Right Left Wrong

***

      Шло время. Но ситуация становилась лишь хуже. С каждым днём Ошибка всё больше и больше уходила в себя. Нет, она не потеряла способности мыслить, осознавала всё, что происходит вокруг неё. Но от этого было лишь больнее.       Она видела, как Инк что-то ей говорит, со слезами на глазах прося поговорить, но не могла сказать ни слова. Тело не слушалось, предавало её.       Оно отказывалось двигаться и слушаться воли хозяйки.       Как больно было понимать, что с каждым днём контроль уходит от тебя. Ты просто остаёшься внутри, как наблюдатель. Ты не в силах ничего изменить.       Как больно чувствовать то, как твоя душа медленно покрывается трещинами. Как нити, на которых держится всё тело Оши, слабнут с каждым днём. Как они растворяются. Эррор боится думать, что произойдет, когда нити, заменяющие ей сердце, исчезнут. Она умрёт?.. Или станет бездушной марионеткой своего Создателя?.. Сосудом, в который он сможет поместить свою личность?

Она хочет жить…

      Она не хочет умирать! По крайней мере, не так!       Она просто хочет жить. Что в этом такого? Это вполне естественное желание для человека.

***

      И вот вновь Инк со слезами на глазах молча держит за руку, зная, что в любом случае не получит ответа.       Когда она успела так привязаться к своему врагу? Когда она перешла грань? Когда она п о л ю б и л а Эррор?. Когда всё пошло не так?       В голове витало множество вопросов, на которые беловолосая, увы, не могла найти ответа. Всё настолько запуталось, что непонятно уже было, где ложь, а где истина. Где добро, а где зло.       Взять хотя бы Эрри. Вроде бы беспощадная Разрушительница АУ, которая может убить без промедления и зазрения совести. По крайней мере, так Инки думала раньше.       Теперь же, зная историю своего врага, она понимает, что Оши — просто маленькая девочка, сбившаяся с пути. Маленькая пугливая девочка, боящаяся боли, предательства, смерти, в теле девушки. Вся её злость, грубость, язвительность и безразличие — напускные.       И теперь Инк это понимает. И не хочет терять Эррор. Не хочет отпускать. Она ведь только узнала своего врага с другой стороны, как произошло это…       Ошибка лежит в кровати, грустным взглядом смотря в потолок. Если бы она могла хоть что-нибудь сказать…       Она бы сказала Инк, что ошибалась. Что она больше не хочет уничтожать, больше не хочет быть такой. Она хочет стать… Собой.       Теперь она поняла, что разрушение не приносило ей никакого удовлетворения. Что всё это время она не была собой. Она была… Другой.       Она хочет быть самой собой: чуть наивной, чуть пугливой. Да, она слаба без своей злобной оболочки, но она ей надоела. Ошибка хочет быть человеком. Хочет скинуть свою маску. Этот образ злой угрюмой убийцы настолько ей осточертел, что Оши готова умереть, чтобы снять его. Чтобы избавиться от него.

Теперь смерть казалась избавлением…

***

      И вот… Наступил роковой час.       Эррор, вся бледная, лежала на кровати. Волосы её разметались по подушке.       Рядом сидела Инк, беспомощно смотря на душу своего врага. Тёмно-синее сердце, обмотанное жалкими остатками ниток, было покрыто то трещинами. Казалось, оно вот-вот разлетится на осколки. И это приносило боль душе самой Защитницы. — Эррор, я тебя люблю… Не знаю, слышишь ты или нет, но я хочу, чтобы ты знала это…       Инк больше не могла держать это в себе. Она сама не знает, когда успела полюбить Эрри, но факт остаётся фактом. Она любит эту девушку с пронзительными глазами, чёрными, как смоль волосами и бледной кожей. Она её любит. — И… Инк…       Беловолосая не поверила своим ушам. Впервые за месяц Эррор заговорила… перед самой своей смертью… После её признания. — Да?.. Я… Я слушаю тебя, Оши…       Ошибка прикрыла глаза, словно боролась сама с собой. Или… Со своим телом… — Я, видимо, больна и сошла с ума и вообще ударилась головой, но я тоже тебя люблю, мудачка… — грустно улыбнулась Глючная.       Даже сейчас, перед смертью, её улыбка рассмешила Инки. Эррор — её слабость. Её болезнь. Они обе ненормальные, ведь любят друг друга.       Они девушки. Они враги. Они не должны. Но сейчас им обеим глубоко плевать на всё это. Они любят друг друга и точка.       Да, Ошибки скоро не станет, но память о ней всегда будет жить в душе Защитницы. Она всегда будет считать Оши идеальной.       Эрри протянула руку к Инк.       Влюблённые сплели свои руки и слились в последнем поцелуе. Кто был его инициатором — непонятно, но в отличии от первого, этот поцелуй был вполне желанным для девушек. Они буквально стали одним целым. Для этого им достаточно было касаться друг друга, чувствовать тепло друг друга.       Губы Эррор были безумно горячими, губы Инк — ледяными. Эрри краснела буквально до ушей, Инк же лишь ощутила лёгкий жар на щеках.       Они как Инь и Ян. Зло и добро. Тьма и свет. Луна и Солнце. Они противоположны друг другу, но похожи. Враги, но созданы друг для друга. Одна идеально дополняет другую. Обе они далеко не нормальные люди, а изменённые пустотой личности.       Всему рано или поздно приходит конец. Так пришёл конец и поцелую новоиспечённой пары.       Как жаль, что им суждено недолго пробыть вместе.       Эррор с лёгкой улыбкой отпустила свою душу, которая тут же начала распадаться. Тело Ошибки превращалось в прах, но её устах застыла счастливая улыбка. Всё же она умирает, найдя свою половинку и зная, что о ней не забудет хотя бы один человек.       Инк уже не плакала, а улыбалась в ответ. Это неправильная любовь и тайна о ней останется только между ними двумя.       Да, потом Защитница будет плакать. Но не при своей половинке. Не тогда, когда им обеим нужно быть сильными. Потом можно будет проклинать судьбу, но сейчас Инки сдерживает слёзы, улыбаясь слабой улыбкой. Но организм не выдержал нагрузки и по щекам потекла солёная вода.       Эррор больше нет… Её тело и душа рассыпались в прах…

***

Уходят те, кто дорог и любим… Внезапно, безвозвратно, безнадёжно… Как трудно сердцем пережить людским, И осознать… (почти что не возможно…) Когда, казалось, молодость-расцвет, И впереди путей ещё так много… Но догорел заката яркий свет, И лишь одна «открыта» им дорога… Бесследно спрячет время белый снег Прошедших лет и дней давно минувших, Короткой жизни завершён пробег… господь, как видно, забирает лучших…