Это должно быть то самое место / This Must be the Place

      Энди прокралась вниз по лестнице в подвал, где раньше делала всё то, что хотела утаить от родителей, когда жила дома. После отъезда в колледж, подвал потерял свою привлекательность, но она всё ещё болталась там временами, особенно когда Лили приходила в гости. Внизу они могли болтать всю ночь на пролет и смеяться, никого не беспокоя. Это единственное место в доме с элементом уединения. Таким образом, оно идеально подходило для телефонного разговора с Мирандой Пристли. Даже в свои 34 года Энди не хотелось сообщать родителям о флирте с женщиной, которая на два года старше её собственной матери. Но завтра, когда они поедут в город, она всё расскажет Лили. Энди умирала от желания увидеть свою старую подругу, и у них будет много времени, чтобы поболтать, прежде чем вернуться домой на ужин.       Андреа неподвижно сидела и смотрела на циферблат телефона. Как только цифры сменились, и пробила полночь, она нажала кнопку вызова и стала ждать. На другом конце провода даже не прозвучало гудка, когда она услышала тихое:       - Да? – выдох прямо в ухо.       - Миранда, - вздохнула она.       - Андреа, - сказала Миранда.       Один только звук её голоса приводил Энди в трепет.       - Как поживаешь?       Последовала короткая пауза.       - Ладно - я выхожу из машины. Я только приехала домой.       - С вечеринки? Было весело?       От смеха Миранды крошечные волоски на затылке Энди встали дыбом. Видимо, ей было плохо.       - Я бы не сказала, что весело, но это вполне сносный способ провести несколько часов. - На заднем плане хлопнула дверь. - Подожди минутку. Девочки? - Позвала Миранда, направляя звук в сторону от микрофона.       - Привет, - послышались голоса вдалеке. - К нам приехала Реджина.       - Хорошо. Не забудьте, что завтра у вас запланирована встреча с дедушкой.       - Мы помним, - раздраженно сказала одна из близнецов.       - С кем это ты разговариваешь по телефону? - спросила одна из них.       - С кем-то, с кем ты очень хотела бы встретиться. Я тебе потом расскажу. -Последовало ещё несколько секунд молчания, и Энди представила себе, что делает Миранда. Бросив пальто на столик в прихожей, сняв каблуки, она поднимается по лестнице и направляется к кровати, которую они совсем недавно делили. - Ха, - выдохнула Миранда. - Так. Наконец-то я одна.       - Где ты сейчас находишься?       - Моя комната, - ответила Миранда.       Энди улыбнулась:       - Мне нравится эта комната.       - Ммм, и мне. В последнее время она нравится мне всё больше и больше.       Энди закрыла глаза и откинулась на спинку нового дивана.       - Я в подвале у своих родителей.       - Ммм, звучит гламурно.       Усмехнувшись, Энди огляделась по сторонам.       - О, это действительно очаровательно. В углу стоит настольный футбол, в который вряд ли кто-то играл последние пятнадцать лет, но мой отец отказывается от него избавиться. Теперь это место похоже на игровую комнату. После окончания колледжа здесь жил мой брат, пока не мог найти работу. Когда он ушел, я всё ещё училась в средней школе, и это стало моим вертепом беззакония.       - Неужели? - Миранда казалась заинтригованной. - Расскажи.       - Ну, знаешь, детские штучки. Слишком много играла в Нинтендо, напивалась, немного курила травку и чуть не лишилась девственности здесь, внизу, но мои родители рано вернулись с ужина, и на этом всё закончилось. - «Слава Богу», - подумала Энди.       - Как возбуждающе. А сколько тебе тогда было лет?       - Семнадцать, - ответила Энди. - С таким же успехом это могло быть и миллион лет назад.       - Не так уж давно, - заметила Миранда. - Ты чувствуешь себя как дома?       Энди тщательно обдумывала ответ, снова и снова прокручивая вопрос в голове.       - Честно говоря, нет. Теперь это просто место для посещения.       Миранда молчала.       - Ммм, - промычала она. - Возможно, это пройдет.       - Я так не думаю. Здесь всё по-другому. - Внезапно возникла мысль, показавшаяся правдивой, и Андреа озвучила её. - А может быть, всё осталось по-прежнему, и просто я стала другой.       - Уверена, что в этом что-то есть, - начала Миранда, - Но твои родители живут не в вакууме. Они тоже изменились, я не сомневаюсь.       Энди пожала плечами и натянула на себя одеяло со спинки дивана.       - Я знаю, но мне кажется, что вокруг одно и то же. Даже в шкафах. Если бы я сфотографировала полки двадцать лет назад и сравнила их с сегодняшними, они, скорее всего, были бы идентичны.       - Это означает, что если в шкафу находится что-то, что тебе нравится, ты всегда сможешь найти это там, не так ли?       Нахмурившись, Энди усмехнулась:       - Миранда, похоже, ты защищаешь мою семью.       - Вполне возможно. Тебя это удивляет?       - Так и есть. Я никогда не думала, что ты из тех, кто ценит однообразие. Ты всегда стремишься к новаторству и оригинальности.       - Только в моде, Андреа. Я всё ещё люблю бифштекс с кровью и горячий кофе и ем одно и то же на завтрак каждый день. Это навязчиво, но мне нравится знать, чего следует ожидать. А тебе разве нет?       Энди закрыла глаза и задумалась:       - Даже не знаю. Кажется, я забыла, как это делается. Я привыкла никогда не знать, что будет дальше. Такое чувство, что мои синапсы больше не работают в правильном направлении. Я слишком возбуждена или что-то в этом роде.       В этот раз первой замешкалась Миранда.       - Или ты была слишком возбуждена в течение долгого времени, - тихо сказала она. - Ты не думала об этом?       Энди моргнула и уставилась в оштукатуренный потолок. После того как она окончила среднюю школу, отец решил самостоятельно штукатурить стены. Он хотел превратить это место в рабочую комнату, но так и не закончил с ремонтом. Вместо этого он продолжал пользоваться гаражом и парковать одну из машин на подъездной дорожке, даже зимой, потому что для двух не хватало места. Это продолжалось уже пятнадцать лет, и Энди полагала, что так будет продолжаться ещё пятнадцать.       - Андреа?       - Хм? О, извини, - сказала Энди, застигнутая врасплох. - Потерялась в своих мыслях.       - Какие мысли?       - Может быть, когда я уезжала, или даже когда переехала в Нью-Йорк, я искала что-то непохожее на дом, в котором на самом деле ничего не меняется. И зашла слишком далеко. - «Возможно, в этом что-то есть», - подумала Энди.       - Не слишком далеко, - успокоила её Миранда. - С тобой все в порядке. Дай себе время. Возможно, ты найдешь что-то посередине, где знакомое будет комфортом среди приключений.       Энди улыбнулась и снова закрыла глаза.       - Звучит неплохо. - Она чувствовала себя сонной и теплой. – А ты умная куколка, знаешь.       Вот он опять, этот смех, который Энди любила всё больше и больше.       - Я не верю, что кто-то когда-либо называл меня так раньше. Вне зависимости относилось это к моему лицу или чему-то ещё.       - Я уникальна, - сказала Энди.       - О, я знаю это, - протянула Миранда. - Я прекрасно это знаю.

