Всего лишь сон...

– Как вы познакомились? – с интересом спросил Сынмин, поставив локти на стол и положив на ладони свою голову, начал внимательно смотреть на парочку. Сказать, что Хёнджин был шокирован, ничего не сказать. Вот человек из его снов, самый настоящий и живой, сидит рядом. Хван был просто безумно рад. Готов прямо сейчас наброситься на него с объятьями и поцелуями. Но тут всплывает другой факт: Феликс — парень Чанбина. И это рушило абсолютно все. – Ну... Ещё в детстве Ликс переехал в дом по соседству. Наши мамы начали общаться и нам приходилось гулять вместе. Мы пошли в одну начальную школу, да и в среднюю тоже, но поступили в разные старшие. Тут-то я и понял, что жить без него не могу. Рассказывая это, Чанбин улыбался, приобнимая Феликса за плечи и все улыбались вместе с ними. Кроме Хёнджина. Как бы он ни старался, не мог из себя выдавить хоть какую-то улыбку. Он просто набил себе рот мороженым и принялся разглядывать стол. – Почему ты раньше не рассказывал, что у тебя есть парень? – продолжал Сынмин. – Это не так интересно, а вот почему ты нам не рассказывал, что по мальчикам? Так старательно из себя натурала строил... – на вопрос Минхо Чанбин ничего не ответил, лишь так же продолжал по-дебильному улыбаться. На самом деле, улыбка была самая обычная, вот только Хёнджину она совсем не нравилась, а раздражала. Больно смотреть на то, как обнимают человека, который нравится. Может, это он просто спит. Заснул где-то на паре и всё. Вот только понять, что это реальность, даёт Сынмин, который крепко сжал бедра старшего, пытаясь привести его в чувства. И если обычно Хёнджин был недоволен такому нарушению его личного пространства, то сейчас был вполне благодарен. Хван аккуратно оттолкнул его, чем вызвал недоумение и беспокойство у Сынмина. – Что-то случилось, хён? – Нет, ничего... Конечно он врал. Хотя, что ему сказать? «Я был поражен красотой Феликса»? Хоть так и есть. Внимание Хвана сразу привлекли веснушки на щеках младшего и рыжие волосы. Хёнджин начал представлять, как эти веснушки выглядят, когда Феликс улыбается, что непроизвольно вызвало у него самого лёгкую улыбку. Это, наверное, будет лучшее, что Хван видел в своей жизни. Глаза, нос, скулы, волосы... Это все до безумия нравилось Хвану. А в особенности, губы. Пухлые, розовые, которые, вместо Хёнджина, сейчас целует Чанбин. Все в восторге охают и «О боже, он его поцеловал!», а Хёнджин видеть это не может. Хочется что-то сделать, но разве это будет правильно? Они встречаются и Хван явно лишний на этом празднике жизни. Хёнджин резко встаёт ударяя по столу, заставляя всех, посмотреть на него. Хван осуждающе посмотрел на Чанбина, а после на Феликса. – Хёнджин, ты чего? Мороженого объелся? Что случилось? С некой насмешкой говорил Чанбин, и это ещё больше раздражало. Хёнджин выбежал из кафе, слыша, как Сынмин кричит его имя, но он даже не думает возвращаться. От кафе к общежитию надо было пройти всего пару улиц, и все это время Хван слышал оклики Сынмина, который увязался за ним. – Хён, стой! Давай поговорим. Сынмин хватает его за руку уже у самой двери его комнаты. Хёнджин резко вырывает её. – Да какого хрена ты ко мне прицепился?! Почему я должен с тобой разговаривать? Думаешь, мы с тобой очень близкие друзья? Так вот, ты ошибаешься! С каждым словом глаза Сынмина становились всё больше. В них было видно всё: и недоверие, и боль, и разочарование. Будто его предали. Сердце резко упало. Хёнджин слишком быстро понял, что сказал откровенную хрень. Но чувство того, что если он откроет рот сейчас, то скажет ещё больше обидных слов, не покидало. В груди всё жглось от раздражения. На себя в первую очередь. – Но… – Всё потом! Дай мне побыть одному, – рявкнул Хван и захлопнул дверь перед его носом. Дышать ровно не получалось. В голове клубок из мыслей. Он сошёл с ума. Точно, сошёл с ума! И ему это всё показалось. Феликс никак не может быть тем парнем из снов. Может, недостаток сна так на него влияет? Но чувства… Те чувства, что Хван чувствует рядом с этим парнем, те же, что и во снах. Один в один. Он помнит его силуэт наизусть. Каждую деталь, и он бы не мог так просто его перепутать. Хёнджин зализает в душ под холодные струи воды, чтобы привести голову в порядок. Даже если Феликс и правда