Хроники Галаполиции. Последнее задание

Саунд к главе: Ruelle – Madness

      От идеи заглушить негодование в стакане Вадмер отказался, когда он и Ошос-Чер вернулись на корабль. Алкоголь не поможет, только даст забыться и отсрочит важное дело, а оно само себя не осуществит.       Райди получил задание каждую минуту пытаться связаться со штабом, остальных майор собрал на кухне.       – Ребята, как обычно, не послушавшись вас раньше, я прошу о помощи уже постфактум, – виновато произнес капитан.       – Ты все о том, что нужно было взять у главы ГП пропуск на Таргару? Не терзайся, – Энция понимала: высказывать упреки, вертевшиеся на языке, глупо. Да и Тринни по-настоящему жалко, хотя он и балбес.       – Так что будем делать с этой задницей, если не сумеем дозвониться до штаба?       – Подделаем бумаженцию? – предложил Монгт. – А что вы на меня уставились, будто я подобным всю жизнь промышляю? По-моему, против этих верзил все средства хороши.       – Райди, ты сможешь такое провернуть? – оживился майор от отличной затеи.       – Да, но когда-нибудь обман раскроется, – предупредила нейросеть.       – Выкрутимся. Объясним штабу, что иначе поступить было нельзя.       – А если обман обнаружат таргары? – предостерег Йуат, чем стер ликование с лица Тринлоуса, пробурчавшего: «Умеешь ты опустить с небес на землю». Доктор прав, а принимать это не хотелось.       – Как же нам быть?.. – вновь озадачился капитан.

***

      До заката оставалась каких-то пара часов, но ни связи с Галаполицией, ни законной идеи, как без нее раздобыть документ, не появилось. Вадмер распустил команду отдохнуть, а сам листал новостную ленту, надеясь, что отвлечение от мозголомания притянет озарение.       – Как успехи? – Свилл и первый помощник вернулись в кухню, чтобы налить кофе.       – Гляньте, что они творят! – возмущенный Тринлоус сунул им планшет.       – «…состоится казнь через повешение трех воров за чертой города в присутствии губернатора…», – прочел пилот и пожал плечами: – Ну такие у них порядки.       – Это же воры, а не убийцы! Да и убийц не везде наказывают смертью!       – Ты чего удумал? – предчувствуя недоброе, Монгт не подал Энции кружку, и она, тоже насторожившись, замерла, не наклоняя чайник. Что-то их отчаянный капитан вот-вот выдаст.       И он выдал:       – Я вмешаюсь от лица Галактической полиции и заявлю, что казнь негуманна!       Свилл издал звук, означающий: «Ты спятил?!», и чуть не повторил его уже членораздельно и словесно, однако заметил, как Энция указывает за спиной Вадмера на него: то есть согласись, иначе, не получив поддержки, Тринлоус унесется в чужой монастырь со своим уставом. А попытки отговорить его сработают прямопротивоположно.       – Ты именно сейчас хочешь пойти к виселице? – осторожно уточнил пилот, не представляя, как действовать дальше. Но если Энция скомандовала потакать, то, похоже, придется изобразить, что Монгт согласен на безумство.       – А зачем тянуть? Казнь пройдет неподалеку. Тем более скоро солнце сядет. Райди пусть и дальше шлет сигнал, а мы пока сгоняем. Я за бластером! Жду тебя у трапа!       Майор бегом устремился за оружием, а Свилл беспомощно оглянулся на первого помощника.       – Задержи Тринни, я позову Йуата, – распорядилась Энция, отставляя чайник. Жаль, там кипяток, а то бы окатила их корабельного психа холодной водой.       – Лады, – и пилот, тяжело вздохнув, поплелся за собственным бластером, дабы подыграть Вадмеру. – Эх, все-таки он больной…

