8
23 февраля 2021 г., 22:27
Саунд к главе: Ingo Herrmann – Results
Общество Керрета, навязанное им самим, напрягало. А Тринлоусу было важно поговорить с Вэнси о Еккине, который, когда жил здесь, возможно, упоминал о своем боссе-работорговце. Так бы можно выйти на него, а затем и на Ирту. Вообще любая информация, услышанная Вэнси от Орона, пригодилась бы. Но Трунгар, жевавший пирожок, продолжал сидеть и под прикрытием поглощаемой выпечки смотрел то на майора, то на пилота. – Вас, наверно, уже друзья заждались, – не выдержал Вадмер. – Ничего, мы с ними успеем потрепаться, – ответил Керрет и потянулся за следующим пирогом. Вэнси, поняв, что галакопам надоело быть на зрительном прицеле, отодвинула миску подальше от бывшего фээсбэшника. – Нам оставь, – произнесла Викс. – А то сожрешь все. – И давно ты работаешь осведомителем? – неожиданно спросил ее Трунгар. – Чего? Ты о чем вообще? – Ты ведь сливаешь им инфу о ком-то. – Слушай, это ты здесь гость. И то потому что Янс – мой знакомый, поэтому не лезь ко мне с бредовыми вопросами, – осадила Керрета Вэнси. – Мы, пожалуй, пойдем, – поднялся Тринлоус, подавая пример Свиллу. Здесь больше ловить нечего. По крайней мере, сегодня. У Вэнси вот-вот случится разборка с Трунгаром, и если он не перестанет строить из себя федерала, коим уже не является, то получит от всего поселка весьма значительно. – Несите службу честно и правильно, галаполицейские, – раздался за спинами Тринлоуса и Монгта голос Керрета. – Профессия обязывает, – полуобернулся пилот. – Спасибо за напутствие, – а майор не стал оборачиваться. Будь он моложе и, соответственно, задиристее и бестолковее, точно бы высказал Трунгару в лицо все, что о нем думает. И попросил бы не соваться не в свое дело, ибо он предал профессию, примкнув к преступникам, но имеет наглость советовать галакопам, что и как им делать. В итоге они, конечно бы, подрались. Да и в нынешнем возрасте Вадмер мог бы вступить в словесную перепалку с Керретом, если бы не розыск Ирты. У самого выхода из клуба полицейских догнала Вэнси. – Можешь ко мне зайти вечером – поговорим, – сказала она Тринлоусу. И он вспомнил ее слова о том парне, которого женщина не успела спасти, о чем горько жалела. Похоже, помощь майору пятилетней давности не принесла Вэнси облегчения: она по-прежнему чувствует себя виноватой, не заменив одно спасение другим. «Улыбаетесь похоже». Но сейчас у Вадмера было катастрофически мало времени. – Не получится. Мы улетаем в город. Напиши мне все, что знаешь про Еккине: его слова про подельников или босса и так далее, – майор вытащил видеофон для коннекта с гаджетом Вэнси. – Я могу потом задать вопросы. Ответь на них, пожалуйста. – Поняла, – по-деловому кратко сказала женщина. Свиллу показалось, что она расстроилась, но причину он не знал. Потому что Тринлоус ею ни с кем не поделился. Это личная трагедия Вэнси, о которой она рассказала незнакомому галаполицейскому, поскольку уже не могла держать это в себе. Когда капитан и Монгт поднималась по трапу на корабль, на связь вышел Ошос-Чер. – Ти-Эл, Ландрис была здесь.***
Техника и технологии у хуруканцев были несколькими уровнями ниже, чем у ряда рас, так что по камерам Ирту искали долго. А может, «червяки» не ставили себе задачей держать население под постоянным контролем. Некоторые народы считали такой надзор нарушением прав и свобод граждан и вторжением в их личное пространство, но зачастую именно видеонаблюдение помогало отыскать преступника или пропавшее существо. Новейшая программа распознавания лиц, которую Йуат скинул планетарным копам, вовсе затормозила дело: компьютер завис. А когда наконец-то ожил, то с немыслимо медленной скоростью скачал программу и принялся не торопясь искать Ландрис среди прибывших пассажиров лайнера, потом в толпах горожан и гостей города. Энцию нельзя было назвать несдержанной или, наоборот, очень терпеливой, но тормозная