Школа в деревне Гадюкино

Однажды на уроке физики десятый «Ч» скачал машину времени и удрал с урока, всей толпой улетев в прошлое. Так сложилось, что все изобретения фантастов тоже осовременились и из разряда железок перешли в разряд программ — машина времени в том числе. Чтобы побывать в другом времени, достаточно было скачать эту машину и установить себе на телефон — по крайней мере, так уверял программист, создавший эту программу. А гадюкинские детки ему поверили и скачали. Кто же знал, что она окажется рабочей! (Вообще-то он готовил её к первому апреля, чтобы подшутить над друзьями, но был перфекционистом и сделал всё слишком хорошо.) Физичка, увидев, как все ученики одновременно растаяли в воздухе, заголосила и побежала жаловаться директору. А десятиклассники, гогоча, материализовались в ледниковом периоде и начали фоткать мамонтов. Но потом двоечник Тыков окоротил своих товарищей: — Э, харэ батарейки жечь. А то сядут, и останемся навсегда в древности. Нам же ещё возвращаться! — Дело говоришь, — согласились одноклассники и выключили телефоны. — Тем более что всё равно тут сотовая связь барахлит, — добавил двоечник Керосинов. — Говорят, в триасовом периоде она ещё хуже была, — заметила троечница Оптоволоконникова, и весь класс направился вперёд. Вокруг росли огромные секвойи, а между ними бродили ископаемые животные. Саблезубых тигров школьники отпугивали фразами из учебника обществоведения, а мамонтов гладили за хобот и угощали крекерами. Вдруг из кустов выбежала толпа неандертальцев в шкурах и перьях. Они возвращались с охоты — каждый нёс снизку добытых диких кур. Увидев гадюкинских школьников, неандертальцы сразу признали в них своих людей и громко приветствовали. Неандертальского языка гадюкинцы не знали, но это не помешало двум народам понять друг друга — жестов и междометий оказалось достаточно. А когда этого не хватало, в ход шли рожи. — Айда к нам в стойбище, — пригласил главарь племени, и юные гадюкинцы, конечно же, не отказались. По пути на них напал птеродактиль, случайно уцелевший с эпохи динозавров, но его отогнали громкими воплями. Десятиклассники с удовольствием помогали: уж что-что, а вопить они умели! Используя математические формулы вместо ругательств, они быстро справились с задачей. Когда не надо, гадюкинские школьники легко вспоминали формулы и правила. — Смотрите, тыртыр летит! — вдруг крикнул один неандерталец, и все остальные забегали и зашумели. — Что такое тыртыр? — спросила Оптоволокнникова. — Это такая летучая скотина, — объяснил ей главарь и для понятности помахал руками. — Опасная. Клюв — во! — Не проходили мы на истории никакого тыртыра, — пожал плечами Керосинов. — Наверняка проходили, просто мы в тот день удрали с урока, — сказал Тыков, и весь класс согласился с его версией. Неандертальцы тем временем продолжали бегать и вопить. Через пару минут раздалось громкое «тыр-тыр-тыр», небо потемнело, и над ними пролетела длинная оранжевая птица с крокодильим хвостом и пятью крыльями. Клюв у неё действительно был «во». Птичка полетала кругами и с грохотом приземлилась. Неандертальцы и десятиклассники замерли. И тут вперёд вышел двоечник Вайфаев, и вынул из кармана пистолет для страйкбола, и забубухал в птичку сразу двадцать шариков, и покрылась она синими, белыми, зелёными, фиолетовыми и розовыми кляксами. Откуда ни возьмись из-за кустов и камней повылезли разные животные и стали над птичкой ржать. Они хихикали, гыгыкали, улюлюкали и гоготали. Они показывали на неё пальцами (у кого были), когтями, лапами и копытами. Они брякались на спину и дрыгали задними лапами от смеха. От такого позора тыртыр прекратил тыртыркать, взмахнул всеми своими пятью крыльями и улетел. Больше его никто не видел, и следов в истории о нём не сохранилось. Детишки не прогуляли урок истории, на котором проходили тыртыра - такого урока попросту не было. Неандертальцы и гадюкинцы, тоже поржав над уляпанным тыртыром, воздали хвалу Вайфаеву и продолжили путь в стойбище. И наконец-то дотопали. Оно состояло из шатров и небольшой площадки для ритуальных плясок и прочих мероприятий. Пока неандертальцев, обвешанных гроздьями диких кур, встречали жёны, гадюкинцы знакомились с местными подростками. Одеты и те и другие были примерно одинаково, поэтому разногласий из-за шмоток не возникло, язык тоже был почти общий, и вскоре большая гадюкинско-неандертальская тусовка разводила на площадке костёр и готовила шашлыки из дикой курятины. Взрослые обедали в шатрах, потому что им было скучно заниматься шашлыками, да и некогда. После шашлыков подростки тут же устроили дискотеку — местная группа «Неандерталлика» играла на свистелках, трещотках, стучалках и бренчалках неплохой хард-рок. Но взрослые, как всегда, всё испортили. На самой крутой песне из шатра выскочил главарь и завопил, что делу время, а потехе час, и этот час уже прошёл, так что молодёжи пора идти на уроки. Учитель ждёт, и все опоздавшие получат прутом. И всех подростков, не разбирая, загнали в шатёр с надписью «Школа». Надпись была сделана на неандертальском языке, но гадюкинцы и так догадались, что за слово там написано. Слово, которое они считали настолько неприличным, что даже не писали его на заборах. — Ып! — грозно гаркнул учитель — косматый первобытный человек в козлиных шкурах и с совершенно дикими глазами. Дети встали по струнке — все, включая гадюкинцев. Очень уж тон у тутошнего педагога был убедительный. — Бу! — рыкнул он чуть тише, и ученики сели. Прямо на утрамбованный пол, потому что с мебелью здесь было туго. Учитель прошёлся перед классом туда-сюда, сверля детей взглядом. — Сейчас двойку влепит, — шепнул Керосинов Оптоволоконниковой. Учитель заметил болтовню на уроке и с криком: — Аргх! — треснул кулаком по камню, что служил учительским столом. Камень раскололся надвое. Керосинов заткнулся и сел в позу первоклассника. «И здесь то же самое», — подумал Тыков и переглянулся со своими. Те поняли, кивнули и вытащили телефоны. — Р-р-р-р! — зарычал препод и скрючил пальцы, как когти, и все, даже гости из 21 века, поняли, что тема сегодняшнего урока — саблезубые тигры. И в этот момент половина класса растаяла в воздухе. Последнее, что услышали гадюкинцы в ледниковом периоде, был восхищённый гул толпы неандертальских подростков, которым наверняка тоже хотелось свалить из школы. Вернулись они в то же самое место, из которого удрали — в кабинет физики. Но уроки к тому времени уже кончились, и школа закрылась, так что десятому «Ч» пришлось вылезать из неё через окно. Но им это было не впервой!