***

      - Когда я тебя увижу? - Спросила Андреа, спустя, кажется, несколько часов после начала разговора в полночь. На самом деле прошло уже несколько часов, близился третий час ночи, и Миранда чувствовала приятную истому.       - Ты всё ещё планируешь вернуться домой во вторник? - Спросила Миранда. Она не хотела казаться слишком нетерпеливой, но с таким же успехом могла признать, что нужно проявлять интерес, чтобы продвигать дело вперед. На этот раз осторожная игра не сработает, поскольку не было никакой гарантии, что Андреа продолжит преследовать её, если она хотя бы немного не изменит своей позиции.       - Да.       - Ммм, - задумчиво протянула Миранда. Вторник был занят: утренние часы заполнены рабочими встречами, а вечер она планировала провести с девочками. - Как поздно?- наконец спросила она.       - К десяти часам я, наверное, могу быть у тебя. Конечно, если тебе будет нужна компания. Знаю, что дети дома, и это может быть... странно, - Она усмехнулась. - Черт возьми, всё это кажется немного странным, если хочешь знать.       - Это ещё почему?       - Это было так давно, Миранда. Я не думаю, что это - независимо от того, что у нас происходит – это то, на что люди будут смотреть и говорить: «о, очевидно». Ты не согласна?       - Если ты так говоришь, - сказала Миранда, изогнув губы в подобии улыбки, - ты совершенно права. Впрочем, я не возражаю. Я никогда не совершала очевидных вещей. Я могу быть непредсказуемой, по крайней мере, мне так говорили.       На другом конце провода послышалось хихиканье.       - Ну, это я тоже слышала об этом, время от времени, - сказала Андреа. - Значит, если я вдруг появлюсь в твоем доме прямо с самолета с чемоданом в руке, ты не запаникуешь, верно?       - Я не буду паниковать, - ответила Миранда, чувствуя, как внутри снова поднимается радостное предвкушение. Было необычно ощущать, как некоторые долго дремавшие нервные окончания, вспомнили, как надо работать, и, проснувшись, обжигали точно также, будто никогда и не останавливались. - Если девочки будут дома, ты с ними увидишься.       - Дома? Ты думаешь, они будут кутить на улице?       - Возможно, - вздохнула Миранда. - Странно иметь дочерей, которые не хотят, чтобы мать указывала время возвращения домой, но, очевидно, я не готова отпустить все правила в доме. Когда они были в средней школе, комендантский час наступал в полночь, и я отодвинула его на 2 часа ночи, пока у них есть водитель. Но всё же, - Миранда вздохнула, - я беспокоюсь. И молюсь, чтобы всё, что они вытворяют, не попало в таблоиды.       - Хм, - сказала Андреа, - кажется, я слышала, что-то пару лет назад…       - О да, - перебила её Миранда, - Кэссиди была ещё совсем маленькой, когда стала встречаться со старшим мальчиком из очень популярной группы. Мне было неудобно останавливать это - я действительно не могла. Но, скажем так, было неприятно видеть фотографии дочери-подростка, целующейся с 21-летним парнем, в «Пост».       - И как она отреагировала?       - Не очень хорошо. До сих пор она оказывалась лишь на периферии общественного внимания и быстро поняла, что это не её чашечка чая.       - Я так понимаю, они расстались?       - Слава Богу. Он был довольно милым мальчиком, но у меня есть пределы. Я догадываюсь, что Кэссиди встречается с кем-то в университете, но Кэролайн более замкнута. Она никогда не проявляла особого интереса к мальчикам.       Последовала короткая пауза.       - А как насчет девушек? - Спросила Андреа.       Миранда моргнула, пораженная, прямотой Андреа:       - Я тоже думала об этом. Мы говорили о сексе и взаимоотношениях, но если она и склоняется в ту или иную сторону, то не рассказывает мне об этом.       - Может быть, если она узнает, что мы встречаемся, то раскроется. Если, конечно, проблема заключается в этом.       - Возможно. В конце концов, я всё равно узнаю. – «Как странно», - подумала Миранда. «Может быть, она и права». - А твои родители? Как ты думаешь, что бы они сказали, если бы узнали о нас? - Миранда слегка запнулась на слове «нас», внезапно смутившись того, что включила себя в это уравнение.       - Понятия не имею. Они хотят, чтобы я была счастлива, и они либеральны. Думаю, они были бы больше напуганы разницей в возрасте, чем геями. Я не волнуюсь.       И снова Миранда удивилась тому, как легко Андреа говорит о пропасти, разделяющей их возрасты.       - А почему бы и нет?       Андреа рассмеялась.       - Миранда, я не собираюсь возвращаться в Цинциннати в ближайшее время. Если они несчастливы, то это их вина. И мне всё равно, что ты старше меня. Ты ведь понимаешь это, не так ли?       - Я знаю, - сказала Миранда. У неё всё ещё оставались сомнения, но она решила пока не обращать на них внимания.       - Послушай, не хочу показаться пресыщенным старым репортером, но я повидала много дерьма в этом мире, Миранда. Такие вещи, как, черт возьми, выживание цивилизации, волнуют меня сильнее, чем прогресс. Я смотрела в глаза человеку, собиравшемуся убить меня, не смотря на то, что он даже никогда раньше не встречал меня. Поэтому, когда что-то или кто-то заставляет меня чувствовать себя хорошо, я не отступаю. Ты и есть этот кто-то. Надеюсь, что ты не против.       Сердце Миранды громко стучало в тишине спальни. Она посмотрела на свои руки, вены на которых вздулись и казались красными в тусклом свете.       - Да, - тихо ответила Миранда. Она поискала другие слова, но не смогла ничего найти.       - Отлично, - наконец добавила Андреа. Последовала долгая пауза, как будто Андреа позволила своей длинной обличительной речи успокоить их обеих. Вздохнув, она услышала свой вопрос: - А как же твои родители? Они обвинят тебя в ограблении колыбели?       Немного смущаясь, Миранда ответила:       - Они оба мертвы. Девочки знали только родителей своего отца.       - О, - сказала Андреа, и в её голосе прозвучало раскаяние. - Мне очень жаль, Миранда.       - Всё в порядке. Это было очень давно. - После того, как она ушла из дома в 17 лет, мать не простила её, но отец, в конце концов, пришел в себя и исправил их отношения. Его смерть была болезненной, и в некоторые дни рана от его потери открывается заново. Когда она начала самостоятельную жизнь, то была моложе её девочек сейчас. Иногда Миранда удивлялась, как ей удалось выжить в Нью-Йорке с теми копейками на счету. Мысли о том, что Кэссиди или Кэролайн будут сами заботиться о себе в огромном городе, были просто возмутительны. Вероятно, она оказывала им плохую услугу, но, по крайней мере, у них был кров и защита. И они были любимы гораздо сильнее, чем когда-то Миранда. - Я расскажу тебе об этом позже, - пробормотала Миранда, чтобы прервать первое по-настоящему неловкое молчание, которое она испытала с Андреа.       - Тебе не нужно этого делать…       - Знаю, но я сделаю это. Только не в 2 часа ночи по телефону. - Она хотела бы потереться щекой о щеку Андреа, прежде чем положить голову на подушку, хотела бы чувствовать как её обнимает тонкая рука. - Ты сегодня поспишь?       - Я постараюсь, - ответила Андреа. - А ты?       - Возможно.       - Ты можешь позвонить мне или написать смс в любое время. Здесь особо нечем заниматься. Сегодня мы с папой сгребали листья. Завтра я, возможно, помогу ему вычистить желоба.       - Потрясающе, - сказала Миранда. - Только не упади с крыши.       - Ни малейшего шанса. У меня есть планы на следующую неделю, которые я не собираюсь пропускать.       Миранда немного подождала, наслаждаясь напряжением, возникшим, несмотря на сотни миль, отделявших их друг от друга.       - Я скоро с тобой поговорю. Спи спокойно.       - Я так и сделаю. Ты тоже. - От тембра голоса Андреа по спине Миранды пробежали мурашки. - Спокойной ночи.       - Спокойной ночи.       Когда Миранда повесила трубку, у нее перехватило дыхание. Не прошло и десяти минут, как она вышла на улицу, зажигая свет и мечтая о дожде и горящих листьях.

