Всего лишь сон...

– Я переживаю... Сказал тихонько Феликс, затягивая шнурки на кроссовках. Первый поход к психотерапевту. Всё это до безумия страшно. Ли еле как справился с приёмом у психолога, а тут... Что говорить? Как отвечать? Он не раз представлял себе это, но каждый раз заходил в тупик. Вроде как стоит рассказать о матери, о своей тёте , о тревожности и как он с этим справляется, но когда дело доходит до реального обсуждения, рот закрывается. Стыдно как-то, что он такой... – Если хочешь, я могу зайти с тобой, как в прошлый раз. Это человек, который заинтересован в помощи таким, как ты и не только, так что не стоит молчать о чем-то. Всё будет хорошо. Хёнджин успокаивающе погладил младшего по спине. Он был невообразимо рад, что они наконец идут к врачу. У них были некоторые проблемы с деньгами, а идти к государственному равноценно ничему. Плюс зимняя сессия. Всё сразу навалилось, и это угнетало обоих по-своему. Хёнджин нашёл подработку, экономил буквально на всём, откладывал стипендию. Зато теперь уверен, что непонятных казусов не будет. Они нашли хорошего специалиста. – Я, эм, верну тебе деньги за всё, ладно? – Не переживай об этом, пожалуйста. – Ты и так для меня много делаешь... Хван мягко улыбнулся. Он надеялся, что Феликс ему отплатит совершенно другим. *** Время ожидания в холле по-странному напрягает даже Хёнджина. Наконец, выходит врач и приглашает Феликса в свой кабинет. Хван тоже поднимается, чтобы пойти с ним, но младший жестом просит его остаться. Спустя долгий час, Феликс возвращается с кучей бумаг. Выглядит он .... Потрепанным. Разговор явно был не из лёгких. – Ну и что там? – Расстройство адаптации и тревожно-депрессивная реакция. Мне не совсем понятно, но вот, – Феликс протягивает бумажки. – Мне прописали антидепрессанты... Хёнджин только кивнул, изучая написанное. Порой ему казалось, что стоило поступать в медицинский, потому что он ничерта не понимает сейчас. – Ладно, в аптеку потом зайдём, а сейчас как на счёт кофе? С маффинами. Твоими любимыми. – Да, пожалуй. Феликс настойчиво предлагал заплатить за перекус, что в принципе и сделал. Они просто посидели, немного поговорили и.. всё. Функция была выполнена – Ликс отвлекся от всего ненужного. Вечером они засели у себя в комнате за просмотром фильма, перед новым учебным днём. Вот так и проходили их дни: раз в три недели приём у психотерапевта, кафе и фильм. Феликс принимал свои таблетки, залипал в потолок и пытался думать о хорошем. Ли в принципе не особо понимал, что ему делать. Вроде всё нормально и идёт своим чередом, но как-то не по себе. Особенно вставал вопрос о том, как себя вести рядом с Хваном после той ночи на крыше. Внутри огромный клубок чувств и мыслей, у которых нет ни начала, ни конца. Тупо не за что ухватиться. С этим вопросом Ли приходит к своему врачу. Они как-то до этого не говорили про отношения. Феликс упоминал Хёнджина и, что он ему очень помогает, но на этом всё. – Я не понимаю, что я чувствую по отношению к людям вокруг меня. То есть, я благодарен, что они со мной, но я не понимаю. У меня был... Парень. И, эм, мы встречались с ним довольно долгое время, но мне кажется, я так и не понял, что такое любовь. У меня абсолютный ступор, когда я начинаю думать об этом. Особенно, в отношении одного человека.. – То есть, Вы думаете, что он Вам нравится? – Наверное? То есть, эм, я чувствую себя определенно по-другому рядом с ним, нежели с кем-то ещё. Мне спокойнее, когда он рядом. И вот странная штука, когда я смотрю на него или он касается меня, внутри всё... вот так вот, – Феликс активно жестекулировал руками, пытаясь показать, как это. – То есть, такое бывало раньше, но в основном, не в приятном ключе, а тут.. – Я думаю, Вам стоит больше обращать внимания на свои чувства в момент взаимодействия с людьми. Старайтесь анализировать и понять природу этого. Думаю, это будет ваше задание на месяц. Женщина приятно