Как я дружил в социальной сети

      Сэм закрыл глаза и попытался сфокусироваться на чем угодно, кроме пламени, приближающегося к его коже. Когда он услышал тихий звук загоревшегося на теле огня, его глаза распахнулись сами собой, а рот раскрылся в безмолвном крике.       — Тише, детка, все хорошо, — услышал он голос Дина, но был слишком занят, уставившись на свою горящую грудь, ошеломленный видом, чтобы смотреть на брата.       Сине-оранжевое пламя охватило нарисованную на его теле дорожку жидкости, задорно заплясав. Сэм старался быть спокойным несколько секунд, пока жар на его коже не начал обжигать, а потом и вовсе причинять боль. Он даже не успел начать ругаться и кричать, как Дин уже затушил огонь влажным полотенцем. Прохладная ткань на обожженной и пульсирующей коже ощущалось лучше, чем мороженое в жаркий летний день. Сэм сбивчиво выдохнул от облегчения, когда брат начал промокать его грудь полотенцем.       — Сэм? Все в порядке? Больно? — спросил Дин, в его внимательном взгляде читалось беспокойство, когда он завел за ухо Сэма пару выбившихся прядей.       Глядя на свою грудь, на которой не осталось никаких ожогов, только небольшое покраснение, Сэм прочистил горло.       — Было больно, немного, но… Все было не так плохо, — легко улыбнулся он, пожав плечами.       — Тогда, еще раз? — Брат вскинул бровь, и Сэм кивнул, улыбаясь шире. — Перевернись на живот, детка, — промурлыкал Дин, и младший послушался, перекатываясь на постели и чуть хмурясь от того, какой чувствительной стала его грудь. Но все было не так плохо, к тому же возбуждение и адреналин охватили его тело, когда брат опалил его кожу. Это стоило того, чтобы перетерпеть дискомфорт.       — Эй, не отвлекайся, — пошутил Сэм, чувствуя, как рука Дина гладит его задницу. Удивленный стон сорвался с его губ, когда ладонь исчезла, но тут же хорошенько припечатала его по ягодице.       — А ты что, жалуешься? — рассмеялся Дин с наглой усмешкой, массируя задницу Сэма и собственнически сжимая ее, пока тот не начал выгибаться, подаваясь навстречу прикосновениям.       — Не особо… — пробормотал Сэм, зарываясь лицом в подушку и наслаждаясь оказанным его ягодицам вниманием, разочарованно вздохнув, когда Дин прекратил. А затем по его телу пробежались мурашки, когда кисточка провела линию вдоль его спины. Сэм уткнулся лбом в скрещенные руки и стиснул подушку, готовый вновь почувствовать жар.       Прохладная жидкость посылала мурашки по его спине, но холод вскоре сменился огнем, пламя разгоралось на его коже, заставляя его шипеть. Сэм глубоко вдохнул, концентрируясь на зарождающихся чувствах, как тепло перерастает в жар в считанные секунды. А потом появилась боль, но прежде чем она стала нестерпимой, Дин бросил на спину Сэма полотенце, затушив огонь и шепча похвалы ему на ухо.       — Ну, — заговорил брат, очень-очень осторожно гладя полотенцем спину Сэма, — Как тебе?       Улучив момент, чтобы собраться с мыслями, Сэм поднялся на локтях, оборачиваясь и глядя на Дина, улыбаясь ему, когда их взгляды встретились.       — Горячо, — ответил он и застенчиво подмигнул, улыбка тут же превратилась в довольную ухмылку, когда Дин рассмеялся. Он проследил взглядом, как тот отбросил полотенце обратно в ведерко, сложив все на столике, но когда Сэм хотел перевернуться на спину, брат остановил его крепкой хваткой на плече.       — Неа, ты останешься тут, — приказал Дин и забрался на него, прижимаясь к его заднице и удерживая обеими руками за плечи.       Сэм невольно дернулся, но тут же замер, наслаждаясь невесомыми и щекотными поцелуями на своей спине. Дин оставил дорожку поцелуев вдоль позвоночника, осторожно касаясь губами кожи, и вскоре Сэм больше не мог терпеть.       — Хватит прелюдий, — простонал он, вскидывая бедра и пытаясь потереться задницей об очевидный стояк Дина под тканью белья. — Хочу тебя.       Поцелуи Дина прекратились, он зарычал, сжимая бока Сэма и притираясь к его ягодицам. С его губ срывались тихие ругательства, а полный страсти голос и его движения сводили младшего с ума. Он тихо и жалобно заскулил, пытаясь потянуться назад и стащить с Дина трусы, которые тот, к счастью, сам с себя снял. Сэм готов был поспорить, что видел, как те полетели через всю комнату, а затем почувствовал что-то горячее и тяжелое, скользящее между ягодиц, и это без огня заставляло Сэма гореть.       — Сэм, Сэмми… — Дин удерживал его запястья, крепко сжимая их и набрасываясь на шею Сэма с поцелуями, тот не мог ничего сделать, кроме как выгибаться под ним и наклонять голову, чтобы дать больше доступа к шее. — Блядь, — зарычал Дин, и этот низкий звук заставил Сэма задрожать и сильнее прижаться к телу брата. Но тот отстранился, тепло, окутывающее его с головы до ног, исчезло, и Сэм издал жалкий звук.       — Дин? Дин, что… — начал он, но его внезапно вздернули вверх, ставя на колени. Стоя на локтях с поднятой кверху задницей, Сэм сглотнул в предвкушении, слушая, как брат что-то делал у него за спиной. Он стиснул простыни и нетерпеливо простонал, когда почувствовал, что его входа коснулась головка члена Дина.       Он был готов, чертовски готов к тому, чтобы заняться сексом со своим старшим братом, так что он даже не раздумывал, когда Дин спросил:       — Хочешь это, детка? Хочешь, чтобы я в тебя вошел?       — Да! — простонал Сэм, опуская голову, и его шелковистые волосы упали ему на глаза, когда он призывно поднял свою задницу. Он больше не мог ждать. — Да, хочу!       Твердая плоть терлась о его дырку, дразня его, а Дин круговыми движениями поглаживал его ягодицы.       — Я не собираюсь так просто давать тебе это, — заявил он и, пока Сэм не начал хныкать или пытаться разжалобить, он добавил: — Ты самостоятельно возьмешь то, что тебе надо.       Мгновенно понимая, к чему клонит брат, Сэм издал раздраженный звук, но все равно завел руки назад и развел ягодицы, отчаянно краснея и делая глубокий вдох, прежде чем податься назад. Он прикусил губу, чтобы одна боль отвлекла его от другой, в заднице, пока он насаживался на длинный и толстый член брата, принимая его в себя дюйм за дюймом.       — Боже, Сэм, — послышался стон Дина, и Сэм догадывался, сколько выдержки тому стоило, чтобы не толкнуться навстречу, схватив за бедра, и втрахать его в матрас. Так что в отместку Сэм сжал в себе член брата, принимая его глубже, заставляя Дина цокнуть языком, сделав так несколько раз. — Ах ты мелкий… — Голос Дина превратился в рык, когда он стиснул бедра Сэма, одним движением толкаясь до самого основания. Сэм вскрикнул от смеси боли, удовольствия и неожиданности и больше не мог прекратить звать брата по имени, подстегивая его двигаться, что он и сделал после недолгой паузы.       — О, боже, боже, Дин! — громко стонал он, жмуря глаза, его лицо исказилось от удовольствия. Тянущее и острое ощущение боли в заднице оказалось ничем перед удовольствием, которое он испытывал — удовольствие тела и души.       — Да, Сэмми, — ругался Дин, крепко держа его за бедра, будто хотел их раздавить. — Блядь, так хорошо, детка.       Он ускорился, его темп стал беспощадным, он жадно и грубо толкался в тело Сэма, чуть ли не отчаянно, и младший еле выдерживал этот безжалостный темп, его тело скользило вперед-назад по постели от каждого толчка.       