Как я дружил в социальной сети

      Что тебе остается делать, когда ты узнаешь, что твой старший брат в тебя влюблен? Когда он открыто признал, что дрочит на тебя и хочет трахнуть. Ты должен быть напуган, может быть, чувствовать себя преданным. Возможно, ты даже не захочешь его в глаза видеть, и никто тебя не станет за это винить. Все-таки гомосексуальный инцест — это большое ни-ни, так что ты можешь сделать все из вышеперечисленного.       Что ты действительно не должен делать, так это смотреть на этого старшего брата жаждущим взглядом, представляя, какими бы на ощупь были его губы, а затем возбуждаться от своих же фантазий в душе, в постели и вообще практически в любое время, когда он смотрит на тебя.       Сэм делал все, что было во втором списке, и не собирался останавливаться.       После откровения он проделал сложную работу, притворяясь, что Дин не сказал ничего, что хоть чуточку на него повлияло, и они продолжили разговор, пока Сэм под каким-то предлогом не прекратил страстный диалог, оставляя брата сидеть в ожидании. Он принял приятный долгий душ, оценивая ситуацию, является ли его внезапный приступ облегчения и счастья после слов Дина всего лишь недопониманием.       А потом он дрочил в душе, думая о том, как Дин будет его трахать. Так что нет, никакого недопонимания тут и быть не могло.       Все было так понятно и просто, но в то же время совсем наоборот. Он хотел Дина. Он запал на брата, и последние несколько дней заставили его осознать, насколько ненормальным он был, но, по всей видимости, он был не один такой, потому что Дин любил его. Он любил его, и Сэм глубоко в душе знал, что любит его в ответ. Но эти мысли делали его одновременно счастливым и нервным, это слегка пугало его.       Что он должен делать? Он хотел рассказать брату о своих чувствах, хотел отдать все за то, чтобы попробовать, но как? Он не мог просто прийти к Дину и сказать: «Эй, помнишь ту девушку, с которой ты переписываешься на сайте знакомств? Ага, это все время был я. Я притворялся девушкой, разговаривая с тобой о сексе, а когда ты признался в любви ко мне, то я понял, что тоже тебя люблю и очень хочу, чтобы ты меня трахнул».       Ни за что.       Но что тогда? Правильнее бы было продолжить молчать, но Сэм не мог сдерживаться вечно. Если он хочет прикоснуться к своему брату, — а он правда очень хочет, и неважно, насколько это неправильно, — то он должен просто плюнуть на все и признаться. Это расстраивало, тревожило и немного смущало, но он не мог позволить себе проверить, что такое настоящая любовь, потому что он никогда еще не чувствовал себя настолько живым и в то же время мертвым.       Он собирал всю свою решимость, говорил себе, что сможет это сделать и сделает, что это будет правильно и вообще достойно восхищения. Но, может, лучше сохранить свою уверенность для чего-то более важного, например, когда они с Дином будут сидеть в приятной тишине.       У них как раз был тот самый редкий момент близости. Они только что вернулись с охоты, где все пошло не так. Сэму нужно было пиво, а Дину что покрепче, чтобы избавиться от неприятных воспоминаний. Это должно было быть простое дело, посолить и сжечь, так что они не ожидали, что призрак, чтобы защитить себя, вселится в маленькую девочку. Он сделал это до того, как они сожгли кости, убил ребенка прямо у них на глазах. Они сожгли останки, но было уже поздно. Дин воспринял это тяжело, даже хуже, чем Сэм, что было удивительно. Вернувшись в бункер, они выпили, и тогда он открылся.       — Шаг вперед и два назад. Я должен был к этому привыкнуть, но нет, — сказал Дин с еле слышимым напряжением в голосе, тряхнув головой и налив себе еще один стакан. — Этого не должно быть. Клянусь, иногда я думаю, что мы действительно прокляты.       Сэм сделал глоток ставшего теплым пива из своей бутылки, нахмурившись, прежде чем ее поставить.       — Так и есть. Тем чуваком сверху, и теми, кто внизу. У нас так всегда было. Но я с тобой соглашусь, — сказал он, вздыхая. — Так быть не должно.       — Думаю, мы просто вытянули самую короткую палочку. Счастливые дни, полные солнечного света и страдающих на каждом шагу людей, — мрачно усмехнулся Дин. — Обожаю этот мир.       Сэм наблюдал, как брат налил себе очередной стакан.       — Не думаешь, что на сегодня с тебя хватит? — спросил он, подаваясь вперед и пытаясь забрать у Дина бутылку и стакан, но смог ухватить только первое, прежде чем брат не отодвинул стакан.       — Мне станет достаточно, когда я перестану чувствовать свое лицо, — начал он с нахальной ухмылкой, а затем запрокинул голову, выпивая содержимое стакана и со стуком ставя его на стол. — Тебе тоже стоит попробовать.       — Мне хватит и пива. — Сэм уселся обратно на стул, забирая у Дина выпивку, за что получил от него раздраженный взгляд.       Повисшая тишина не была совсем неловкой, но и приятной ее тоже не назвать. Сэм разглядывал комнату, потерявшись в мыслях и размышляя, о чем мог думать его брат.       Ему не пришлось долго гадать, потому что стоило ему только украдкой глянуть на брата, то он увидел, как тот взъерошил ладонью свои короткие волосы, глядя в телефон. Это немедленно напомнило Сэму о его миссии, заставило увидеть зеленый свет для действий в сложившейся ситуации, огромный потенциал и возможность сказать правду. Сейчас или никогда, этот момент был идеален для того, что хотелось сделать. У них будет разговор, неважно, короткий или не совсем, как раз Дин сидел со своим телефоном. Вероятно, разговаривал с кем-то, может, даже с альтер-эго Сэма или еще с какой-нибудь девушкой. Да с кем угодно, кроме Сэма, и это сильнее заставляло его отчаяться.       И, возможно, ревновать.       Он поглядывал на своего брата, наблюдая, как тот что-то печатает, и набираясь смелости сказать то, что навсегда изменит их отношения. Он открыл было рот, но…       Бип.       Сэм замер с широко распахнутыми глазами, медленно закрывая рот. Дин оторвался от своего телефона, встречаясь с ним взглядом. С нечитаемым выражением лица он посмотрел туда, откуда донесся звук, и Сэм опустил взгляд на карман своих джинсов с внезапным ужасом.       — Тебе кто-то написал? — поинтересовался Дин, в его тоне слышался вопрос и что-то еще, нечто подозрительное.       Блядь. Просто блядь. Он забыл поставить телефон на беззвучный режим. Как он мог? Черт, его брат прав — они прокляты. Особенно Сэм.       Он нервно сглотнул и вытащил телефон, пытаясь выглядеть чертовски обыденно, а не как тот, кто готов удариться в панику. Да, Дин писал ему. Точнее, альтер-эго.       — А, да, — сказал он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Его не обрадовало, что когда он оторвался от телефона, то встретил пронизывающий взгляд брата, устремленный, о, черт, прямо на него.       — От кого? — вскинул он бровь, быстро глянув на свой телефон и обратно на Сэма. Блеск в его глазах заставлял дыхание сбиваться. — Что пишут?       — Ничего, — резко ответил Сэм, зажмуривая глаза и мысленно ругая себя, а затем прочистил горло и добавил: — Ничего важного. Просто… ответил один охотник, который, ну, спрашивал о делах и прочем.       Вау, он всегда был так плох во лжи?       — Понятно, — протянул Дин, кивая. Он совсем не купился на вранье Сэма, и они оба об этом знали. — Покажешь?       Он спрашивал с невинным выражением лица, вставая со стула. Сэм немедленно последовал его примеру, в панике чуть не уронив стул, и вскочил на ноги. Его резкое движение заставило брата ухмыльнуться.       — Там, эм, там нет ничего интересного, — запротестовал он, мечтая провалиться под землю. Он сделал пару шагов назад — вообще ни разу не подозрительно, отличная работа — когда Дин обошел стол, сразу же останавливаясь.       Он усмехнулся, в этот раз слишком коварно.       — Ну же, просто покажи мне. Я не так уж много прошу, — уговаривал он, все так же ухмыляясь. — Тебе же нечего от меня скрывать, да?       Ладно, Сэм хотел признаться, но Дин только все усложнял. Как он может что-то сделать, когда его брат смотрит на него плотоядно, как какая-то гиена? Он натянул на лицо фальшивую улыбку, негромко рассмеявшись.       — Нет. Конечно, нет, — солгал Сэм, тяжело сглатывая, когда Дин взялся за телефон и начал что-то писать.       — Угу… — Брат набрал что-то и посмотрел на Сэма, его ухмылка превратилась в оскал. О, нет, он же не собирается…       Бип.       Сэм съежился, желая тут же исчезнуть. Он боролся с желанием проверить переписку, но это уже, в принципе, было неважно, так что, бросив на наглого брата взгляд, он разблокировал телефон. Как он и ожидал, там было два сообщения от Дина. В маленькой красной точке в углу иконки приложения стояла двойка.       — Ну, — услышал он раздражающе самодовольный голос брата, встречаясь с ним взглядом. — Будешь читать?       Его раскрыли, в этом не было сомнений. Вздохнув, Сэм открыл приложение, подбадривая себя пойти во входящие. Я сегодня в отвратном настроении. Может, развлечемся?       Первое сообщение. Все не так уж и плохо. Плохой мальчик.       Второе сообщение. А вот это уже хреново. Ему нужно было что-то сказать, объясниться.       — Эм, Дин, это… Я-Я не хотел…       Брат фыркнул.       — Не хотел что, Сэмми? — спросил он, широкими шагами сокращая между ними расстояние. Кровь отхлынула от лица Сэма, когда его вжало в стену. — Не хотел нарушить личное пространство? Неужели ты создал аккаунт нечаянно и переписывался со мной по ошибке, Саманта?       Дин прищурил глаза, выделяя последнее слово и убирая свой телефон, чтобы упереться обеими руками в стену, поймав Сэма. Стиснув свой телефон, тот проклинал себя по разным причинам, но в особенности за то, что не должен возбуждаться от этой ситуации. Но, черт возьми, Дин был слишком близко.       — Я просто хотел тебя разыграть, — объяснил он, отсутствие смелости в его голосе резало слух. — Я знал, что мог зайти слишком далеко… Нет, я и так переступил черту и должен был остановиться. И я извиняюсь за это. Прости, что из-за своей эгоистичности не сказал тебе раньше.       — И почему ты не остановился? — Дин подошел еще ближе, зажимая руки Сэма между их телами, напряжение так и витало в воздухе, что казалось осязаемым. — Тебе понравилось? Разговаривать так, слышать от меня все это… Ты получал от этого удовольствие?       Дин пристально смотрел на него, облизываясь, когда его взгляд скользнул по губам Сэма, и тот почувствовал, что сейчас сломается под его взором.       — Я… — Он успокоился, когда Дин запустил пальцы в волосы, пропуская между ними гладкие пряди, и судорожно выдохнул, сдаваясь. — Да.       — Ай-яй-яй, какой же ты испорченный мальчик, — промурлыкал брат, и Сэм растаял. Тихий вздох сорвался с его губ, когда Дин сжал его волосы и потянул на себя для поцелуя, самого настоящего поцелуя. Его мысли мгновенно исчезли, когда их губы встретились в страстной борьбе, в которой он даже не пытался победить. Он позволил Дину вести и успокоился, приоткрыв рот и простонав, когда брат скользнул языком внутрь. Его грудь сжало, сердце зашлось в бешеном ритме, когда он услышал жадный рык брата, чувствуя на губах его довольную ухмылку.       Сэм выпустил из рук телефон, проигнорировав звук, с которым тот встретился с полом, обнимая Дина и притягивая его ближе, сжимая в пальцах ткань его рубашки, когда поцелуй стал глубже. Руки Дина гладили его лицо и шею, зубы впивались в кожу, язык скользил по ней, а соблазнительные губы целовали. Сэм потерялся в чувствах и ощущениях, полностью сдаваясь на милость брату.       — То, что ты делал за моей спиной, — прошептал Дин в шею Сэма, прежде чем укусить его, заставив задрожать и вскрикнуть от боли, — так просто не прощается.       — Прости, — выдохнул тот, нервно сглатывая, когда Дин отступил назад и бросил на него предупреждающий и жадный взгляд.       Эти гипнотизирующие зеленые глаза, темные от нескрываемой страсти, скользнули по телу Сэма, прежде чем вернуться обратно к его лицу.       — Не беспокойся, у меня есть парочка идей, как ты можешь все исправить, — с намеком сказал Дин, приподнимая бровь. — Одежда все еще у тебя?       — Какая одежда? — непонимающе моргнул Сэм, пытаясь собрать разбежавшиеся мысли.       — О, ты знаешь, — с игривой улыбкой ответил Дин. — Та, которую ты надевал для фотографии в профиле.       Осознание того, о чем говорил брат, заставило лицо Сэма покраснеть в рекордные сроки. Он почесал затылок, глядя куда угодно, лишь бы не на человека перед собой.       — Эм… Да.       Когда он поднял взгляд, то увидел, как глаза Дина озаряются азартным огоньком. И да, он должен признать, что немедленно захотел того, что на уме у брата.       — Отлично, — заявил Дин и тут же увлек Сэма в очередной поцелуй, быстрый, но жадный и горячий. А затем он облизнул губы и подмигнул. — Я принесу кое-что, а пока я хожу, хочу, чтобы ты переоделся. Эта кофточка и юбка… Хочу, чтобы ты надел их и только их, и ничего больше. — приказал он, усмехаясь от реакции Сэма и направляясь к выходу из кухни. — Встретимся в моей комнате.       И он ушел, оставляя Сэма наедине со своими мыслями и стояком. Ну, все обернулось лучше, чем предполагалось. Сначала он испугался, но когда они поцеловались, это было чертовски великолепно.       Улыбнувшись, он подобрал телефон, засунул его в карман и вернулся в свою комнату, открывая нижний ящик комода и отыскивая там немного помявшуюся одежду. Достав ее, Сэм тут же трусливо подумал, что Дин хотел увидеть его в юбке только для того, чтобы поиздеваться. Но реакция брата была ему интересна, поэтому Сэм недолго сомневался, прежде чем стащить с себя всю одежду. Стоя обнаженным, он задумался, может все-таки стоит оставить белье, но, сделав глубокий вдох, надел юбку, а затем и блузку, застегивая ее на все пуговицы. Он чувствовал себя меньше в этой одежде и очень не хотел выходить из комнаты, особенно после взгляда в зеркало.       — Боже, что я делаю… — пробормотал он, чувствуя, как в его вены будто залили раскаленную лаву, стоило ему только увидеть в отражении свое покрасневшее лицо. Он с трудом смог оторвать взгляд, изучая свое тело, одетое в женскую одежду, и чувствуя, как его сердце готово было остановиться от смущения.       Он быстро забрал волосы и сделал несколько глубоких вдохов, успокаивая себя перед тем, как покинуть свою комнату и прийти к Дину. Он остановился под его дверью, замечая, что та приоткрыта. Одернув юбку, чтобы та прикрывала чуть больше тела, Сэм толкнул дверь, открывая ее и отмечая, что Дин уже на месте, заулыбавшийся, как Чеширский кот, стоило ему только заметить Сэма.       Брат встал с кровати, и Сэм отвел взгляд, закрывая за собой дверь и готовясь услышать насмешки.       — Охренеть, ты выглядишь горячо, — сказал Дин, внезапно оказавшийся прямо перед ним, его руки на мгновение замерли на полпути, прежде чем опуститься на бедра Сэма.       — Правда? — Сэм оказался вновь зажатым между дверью и Дином, который готов был прожечь в нем дыру одним лишь взглядом. Он заерзал, когда заметил, как тот бесстыдно пялится на его пах.       — О, да, — промурлыкал брат, скользя ладонями вверх и вниз по бокам Сэма и заглядывая в его глаза. — Охеренно прекрасный.       Если бы лицо Сэма уже не горело, то он совершенно точно растаял бы от этих слов. Его сердце не выдерживало, и он сбивчиво вздохнул и издал совсем не мужественный звук, когда Дин сжал его член сквозь розовую ткань и прижался теснее.       — Так ты, — низким голосом прошептал он, его горячее дыхание щекотало ухо Сэма и посылало вниз по спине мурашки, — хочешь, чтобы я тебя прижал? Как ты тогда сказал? — Дин обвел языком ушную раковину Сэма, и тот прикрыл глаза. — «Удерживать меня»? — Свободной рукой он сжал плечо брата, прижимая его к двери. — «Сделать меня своим»? — Он усилил хватку на члене Сэма.       — Ох, блядь, — простонал Сэм, ударяясь затылком о дверь, когда Дин начал ему дрочить прямо через юбку. Тихие ругательства и стоны срывались с его губ. Он открыл глаза, когда тепло чужого тела исчезло, моргая и глядя на брата, отстранившегося, чтобы посмотреть вниз. Сэм тоже опустил взгляд и практически заскулил.       — Боже, Сэмми, — восхищенно прошептал Дин, порочная улыбка коснулась его губ, когда тот перестал дрочить, теперь просто массируя пальцами твердую плоть. — Ты только посмотри на себя.       И Сэм смотрел, ужасаясь и одновременно возбуждаясь от вида того, как член натягивал ткань юбки.       — Дин… — стыдливо прошептал он, вновь уставившись на брата и прикусывая нижнюю губу, заметив его хищный взгляд.       — Не терпится? — дразняще спросил Дин, пошло ухмыляясь и сжимая пальцы на члене Сэма, ведя вверх и заставляя младшего зашипеть от странного ощущения трущейся о чувствительную кожу ткани.       — Господи, просто… — начал он, прерывая фразу стоном. — Просто прекращай дразнить и сделай уже что-нибудь.       Дин усмехнулся своим глубоким и порочным голосом.       — Конечно, детка, — промурлыкал он, вновь дроча брату, но все так же только через юбку. Быстрые и резкие движения его руки сорвали с губ Сэма очередной всхлип. — Как тебе? Нравится, какие ощущения дает тебе эта юбка, Сэмми?       Его дыхание сбилось, когда брат прижался губами к шее, облизывая и целуя, продолжая двигать рукой. Грубая ткань обволакивала его член, скользя по нему и останавливаясь, когда Дин сжал его талию, твердая хватка не давала двигаться. И вот они уже целовались, Сэм обвил руками шею Дина, пока они вылизывали рты друг друга. Тихий стон вырвался у него, когда брат зарычал.       — Готов поспорить, что ты уже хочешь кончить, а я даже еще ничего не сделал, — с легкой усмешкой сказал Дин, отступая назад и заставляя дыхание младшего сбиться.       Его чувства были в таком беспорядке, что ему пришлось навалиться на дверь, чтобы удержаться на ногах. Его глаза округлились, а колени задрожали, когда Дин опустился перед ним на колени, оглаживая его бедра и светя похабной ухмылкой.       — Дин, что ты делаешь?       — Ну, а ты как думаешь? — вскинул брови Дин. — Мне кажется, все очевидно.       Сэм хотел сначала закатить глаза, но он был слишком возбужден.       — Ты… Раньше ты представлял, как это делаешь?       — О, Сэмми, — протянул брат с дьявольским блеском в глазах. — Ты даже не представляешь, сколько раз. Об этом и многих других вещах. И не беспокойся, я покажу тебе каждую из них, начиная с этого момента.       Дин подмигнул ему и приоткрыл рот, проводя прикрытой тканью головкой члена по пухлым губам. Его вид казался нереальным, будто сон, таким горячим и пошлым, что не мог быть реальностью. Сэм заскулил и схватился за голову брата в попытке подтолкнуть его к действиям, но этот любитель подразнить просто пощипывал его сквозь юбку, не собираясь ее задирать и лаская сквозь влажную ткань, успешно сводя его с ума.       — Блядь, Дин, пожалуйста, — умоляюще простонал Сэм. Он вспомнил, что Дину это нравится, и отбросил остатки своего достоинства, прося: — Пожалуйста, просто сделай это… Дин!       — Мм, что сделать? — Брат поднял на него взгляд, хитро улыбаясь и высовывая язык, чтобы подразнить головку члена Сэма.       — О, боже, — выдохнул Сэм, не веря, каким большим извращенцем был его брат, но в глубине души он наслаждался этим. — Блядь, просто отсоси мне уже, пожалуйста! Хочу твой рот, Дин, умоляю, пожалуйста!       Усмехнувшись, Дин оставил на его члене долгий поцелуй, прежде чем задрать юбку и наконец-то взять его в рот. Не надо было даже говорить, что ожидание того стоило.       — Ох, блядь, — простонал он, зажмурив глаза, когда Дин начал двигаться, заглатывая его член и старательно отсасывая. Влажные и пошлые звуки отдавались прямиком в член Сэма.       Он чувствовал, как язык брата скользил по твердой плоти, пока тот сжимал и массировал его яйца, второй рукой придерживая у основания его подрагивающий член. Сэму жизненно необходимо было увидеть это, и он с трудом открыл глаза и посмотрел вниз. Его рот открылся сам собой, позволяя вырваться сбивчивому вздоху вместе с неразборчивыми словами. Его старший брат Дин стоял перед ним на коленях с прикрытыми глазами, его покрасневшие веснушчатые щеки втягивались, когда тот вбирал в рот член на всю его длину, тяжело дыша и облизывая губы, когда отстранялся, с влажным причмокиванием выпуская головку, чтобы тут же снова взять ее в рот, и хмурясь, чуть подавившись. Он не останавливался, не замедлялся, только больше ускоряясь и отсасывая сильнее, все больше и больше заглатывая его член. Он убрал руку с его основания, обхватывая его своими губами. Этот совершенно развратный вид чуть было не заставил Сэма кончить, особенно когда густые и длинные ресницы Дина задрожали и тот поднял на него наглый взгляд своих гипнотизирующих глаз.       — Нравится? — поинтересовался он, выпуская изо рта член Сэма и дразня языком самый кончик, прежде чем подняться на ноги.       Не задумываясь, Сэм обхватил ладонями его лицо, сминая его губы своими и целуя его, как утопающий. Он простонал в рот Дина, когда тот скользнул по его телу ладонями, забираясь под блузку и открывая как можно больше обнаженной кожи.       Они медленно перебрались на кровать, Сэм отполз назад, чтобы полностью оказаться на постели, тяжело дыша и пытаясь успокоиться, что было не так-то просто с жадно целующим его Дином, который отказывался прекращать. Он просто толкнул Сэма, устраиваясь между его ног и целуя до умопомрачения. И когда он подумал, что задохнется от ненасытности Дина, тот наконец-то оторвался от его зацелованных губ, чтобы тут же наброситься на его шею, покусывая кожу и осыпая ее ласками.       — Дин! Дин! — простонал Сэм, потерявшись в ощущениях, отчаянно подкидывая бедра и сильнее открывая шею, чтобы Дин заявил на него свои права.       Он простонал, когда Дин прижал к постели его руки, продолжая терзать его шею. Сильная хватка внезапно ослабла, Сэм вскрикнул, когда тот порвал его блузку, что пуговицы разлетелись во все стороны.       — Эй, не порти ее, — выдохнул он, сразу же пожалев о сказанном, как только увидел наглую ухмылку Дина.       — А что? — поинтересовался брат, стаскивая блузку и откидывая ее в сторону, и провел ладонями по груди Сэма, заставляя его задрожать и сделать глубокий вдох. — Хотел ее еще раз надеть?       — Нет, но я заплатил за нее деньги, — пробормотал он, краснея и отводя взгляд, когда Дин ухмыльнулся ему.       — Не беспокойся, я куплю тебе столько девчачьих шмоток, сколько захочешь, — насмешливо промурлыкал Дин, рассмеявшись, когда Сэм ударил его в плечо.       Он наклонился, оставляя дорожку поцелуев вниз по животу Сэма, и внезапно тот понял, что уже не злится.       — Сейчас, — сказал брат, сползая с кровати и склоняясь над прикроватным столиком. Сэм перекатился на бок, чтобы посмотреть, что тот делает. — Как насчет того, чтобы попробовать то, о чем мы говорили? Некоторые… особые вещи.       