День, в котором не было войны.

       С того момента, как меня "вернули" обратно в комнату и я мысленно отправила несколько приветов многоуважаемому Виктору Прайду (гори в аду, милый), я заметно ожила. Во всяком случае, я начала думать. Много думать. И, кажется, у меня снова появился если не стимул жить, то хотя бы стимул мстить. А в этом случае, это уже большое достижение.       Первым делом, я решила подсчитать, сколько прошло времени с того момента, как моя жизнь вообще кардинально изменилось. Путем нехитрых вычислений, получилось следующее: 10 ноября прошла та злополучная выставка (Здравствуй, Прайд), после этого, с учетом всех моих падений в истерики и состояния полного неадеквата прошло семнадцать дней. Значит, сейчас мы счастливо живем с 27 числом на дворе и пытаемся что-то сделать. Уже неплохо.        В этом всем меня, скорее, расстраивало, сколько дней я провела, бездарно занимаясь... ничем. А если быть точнее, то все семнадцать дней я именно что делала ничего. Слишком большая роскошь, которую нельзя себе позволить. Но, для того чтобы что-то начать - сперва нужно выбраться из этого места. А пока что нет даже призрачного шанса на то, чтобы отсюда сбежать. Попытаться, конечно, можно. Вот только что-то настойчиво подсказывало мне, что у меня не будет подобного шанса. Догонят, поймают, посадят на цепь - и это только при самом хорошем раскладе. А о худшем мне не хотелось даже думать.       Поскольку сидеть в комнате категорически не хотелось, я все же решила дойти до кухни, искренне надеясь на то, что там не окажется никого из этой прекрасной "семейки". Ну, почти никого. К Инесс я относилась даже с некоторой симпатией. Она казалась единственным оплотом адекватности в этом мире.       Мои надежды вполне себе оправдались. На кухне суетилась фрау Ленц, и больше в этом помещении не наблюдалось никого. - Помочь? - Мягко спрашиваю я, наблюдая за ее перемещениями. Она оборачивается, улыбается и кивает. - Почему Вы не хотите поручить все сотрудникам? - Мне иногда хочется побыть совершенно нормальной семьей. Приготовить для них, сесть вместе за стол, разговаривать о том, как прошел день... Но эти мужчины. Они вечно в работе, в делах, и я почти никогда их не вижу. Отчасти, я даже рада, что ты здесь. Ты в порядке, Амели? Она снова возвращается к своим делам, а я, присоединяясь к ней, раздумываю о том, что ей сказать. Что нет, я не в порядке потому, что ее сын - конченный мудак, а человек, которому я доверяла больше всего в очередной раз растоптал все мое хорошее отношение к нему? Что сейчас я злюсь и только это чувство позволяет трезво воспринимать происходящее? Или солгать, что я в полном порядке, что все прекрасно и я просто пылаю любовью к ее сыну и не знаю, как жить без него? Кажется, я молчала слишком долго, потому как поймала на себе сочувствующий взгляд Инесс. Она подходит ближе и обнимает меня. - Он иногда может казаться жестоким. Может поступать совершенно по-идиотски. Но он заботится о тебе. - Мне хочется иронично возразить, но я замечаю стоящего в дверях Этана. Давно он там? Плевать. Хотя, скажем честно, сейчас меня очень напрягает то, что я не знаю, что от него ждать. Ничего не могу прочитать по его лицу. Хотя нет, вот, он страдальчески закатывает глаза и уходит. Настолько не любишь, когда тебя обсуждают? Я запомню. Буду только этим и заниматься, лишь бы ты держался от меня подальше. Я мягко отстраняюсь от фрау - и почему мне привычнее именно так? - Ленц и наконец-то подаю голос: - Заботится? Инесс, мне кажется, Вы немного преувеличиваете... По-вашему, выдернуть меня на улице и увезти черт знает куда - это забота? Или... - Я резко замолкаю, потому как не уверена в том, что она вообще знает о том, что происходит. Натыкаюсь на ее взгляд и понимаю: знает. Более чем знает. - Я никогда не одобряла то, чем он занимается. То, к чему его, по сути, принудил Стэнфорд. Потому он и злится на меня. Этан. За то, что я "лезу в его жизнь". Хотя я просто хочу его оградить от бед. Просто поверь. Если бы он хотел - он сделал бы, не задумываясь. Это никогда не было для него проблемой.       Не было бы проблемой. Это же каким нужно быть человеком, чтобы было не проблемой - отнять жизнь другого. Чтобы не дрогнула рука в самый ответственный момент? Впрочем, если мы с Инесс говорим об одной и той же вещи... Это каким нужно быть человеком, чтобы вынудить своего сына стать таким? Чтобы не марать руки в крови, а иметь удобный шанс быть "ни при чем". Да монстром. Самым натуральным. А еще лучше - человеком. Настоящим, классическим человеком, который уничтожает все, чего только коснется.       Мы долго разговаривали. Но, в большинстве своем, ни о чем. Она рассказывала немного о своей семье, о том, как они вообще живут, а потом мы переключились на обсуждение более приземленных вещей: книг, фильмов, природы. Разговор о последнем происходил в их саду, куда Инесс повела меня после того, как закончила с делами на кухне. Я всегда питала слабость к большим домам с не менее внушительным садом. Было в этом что-то прекрасное. Наверное, если бы не тот путь, который я для себя выбрала, я нашла бы себя в ландшафтном дизайне. Все эти многочисленные дорожки, ведущие в тупик, где притаилась статуя, или декоративные водопады, озера, которые добавляют уюта. Но я не могла. Не получалось у меня совершенно ни о чем не думать и делать вид, что все в порядке. Точнее, последнее-то мне еще удавалось, но мыслями я все равно возвращалась туда же, где я и начинала: прошло непозволительно много времени и, кажется, я задержалась. - Инесс... - Я наконец-то решаюсь задать самый главный вопрос, который тревожил меня все это время. - Я могу попросить Вас об одной просьбе?...