***

      Жара немного спала, и дышалось чуть полегче. Но Монгт, нервно прогуливавшийся около «Милашки», мигом взмок, судорожно проматывая в голове варианты развития событий: майор вскакивает на эшафот, громогласно обвиняет таргар в кровожадности и требует, чтобы воров посадили в тюрьму. Таргары молча вскидывают оружие и стреляют в придурка… А затем преспокойно вешают преступников, как и задумывалось.       – Я еще светошумовых гранат прихватил, – объясняя задержку, на трапе обозначился Тринлоус.       – Понятно, – пробормотал Свилл и вяло удивился появившемуся следом за капитаном Ошос-Черу: – О, и ты с нами?       Тот коротко кивнул и спустился, держа правую руку в кармане халата.       – Ти-Эл, ты уверен, что поступаешь правильно?       – А, ты против, значит? – мигом вскинулся Вадмер. – Мы и с Монгтом им втолкуем, какие они жестокие!       – Нет, я не против.       В доказательство помощи Йуат правой рукой (пилот успел углядеть, что в ней, и с облегчением выдохнул) потянулся обнять капитана за плечи и вдруг резко уколол его в шею шприцем.       – Что за?.. – возмутился Тринлоус, ощущая, как накатывает слабость и сонливость. – Ты очень ужасный друг и очень ловкий вра…       – Извини, – Ошос-Чер подхватил отключившегося от транквилизатора майора.       – Тебе он такой фортель не простит. Но я рад, что ты его проделал, – и пилот помог Йуату затащить Вадмера обратно на «Милашку».

***

      Пробудившийся от навязанного сна Тринлоус тотчас все вспомнил и быстрым шагом двинулся в медотсек.       – Знаешь, кто ты после этого?! – воскликнул капитан с порога.       – Знаю, – спокойно отозвался доктор, повернувшийся от компьютера к майору, которого аж потряхивало от бешенства.       – Мало того, что ты меня вырубил, так еще дал приказ отвести корабль на орбиту! Ты, кажется, забыл, кто на этом суде капитан! У меня просто слов нет, как я зол!       – Можешь выписать мне выговор или высадить меня на ближайшей планете. Но я все равно буду считать, Ти-Эл, что я прав. Потому как мы не пошли на открытый конфликт с таргарами, а ты и наша команда остались целы, – Ошос-Чер перевел дух и столь же невозмутимо продолжил: – Мне, честно говоря, наверно, впервые в жизни плевать, какое я получу наказание. У меня даже судимость была, и по прошествии многих лет меня уже сложно чем-то напугать.       – Судимость?! – у Вадмера, мгновенно забывшего про свою ярость, глаза на лоб полезли. – В твоем личном деле она не указана…       – Меня оправдали, и ее аннулировали.       – Что с тобой приключилось?       – Я не буду это обсуждать. Тем более, когда ты в таком состоянии.       – Нормальное у меня состояние. Я больше не сержусь, – не соврал Тринлоус. Он выплеснул эмоции и успокоился. В поступках Йуата, несмотря на то, что они не были согласованы с капитаном, имелось рациональное зерно. Вернее, целый мешок.       – Тогда я объяснюсь. Ты получил укол, поскольку вел себя неразумно и мог навредить и себе, и нам. Поэтому как врач я признал тебя временно недееспособным. А поднять «Милашку» решила Энция – твой заместитель. До заката мы не смогли ничего предпринять, и правильнее всего было улететь, чтобы губернатор не выгнал нас силой.       Ошос-Чер замолчал и смотрел на майора, ожидая его реакции. И до того этот взгляд излучал бесстрашие и уверенность, что Вадмеру стало стыдно и за свое опрометчивое (хотя и с точки зрения милосердия правильное) поведение, и за то, что он отчитал друга. Ну какая, к чертям космическим субординация, если тот, кто должен мудро управлять остальными, ведет себя, будто ему снова двадцать пять или того меньше лет?       «Я взрослею, но не умнею», – с горечью подумал капитан, готовый выброситься из открытого шлюза без скафандра, куда пару минут назад собирался отправить Йуата. На него и других членов команды молиться надо, а не укорять их в том, что они всеми фибрами души стараются предотвратить попадание безумного начальника и друга в обстоятельства, сулившие негативные последствия.       Вадмер попросил прощения у врача и поблагодарил за правильные действия. Затем он сказал спасибо Энции и Свиллу, а потом ушел к себе в каюту и рухнул на койку, ненавидя свою идиотскую натуру.       – Трин, есть связь со штабом, – тихо проговорил Райди. – Оказывается, оттуда тоже хотели с нами срочно пообщаться.       – Давай, соединяй, – Тринлоус поднялся и активировал терминал.