аппаратура хуруканцев вынудила сержанта Уртвал с шумным выдохом переступить с ноги на ногу. «Червяки» и без того знали, что подводят галакопов, и испытали муки стыда в двойном размере. Однако ничего с компьютером поделать не могли и опасливо подобрались, ожидая вспышки гнева от Ошос-Чера, внушавшего своими габаритами тощим и невысоким хуруканцам боязливое уважение. Кейтинец в отличие от меркурийки не выказывал недовольство громкими звуками или резкими телодвижениями, и его спокойствие напрягало «червяков» гораздо сильнее. Как и Энция, Йуат тоже ощущал раздражение, однако понимал: если он сорвется на несчастных полицейских, то это будет ярость не только из-за медленной работы программы. К ней добавятся личные эмоции, а их выплеснуть пусть и хочется, но нельзя. Потом Ошос-Чер будет чувствовать себя разбитым и мучиться от мигрени. А ему нужен здоровый мозг и хладнокровие. «Лишь бы Энция не заметила», – подумал Йуат о принятии успокоительного на «Милашке» втайне от жены. – Сэр, кажется, цель обнаружена, – вежливо и радостно доложил глава полиции. Доктор и первый помощник синхронно подались к монитору, запестревшему десятками окон: на каждом среди хуруканцев и других существ программа красным кружком обвела человеческую женщину. Быстро отсортировав кадры, где вероятность сходства с объектом не превышала пятидесяти процентов, Энция оставила шестнадцать скриншотов. Только на семи из них не слишком четкое лицо женщины напоминало Ирту. Девять стоп-кадров сержант не отбросила и их с удачными семью поручила программе расставить по адресам расположения камер. От пяти скринов пришлось-таки окончательно избавиться – они не попадали в вырисовывавшийся маршрут, а одиннадцать выстроили путь Ландрис. Беглая преступница после космопорта попетляла по городу, пытаясь обходить видеонаблюдение, посетила частный магазин косметики и на таксофлайере долетела до другого космопорта. Ошос-Чер позвонил туда и выяснил, что среди пассажиров корабля Хурука – Таргара числится гуманоид женского пола с документами на Белиту Шиггери. На присланном фото посадочного билета была блондинка с каре и челкой. Ирта замаскировалась, вот почему в зале ожидания космопорта видеокамеры ее не нашли. Для бывшего галаполицейского подобная смена внешности непрофессиональна, даже первокурсник академии переоделся бы лучше. У Ландрис же не было времени или возможности поработать над новым обликом: она спешила убраться с планеты, возможно, прекрасно зная, что ее найдут. А уж на Таргаре у Ирты точно есть кто-то или что-то, сумеющее утаить ее от слежки. – Сообщу капитану, – сказал Йуат. Вадмер откликнулся тут же: – Понял. Мы уже вылетаем из поселка. Если ждать невмоготу – отправляйтесь в консульство: подышите хоть нормально. – Нет, заберите нас с парковки у полиции, – отказался доктор и, поблагодарив хуруканцев за помощь (те в ответ заверили, что всегда готовы посодействовать, однако вспомнили о компьютере, который их подвел, и смущенно добавили: по мере их технической оснащенности), пошел вместе с Энцией к выходу из помещения. Ошос-Чер с огромным удовольствием вдохнул бы воздуха с нужным содержанием кислорода, который был в гуманоидном консульстве, а не углекислоты и отвратительного запаха назуга – в полицейской столовой готовили обед. Но лучше потерпеть немного и стащить респиратор, пропускавший незабываемый аромат хуруканского блюда, на «Милашке». – По-моему, я насквозь пропах этой дрянью, – пожаловался Йуат Энции, молча покивавшей. От назуговой вони ее поташнивало, и сержант усердно сдерживалась: можно бы посетить туалет, но там пришлось бы снять респиратор и вдохнуть, фу… – Вернемся на корабль – сразу кину одежду в стирку и буду отмываться часа два. А, нет, сначала подежурю по кухне и уж затем в душ. Если бы Ошос-Черу довелось прямо сейчас узнать, во что превратилась кухня, он бы не так активно стремился попасть на «Милашку».