Дин приподнял ведерко и потряс его, его губы растянулись в понимающей улыбке, когда глаза Сэма расширились от осознания.       — Подожди, ты… Ты правда… — начал он без уверенности, что сможет закончить фразу, тяжело сглатывая и пялясь на ведерко, полное кубиков льда. Сэм начал нервничать.       — Что такое? Неужели ты лгал, говоря, что хочешь попробовать? — Брат вопросительно посмотрел на него, но только Сэм хотел заговорить, тот продолжил: — Потому что я так не думаю. Мне кажется, тебе так же, как и мне, любопытно. Интересно, как быстро будет таять лед на твоем разгоряченном теле… Я прав?       Уф, глупый Дин, желающий всегда быть правым.       Пораженно вздохнув, Сэм кивнул и перекатился на спину, наблюдая, как брат ставит ведерко на стол, а затем сделал глубокий вдох и задержал дыхание, когда Дин взял кубик льда. Он не был большим, где-то в половину его ладони, и уже чувствовался холодным от одного только взгляда на него. В предвкушении облизнув губы, брат перекатил кубик между пальцами.       — Закрой глаза, — сказал ему Дин, и Сэм медленно и неохотно послушался.       Ожидание стало ощущаться еще хуже, каждый вздох был длинною в жизнь. А потом он внезапно почувствовал это. Его дыхание сбилось, а тело задрожало, когда лед коснулся его пупка несколько раз, а затем скользнул выше прямиком к его левому соску.       — Ну как? — услышал он дрожащий глубокий голос Дина, когда тающий лед прошелся вокруг мгновенно напрягшегося соска, а волосы на его руках встали от новых ощущений.       — Хорошо, — прошептал Сэм, неровно выдыхая. — Очень хорошо.       Он повернул голову набок, предоставляя больше доступа к шее, когда кубик продолжил свой путь по его телу. Но он так и не дошел до его подбородка, растаяв на его горячей коже, и теперь его касались холодные пальцы Дина. Он открыл глаза и встретился взглядом с братом, вторя его улыбке.       — Еще? — поинтересовался Дин.       — Да, черт возьми, — застенчиво ответил Сэм, улыбаясь и сверкая ямочками на щеках, когда брат взял очередной кубик, на этот раз помещая между зубами и склоняясь между ног младшего.       Хитро улыбаясь, Дин начал с его живота, скользя кубиком вверх к вздымающейся груди. Сэм наблюдал, практически не моргая, слишком сфокусированный на брате и холодном льде, который посылал приятные мурашки по всему телу. Он задрожал, когда Дин обвел льдом его второй сосок, тут же обхватывая его губами, посасывая его и играясь с ним языком, пока кубик все еще был у него во рту, мгновенно превратившийся в воду, чтобы Дин смог продолжить свою сладкую пытку. Он еще немного поласкал чувствительный сосок, прежде чем спуститься поцелуями вниз по телу и оказаться между ног Сэма. Глянув на него оттуда, Дин ухмыльнулся, прежде чем лизнуть маленькое отверстие холодным языком, заставляя мышцы Сэма поджаться от ощущений.       — О-ох… — вздохнул он, стискивая в кулаках простыни и приоткрывая рот, когда язык ткнулся в его вход. Это ощущалось так странно и непристойно, что Дин вылизывал его там, но он все равно шире разводил ноги и стонал от удовольствия. Потрясающее чувство посылало по всему его телу приятную дрожь. Не обращая внимание на брезгливость, Сэм закрыл глаза, наслаждаясь тем, как язык брата дразнил его дырку, а пальцы впивались в ягодицы, разводя их еще шире, чтобы проникнуть внутрь и задеть чувствительные нервы, вытягивая из него пошлый стон.       Дин тихонько мычал, посылая приятные вибрации, заставляющие Сэма выгибаться на постели, жадно принимая язык брата, дразнящий и ласкающий его изнутри. Тихий вскрик вырвался сам собой, когда Дин начал двигать языком, трахая его им, проталкивая как можно глубже, прежде чем вытащить его обратно и повторить все снова и снова, пока Сэм окончательно не растекся по постели, пытаясь самостоятельно насадиться на умелый язык.       Лизнув несколько раз блестящее от слюны подрагивающее отверстие, Дин поцеловал внутреннюю часть бедра Сэма, прежде чем подтянуться выше с хищной улыбкой.       — Тебе и вправду понравился мой язык там, не так ли? — дразняще поинтересовался он, и Сэм не смог скрыть смущения от такого заявления.       — Это все ты виноват, что хорош в этом… — пробормотал он, еле заметная улыбка коснулась его губ, когда брат рассмеялся.       Сэм погладил затылок Дина, когда тот склонился к нему за поцелуем. Он чувствовал свой вкус на языке Дина, что было странно, но поцелуй был таким страстным, что Сэма это перестало беспокоить.       