, что это Чонгук. Поэтому тут же срывается к двери, чтобы не нервировать альфу сильнее.       — Привет, Чонгук, — сходу говорит омега, как только перед ним вырисовывается старший.       — Я побью тебя потом. Впустишь в дом? — Чон изгибает бровь, потому что младший почему-то тупит и не отходит от проёма. Обычно тут же пропускал, но сейчас…       Тэхён же откровенно думает, что сейчас попадёт, потому что Чанёль сидит в гостиной в одних спортивных штанах, ещё не до конца отошедший от секса со своим омегой, встрёпанный и тем более не принявший душ. Чонгук может не так понять и это будет очень плохо. Все его опасение перешагивают через себя, когда Чан вместе со своей супер сексуальной аурой появляется около них и с очаровательной улыбкой выдаёт:       — Приветик. Тэ, можно мне полотенце? я схожу в душ.       Чонгуку хватает одного взгляда на омегу, который выпячивает свои глаза на чужого альфу и тут же поворачивается к нему с мольбой в глазах, чтобы набросится на этого чудика и расквасить ему нос. Он не обращает внимание на крики Тэ, появившуюся из ниоткуда перепуганную девушку и боль на собственной губе, потому что тот альфа тоже не дурен собой, а нормальный такой качок. Тэхён кое-как оттаскивает разъярённого и злого Чона от друга.       — Чонгук, Чонгук. Посмотри на меня, слышишь, — омега обнимает его за талию, смотрит почти что слёзными глазами, но старший не может успокоится и рвётся к второму альфе, что пытается что-то объяснить.       — КАКОГО ХРЕНА ВЫ ТАК ШУМИТЕ, — на лестнице появляется не менее Чонгука злой Бэк и кричит на весь дом. Он протирает глаза и только после видит, как на полу лежит его альфа, а Чеён пытается вытереть из его носа кровь. Сам же Тэхён обнимает какого-то другого альфу и пытается оттащить его подальше.       — Чан-и, Боже мой, что ты сделал с ним? — голос омеги тут же меняется и он со всей дури бежит по лестнице, едва не падая, но успевая кинуть на немного притихшего мужчину яростный взгляд.       — Видишь, Гук-и, это мои друзья из Франции, которые должны были приехать. Я же говорил тебе. Это Чанёль и его омега, пожалуйста успокойся, — Ким берёт в руки лицо брюнета, дует на губу и прижимается ближе, чтобы быстрее успокоить.       — Друзья? — непонимающе спрашивает Чон и начинает бегать взглядом по всем присутствующим.       — Нет, блять, просто порнушку решили устроить, — кричит Бён, злобным голосом и поднимает своего альфу с пола. — Боже мой, это ж как сильно надо бить, чтобы так кровь текла, — снова ворчит омега, пока Пак пытается улыбнуться на эти слова.       — Блин, я не… Прости чувак, это… — Чонгук пытается оправдаться, быстро подходит и сам поднимает Чана, потому что Бэкхён его немножечко уронил.       — Да ладно, что я не понимаю? Сам бы порвал за своего омегу, — подкалывает альфа Чона и слегка бьёт по плечу, ободряюще улыбаясь. Хорошо хоть этих слов никто не слышал.       — Пойдём, я обработаю тебе рану, — Тэхён выдыхает и забирает с собой старшего, ведя в свою комнату, по пути говоря Бэку, где аптечка.       Ким садит друга на кровать и бежит в личную ванную, где хранит баночку антисептика и вату на всякий случай. Так же быстро возвращается и садится на пол, прямо между коленями альфы. Он сейчас ничего не хочет слышать, потому что пытается переубедить себя, что это не была ревность со стороны Чонгука. Тэ совсем не понимает, что нашло на Чона и зачем тот набросился на чужого альфу? Да даже если это и был бы любовник Кима, какая разница старшему, кто это? Они ведь договорились, что их ничего больше не связывает кроме как секса по дружбе.       — Тэ…       — Молчи, просто молчи. Скажи спасибо, что они мои друзья и очень понимающие, ибо это был самый глупый твой поступок, — холодно отвечает Тэхён, а у самого Чона мурашки по коже идут.       Ким даже не смотрит ему в глаза. Просто водит ватой по губе, иногда дуя на рану, а во взгляде его одно отстранение. Чонгуку больно от этого, но он дурак, что повёл себя так, что позволил эмоциям настолько сильно овладеть им. Это было необдуманным и глупым поступком, но кажется тот альфа его понял и простил, слава Богу.       — Прости меня. Да, я сглупил. Просто ты понимаешь, что у меня очень сложный день. Я думал приду к тебе и ты успокоишь меня, но никак не ожидал увидеть другого полуголого альфу. Разозлился, потому что подумал, что ты нашёл мне замену, — огорчённо говорит старший, останавливая руку Тэ и беря её в свою. Тот наконец-то смотрит ему в глаза и закусывает губу.       — Как я могу найти тебе замену? — отвечает омега, и в один момент роняет Чонгука на кровать, устраиваясь сверху. — Я уже говорил, что такого секса, как у нас с тобой, у меня никогда не было, — младший улыбается и втягивает Чона в томительный поцелуй. Он ведёт первым, но альфа перехватывает инициативу и прикусывает нижнюю губу Тэ, ощущая на своей капельку крови, что смешалась с собственной. Чонгук рад, что Тэхён не обижается на него и в который раз понимает, что такого шикарного омегу ему не найти уже нигде.