Глава 7. Признание
14 ноября 2019 г., 17:07
Дома Гермиона долго стояла под прохладным душем, она никак не могла остыть: с одной стороны была слишком зла на Драко, а с другой — на себя, она ведь допустила мысль, что они снова могут быть вместе, и всё будет по-настоящему. Грейнджер не удивилась, когда Малфой признался в своём влечении к ней, но в тоже время она была разочарована, что он хотел предложить ей переспать с ним. Просто без всяких обязательств, один лишь секс. Нет, Гермиона не могла на такое согласиться, только не с Драко, слишком много он значил для неё. И в жизни она не соглашалась на такие связи, Грейнджер считала, что должна хоть что-то чувствовать к мужчине, а не просто получать физическое удовольствие.
Постепенно Гермиона стала чувствовать себя спокойнее, ей уже не казалось, что её кровь — это лава, она, наконец, смогла остыть. Завернувшись в длинное полотенце, она вернулась в комнату и посмотрела на своё красивое платье. Грейнджер ощутила себя полной дурой, она была так рада, когда Малфой позвал её в ресторан, действительно думала, что начальник оценил её профессиональные качества, а оказалось, что после он просто хотел уложить её в постель. Убрав платье в гардероб, Гермиона решила заняться работой. Не так просто она взяла с собой все папки, только это сейчас могло её отвлечь от неприятных мыслей.
В воскресенье Грейнджер сходила на обед к отцу, а все остальное время потратила на составление новых контрактов.
* * *
В понедельник утром Малфой с трудом заставил себя подняться с кровати, он отправился под холодный душ, обзывая себя полным идиотом. Последние две ночи Драко не мог нормально спать, он мучился из-за женщины, которой на него плевать. Надевая костюм, Малфой повторял себе, что должен собраться и продолжить работу. Чем быстрее он сможет подписать все контракты, договориться с поставщиками ингредиентов для зелий, тем скорее сможет переложить все дела на Грейнджер, а сам вернётся в Лондон. Там в объятиях прекрасных женщин он забудет о Гермионе. Идя по коридору офиса, он увидел, что его помощница уже сидит на своём рабочем месте, она подняла голову и поздоровалась с ним. — Вот список встреч на сегодня, — Грейнджер протянула ему лист. — Я уже обо всём договорилась, рабочие начнут первые поставки зелий. — Отлично, займёмся работой, — кивнул Драко. За весь день Гермиона вела себя исключительно профессионально. Малфой был рад, что она не заговорила об ужине, сам он не собирался упоминать о нём. Не сговариваясь, они решили так оба. За всеми встречами, переговорами, подписаниями новых контрактов, первый день недели пролетел как один миг. Драко покинул офис, когда был уже десятый час, следом за ним ушла и его помощница. Вторник и среда прошли похоже, работа не давала Малфою и Грейнджер отвлекаться на посторонние мысли. В четверг до обеда у Драко была деловая встреча в городе, она продлилась меньше часа, но была весьма продуктивной. Довольный Малфой отправился в банк, а оттуда на работу. Когда он вернулся в офис, велел Гермионе зайти к нему. — Хочу сразу сказать тебе, что я велел перевести со своего счёта на твой тысячу галлеонов, — поведал Драко, чем вызвал сильное удивление у помощницы. — Это твоя премия, ты заслужила её. То, что мы заключили контракт с министерством, в этом твоя заслуга. Грейнджер на минуту задумалась, а потом медленно кивнула, понимая, что глупо отказываться от денег, которые ей так нужны. — Я возьму деньги, но, пожалуйста, не выдавай мне больше таких премий, — сказала она. — Ты заслужила эту премию, ты прекрасно знаешь суммы всех контрактов, — спокойно произнёс Малфой, стараясь скрыть недовольство; не этой реакции он ожидал от неё. — Гермиона, ты меня знаешь, я не стал бы разбрасываться деньгами. В детстве у меня было всё самое лучшее, но после того, как я поссорился с отцом и ушёл из дома, пока учился ещё в Хогвартсе, у меня стало напряженно с деньгами. — Я это прекрасно помню, — сказала Грейнджер. — Ты отказался от официальной помолвки с девушкой, которую выбрал тебе отец. — Да уж, ну и невесту мне выбрал папаша, — фыркнул Драко, вытянув губы в тонкую полоску. — Мало того, что она была некрасивая, так ещё и глупая, тут наверное мне любая девушка показалась бы необразованной, после общения с тобой. К тому же уже тогда я понял, что влюбился в тебя, так что я никак не мог согласиться с отцом. Я правильно поступил, что