-You are bitch, - maybe but not yours.

      Альфа медленно открывает глаза и хочет уже посмотреть на своего любимого рядом, но его не оказывается на второй половине кровати, хоть она и тёплая ещё. Чон тут же просыпается окончательно и немного паникует, сверля взглядом кровать, потому что Тэхёну не желательно сейчас сильно перенапрягаться, ибо он в любой момент может свалится с ног, как говорил врач из-за того, что долго лежал без какого-либо движения. Но стоит ему услышать смешок позади себя, как он тут же оборачивается и видит Тэ, у которого на руках их малыш.       — Не волнуйся ты так, никуда я не уйду, — шепчет омега и переводит взгляд на своё чадо в руках. Он только две минуты назад капризничал, но стоило взять его на руки, как сыночек тут же успокоился и мирно уснул.       — Я не могу не волноваться, — возмущённо шепчет альфа и поднимается с кровати, чтобы обнять свою семью и поцеловать Тэ. Малыша он не трогает, потому что тот не любит слишком много ласк, когда спит. — А ты мог меня разбудить, чтобы успокоить его.       — Нет, я и так провёл с Джисоном мало времени. Мне нужно все наверстать, хорошо хоть он меня слушает, а то бы вообще забыл, что у него есть папа. Тебе пришлось самому с ним столько таскаться, пока я лежал без дела, — Ким обижен сам на себя и отворачивается от Чонгука, пока говорит это.       — Не смей так думать. Мы оба виноваты, что не уследили за беременностью и только я виноват, что так надолго оставил тебя одного, — старший крепко обнимает омегу за талию, не сильно прижимая к себе, потому что между ними был ребёнок. — Так что давай закроем эту тему. Я не могу и не хочу вспоминать это.       — Хорошо.       Они стоят так довольно долго, обнимаясь и невесомо целуясь, чтобы не сорваться окончательно и забыть, что здесь и ребёнок есть. Ведь они сильно скучали друг по другу. Тэхён трётся лбом о плечо брюнета, пока тот медленно и аккуратно забирает малыша из его рук, укладывая в колыбель, которую сам же собирал здесь, и слегка проводит пальцем по милой и крохотной щеке, потому что удержаться невозможно. Их сынишка слишком сладкий.       — Пойдём спать, сейчас только пять утра, — Чон обнимает младшего за талию и ведёт на кровать.       — Тебе же ещё на работу, а ты проснулся, — Ким снова мило ворчит и Чонгук лишь сжимает его в объятиях, не в силах больше отпустить хоть не минуту. Как же он любит его, просто по гроб.       — Тэ, не волнуйся за меня, а думай о себе. Я все ещё боюсь оставить тебя одного дома. Обязательно позвонишь Чимину, чтобы пришёл, а ещё лучше Джину тоже.       — Ну вообще-то, я хотел провести день только со своим сыном, раз уж альфа уходит из дома, — показательно наигранным голосом говорит омега и ложится ровно, выбираясь из тисков Чона. Тот офигивает от такого Тэхёна, потому что он обычно не играется таким жестоким манипулированием, но здесь альфа отчётливо чувствует прошлого Тэхёна, который, как выяснилось, никуда не делся.       — Ах вот как, — Чонгук нависает над своей жертвой в один момент, что тот даже ничего не понимает сначала и испуганно вскрикивает, тут же прикрывая рот ладошкой, чтобы не разбудить только-только уснувшего Джи. — Сейчас мы посмотрим, как ты скучаешь по мне.       Альфа медленно наклоняется, вынуждая младшего тихо постанывать от вмиг накатившего возбуждения, и припадает к мягким и безумно вкусным губам напротив таким откровенным и пошлым поцелуем, что у самого руки трясутся, насколько сейчас он испытывает эйфорию. Тэхён стал его наркотиком и зависимостью, без которых теперь не выжить в этом мире. Он впервые в жизни чувствует себя настолько живым, полноценным и пиздец каким счастливым, что просто не передать словами. То, как Ким поддаётся и отдаётся ему полностью заставляет альфу едва ли сдерживать себя, потому что рядом всегда сын, а его комната ещё не готова. В один момент это расстраивало, но потом Чонгук понял, что ему безумно сильно нравится, когда в самый ответственный момент начинает плакать Джисон и его приходится успокаивать. Для него это обозначается только одним «любимая семья» и Чонгук точно знает, что так будет всю жизнь, ведь на одном Джисоне он точно не готов останавливаться.       — Гук-и, тебе нужно выспаться перед… — Тэхёна нагло прерывают, когда он хочет возмутиться, что им нужно спать. Чонгук уже вовсю тянет его безразмерную футболку, которую сам же вчера натянул на омегу, вверх и проходится пальцами по чернилам сбоку. Он до сих пор смеётся с этой тату, а младший всегда обиженно говорит, что забьёт полностью все тело этим стихом.       — Как я могу спать спокойно, когда рядом такой омежка. Мой омежка, — Чонгук зверским взглядом осматривает его и припадает губами к животу, оставляя небольшие засосы и медленно поднимается вверх. Тэхён под ним хныкает и выгибается змеёй, потому что уже не может терпеть этого издевательства над собой. А Чонгук откровенно наслаждается и получает кайф от того, как мучается младший.       — Гук-и, пожалуйста… — снова протяжно стонет шатен и выгибается настолько сильно, задевает коленкой каменное возбуждение альфы и тут же застывает, как и сам нависший над ним зверь. Глаза Чона расширяются и становятся как у бешеного собаки, а Тэ как провинившийся котёнок только сильнее ластится к всему разгорячённому телу.       Чонгук резко разворачивает Тэ на живот, сильно прижимаясь к нему сзади и опускаясь на руках к его ушку. Томно и медленно шепча, а затем проводя по нему языком.       — Тебе придётся очень сильно постараться, чтобы остановить меня и заглушить свои стоны.       Тэхён прямо-таки тает от этих слов и расплываясь перед альфой в лужицу, не переча ему и не сопротивляясь. С одной стороны это выглядит дико, потому что они хотят заняться сексом прямо при спящем ребёнке около кровати, но с другой стороны — они всегда были дикарями и ничто им не сможет помешать…       — Я даже не надеялся, — бросает легкомысленно омега и тут же жалеет, потому что то самое каменное возбуждение с силой резко прижимается к его заду.       — Не говори об этом так просто, потому что я планирую наверстать все упущенное за столько месяцев, сколько ты должен был быть моим.       Чон теперь аккуратно приподнимает бедра младшего вверх, чтобы не задеть больных мест, ведь нога и рёбра все ещё побаливают, даже когда Ким говорит что это не так. Чонгук знает все, потому что успел за эти две недели, что Тэ проснулся выучить все его эмоции.       Когда альфа уже медленно тянет кружевное бельё омеги вниз, которое тот всегда носит, чтобы специально пособлазнять и позлить своего альфу, сбоку слышится детский плачь, больше похожий на мяуканье кота и Чон вздыхает, сразу отстраняясь и натягивая бельё обратно на омегу. Тот поднимается, хмыкает ему в лицо и шепчет:       — Вот тебе и мотивация окончить ремонт…

***

      Тэхён кружит на кухне, весело пританцовывая и поя, пока готовит у плиты любимые блюда Чимина, Чеён и Джина. Ведь друзья наконец-то должны прийти к нему чтобы проведать и посидеть хоть целый день. Им стоило бы посидеть только вчетвером, потому что поговорить есть о чём. Малыш спокойно лежит в своей кроватке и пока не беспокоит папочку. И что ещё нужно для счастье…       Тэ даже представить себе не мог, что когда проснётся, то заживёт настолько хорошо. У него есть все что нужно для полноценного счастье. Иногда Ким думает, что было бы, если он не приехал тогда в Корею, а остался в Париже. Наверное, так бы и сгнил одиноким, ведь Доён сто процентов тогда смог уничтожить его. Сейчас о его жизни можно только мечтать, потому что Тэхён самый счастливый на Земле.       