улыбнулась. Пожалуй, она права. Пусть это и будет сложно. Он привык чувствовать и понимать только негатив, будто больше ничего и не существует, но от этого нужно избавляться... *** – Хей, чё, как? Не хотите сходить в парк? А то мы как-то давно нигде не гуляли. За стол прилетает Минхо, а все только соглашаются, кроме Хёнджина. Это будто стало традицией. Феликс всегда отказывался от чего-то подобного, потому что люди, сил не хватает, чтобы на ногах держатся, на улице противно и ещё много чего, о чем он умалчивает, но это и так понятно. А Хван... А Хван всегда остаётся с ним, чтобы обидно не было. Обычно потом к ним в комнату залетают все поболтать. Не надолго, но Хёнджин всегда рад этому. – Можно я с вами? – внезапно подал голос Феликс. Все были порядком удивлены. – Конечно! – Минхо чуть от радости не запрыгал. – Наконец, этот красавчик не будет тухнуть у себя и покажется миру. Старший Ли приобнял Ликса за плечи, улыбаясь во все тридцать два. Было неловко, но эта неловкость как-то особо и не мешала Феликсу. Он всегда чувствовал себя не своим в этой компании. Будто его не принимают, но, как оказывается, обращались к нему так редко, только потому что сами думали, что Феликсу не хочется этого. Сегодня же он принимал участие во всех разговорах, и это было... Круто. Сегодня было весело, даже несмотря на то, что Феликс ненавидит начало весны из-за таявшего снега и воды с грязью вокруг. Они кормили уточек, ходили вокруг прудика, пытаясь найти рыб, гонялись за крысами и голубями. Это было замечательно. Почти волшебно. Ликс теперь жалел, что каждый раз отказывался от прогулок. Ближе к вечеру все разбежались по делам. Феликс же исчерпал все свои социальные навыки и вернулся к себе, сразу падая на кровать и, кажется, заснув. Ему снился прекрасный лес и волшебные животные, которые окружили его. Он не один, и это круто. Он, наконец-то, это понимает. В этом лесу он провел, кажется, целую вечность. Одна из птиц села ему на голову, и он проснулся, недовольно замычав. Как оказалось, это была совсем не птичка, а рука Хёнджина. – Я прощаю тебя, что меня разбудил, но только потому что у тебя теплая рука. – Что? – Хван издал смешок. – Ты такой смешной, когда сонный. Феликс схватил Хвана за руку и потянул её к себе, обнимая, как любимую игрушку из детства. Хёнджин упал рядом на кровать, в замешательстве смотря на младшего, который будто снова заснул, но Ли просто закрыл глаза и думал. Сердце билось ... сильно. Теплое дыхание на макушке было удушающе приятным. Ликс аккуратно поглаживает чужую кожу, замечая как по ней пробежались мурашки. – Можешь сегодня остаться тут? – тихо сказал Ли, перемещая руку выше по плечу. – Все в порядке? – Да, просто пытаюсь кое-что понять. – Ладно. Оба заснуть не могли ещё до поздна. На самом деле они уже давно вот так не спали. Хёнджин, кажется, и забыл как это, а Феликс был слишком занят мыслями. Ему определенно нравится то, что происходит. Чувствовать чужую кожу под своей, его дыхание и сердцебиение. Возможно, всё было бы намного сложнее, если бы Ликс не знал, что нравится Хвану. Ему в принципе, нужно было только либо принять это, либо объясниться и попросить остаться друзьями. Осталось только понять, что к чему. Ошибиться не хотелось. И вроде как всё логично. До неприличия понятно. Но сомнения до сих пор есть. Если сравнивать с тем, как было с Чанбином, то это явно разное понятие. Феликс никогда не был инициатором. Он редко когда хотел какой-то близости, а если да, то это было нужно, чтобы не загнуться от тупых мыслей. Их отношения были зависимыми. Виноват был не только Чанбин. Феликс искал в нем спасение от одиночества. Это было... тупым, эгоистичным решением. Сейчас, если бы Хён ушёл, Ликс думает, он бы попросил его вернуться. Просто потому что хотелось. Без всяких «мне нужно, я пропадаю из реальности» или всей той херни. Это просто приятно – быть с ним рядом. Ликс прижался к чужой груди. Он