***

      Энди раскрыла объятия, и Лили шагнула в них, крепко прижимая её к себе.       - Девочка, как же давно мы не виделись, - сказала Лили, и Энди услышала в её голосе удовольствие.       - Так и есть.       Они отстранились, и Лили пристально посмотрела на неё.       - Ты выглядишь как дерьмо на шляпе. Я так понимаю, ты не спишь, но объясняться будешь по дороге. Ну же, пошли отсюда.       Энди рассмеялась, но последовала за ней, спускаясь с крыльца к арендованной машине, которая ждала на подъездной дорожке. Было очень холодно, и Энди плотнее затянула шарф вокруг шеи, хотя им и понадобилось лишь несколько секунд, чтобы добраться до машины.       - Классная тачка, - сказала Энди.       - Ой, перестань, это же Шевроле. Я скучаю по своему гибриду, но это всё, что у них осталось.       - А как там стерео?       - Громкое. - Лили взглянула на неё через сиденье, и на её лице появилось знакомое выражение. - У тебя есть телефон в этой огромной сумке?       - Да, конечно, - ответила Энди, извлекая аппарат из недр сумки.       Лили протянула белый шнурок:       - Подключи его.       Энди пролистала сотни альбомов и остановилась на том, который должен был свести Лили с ума. Когда из динамиков донеслись первые звуки песни «Blister in The Sun»*, Лили рассмеялась и завела мотор, когда зажегся зеленый свет.       - О, детка, ты знаешь, что мне нравится, - протянула она, перекрикивая басы.       Они пели так громко, что вскоре Энди охрипла и на несколько минут прошедшие года исчезли. Музыка вернула её к тому времени и тем ночам, когда они с Лили ходили на футбольные матчи, концерты или в клубы, куда их пускали без документов. Они никогда не попадали в серьезные неприятности, но Энди знала, что за это следует благодарить удачу, а не уличную смекалку, потому что они совершали свою долю глупостей. Вспоминать это было и горько и сладко, потому что Андреа переросла ту молодую девушку, которой была ещё не давно. Как и Лили. Жизнь оказалась совсем не такой, как она себе представляла. Но было ли это по-другому для кого-нибудь? Ей было интересно, что чувствует Лили. Может быть, она спросит, когда придет время.       Вскоре они добрались до нового кафе неподалеку от Площади фонтанов и устроились там с крепким чаем с корицей и двумя порциями шоколадного чизкейка.       Лили сразу перешла к делу.       - Ну, выкладывай. А: я хочу услышать о том, как у тебя дела, и Б: какого черта ты снова тусуешься с Леди-драконом. Которая, думаю, не такая уж дракониха, как мы первоначально считали, но я позволю тебе рассказать об этом, - сказала Лили, прежде чем отломить огромный кусок десерта.       Энди улыбнулась и пожала плечами:       - Как я поживаю... Ну, лучше, чем в тот мартовский день, - ответила Энди, зная, что Лили поймет. - Спустя несколько первых дней я не смогла заставить себя вернуться на работу. У меня все время были вспышки воспоминаний. Много плохих снов, ночных кошмаров. Просыпаешься с криком и потом, а потом совсем не спишь. Я собрала выступление и сделала двух серийный подкаст об отсутствии услуг в области психического здоровья, а затем пошла к начальству и сказала, что мне нужен перерыв. Они дали мне его, вместе с очень большим чеком, чтобы поддержать на плаву. Думаю, они волновались, что я подам в суд или что-то ещё, так как я был на работе, когда это произошло.       Лили кивнула, и на её лице отразилось сочувствие.       - Держу пари.       - Это действительно был пиздец. Но когда я начала проходить терапию, когда действительно вошла в неё, поняла, что многое из того, что происходило со мной, уже происходило до этого дня. Я действительно не обработала большую часть того, что видела в горячих зонах, и до сих пор не сделала этого. Стрельба просто вывела всё на поверхность в один момент, и я не смогла вернуться к нормальному состоянию. - Она печально улыбнулась. – Каким бы оно ни было.       Глаза Лили были спокойны, когда они смотрели на нее, впитывая каждое слово. Не осуждающе, а только слушая.       - Окей.       - Я плохо спала. И всё ещё не очень, но, по крайней мере, пытаюсь. Я принимаю лекарства, чтобы справиться с депрессией. И у меня есть таблетки, которые принимаю чтобы снимать беспокойство, если нужно. Мой терапевт постоянно говорит, что осознанная медитация помогает, но я еще не очень хороша в этом.       - Я пробовала. Это не просто.       - Да. Так что, думаю, сейчас мне лучше. Разговоры помогли, а лекарства - просто находка. В Нью-Йорке здорово. И я действительно люблю своего терапевта.       - Слава Богу. Я ненавижу думать, что ты в большом плохом городе совсем одна. - На лице Лили появилась опасная усмешка. - Только я не думаю, что тебе одиноко, не так ли?       Энди закатила глаза.       - Это очень плохо.       - И это так верно. А что там Миранда?       - Даже не знаю. Я получала награду, и она была там, и я просто… все это вылезло наружу. Она потрясающая и такая же великолепная, как и всегда. Но в ней есть что-то особенное, и я никак не могу понять, что именно.       Лили фыркнула:       - Может быть, потому, что у неё больше нет привилегии заставлять и смотреть, как высоко ты можешь прыгнуть.       - Очень смешно, - усмехнулась Энди, понимая, что в шутке Лили, есть доля правды. - Я же сказала тебе, что не знаю. Она стала более доступной. И она заставила меня чувствовать себя... спокойно. И в безопасности. - Энди моргнула и решила выложить всё начистоту. - Мы спали вместе.       Глаза Лили расширились.       - Ну и как это было?       Энди поняла, что сказала, и выпрямилась:       - Нет, нет, мы ещё этого не делали. Я имею в виду, что мы действительно спали вместе. В её постели. Я обнимала её. У неё бессонница, наверное, такая же сильная, как и у меня. Это было странно, но здорово.       - Боже, - Лили в последний раз откусила от своего торта и отодвинула тарелку. - А что ещё?       - Мы вместе прогулялись и немного посидели. Пока я рядом с ней, то не чувствую, что должна говорить каждую секунду. Так хорошо, когда можно просто помолчать. Я думаю, что она заполняет что-то во мне, просто находясь рядом. И я действительно... люблю её.       Улыбаясь, Лили спросила:       - Любовь? Это большое слово.       Энди кивнула, почти про себя.       - Наверное.       - Ты думаешь, она чувствует то же самое?       У Энди не было никаких конкретных доказательств, но она всё равно верила в это.       - Да.       Теперь Лили кивнула, широко улыбаясь.       - Ну, тогда должно быть, она того стоит. Ты же понимаешь, что ей миллион лет, да?       - О, пожалуйста. Ты видела фотографии. Она очень красивая.       - Я отдам тебе его, - сказала Лили. - Она уже сделала свою работу?        Энди усмехнулась:       - Как будто я об этом спрашиваю. Если это так, то она очень аккуратна, чтобы быть невидимой. Потому что я была рядом.       - Засунула голову в пасть льва, да?       Рассмеявшись, Энди откинулся назад:       - Типа того.

***

      С наступлением вечера вторника Миранда стала нервничать. После марафонского разговора с Андреа на выходных, они разговаривали пару раз и обменялись несколькими короткими сообщениями, которые дали Миранде понять, что брюнетка думает о ней и считает минуты.       Миранда всё ещё считала минуты, особенно потому, что знала, что самолет Андреа приземлился почти полчаса назад. Вероятно, женщина еще в аэропорту Кеннеди, ожидает багаж, но от этого ей было не легче.       Девочки смотрели нелепо громкий боевик на огромном экране телевизора, но обе знали, что что-то происходит. Они следили за Мирандой, когда думали, что она не смотрит на них, и это тронуло женщину. После того, как Миранда в четвертый раз проверила свой телефон на наличие сообщения, фильм остановился.       - Мама, что с тобой такое?       Миранда моргнула, глядя прямо в глаза Кэссиди.       - Я жду звонка.       Кэролайн перевернулась на другой бок и посмотрела вверх:       - От человека, с которым, как ты думаешь, мы хотели бы встретиться?       - Да.       - И кто же это?- Многозначительно спросила Кэссиди.       Отложив телефон, Миранда наконец ответила:       - Друг. Она придет сегодня вечером, и я подумал, что вы могли бы поздороваться.       Кэссиди закатила глаза:       - Это действительно глубокое описание, мам. У этого друга есть имя?       Отбросив колебания, Миранда сказала:       - Энди Сакс.       Две пары глаз широко раскрылись.       - Да ладно! Энди приедет сюда? Сегодня вечером? - Воскликнула Кэссиди. - Это просто фантастика! Мы можем поговорить с ней? Спросить её обо всем, что она видела? О боже, мама, она сделала этот потрясающий подкаст сразу после того, как в того конгрессмена стреляли. Все, кого я знаю, слушали его. Она вроде как гений.       - Я в курсе, дорогая. И хотя я уверена, что у вас есть много вопросов, я бы предпочла, чтобы вы позволили Андреа некоторое время посидеть и расслабиться. Она сейчас отдыхает от работы, потому что ей нужен перерыв. - Сделав глубокий вдох, Миранда добавила: - Она останется на ночь.       Кэссиди была практически в восторге, в то время как Кэролайн задумчиво и с интересом наблюдала за Мирандой.       - Почему? - Спросила Кэролайн. - Разве у неё нет жилья в городе?       - Есть, - медленно начала Миранда, - но мы хотели бы провести некоторое время вместе.       Ни одна из девушек не пошевелилась.       - Провести время… как например? - Спросил Кэссиди.       Сердце застряло в горле, когда Миранда наконец произнесла:       - Мы встречаемся.       В комнате на несколько секунд воцарилась полная тишина, прежде чем Кэссиди не слишком красноречиво смогла произнести:       - Ч… хах.       Миранда приподняла бровь.       - По-моему, вы меня слышали.       - Ты встречаешься с Энди Сакс? Разве она не слишком молода? - Спросила Кэссиди.       Миранде захотелось рассмеяться. Действительно, было удивительно, что возраст интересовал дочь больше, чем тот факт, что её мать только что призналась, что встречается с женщиной.       - Ну, она ещё молода. Если точнее, ей тридцать четыре. На двадцать пять лет моложе меня.       Несколько мгновений, Миранда молча наблюдала за тем, как Кэссиди решает все проблемы.       - Это очень крутой уровень Холланд Тейлор и Сары Полсон*, мам. - Кэссиди взглянула на Кэролайн. - Разве не круто, Кэролайн?       Кэролайн оставалась неподвижной, за исключением драматического румянца, ползущего вверх по её шее.       - Итак, - начала она, - ты теперь, хм, гей?       Взглянув на потолок, Миранда просто сказала:       - Можно и так сказать. Андреа интересует меня больше, чем кто-либо, кого я встречала за очень долгое время. Мне нравится быть с ней. - И до сих пор их отношения были менее сосредоточены на сексе, чем другие из её прошлого, но она не собиралась поднимать этот вопрос со своими детьми. Было странно вообще обсуждать это с ними. Она снова посмотрела вниз и вздохнула. - Что еще?       - Как давно вы встречаетесь? - Спросила Кэссиди.       - Не долг. Пару недель. - Свидания казалось довольно детским термином, но у неё не было другого слова для этого, так что она не протестовала.       - Ты собираешься рассказать об этом людям? - продолжала она.       - У меня нет планов скрывать это, если кто-то заметит, но я не собираюсь проводить пресс-конференцию.       Последовала еще одна пауза, пока Кэссиди наконец не подтолкнула Кэролайн локтем.       - Давай.       - Хм, - сказала Кэролайн и сглотнула. Её губы сжались, и сердце Миранды пропустило удар. - Я встречаюсь с девушкой из университета.       Миранда постаралась не разорвать зрительный контакт.       - Хорошо. - Она задумалась, о чем именно спросить, поскольку было ясно, что Кэролайн, вероятно, не собиралась пока сообщать ей эту новость. - Ты счастлива?       Это было последнее, что Кэролайн ожидала услышать от матери. Она разинула рот, и Миранда ждала продолжения.       - Хм, наверное. Она мне нравится.       - Она от нее без ума, - сказала Кэссиди. - Мне она тоже нравится. Мы много общались с глазу на глаз. И я хочу встретиться с ней. Как ты думаешь, Кэролайн сможет привести её домой в следующий раз…       - Кэсс!- Воскликнула Кэролайн.       - Что? Я не смогу встретиться с ней лично из-за занятий, а мы вернемся домой только в марте. Это только через три месяца. Нет ничего плохого в том, чтобы спросить…       - Возможно, - вставила Миранда. - Я бы хотела познакомиться с этой молодой женщиной... как её зовут?       - Мелисса, - ответила Кэролайн, заправляя волосы за ухо. В этот момент она выглядела такой юной, и в её глазах было столько нежности, что Миранда была тронута.       - Ну, я с нетерпением жду возможности узнать о ней побольше. Мы можем поговорить о визите домой позже. - Миранда взглянула на Кэссиди. - А как ты? Какие-нибудь тайные любовницы, о которых мне следовало бы знать?       - Пожалуйста, - сказала Кэссиди. - Как будто я это скрываю. С тех пор как тот парень, с которым я познакомилась во время целевого ориентирования, изменил мне через три недели, я на некоторое время рассталась с мужчинами. Ну, и задница.       Миранда в кои-то веки попридержала язык на предмет ругательств.       - Конечно, - подтвердила она, и Кэролайн, усмехнувшись, толкнула сестру плечом. - Ну, тогда расскажи мне ещё о Мелиссе, Кэролайн.