***

      Все складывалось хорошо. Нет. Просто идеально.       В тот день из дома уехали все. Стэнфорд, его охрана, Этан... Все, кто мог хоть как-то мне помешать. И отказываться от этой возможности я не собиралась. Непозволительная роскошь, которую я так ждала. Потому что ни минуты больше я не хотела задерживаться в этом месте. Потому что - непозволительно.       Я спокойно выхожу из дома и иду к калитке. Открыто, как и ожидалось. Меня уже ждет машина. Машина, которая увезет меня далеко от сюда - или не настолько далеко, но это все равно будет весьма приятно. Я сажусь в нее и точно знаю, что попадаю на камеры. К черту тебя, Ленц. Тебя и всю твою семейку - кроме Инесс. Я не стану оставаться тут ни минуты больше. Смотри, как я уезжаю. И бесись от того, что ты ничего не можешь сделать.

***

            Ленц вернулся домой спустя пару часов после таинственного исчезновения "гостьи". Он, поддаваясь какой-то привычке, заглянул к ней в комнату, с удивлением отметив, что ее там нет. Ни ее, ни следов того, что она находится хоть где-то в пределах этого пространства. Тихо выругавшись себе под нос, он спустился вниз. Быть может, эта шизанутая снова проводит время на кухне вместе с его матерью? Но и там ждало разочарование. Мать-то он нашел, вот только о местонахождении девушки она не имела понятия. Ленц раздраженно выходит, даже не задумавшись о том, что, возможно, ему стоило бы перекинуться с матерью хотя бы парой слов. Хотя бы ради приличия. Но, ради приличия, он честно прошел по всему дому и всей прилегающей территории, чтобы точно убедиться, что никакой Амели словно бы и не существовало. Еще одна тихая ругань. Уже позже, когда он, просматривая камеры, увидел, как спокойно она садится в машину и уезжает. Ни минуты не колеблясь, он набирает номер одного своего знакомого. Который, кажется, может найти что угодно, даже иголку в стоге сена, причем не сжигая это самое сено. - Привет. Нужна помощь. Машина, красный Рено, номер RZ-473-KM. Жду. Ждать пришлось около получаса. За это время Этан честно успел припомнить Амели все хорошее, подумать о том, что, скорее всего, с ее везением, она не доживет до вечера, такими темпами, успокоиться и понять, что вряд ли случится что-то сильно страшное. - Ну? - Нетерпеливо спрашивает он, когда его приятель наконец-то перезванивает. - Я нашел машину... точнее, ее часть. - В каком смысле? - Ну... Похоже, водитель был не совсем в адеквате. По тому, как это выглядит, похоже, что он на полной скорости влетел в дерево. Кажется, машина была неисправна. В общем, дерева нет, машина вся обгорела - уж не знаю, ЧТО нужно было с этим делать, но это кощунство... Собственно, опознать удалось только по отлетевшему номеру. Ладно, у меня дела. Созвонимся. Этан молчал. Молчал около минуты, прокручивая в голове услышанное. Машина обгорела. То есть, вероятно, взорвалась. Сама или с чьей-то помощью - не так и важно. - Блять. - Тихо произносит он, устало опускаясь в кресло.