до кончиков пальцев чувствует, как сильно бьётся сердце Хвана. Человеческая природа такая интересная... – Хён, ты спишь? – М-м.. нет. – А, эм.. – Ликс глубоко вздохнул и сжал глаза как можно сильнее, будто если он не видит, то и его не увидят, – ... можно тебя поцеловать...? – А? – Хван схватил младшего за плечи и удивлённо посмотрел на него. – Мне же не послышалось? – Извини, если опять слишком тихо. Это всё неловко, знаешь. Ну так, эм...? – Ты правда этого хочешь? Слушай, ты ну ... Ликс закатил глаза и притянул Хёна к себе. Целоваться было странно. Всегда. Кто вообще это придумал? Но это было так.. волшебно. Ликс чувствовал явное замешательство со стороны Хвана, поэтому опять первым сделал маленький шаг вперёд. Он водил руками от груди к шее и затылку, перебирая волосы, и в итоге почувствовал такие же движения на себе. Невообразимо. – Мне кажется, ты иногда слишком сильно переживаешь из-за меня, – Ликс усмехнулся и уткнулся лицом в подушку. – Ну знаешь, не каждый день слышишь такое.. *** – Итак, куда сегодня пойдем? Минхо как обычно везде и сразу. Хан закатил глаза. И почему ему дома не сидится? – Как-то не особо хочется тыняться где-то, – сказал Сынмин, ковыряясь в обеде, – пятница конечно, но неделя сложной была. – Ага, предлагаю купить кучу чипсов и другой дряни и посмотреть какой-то фильм. Комедию желательно, – подтвердил Чонин и, в принципе, все с ним были согласны. – Окей, тогда у меня в семь. Минхо ускакал куда-то по своим делам, прихватив с собой Джисона под руку. Как появился, так и исчез. – И почему ему всегда неймётся? – спросил Чонин, он относительно недавно в их компании, хоть и общался с Джисоном, но он и не представлял, какую разрушительную мощь несут все вместе. – Хей, вы же придёте? Чё-то вы какие-то тихие в последнее время. Чон смотрел в сторону Хвана и Ли. Сынмин закивал словам Яна, а эти двое только пожали плечами, мол разве что-то поменялось? А после тоже ушли. Скоро пара. – Между ними явно что-то поменялось, – сказал Сынмин, провожая взглядом тех. – Определенно. *** Вечер был просто замечательным, фильм тупым, чипсы химозными и кола ещё зубы разъедает. О большем и мечтать не надо. Весело и круто. Крис притащил гитару и пел какие-то совершенно глупые песни, которые придумывал на ходу. Было громко, но никто и не жаловался. Общага была почти пустая. После очередной тупой шутки и гула смеха, Минхо внезапно посмотрел на Хвана с Ликсом и спросил: – Вы когда уже встречаться начнёте? – Ой, ты никогда не отличался особой тактичностью, – парировал Джисон, однако также уставился на них. Точнее, все уставились. Это было заметно. Прошло всего несколько дней с момента непонятного поцелуя, однако этого хватило. Часто можно было заметить их странные прикосновения друг к другу или взгляды. До этого такое тоже было, но сейчас как-то слишком явно и точно не по-дружески. – Хёнджин, ты будешь со мной встречаться? – Ликс улыбался. – Ты серьезно? – Вполне. – Тогда да. В комнате поднялся гул. Кто-то закричал «наконец» и «я так и знал», а Хван с Ликсом сидели, будто ничего и не произошло. Пожалуй, да. Вечер продолжился, как ни в чем не бывало. Ближе к часу ночи все только начали расходится. Уже у себя было вообще непонятно, что произошло. Врач говорил, если есть вопрос, его нужно озвучить, что Ли и сделал. – Мы же правда теперь встречаемся? Хёнджин хмыкнул. – Это я должен спрашивать. Ты хоть знаешь, сколько я ждал этого момента? Я уже надежду потерял, а тут. – Прости, наверное... У меня голова была немного другим занята, – Феликс виновато посмотрел на Хёна и вжал голову в плечи. – Во всяком случае, сейчас же все нормально? Хёнджин глубоко вдохнул и выдохнул. А после раскинул руки в стороны, как бы "иди сюда", и крепко обнял. – Да. Сейчас всё просто замечательно. Это определенно была лучшая плата Хёнджину за всё. У них ещё много времени, думает Ликс, и он обязательно докажет, что это всё было не зря.