Волчонок

Раскатистый рассерженный бас гремел над ухом, с трудом развеивая сонное и похмельное забытье. - Па, потише, - простонал мужчина в подушку. – Голова сейчас расколется… - Я сейчас твою безмозглую башку сам размозжу, - бушевал отец. - Ты чего орешь? – Андрей нехотя открыл глаза и увидел родителя с покрасневшим, от ярости, лицом, размахивающим сложенной газетой. - Это что такое, я тебя спрашиваю? - тыкал он в сына газетой. – Ты как посмел, щенок? Так меня опозорить, да еще и перед выборами! – отец почти брызгал слюной и Андрей даже испугался, что сердце родителя не выдержит такого накала страстей. - Да что там такое? – он выдернул из рук отца образчик желтой прессы и углубился в чтение. На титульной странице он обнаружил фото себя любимого, на тумбе с шестом, обнимающего полуголую стриптизёршу. Заголовок же гласил: «Простые дети непростых отцов». Читать статью он даже не стал. – Па, да этой фотке полгода, не меньше. Это днюха Степана. - Мне плевать, чья эта днюха была, - отец, казалось, немного успокоился. – Я тебя просил как взрослого – успокойся, остепенись. Мне перед выборами все твои залеты аукнутся. Так что предупреждаю: еще раз меня опозоришь и поедешь к бабушке в Северодвинск. - Пап, - Андрей язвительно усмехнулся. - Я уже вырос. Меня даже угроза лишения наследства не испугает. - Ну, раз так, - отец вскинул брови. - Ты только не забывай, что весь твой бизнес находится в моем городе и в моей области. Не вынуждай меня идти на крайности, - закончил он жестко и окинул сына тяжелым взглядом. - Понял… - набычившись, протянул Андрей. - Надеюсь не услышать о тебе ничего плохого до октября, - сказал перед уходом отец. Андрей откинулся на подушки. "Хорошенькое начало дня", – недовольно подумал он. Вчера гуляли в клубе почти до утра и он, кажется, вернулся не один. Так и есть – тихонечко скрипнула дверь ванной и оттуда явилась растрепанная нимфа в одном банном полотенце. Она осторожно огляделась, и, убедившись, что в спальне никого кроме Андрея нет, проскользнула обратно в кровать. - Чудом успела спрятаться, – Андрей благодарно кивнул. Лина его более-менее постоянная спутница, она знала, что отец не выносит, когда сын в этот дом приводит своих девок. Для этих целей папаша купил, тогда еще двадцатилетнему парню, квартиру. А дом, с его слов - это для семьи. Лина, наверняка, ждала от него предложения, хотя еще вначале отношений они условились - без обязательств. Но то, что он периодически приводил ее в этот дом, она воспринимала как некий аванс. - Тебе сегодня к окулисту, - Лина демонстративно о нем заботилась, как бы говоря: "лучшей жены тебе не найти". Она призывно выгнулась и потерлась красивой, но, к сожалению, искусственной грудью о его плечо. Андрей недовольно поморщился. Это его раздражало. Все же, он предпочитал естественную красоту. Грубо проигнорировав девушку, парень встал с кровати и пошел в душ. «К окулисту идти надо, и так не был около года. Да и Саныч записал месяц назад, и теперь напоминает каждую неделю, может еще обидеться, если пропущу». За Саныча огромное спасибо отцу. Когда его ветренная мамаша, вместе с молодым любовником, разбилась на машине, Сергей Владимирович приставил к сыну-подростку телохранителя. Няньку сыну нанимать уже было неудобно, а заниматься ребенком самому, просто на просто не хватало времени. Так и вырос Андрей под строгой опекой бывшего военного. И бизнес они организовывали вместе, взяв у отца стартовый капитал и, вскоре, вернув все до копейки. Сейчас стали равноценными партнерами, но Саныч, по старой памяти, иногда опекал Андрея. Из душа парень вышел совсем другим человеком и бодрым шагом направился к гардеробу. Обнаженная Лина до сих пор лежала на кровати, когда он уже полностью оделся. - Если ты не успеешь одеться до того, как я закончу завтракать, я запихну тебя в машину в простыне, - Андрей скривил губы в циничной ухмылке. – Нет. Остаться