Он стонал и кричал, постоянно желая большего, и каждый раз Дин ему это давал, толкаясь пульсирующим членом в тело Сэма, и ему иногда казалось, что он потеряет сознание от ощущения заполненности. Каждое движение бедер брата вытягивало из Сэма один пошлый стон за другим, в комнате стало душно от запаха секса, витающего в воздухе. Звуки и запахи слились в одну гипнотическую мелодию, от которой член Сэма тек смазкой, но ничто из этого не могло сравниться с ощущением того, как Дин толкался прямо в его простату. Пульс зашкаливал, Сэм кричал от волн удовольствия, электрическими разрядами распространяющегося по его телу и потрясающего каждую клеточку. А затем Дин сжал в ладони его текущую плоть, начиная резко двигать рукой, и Сэм потерялся, утопая в дизориентирующем мареве абсолютного удовольствия.       — Дин! Дин, ох, блядь, Дин! — закричал он, требовательно постанывая, пока не смог больше сдерживаться, пока ощущение руки брата на члене не стало нестерпимым, заставляя его кончить. Глаза Сэма распахнулись прежде чем вновь зажмуриться, через приоткрытый рот вырвался то ли стон, то ли вскрик, когда он кончал на простыни, дрожа от невероятного оргазма.       Он почувствовал, будто сейчас упадет, но Дин еще не закончил. Брат продолжал его трахать, его движения стали быстрыми и более нетерпеливыми, он был на грани, и Сэм помог ему, как мог, сжимаясь вокруг его члена и выдаивая его, пока тот не начал кончать. Желание удовлетворить его чуть было не заставило Сэма кончить еще раз. Стоны и низкое рычание Дина, когда тот вошел в него по самые яйца и кончил, наполняя своей спермой, вызывали странное удовлетворение.       Когда оба получили разрядку, Сэм наконец-то упал на кровать, игнорируя ощущение липкой спермы на коже, потому что Дин лег на него, обнимая сзади, и Сэм не хотел своей возней разрушить момент. Он просто лежал, тяжело дыша и концентрируясь на вздымающейся груди брата, прижимающейся к его спине, на его сбивчивом дыхании на шее. Сэм легко улыбнулся, когда Дин уткнулся в него носом, потираясь самым кончиком о чувствительное местечко за ухом.       — Что ты делаешь? — спросил он, когда Дин не перестал вести себя, как какой-то щенок, облизывая его, целуя и утыкаясь лицом в затылок.       Брат хмыкнул, прихватывая зубами мочку уха Сэма, покусывая ее, прежде чем ответить.       — А на что это похоже? Я выражаю свою любовь.       Сэм не мог с уверенностью сказать, что не покраснел, но судя по распространяющемуся по лицу жару и тихому смешку Дина, он это и сделал.       — Это… так для тебя несвойственно, — наконец-то пробормотал он, стараясь сдержать счастливую улыбку, и тут же сдался и рассмеялся, когда брат игриво подул ему в ухо.       — Вот и наслаждайся тогда, — сказал Дин, оставляя на его плече поцелуй, прежде чем вытащить из его тела обмягший член. Внезапное ощущение пустоты вызвало у Сэма острое желание снова почувствовать наполненность. Понимая, насколько ужасны его мысли, он зарылся лицом в подушку, поэтому не заметил, что делает его брат, пока не почувствовал, как его укутали в одеяло, а две крепкие руки притянули его в успокаивающие объятия.       Они и правда обнимались, и Сэм не был уверен в том, что стоит акцентировать внимание и задеть мужественность Дина. Кто знал, может, брат перестанет тогда его обнимать, а Сэм этого очень не хотел, поэтому решил последовать совету и наслаждаться моментом, довольно вздыхая, когда Дин начал играться с его волосами.       — Так… — спустя какое-то время начал Сэм, как будто настало время поговорить.       Но прежде чем он смог сказать еще что-то, заговорил Дин, очевидно не желая разговаривать после секса.       — Нет, Сэм. Даже не начинай это.       — Что начинать? — проворчал он, разворачиваясь лицом к брату, который перестал его гладить и теперь хмурился. — Я просто хотел...       — Поговорить, да? — оборвал его Дин, и Сэма это начало раздражать. — Тут не о чем говорить. Тебе понравилось, мне тоже. Так что не смей говорить всякую ерунду по типу “мы не должны были это делать” или надумывать себе всякое, только все усложняя.       — Дин, — вздохнул Сэм, пристально глядя в глаза брата. Он любил этого придурка, но иногда он мог быть самым настоящим наказанием. — Я хотел сказать, что мы не должны останавливаться, так что прекращай делать преждевременные умозаключения, как только я открываю рот, — посоветовал Сэм брату, который пялился на него нечитаемым взглядом какой-то момент, пока его лицо не озарилось.       — Это тебе тут свойственны эмоциональные речи, так что прости уж, что я подумал, что сейчас начнется душещипательная сцена, — ответил Дин с наглой ухмылкой, и Сэм не мог это просто так оставить.       — Она у нас уже была, — напомнил он, ухмыляясь в ответ. — Или ты забыл, как ты ко мне прижимался и как ты меня обнимал, Дин?       На лице брата отобразилось интересное выражение, краска залила его щеки, прежде чем тот фыркнул невозмутимо, вероятно думая, что сможет одурачить Сэма своей напускной мужественностью.       — Ну, значит, больше не будем так делать, да?       — Да, — ответил Сэм и тут же прижался к Дину, устремляя на него свой щенячий взгляд. — Но мы можем. Это приятно. Очень…       Он опустил глаза, глядя на тело брата и снова поднимая на него взгляд. Он ждал всего лишь несколько секунд, чтобы Дин сломался под его взором. Он старался не показывать свое удовлетворение, когда брат обвил его руками, утягивая в теплые объятия, их лица оказались в миллиметре друг от друга.       — Ты когда-нибудь меня убьешь, великовозрастное дитя, — прошептал Дин, заправляя прядку волос за ухо Сэма и глядя на него взглядом, полным любви, и вся злость Сэма мгновенно испарилась.       — Надеюсь, что нет, — ответил он, чмокнув брата в нос и ликующе улыбаясь, когда Дин прикрыл глаза, но не отстранился. Когда он открыл их снова, улыбка Сэма дрогнула. — Но все-таки прости, что притворялся другим человеком. Это был плохой поступок, я знаю.       — Ну, — начал Дин, глянув на Сэма и обнадеживающе улыбаясь ему, — это привело нас к тому, что случилось, так что я не злюсь. Я удивлен, что это все время был ты, но не зол. К тому же то, что ты говорил… — Его улыбка превратилась в довольную ухмылку. — Никогда бы не мог подумать, что такой недотрога, как ты, может быть таким извращенцем.       — Эй, начнем с того, что я никогда не был недотрогой. Это ты тут плейбой, использующий нижний мозг чаще, чем верхний.       Дин фыркнул, собираясь закатить глаза, но замер, хмурясь и безразлично пожимая плечами.       — Ладно. Может, ты и прав, — признал он, и улыбка Сэма тут же вновь расцвела.       — Ну конечно, я прав, — ответил Сэм, тихо и удовлетворенно вздыхая. Его тело расслабилось окончательно от тепла одеяла и тела Дина. Внезапная усталость навалилась на него, все беспокойство исчезло, и теперь единственное, что было для него важно — это они с Дином. Вместе.       Заметив, как Сэм старается держать глаза открытыми, брат погладил его по щеке и поцеловал в лоб.       — Ложись спать, — прошептал он, и Сэм мог только кивнуть, позволяя себе провалиться в сон и бормоча что-то, похожее на “Я люблю тебя”.       Он был абсолютно уверен, что уснул со счастливой улыбкой на губах, потому что готов был поклясться, что перед тем, как погрузиться в темноту, он услышал, как Дин повторяет те же три слова. Услышав этот полный обожания шепот, Сэм впервые за долгое время почувствовал, что счастлив.       Защищенность, счастье, тепло и любовь: все это нашлось там, где Сэм даже и не думал искать — в любящих объятиях Дина.