тот раз, когда...

      Вы когда-нибудь делали на спор что-то абсолютно нелепое и неловкое? У Питера были безбашенные, абсолютно ужасные друзья, которые великолепно играли в карты, постоянно оставляя Паркера в дураках. Он проиграл как минимум три раза, поэтому должен был выполнить желание, которое совершенно не вписывалось в его моральные принципы. Не то, чтобы он сам этого не хотел, но были определенные условия, от которых у него волосы вставали дыбом из-за нелепости. — Питер, не будь таким паинькой, каждый знает, в кого ты влюблен, — сказала его подруга Мишель, после того, как Питер пять минут отрицательно качал головой с одним единственным словом на губах «нет». Он явно не хотел позориться. — Не перед Мэй, Эм Джей. Только не перед ней. Она же устроит мне моральную терапию, — сказал Питер, небрежно бросая стопку карт на стол. Теперь он ненавидит азартные игры. Питеру нужно было пригласить своего наставника на чай в старый дом его тети, включить фронтальную камеру, поцеловать вышеупомянутого и заснять свой неожиданный для всех поцелуй, чтобы было доказательство того, что желание друзей исполнено. Признаться, он действительно хотел поцеловать Тони Старка, наверное, уже пятый месяц, с тех пор, как ему исполнилось девятнадцать, но смущение и боязнь отпугнуть своими хотелками пересиливала его всё это время. Конечно, он знает, что своими долгими, непрерывными взглядами, полными нескрываемого желания, направленными на губы миллиардера, уже давно спалили его перед всеми, кто хоть раз находился с ними в одном помещении, но он не был уверен насчет самого Старка, который постоянно выглядел так, будто ничего не происходит. И всё же, если не это, так другое. Отказавшись от этого желания ему придется поцеловать в щеку Флэша Томпсона в образе Человека Паука. Сколько счастья для его бывшего одноклассника, но как много отвращения для Питера. Он однозначно выбирает первый вариант, хоть и весьма неохотно. Он попросил об одном единственном условии: — Я могу поцеловать его, когда Мэй отвернется? Я не хочу, чтобы она видела мой позор. — Окей Питер, но снимок должен быть четким, помни об этом, — согласилась девушка, мягко похлопывая парня по спине. — Давай, приглашай его. Питер выдохнул и отправил смску мистеру Старку.

***

На самом деле Питер был уверен, что Тони не приедет. Это было его козырем, ибо он знал, что мужчина не особо любит покидать свою башню в выходные, и действительно надеялся, что тот откажется. Но когда дверной звонок прогудел и на пороге появился Старк собственной персоной, в груди Питера что-то ухнуло. Мужчина красноречиво объяснился, что надолго не задержится, но будет не прочь выпить чаю с ним и его тетей. Когда они остались наедине, пока Мэй возилась на кухне, повисла неловкая тишина, длящаяся около двух минут. — Мисте… — Что мне ей сказать? — перебил Тони, снимая свои солнцезащитные очки и аккуратно складывая их в свой футляр. Питер удивленно посмотрел на него, не понимая вопроса. — Что? — Ты позвал меня, потому что она что-то заподозрила? Мужчина указал на дверь кухни, где крутилась Мэй, и Питер понял, что пожалуй сейчас был самый идеальный момент, чтобы сделать дело, пока тетя не видит, но все его сомнения связались плотным узлом вокруг него, не позволяя сдвинуться с места. — О, я… — Питер замялся, тяжело сглатывая и отводя взгляд от задумчивого лица его наставника. Если он не сделает это сейчас, то не сделает никогда. Да, его вряд ли за это погладят по головке, но он сможет с этим жить, даже если его потом отошьют. — Мне нужно кое-что сделать. Питер вновь взглянул на мужчину, подпирающего рукой свою щеку и с малым энтузиазмом глядевшего на что-то скрывающего парня. Да, он умело скрывал то, что его оглушили собственные мысли и сожгли дотла покой возле солнечного сплетения, заставляя сердце бешено забиться в грудной клетке. В его голове стоял бархатистый и нежный голос мужчины, который помог ему немного приблизиться к наставнику, оставляя небольшое расстояние между ними, заполненное недосказанностью и томительным ожиданием. Тони смотрел и не двигался, но уже точно знал, что происходит. Мысль о его струящимся по венам шепоте, крепком, как бокал вина, заставил Питера прикрыть глаза и поддаться вперед. Все это происходило за секунды, и когда он почувствовал чужие мягкие губы, к которым он бережно прикоснулся и которые так сладко начали отвечать ему, он распахнул глаза и отпрянул, открывая рот в изумлении, но не отводя уверенных глаз с такого же ошеломленного мужчины. Он сделал это. Поцеловал Тони, думая о его голосе и смехе, а когда мужчина с расцветшей улыбкой подмигнул ему, он вновь примкнул в поцелуй, забывая о Мэй, телефоне и желаниях. Они жарко целовались несколько секунд прежде, чем Тони неожиданно прервал их и начал что-то бормотать. В это мгновение из кухни вышла Мэй, с двумя чашками чая и маленькими булочками на подносе. — Питер, что это с тобой? — спросила она, когда заметила всполошенного парня, неуютно сжавшегося на диване. Тони незаметно усмехнулся, прикусывая целованную губу и широко улыбнулся. — Слушай мы… — Я только что сказал ему, что он принят в Старк Индастриз на полноценную работу, — заключил мужчина, неоднозначно глядя на покрасневшего Питера. Кажется, теперь он знает, как некоторые люди находят постоянную работу. Мэй радостно вскрикнула, сказала, что в честь этого принесет шампанское и вновь убежала на кухню, оставляя их наедине. Они расслабились, невольно соприкасаясь плечами друг с другом. У Питера всплывал голос Мишель, которая то и дело говорила, что без снимка они не засчитают это желание, и у него непроизвольно участилось сердцебиение. Он должен сказать. — Я вообще-то проспорил поцелуй, — честно признался Питер, не желая больше скрывать этого. — Но я однозначно хотел получить его от вас. Тони не выглядел удивленным, он лишь покачал головой, доставая свой телефон и включая фронтальную камеру: — Ты выполнил все условия спора, м? Питер раскрыл рот, но не успел ничего сказать в свое оправдание, как его тут же заглушили новым поцелуем. Улыбка клокочущей радости, вызванная нежными губами, пятнающими быстрыми приятными поцелуями его скулы и шею на каждый громкий щелчок камеры, заставила Питера смутится на мгновение. Он был так счастлив, что проиграл в чертовы карты и забыл снять первый поцелуй на свой гребанный телефон.