нельзя, - резко сказал он, видя, что девушка собралась возразить. Лина обиженно надула губы, но стала одеваться. Андрей допивал кофе, когда спустилась злая Лина. Он бросил салфетку на стол. - Поехали. - Можно я хоть кофе выпью? - сорвалась девушка. - Дома выпьешь, - он жестко схватил ее за локоть и потащил к выходу. В машине девушка села на заднее сиденье и отвернулась к окну, смаргивая, предательски навернувшиеся на глаза, слезы. Андрею не было ее жалко, она просто одна из многих. Такая же, как все. Подъехали к ее дому, но Лина не выходила. Андрей обернулся к девушке, та видимо ждала извинений. Он не выносил всех этих разборок, но она по-другому не выйдет. - Детка? - Лина вопросительно на него посмотрела. – Ну, ты же знаешь какой я подонок. - Знаю, - обреченно выдохнула она. - Ну, тогда выходи. Я тороплюсь. Честно, – девушка метнула еще один обиженный взгляд, но все же, вышла. - Созвонимся, - крикнул ей вдогонку Андрей. *** Доктор надолго углубился в изучение результатов обследования, на которое Андрей потратил половину дня, и, наконец, поднял голову. - Андрей Сергеевич, спешу вас поздравить - никаких ухудшений по сравнению с прошлым годом не обнаружено, - оптимистично заявил врач. - Спасибо, - Андрей расслабился. - Могу порекомендовать новые линзы. Тоже карие. Они прекрасно скроют не только голубой глаз, но и более темный, серый. При этом, у них гораздо выше кислородопроницаемость и, следовательно, увеличивается период ношения. У меня их носит один пациент, замечательный мальчик лет девяти с такой же патологией. У него один глаз, как у вас, серо-голубой, а второй - светло карий, почти чайного цвета, - доктор задумался и, как бы в продолжение собственных мыслей, произнес: - В карих линзах, я бы сказал, что он точная ваша копия… - и с подозрением уставился на Андрея. - Я не очень вас понял… - пробормотал Андрей, он сидел как пришибленный, ну не мог же доктор иметь в виду, то, о чем подумал парень. - Не берите в голову, - торопливо пробормотал врач. - Не смею вас больше задерживать, - и он засуетился, начав перебирать бумаги на столе. Андрей, взяв свою карточку, вышел из кабинета. В коридоре, как заботливый папочка, сидел Саныч. Увидев, какой растерянный вышел воспитанник, побледнел. - Ухудшение? – с тревогой в голосе спросил он. - Что? – Андрей будто опомнился. – С глазами все в порядке. Врач ерунду, какую-то рассказал, про мальчика у которого глаза разные, как у меня, и что в карих линзах он моя точная копия. - Ты взял контакты этого мальчика? - осторожно спросил Саныч и как-то странно посмотрел на Андрея. - Зачем? – настороженно спросил он. - Ты гуляешь как тот кобель. Почему бы ему не быть твоим сыном? – немного обвинительно проговорил наставник. Его очень расстраивало такое отношение Андрея к женщинам. - Я всегда предохраняюсь, этого не может быть. - Сам знаешь, ни один презерватив не защитит на все сто процентов … Мужчины напряженно уставились друг на друга, Андрей кивнул и вернулся в кабинет. Доктор наигранно удивился его возвращению. - Вы что-то забыли? - Дайте мне контакты этого ребенка. - Я не могу этого сделать, это врачебная тайна, - твердо ответил окулист. - Сейчас вся информация продается и покупается, - Андрей достал бумажник. – Сколько стоит эта? - Я повторюсь... Нет!.. - врач смотрел с жалостью. - Вы понимаете, что это может быть мой сын, о котором я ничего не знаю? - судя по глазам доктора, его обуревали противоречивые чувства. - Уберите ваши деньги, я не продаюсь, - наконец, решив что-то для себя, с достоинством ответил он. Андрей сник. – Но я могу, по растерянности, забыть вот эту карточку на столе, - он достал с полки тонкую папку и вышел из кабинета. Андрей подхватил историю болезни Малышева Артема и сфотографировал первую, а потом, и все остальные странички. Зачем ему понадобилась сугубо медицинская информация, он сам себе ответить не смог.