тот самый, Хёнджин в любом случае не может ничего сделать. Феликс встречается с Чанбином. И это факт, который никак нельзя игнорировать. Хван всегда считал, что если встретит этого человека, обязательно будет с ним счастлив, добьётся его любыми способами. Но сейчас это просто невозможно. Джин может быть и был плохим другом, но отбивать у Чанбина его парня только потому, что ему там что-то показалось. Это слишком низко и неправильно. – Даже думать о нём забудь… – говорит Хёнджин, глядя на себя в зеркале. Он провёл ладонями по лицу. Злость внутри утихла. Нужно было поговорить с Сынмином. В груди до сих пор осталось противное чувство. Одевшись, Хёнджин вышел из комнаты, параллельно прокручивая варианты, куда бы мог пойти Сынмин. Самый противный вариант — если он вернулся обратно в кафе. Вот чего он точно не хотел — так это опять видеть всех после своей выходки. Младший нашёлся на ступеньках. Он сидел, поджав под себя колени и опустив на них голову. Хван медленно подошёл и аккуратно положил руку ему на плечо. Мин сразу же попытался бросить его ладонь. – Прости, – Хёнджин сел рядом и приобнял его. – Я сказал, не подумав. Сынмин почти никак не отреагировал. В какой-то степени у них были созависимые отношения, потому что у обоих разбитое сердце. Если с Хваном всё понятно: его разум просто не воспринимает других людей с романтической точки зрения, полностью вовлечённый в мир своих грёз, то вот Сынмин… Угораздило же его влюбиться в Чонина — парня так ещё и натурала, который любые разговоры о парнях с нетрадиционной ориентацией, а точнее «что было бы, если парень предложил тебе встречаться?», сводил на нет, переключаясь на девушек или просто другую тему. Это было больно, но как-то это изменить казалось невозможным. Сынмину элементарно не хватало тепла и поддержки. Хёнджину в какой-то степени тоже. Они всегда были ближе друг к другу чем к остальным. Настолько, что со стороны могло показаться, будто они встречаются. Но это, конечно же, было не так. Неожиданно Сынмин заговорил: – Объяснишь причину такой злости? –Он говорил тихо, почти на грани слышимости. – Прости... Я не хотел... – Хван сел ровно и опустил голову. – Я закрою на это глаза, если ты можешь просто рассказать, что случилось в качестве извинения, идёт? – младший чел ровно и взял лицо Хёнджина, заставляя посмотреть себе в глаза – Что-то же случилось! – Не важно, Сынмин, просто забудь, – Ким неодобрительно посмотрел на него, кинув обиженное «ладно», скрестил руки на груди и отвернулся – Ну перестань. Ну... Агх... Ладно. Мне кажется... Возможно... Я нашёл того человека из... снов? – Оу! Это же замечательно, – Хван тяжело вздохнул. – А вот тут не все так просто... Младший с интересом смотрел на Хвана, не понимая, что может быть не так. – У него уже есть парень... И это Феликс... Если до этого Ким был просто удивлен, то сейчас был шокирован. – Ты уверен? – Хван кивнул, – Хён... Только не плачь. Сынмин крепко обнял Хёнджина, пока он рассказывал про несправедливость мира и вообще, почему именно он стал жертвой таких ужасных обстоятельств? *** – Не хочешь объясниться? – спросил Минхо, когда они сидели в столовой. Хван ковырял вилкой невкусный обед. – Объяснить что? – говорит, не отрывая взгляд от своей тарелки, полностью поглощённый своим занятием. Он прекрасно понимал, что именно от него просят, но старательно корчил из себя дурачка. Говорить об этом он не хотел. – Почему ты вчера убежал с Сынмином на пару? Только ты ушел, Феликс расплакался. – И из-за чего? – Хван старался выдавить из себя безразличие. – Видимо, из-за твоей излишней агресии, дорогой. С чего такая вспыльчивость? Ты не можешь вести себя нормально? – Хёнджин застыл, не зная, что и сказать. Он хорошенько так налажал. – Мне стало плохо, а Сынмин мне просто помог... Да и какое дело мне до этого Феликса? Кто же виноват, что он такой плакса? – Если тебе он не нравится, то спешу тебя разочаровать. Тебе придется его "терпеть". Ликс будет жить с тобой в комнате. Ты вообще видел план расселения? Хван не знал, радоваться ему или плакать. Как на это реагировать? Находиться тут он уже не мог. Хёнджин поднялся из-за стола и направился, вроде как, в аудиторию, но в итоге прибрёл к выходу из университета, оставляя Минхо с множеством вопросов.