ушёл из дома — это было самое смелое решение в моей жизни. — Всё равно Люциус потом помог тебе деньгами, — напомнила Гермиона. Малфой замер и пристально посмотрел на неё. — Что ты сказала? — не понял он. — Отец не помогал мне деньгами, — заявил Драко. — Я слышала твой разговор с адвокатом, — призналась Грейнджер, виновато опустив глаза. Она чувствовала, что сболтнула лишнее, но сейчас это было уже не важно, прошло почти одиннадцать лет. Какая разница, что она знает откуда её бывший муж взял деньги, чтобы начать своё дело. Малфой отодвинул от себя папку и в упор уставился на Гермиону. Он ничего не говорил, но один его взгляд заставил её продолжить. — После выкидыша я много спала. В тот день, когда к тебе пришёл адвокат Люциуса, я вышла в коридор и услышала как он говорил, что у тебя есть счёт в банке, ты мог пользоваться им ещё год назад, когда тебе исполнилось семнадцать лет… если бы не ушёл из дома. Адвокат сказал тебе, что ты можешь воспользоваться деньгами сейчас, если разведёшься со мной. Взгляд Драко стал пронизывающе холодным, будто в помещении резко наступила зима. — Хочешь сказать, что ты ушла от меня, чтобы я мог воспользоваться деньгами. — Иначе ты бы не взял их, — прошептала Грейнджер, не осмеливаясь посмотреть на мужчину. — Я не хотел брать их, — закричал Малфой, утратив контроль над собой. На его лице появился страх, когда он понял, что же на самом деле произошло в тот роковой день. Гермиона покачала головой, она знала, что рано или поздно Драко узнает её тайну, но не думала, что всё случится именно так. — Ну не надо так смотреть на меня, — взмолилась она. — Драко, я ведь помню, как тебе было тяжело, ещё когда мы только встречались, ты не мог меня даже пивом угостить в «Трёх мётлах», у тебя не было денег. У матери ты брать не хотел, а когда я забеременела, тебе стало ещё тяжелей. Ты из гордости отказался жить с моими родителями, хотя мама настаивала, она хорошо к тебе относилась. Ты взял тогда только в долг у своих друзей, чтобы мы могли снять небольшую квартиру, и сам устроился работать продавцом в магазине зелий. Я тоже работала, пока мне не стало плохо и две недели я лежала в постели. Мы еле сводили концы с концами, а потом я потеряла ребёнка. Как я могла дальше жить с тобой, зная, что из-за меня ты отказался от десяти тысяч галлеонов, которые смогли бы полностью изменить твою жизнь. Я бы возненавидела себя за это. Малфой горько рассмеялся. — Ты не смогла бы жить, если бы я не получил этих денег? Что ж, тебе как-то придётся жить с этим, ведь я не взял этих денег. Гермиона подняла на него свои огромные глаза. — Как не взял? — Я не взял эти проклятые деньги! — Заявил Драко. — Я хотел доказать своему отцу, что смогу жить и без его поддержки. И я сделал это. Грейнджер смотрела на мужчину в безмолвном шоке, её разум не хотел верить его словам. — Ты правда отказался от десяти тысяч галлеонов? — Да, — подтвердил Малфой, он резко поднялся и вышел из кабинета, он не мог ни смотреть на бывшую жену, ни просто находится с ней в одном помещении. Гермиона так и сидела на стуле, она услышала, как он громко хлопнул дверью, когда вышел из кабинета, как спустился по лестнице. Оставалось только гадать, куда может отправиться Драко в таком состоянии. В душе Грейнджер смешалось слишком много переживаний, она не заметила, как по её щекам скатились слёзы. Гермиона пожертвовала их любовью, чтобы Драко смог получить эти деньги и вернуться к привычной жизни. А он не взял их.* * *
Полный ярости и гнева Малфой выбежал из офиса, и пошёл по улице. У него дрожали губы и руки, он сам не заметил, как оказался на стоянке, сел в Мазерати и поехал к своему особняку. Про себя повторяя как заклинание, что признание Гермионы ничего не меняет. Он был слишком зол, чтобы оставаться в офисе, и сейчас надеялся, что Грейнджер уже пишет заявление об уходе по собственному желанию. Но почему же ему так плохо? Это ведь она бросила его много лет назад. И сейчас он уже не тот наивный мальчишка, каким был раньше. Рациональное мышление не спасло Драко от тупой ноющей боли в груди. И когда он позволил своему разуму на цыпочках подкрасться на запретную территорию, ранее огороженную придуманной его воображением волшебной стеной, Малфой понял, почему ему так плохо. Признание Грейнджер заставило его задуматься о том, что возможно, она его любила. И ушла от него именно потому, что любила, а