Кто бы мог подумать, что омега уже столько месяцев беременный. Тэ задумывался когда это могло произойти и в мыслях тут же появлялись те дни, когда Ким особенно сильно переживал, когда его тошнило и он чувствовал слабость. Наверное, все случилось после их первого раза, ну или второго. Потому что они даже не думали о защите когда были друг с другом. Им было слишком хорошо вместе, чтобы заботиться о таких мелочах. Но Тэхён не жалеет ни о чем… потому что все так, как и должно было быть. После всех тех мучений, через которые пришлось пройти омеге он наконец-то счастлив, наконец-то чувствует свободу и любовь, которую так мечтал приобрести и в которую так трепетно верил.       — Эй, кто здесь встречает гостей? — в дом врывается Джин с бутылкой чего-то там, младший не успел разглядеть, в то время, как за ним забегает Лиса, а позади Чимин и Че тащат на руках двоих малышей. Все компашка в сборе.       — Джин-и, — Ким кидается тому на шею и друг нежно его обнимает, крепко прижимая и немного покачивая. Ребята заходят в глубь дома, чтобы положить сопящие кулёчки на кровать Тэ и вернуться к ним, пока сам хозяин уже во всю тискает Лису и не может ею насытиться.       Он до сих пор верит, что его с того света достала эта принцесса и никто другой. Чонгук и Джисон лишь немного подтолкнули к себе, потому что никто не знает того, что однажды ночью, перед тем днём, когда он окончательно проснулся, Тэ рукой прошёлся по ладони альфы, хотя тот и не почувствовал. Да и сам младший не понимал что делал, просто ощущал тепло рядом.       — Хорошо обжились тут, а то я бы вообще не вспомнил, что у Чонгука дом есть, — хихикает Чимин, когда они оба обнимались, а Тэ закатил глаза.       Ну да, Чон часто ночевал у омеги, очень часто, почти что жил там, но все равно, они решили, что теперь будут жить у альфы. Свой дом Тэхён продал, потому что больше в нём не нуждается. Да и здесь лучше, ближе ко всем. Он даже уговорил старшего перевести сюда его ямаху. Хоть он и не уверен, что продолжит на ней кататься, но может когда-то. Машины все равно нет, придётся ездить на кайене или панамере. Они ему больше всех понравились.       — Идём к столу. Лиса, ты голодная? Иди к нам, — Тэхён зовёт девочку, которая уже убежала к малышам и осматривала Джисона.       — Она поела час назад, так что не думаю, что ты уговоришь её, — Чеён улыбается и садится первой за стол.       — Ну рассказывай, как себя чувствуешь, как жизнь молодая? Как тебе быть папочкой? — Джин заваливает вопросами сходу, не успев толком сесть за стол и взять в руки вилку. Чимин и Че на это хихикают и начинают наминать, потому что соскучились по еде Тэхёна.       — Да нормально я, уже более менее пришёл в себя, привык к Джи, Чонгуку, — омега нежно улыбается и опускает взгляд, вспоминая, как их сегодня утром обломали. Ведь они впервые решили зайти так далеко с момента выхода из больницы.       — Ой да ладно, что мы не понимаем, какой у вас сейчас романтик с Чоном, — Ким закатывает глаза, пока младшие все ещё продолжают кушать и ржать одновременно, а Тэ так и не притрагивается к тарелке. — Но вы сбираетесь свадьбу играть, там как-то туда сюда?       — Я не знаю… Он не напирает, я не подгоняю. Пока что нам нужно привыкнуть, что мы и без того семья. Нужно всего себя сейчас отдавать Джисону, хотя он и не проблемный мальчик. Но все же я боюсь не справится. Да и родителям ничего не сказал. Хорошо хоть мистер Чон помогает, но своим я так и не позвонил. Думаю, что мне настанет капец, это во-первых, но тогда достанется ещё и Юнги и Чонгуку. Не хочу, чтобы папа здесь истерику устроил, а отец… Он вообще начнёт Чону целым спецназом угрожать, — Тэхён тяжело вздыхает и смотрит на безалкогольный напиток. Который притащил Джин. Он бы сейчас выпил что-то покрепче, но вот только нельзя, Джи не оценит.       — Да уж, его родители очень волнуются по такому поводу, — Чеён машет головой и вспоминает не один случай, когда Тэхёна забирали бухого в щи с вечеринки несколько охранников отца.       — Давайте не о плохом. Чимин-и, теперь только ты пузатый остался, — Ким подмигивает другу, который тут же перестал жевать и немного покраснел, и сам берётся за поедание.       — Я думаю, что такими темпами, пока я рожу, ты уже второй раз забеременеешь, — Мин ухмыляется и теперь настала очередь всех заржать, а омегу засмущаться. Он конечно не сомневается, что они с Чонгуком все могут, но это будет слишком. В конце концов, Тэ ещё от одного не отошёл.       — Да идите вы…       — Но врач сказал, что уже можно, — будто читая мысли друга говорит Чеён и Чимин заставляет её отбить пять.       — Вот от тебя такого предательства я не ожидал, — Тэхён вздыхает наигранно и отпивает чай, будто бы показывая, как он обиделся.       — Давайте поговорим о Джине. У него интересней история…

***

      Чонгук с выдохом покидает свой кабинет, параллельно прощается с работниками и выходит из спортклуба. Хосок уже ждёт около своей пагани, потому что ходил в магазин купить что-то с столу и подарочек для Джисона. Альфа видел его и Тэхёна ещё с выписки, поэтому уже скучает по ним. Чонгук улыбается наконец-то счастливо брату и тот отвечает ему тем же, скрываясь за дверкой чёрно-красной машины.       Брюнет наконец-то чувствует удовлетворение в сердце. Его жизни приобретает новые краски с каждым днём все больше и больше, как этому можно не радоваться. Его омега жив и здоров, у них есть сын, который также растёт и развивается, сам альфа вернулся на работу и теперь сможет быстрее закончить ремонт детской, чтобы было удобней. Да и вообще, он планирует ещё очень много всего, потому что их жизнь только начинается.       Мужчина садится в кайен, потому что с недавнего времени перестал гонять на вейроне, поэтому порш теперь любимая машина. Она даже снабжена маленьким креслом-люлькой для Джисона на заднем сидении. Тэхён ещё не решался садиться на водительское сидение, ведь страх повторить ту аварию никуда не пропал, хоть и никто больше не угрожает Киму. Но Чонгуку лучше, потому что куда приятней самому катать свою семью хотя бы к доктору или за покупками.       Они с Хосоком приезжают вместе, как всегда элегантно тормозя на парковке у дома Чонгука. Мазерати Юнги и Астон Намджуна уже на месте, поэтому они приехали последними. Но сейчас только шесть вечера, так что все успеют повеселиться.       — О, а вот и потерянные папочки, — хмыкает беззлобно Мин и бокалом в руке указывает занять место за столом.       — В смысле? Из нас есть только один отец, — непонимающе отвечает старший Чон и, обняв Тэхёна, присаживается на указанное место, немного хмурясь. Если Юнги так издевается над ним, то это ему аукнется, потому что он прекрасно знает, как Чон хочет стать опекуном Лисы и оставить её в Корее.       — Нет, выходит ты тоже, — Намджун качает головой и достаёт какой-то листочек, где что-то распечатано. Хосок берёт его, ничего не понимая когда вчитывается в слова, в то время, как все улыбаются.       — Я не понимаю… как это возможно… — альфа поднимает взгляд на друзей и бегает глазами по их лицам, пока те все ещё улыбаются ему и переглядываются, будто решая, кто сообщит эту новость.       — Все возможно, если сильно хотеть, друг мой, — весело начинает Ким и видит, как Хосок меняется в лице и собирается плакать от счастье, но Че быстро хватает его руку и прижимается к боку. — У меня есть некоторые связи и я ими воспользовался, потому что для меня важно, чтобы и ты был счастлив. Чеён уже все подписала, остался лишь ты, — альфа протягивает ручку и показывает, где ставить подпись. Старший кое-как, трясущейся рукой рисует свою подпись и отдаёт бумажку с ручкой назад, уже крепче обнимая свою омежку.       — Но мы даже не женаты, это не возможно сделать без брака.       — Хосок, пусть это останется для тебя секретом, считай это моим подарком на твоё день рождения. И не важно, что оно давно прошло, — Ким кивает, улыбаясь и спустя минуту чувствует, как его тянут к себе для объятий. Хосок крепко сжимает друга и похлопывает по спине.       — Спасибо, брат…       — Все ради тебя, — в ответ шепчет Намджун и отпускает застывшего альфу, когда слышит, как весело смеётся Лиса и приближается очень быстро к ним. — Иди к своей дочке, — после этих слов Чон исчезает за считанные секунды.       — Почему мы ничего не знали? — подаёт голос Чонгук, который уже во всю прижимал к себе притихшего Тэ, немного возмущаясь.       — Я тебе не доверяю, вот поэтому, — наигранно отвечает Юнги, вскинув голову и закинув руку на плечо Чимина, который тут же ударил его в бок за такие слова. Ребята снова рассмеялись и дружно взялись за поедание всего, что приготовил Ким.       — А когда вы собираетесь женится? — спрашивает невзначай Джун, после того, как альфы, обсуждавшие выгодные сделки замолкли. Его очень тревожил этот вопрос, но спросить напрямую Тэ или Чона почему-то не смог, а сейчас будто само собой вырвалось.       — Мы пока думаем над этим. Сначала пусть Джи немного подрастёт, чтобы можно было его оставить на няню или родителей. Тем более их нужно предупредить ещё, они наверное будут в шоке, да и вообще… Зачем торопиться, — быстро проговаривает Тэхён и все сильнее зарывается в объятия Чона. Только там омега чувствует себя полностью защищённым.       Он бы хотел, чтобы этого теперь нельзя было изменить, потому что это так уютно.       — Ну ты смотри, чтобы до второго так не затянули, — хихикает Джин, все больше и больше наминая. Вот он вроде бы и ест много, но фигура после родов будто уходит в первоначальную — всегда прекрасную. И это после двойни.       — Постараемся, — Чонгук язвительно хмыкает и поворачивается к омеге, целуя в висок. Его немного злит, что друзья так над ними глумятся, но они же шутя, да и альфа никогда не откажет себе в удовольствии пустить злобную шутку в ответ.       — Ребят, а давайте выпьем, — к столу подходит Хосок на руках с девочкой, которая счастливо улыбается и крепко обнимает отца за шею. Чонгук услышав слова брата, начинает разливать бутылку шампанского альфам и немного Че. — Спустя столько времени мы наконец-то все вместе счастливы, радостны и улыбчивы. Каждый из вас мне очень дорог и каждого я люблю, поэтому хочу, чтобы наша большая семья только пополнялась детками, которые будут радовать всех и никогда больше не переживала того, что уже пришлось пережить, — ребята все невесело улыбаются, но продолжают слушать друга. — И чтобы там не было, мы всегда будем вместе и всегда готовы прийти друг другу на помощь. Я хочу, чтобы каждый месяц у нас проходил вот так, а не как прошлый. Я хочу, чтобы мы знали только что такое счастье, а не страх, боль и разочарование. Я хочу, чтобы мы никогда не расставались, потому что <b>семья одна и на всю жизнь… <b>Сколько всего нам ещё готовит жизнь. Сколько испытаний мы должны пройти, чтобы остаться живым, порадовать окружающих и заставить себя найти цель. Наши страдание слишком большая цена для этого и, пожалуй, слишком жестокая. Но мы должны радоваться мгновению, жить будущим, а не прошлым, и любить. Не бояться этого чувства и просто любить и быть любимым. Потому что это самое важное, самое окрылённое и самое хорошее чувство в жизни…