Пока лежит снег

Наша первая с Матвеем ночь произошла не на его квартире, а здесь, в моем доме, на моей постели, и это было в тысячу раз лучше. Тот поцелуй мы ни разу не обсуждали, потому что сразу поняли, что он значил и к чему вел. Мои чувства разрослись до таких масштабов, что я едва ли контролировала свое тело. Бегали мурашки, бросало в жар, начали пугать самые обычные бытовые звуки. Такого в моей жизни еще никогда не было. Я была в трансе или во сне, но никто, кажется, не замечал этого. Через неделю после первого визита адвоката Камила переехала обратно к себе. Матвей должен был прийти в этот день после работы, но пришел даже раньше. Мы задержались в прихожей, не спеша целовали друг друга, выравнивая дыхание и начиная снова. Он спускался губами к моей шее, сжимал руками плечи, локти. Я не представляла, что обычные прикосновения могут так возбуждать. Он поднял меня и понес в спальню, положил на кровать. Мы не спешили раздеваться, это было даже забавно. Новые неизведанные места открывались постепенно. Мне понравились его грудные мышцы, ключица и живот, горячие и упругие на ощупь. Он целовал мою спину, спускаясь к ягодицам, нежно щекотал подколенные чашечки и улыбался, когда я просила его этого не делать. Потом гладил мой живот, опуская ладонь к месту между ног, возвращал ее и делал так снова, кажется, целый вечер. Я не сразу поняла, когда он перестал. Пару секунд все было тихо, а потом он вошел в меня. Я услышала его стон, открыла глаза, и застонала тоже. Никогда моя голова не была такой чистой, как в тот раз. Мне нравилось, как он менял темп, иногда опускал голову для поцелуя и забывался, слишком сильно сжимая бедра. Я видела пот под его ключицей, и он казался жутко сексуальным. Когда все закончилось, я отключилась на несколько минут. Глаза налились свинцом, навалилась усталость. Очнувшись, я обнаружила его за своей спиной, уткнувшимся мне в спину и беззвучно сопевшим. Он некрепко сжимал мою руку. -Я проснулся, а тебя нет, - когда Матвей вошел на кухню, я раскладывала нам суши, которые только что привез курьер. -Захотелось есть. -Да, я тебя понимаю, - он подошел и посмотрел мне в глаза, - все в порядке? -Конечно, - я не врала. Все было замечательно. Если не считать того, что теперь, по всем законам жанра, нам предстоит говорить о наших отношениях. -Не хочешь это обсудить? - спросил он, как я и подозревала. -Я не знаю, что нам, - он поцеловал меня в шею, спугнув мысль, - обсуждать… -Например, правила. -Правила? -Нам нужно установить правила, - продолжая целовать, говорил он. -Какие еще правила? -Скажем, больше не врать друг другу. Это, конечно, скорее для меня… И не покупать друг другу дорогие платья… Черт, опять про меня. Знаешь, я бы посоветовал тебе хорошенько подумать, прежде чем связываться с таким проблемным молодым человеком. -Кто сказал, что я собираюсь с ним связываться? -Хм, - задумался он шутливо, - то есть ты переспала с ним просто так? Дарья, да ты та еще штучка! Он не оставил мне никакого шанса поговорить с ним серьезно, но я не собиралась сдаваться просто так. -Даш, ну ты сама-то себе веришь? -Ты начал со мной встречаться, чтобы использовать меня в глупой попытке что-то там доказать своей бывшей жене. -Это не правда. -Это правда. -Я больше так не буду. -Это не смешно, - сказала я, давясь смехом. -Конечно, нет. А что, кто-то смеется? Наши отношения закончились резко, так и не успев толком начаться. Но в моих руках было это исправить. Он, кажется, тоже этого хотел. -Знаешь, мне написал твой литературный критик, - вспомнила я. -Правда? И что он сказал? -Разнес меня в пух и прах. -Вот урод, - Матвей выпучил глаза. -В выражениях не стеснялся. -Я же говорил тебе, он бездарность. Над ним смеются все остальные литературные критики. Честно-честно. -Сказал, что моя книга - самая заурядная и шаблонная из всех бездарных творений, что он когда-либо читал. -Просто неслыханная наглость! -Да, он тот еще сноб. Но меня это даже взбодрило. Ощущаю какой-то прилив… энергии. -Я горжусь тобой. Я улыбнулась. И вспомнилось почему-то, что завтра первое марта. Весна. -Ну, хорошо. Правила так правила.