не из-за того, что кроме ребёнка, которого они потеряли, их больше ничего не связывало. Ураган мыслей накатил с новой силой. Малфой чуть не проехал поворот к своему особняку. Он сбавил скорость и поехал к дому. Оставив машину в гараже, он направился в гостиную и налил себе выпить. Спустя полчаса для Драко стало очевидным, что огневиски ему не помогает. Малфою срочно требовалось с кем-то поговорить, но в таком состоянии Блейз и Тео отпадали, оставался только один вариант. Покинув особняк, Малфой трансгрессировал к границе, перешёл её, и отправился к поместью. Нарцисса и Люциус уже давно не жили как муж и жена. Леди Малфой перебралась в другую часть дома, и могла не видеть мужа неделями. Для общественности они сохраняли свой статус, но многие знакомые и так знали, какие у них отношения. Драко не был в поместье больше пяти лет, он предпочитал встречаться с матерью у себя дома, не раз предлагал ей переехать к нему, но Нарцисса сама отказывалась. Малфой догадывался, что у его матери кто-то есть, просто она не хочет никому показывать свою личную жизнь. На территории Малфой Менора было как всегда чисто. Драко прошёл по дорожке между деревьями, направляясь в часть дома, где жила Нарцисса. Он увидел мать в саду, и тут же пожалел, что пришёл сюда, он уже хотел развернуться и уйти, но было поздно, Леди Малфой увидела сына и позвала его. Драко подошёл к матери и крепко обнял её. — Вот так сюрприз, — поразилась Нарцисса. — Ты пришёл в этот дом сам, да ещё посреди дня. — Я просто соскучился, — соврал он. — Так сильно соскучился по матери, что ушёл с работы в разгар дня? — усмехнулась леди Малфой. — Это совсем на тебя не похоже. Как твоя фирма? — Дела в Дублине идут очень хорошо, — с гордостью заявил Драко, и поведал об заключённых контрактах. — Так что сегодня на работу я не вернусь. — Это так странно, ты ведь у меня трудоголик, — покачала головой Нарцисса. — К тому же я от тебя знаю, что если контракты заключены, то дел у тебя становится ещё больше. А может тебе просто не хочется проводить время рядом с твоей бывшей женой? — Ты знаешь, — поразился мужчина, но быстро догадался в чём дело. — Говорила с Пенси или Дафной? Они не умеют держать язык за зубами. — Да, я видела Дафну, мы столкнулись в магазине, — подтвердила леди Малфой, она подошла к скамейке и села на неё, показав рукой, чтобы сын устроился рядом. — Ты плохо ладишь с Гермионой, поэтому не можешь нормально работать? — Нет, дело не в этом, мы как раз хорошо работаем вместе, — ответил Драко, сев рядом с матерью, решив быть откровенным. — Сегодня у нас зашёл разговор о деньгах, и она случайно проболталась, что ушла от меня, потому что подслушала разговор с адвокатом, когда он пришёл ко мне от отца и предложил взять деньги из банка, если я разведусь. — Ты ведь отказался от денег, сказал, что заработаешь сам, — с гордостью произнесла женщина. — Да, но Гермиона увидела всё по-другому, и бросила меня, только чтобы у меня был доступ к деньгам, — объяснил Малфой. — Ничего себе, — поразилась Нарцисса. Драко кивнул и стал рассматривать сад. Цветы матери как всегда были прекрасны, она умела заботиться о них, тем более с зельями, которые присылал сын. Несколько минут они сидели на скамейке молча, каждый был погружён в свои мысли. — Я смотрю, ты не просто зол — ты удивлён, — нарушила тишину леди Малфой. — Я понятия не имел, что Гермиона слышала тот разговор с адвокатом, после выкидыша ей было так плохо, она почти всё время спала. Поэтому да — я удивлён, — подтвердил Драко. — Ох, сынок, ты сейчас врёшь мне или себе? — спросила его Нарцисса, и сама ответила на вопрос. — Тебя удивило не то, что Гермиона ушла, а то, по какой причине она это сделала. Малфой поднялся на ноги. — Мам, я вспомнил, у меня ещё дела, мне нужно идти, — сказал он. Нарцисса так же встала, взяла сына за руку и развернула к себе лицом. — Драко, уйдя из дома, и пойдя против отца, ты очень круто изменил свою жизнь, ты не стал брать денег даже у меня, — напомнила мать. — Ты всегда привык жить в роскоши, а начав жизнь с чистого листа, ты оказался на самом дне. Гермиона не слепая, она видела, как тяжело тебе было, она просто не могла смотреть, как ты отказываешься от денег из-за неё. — Но я любил её! — повысил голос мужчина. — А Гермиона любила тебя. Именно это тебя и тревожит, что она любила тебя, — не сомневаясь заявила Нарцисса, отпустив руку сына. Эта