Когда они оторвались друг от друга, Дин облизнулся, они оба так тепло и счастливо улыбались, что Сэм не мог понять, как он мог вообще думать, что это плохо закончится, почему он вообще сомневался, что так интимно любит брата. Он погладил щеку Дина, своего мужественного брата, который на мгновение подался навстречу прикосновению, чтобы потом вновь потянуться к ведерку. Сэм смотрел, как тот достал еще кубик, чувствуя дрожь предвкушения от вида озорной улыбки Дина.       — Чего ты так смотришь? — спросил он, возможно, немного нервничая, когда Дин уселся на пятки и окинул его взглядом, обещающим все виды развратных развлечений.       — Я вот думаю, — протянул брат с ухмылкой на губах, поглаживая бедро Сэма и опуская лед, — может, тебе нужно слегка остыть. Ты слишком горяч для меня, детка.       Он подмигнул, и Сэм закатил глаза, тут же их широко распахнув, когда почувствовал, что брат скользит кубиком все ниже. Когда он исчез из поля зрения, Сэм вскрикнул, и осознание заставило его сердце забиться в два раза чаще.       — Ты хочешь… — начал Сэм, когда внезапная дрожь прошлась по его телу, стоило только Дину прижать кубик к его отверстию. Ответ больше не требовался, потому что лед медленно проскользнул внутрь, заставляя Сэма тихо выругаться и запрокинуть голову от резкого холода, распространяющегося внутри него.       — Боже, он так легко вошел, — услышал он довольное урчание брата, а затем увидел, как тот склоняется над ним, опираясь на локоть, когда второй рукой он продолжал проталкивать кусочек льда глубже в тело Сэма. — Ты так послушно его принимаешь.       — Господи, заткнись. Холодно, — прошипел Сэм, тихий стон сорвался с его губ, когда Дин согнул палец, играя с кубиком, тающим внутри, обводя его и проталкивая дальше с наглой улыбкой, когда Сэма затрясло от этих ощущений. — Блядь, перестань.       — Что прекратить? — невинно поинтересовался Дин, вводя еще один палец и зажимая лед между ними, чтобы продолжить трахать Сэма таким образом.       Жалко заскулив, Сэм замотал головой, извиваясь на постели, его тело дрожало от пробирающего холода и жгучего удовольствия, путая ощущения тела.       — Дин, о, боже… — Он дернул бедрами, уставившись на брата и потянувшись к нему. Но не успел он к нему прикоснуться, как Дин уже прижался к нему, набрасываясь на его шею и грудь, кусая и целуя, пока лед не растаял полностью. Но даже после этого он продолжил толкаться пальцами, сгибая их и раскрывая Сэма, остановившись только когда тот снова начал умолять. — Пожалуйста, еще. Хочу тебя, не только твои пальцы, Дин, пожалуйста.       Сэм умолял, зная, что это сработает, и даже состроил свой фирменный щенячий взгляд, чувствуя себя победителем, когда Дин зарычал.       — Сэмми, — прошептал он, вытаскивая пальцы и ловя губы Сэма кусачим влажным поцелуем, прежде чем начать избавляться от одежды.       Скинув рубашку и штаны, а затем стянув носки, Дин уселся на кровать в одних трусах, глядя на Сэма, как на мясо в магазине.       Внезапно засмущавшись под пронизывающим взглядом брата, Сэм нервно сглотнул и попытался выровнять дыхание, уже готовый снова умолять, потому что ожидание его убивало, но Дин сполз с кровати и взял небольшое полотенце, которое Сэм не заметил за ведерком.       — Сними юбку, — приказал он низким соблазнительным голосом, заставляя Сэма забеспокоиться, но он все-таки послушался и проследил, как брат вытирает его грудь полотенцем.       — Ты выглядишь так, будто что-то планируешь. Мне уже пора начинать беспокоиться? — посмотрел на Дина он, чуть нахмурившись.       На губах Дина заиграла порочная улыбка, которая сама говорила о том, что беспокоиться все же стоит.       — Нет, ты в хороших руках. Не парься, — заверил он, откидывая полотенце и гладя грудь Сэма. — Я правда хочу попробовать что-нибудь еще, прежде чем мы перейдем к части, где я сделаю тебя своим навсегда.       Сэм хохотнул, пытаясь скрыть смущение и устойчивый румянец на щеках, и игриво усмехнулся.       — Не знал, что ты любишь долгие прелюдии, — поддразнил он и тут же вскрикнул, когда Дин ущипнул его за сосок.       — Мне много что нравится, Сэмми. Но я думаю, ты и так уже знаешь, — ответил он, соблазнительно подмигивая и возвращаясь к чему-то, что было спрятано за ведерком. Сэм обнял себя и потер руками плечи, по-настоящему начиная замерзать. Он вздохнул, поняв, что больше не хочет ждать.       — Дин, я замерз. Согрей меня поскорее, — простонал он, понимая, как по-детски он звучит, но он на самом деле хотел Дина. Очень-очень сильно. Он ведь не так много и просит. Он хочет заняться любовью с братом, прикоснуться к нему, поцеловать. Чем дольше он ждал, тем более отчаянным и настойчивым он становился.       — О, я тебя очень хорошо согрею, — сказал Дин, наконец-то разворачиваясь к нему, бросив на что-то взгляд и возвращаясь к постели.       Сэм резко сел на кровати, наблюдая за братом, который поставил ведерко на пол и вытащил оттуда уже мокрое полотенце, положив на кровать. Когда ведро перестало мешать обзору, дыхание Сэма застряло в горле, стоило ему увидеть то, что лежало на столике.       — Это же…       — Ага, — кивнул Дин, присаживаясь на постель и доставая зажигалку, играясь ей и глядя на Сэма. — Лед был не единственным, с чем ты хотел поиграть, помнишь?       Он помнил, но сейчас он начал жалеть о том, что вообще об этом упомянул. Пялясь на зажигалку в руке Дина, он отодвинулся от нее подальше, когда брат открыл ее и покрутил колесико, пока не зажегся маленький оранжевый огонек. Дин подался к младшему.       — Дин, я… Я не…       — Ляг на спину, — приказал брат, жадный огонек отразился в его глазах, завораживая и гипнотизируя, что Сэм послушался, откидываясь назад, пусть все его тело дрожало, но теперь уже не от холода.       — Хороший мальчик, — промурлыкал Дин, скользя ладонью по вздымающейся груди брата.       Взгляд Сэма вновь метнулся к зажигалке. Это была плохая идея. Он был идиотом, вспоминая обо всем этом, потому что это его пугало. Как он вообще мог подумать, что огонь — это весело? После всего, что случилось, после того, что он перенес в Клетке, как он вообще мог вспомнить об играх с огнем?       Он тяжело дышал, глаза округлились от страха, когда он смотрел на пламя и то, как брат подносит его ближе к лицу. Сэм запрокинул голову, когда оно остановилось прямо у его подбородка, он чувствовал как оно становилось горячее, слишком горячим. Он зажмурил глаза и заскулил.       Пламя исчезло в тот же момент. Когда он открыл глаза, то увидел, что Дин закрыл зажигалку и бросил на него извиняющийся взгляд.       — Прости, я… — он замолк и мотнул головой. — Прости, меня занесло. Может, нам все-таки не стоит это пробовать.       — Все хорошо, — неожиданно для самого себя ответил Сэм, его пульс учащенно бился в ушах, когда он протянул руку и успокаивающе положил ее на колено брата. — Со мной все будет в порядке.       Дин грустно и невесело фыркнул.       — Нет, я должен был понимать, что это слишком. Мы не обязаны это делать, — сказал он, но Сэм вздохнул и сильнее сжал его колено.       — Я доверяю тебе. Да, я напуган, — признал он, смягчая выражение лица и миролюбиво улыбаясь. — Но это была моя идея. И я не хочу останавливаться из-за того, что случилось в прошлом. Я хочу попробовать и хочу, чтобы это сделал ты. Потому что знаю, что могу тебе доверять. И я знаю, что пока я с тобой, со мной все будет в порядке.       Изучающе посмотрев в лицо брата, Дин взял его за руку и сжал ее.       — Ты уверен?       — Да, уверен, — заверил его Сэм, улыбнувшись, когда брат заметно расслабился. Он прикусил нижнюю губу от того, что Дин поднял его руку и запечатлел на ней поцелуй.       — Ладно. — Дин подался вперед, целуя его в лоб. И это стоило Сэму столько выдержки, чтобы не поменяться позициями и не зацеловать этого нежного придурка до беспамятства. А затем тот взял в руки стаканчик с кисточкой.       Дин помешал прозрачную жидкость в стакане, которую Сэм сначала принял за воду, а затем отряхнул кисточку об ободок, чтобы избавиться от излишков.       — Жидкость для зажигалок, — пояснил он, и Сэм глубоко вдохнул, когда брат провел кисточкой линию по его груди, оставляя след прямиком до пупка. — Не беспокойся, — сказал Дин, поглаживая его плечо и отставляя стакан. — Я сразу же его затушу.       — Д-да, хорошо, — кивнул Сэм. Он посмотрел на прохладную жидкость на своем теле, блестящую на коже, понимая, что недолго ей осталось быть холодной, и размышляя, будет ли вообще больно, или же он обожжется.       Есть только один способ узнать.       — Успокойся. Сделай глубокий вдох, — сказал ему Дин, держа в одной руке зажигалку, а второй успокаивающе гладя Сэма по руке и нежно запуская пальцы в его волосы, пока ласковые прикосновения не заставили младшего перестать дрожать.       Когда сердце Сэма перестало колотиться со скоростью экспресс-поезда, а дыхание практически пришло в норму, он облизнул пересохшие губы и медленно вдохнул, отпуская себя и чувствуя, что готов превратить страшные воспоминания в приятный опыт, открыть новые значения слова «гореть».       — Я готов.