фраза поразила Драко, как молния осветившая небо тёмной предгрозовой ночью. Малфой с большим трудом смог забыть Грейнджер, убедив себя в том, что она никогда не любила его по-настоящему. И осознание того, что она любила его, меняло всё. Его едва сросшееся сердце разбилось вновь, но теперь уже совсем по другой причине. Но об этом он не скажет матери, и даже друзьям, вообще никому и никогда. — Мы стали семьёй, командой, а она ушла не поговорив со мной, — не скрывая обиды произнёс Драко. — Мне надо идти. — Прекрати пытаться прятать от меня свои чувства, я ведь всё вижу, — строго сказала Нарцисса. — Тебе больно, ты в ярости, хотя и не должен быть. — Неужели? — Малфой иронично изогнул бровь, горько усмехаясь. — Знаешь, у меня такое ощущение, что мою жизнь подбросили в воздух, разбили, а мне вернули разрозненные, какие-то непонятные кусочки, ни чем друг с другом не связанные. Я ничего не понимаю? — Как раз сейчас ты всё должен был понять, — заявила леди Малфой. — Когда Гермиона принимала решение, она только что потеряла ребёнка. Она была усталая и запутанная, и ещё такая молодая. Драко шумно втянул воздух и закрыл лицо руками. Он не хотел думать о том, что Гермионе в тот момент было больно, страшно и одиноко, она четыре дня провела одна в квартире, пока он работал. Он не был рядом с ней в тот момент, когда был больше всего нужен ей. — Сынок, теперь тебе придётся жить с этим, — Нарцисса положила руку ему на плечо. — Гермиона смогла примириться с этой ситуацией и двигаться дальше, и тебе придётся это сделать. Жизнь не стоит на месте, она идёт своим чередом. — Знаю, — кивнул Драко. — Мне надо подумать, я пойду. Малфой поцеловал мать в щёку и пошёл к забору. Вернувшись в Ирландию, Драко отправился на побережье, решил немного пройтись по пляжу, ему надо было привести мысли в порядок. Около океана было прохладно, а если долго бродить по песку, то ветер пронизывал до костей. Малфою в данный момент именно это и было нужно, ледяной ветер успокаивал его. Вечером Драко вернулся в особняк, он не стал ужинать, сел около камина в своей комнате и стал пить, снова возвращаясь в прошлое. Когда Гермиона только допустила мысль, что она может быть беременна, она сразу ему сказала. Они вместе сначала испугались, а потом отправились за зельем, чтобы развеять сомнения. Когда всё подтвердилось и первый шок прошёл, они решили оставить ребёнка и пожениться, тут появилась огромная проблема — деньги. Малфой категорически отказался жить в доме родителей жены после свадьбы, и принимать от них помощь, он заявил, что они со всем справятся сами. Только Блейз и Тео смогли уговорить его взять у них деньги, и то в долг. После скромной церемонии они переехали в небольшую квартиру в Косой Аллее и оба стали работать: Драко продавцом в магазине зелий, а его жена в книжном магазине, никто не хотел больше брать на работу молодую беременную женщину. Но даже несмотря на это, всё вроде шло неплохо, пока на четвёртом месяце у Гермионы не начались сильные боли. Целители в Мунго говорили, что так бывает, надо просто больше отдыхать. Малфой настоял, чтобы его жена сидела дома, но это не помогло, через две недели она потеряла ребёнка, а когда вернулась в их квартиру, была в ужасном состоянии, у неё началась депрессия. Драко было очень тяжело смотреть на такую раздавленную Гермиону, ему самому было плохо. Но он мог хотя бы уйти на работу, хоть как-то общаться с людьми, продавая им зелья. А его жена четыре дня провела одна в квартире, всеми забытая и одинокая. А когда в выходной Малфоя, к нему пришёл адвокат отца и предложил воспользоваться деньгами, если он разведётся, он сказал категоричное нет, не подозревая, что в коридоре стоит его жена и всё слышит. «А может Гермиона решила, что я разлюбил её, раз оставлял одну дома? — задался вопросом Драко, допивая очередной стакан огневиски. — Я ведь работал по две смены, потому что хотел заработать больше денег и на неделю уехать в Италию в гости к Блейзу. Я согласился остановиться у него дома, но на развлечения нам нужны были деньги. Если бы я рассказал об этом Гермионе, может быть она не думала бы обо мне так плохо. И вообще, она не имела права считать, что я не переживаю за неё, просто каждый по-разному справляется с потерей. Почему всё это случилось с нами? Мы ведь были счастливы и любили друг друга ». Так и не найдя ответы на свои вопросы, Малфой заснул.
