Сказание о Белом Демоне

      — Вот и потренировались — сказал Шигэ.       — Чуть не попались, — вздохнул я. — Жизнь в городе, оказывается, нелегкая штука.       — Да, мы же не знаем ничего о ней… Всю жизнь прожили в лесу, тренировались, но зачем? Каждый божий день кендо, ниндзюцу, джиуджитсу… Хочу пожить свободной жизнью! Надоело!       — Учитель говорил, чтобы жить в городе или в деревне, нужно иметь… эти… как их там…       — Деньги?       — Точно. А они не появляются из воздуха, их надо получать трудом.       — А что мы можем делать? — возмутился Шигэ. — Мы умеем только сворачивать головы соломенным куклам, бегать по крышам и шпионить. Как и где мы найдем такую работу? А если она никому не нужна?       — Ты хорошо умеешь делать женские украшения, — напомнил я.       — Может, они никому не понравятся!       — Пойдешь в свой любимый квартал и там будешь продавать. Кто-нибудь да купит.       — Ты такой идеалист!       — У тебя есть другие варианты заработать деньги?       Трава шуршала под нашими ногами, не давая тишине завладеть ситуацией. Мы понимали, что настал тот переломный момент — взрослая жизнь. Через несколько дней Учитель будет проводить отряд взросления — гэмпуку. Мы должны, словно птенцы, вылететь из своего дома и начать новую жизнь. Но иногда казалось, что Учитель не собирался нас отпускать.       — Учитель, мы же скоро станем взрослыми? Но мы ничего не знаем о жизни вне этих стен, как жить в городе, что там делать…       — Вам можно не уходить отсюда…       — Расскажите, пожалуйста!       — Да, расскажите!       Со всех сторон послышались просьбы, чтобы Учитель рассказал о жизни в городе, и тот, чтобы прекратить гомон, сдался. Вообще он не охотно рассказывал о внешнем мире. Мы либо узнавали сами, либо узнавали что-то от Хиро, например, о квартале красных фонарей, про который он проболтался.       Это была очень милая и забавная история. Как-то раз Хиро вместе со мной, Шигэ и еще несколькими ребятами читали книгу, сюжет уже я запамятовал, но что-то там было про несчастливую любовь. И Шигэ надо было брякнуть в этот момент:       — Хиро-сан, а у вас любимая есть?       — Любимая… — грустно произнес он. — Если так можно назвать, то, пожалуй, есть.       — Да? А расскажите! Где вы видитесь?       — Хожу я к ней, не так часто, когда деньги соберу, так и иду.       — А как она выглядит?       — Она небольшого роста, очень милая на лицо, круглые, налитые щечки и маленькие красные губы, как конфетка. А брови, темные, черным угольком подведенные, небольшие будто узор томоэ. Сама она вся такая небольшая, ручки маленькие, кожа мягкая, шелковистая, вся она такая хорошенькая, что хочется ее трогать все время.       — А далеко она живет?       — Живет и работает, есть такой квартал, оформленный красными фонарями, там много женщин вынужденно сидят, красивых и не очень. Жизнь заставила, или родители продали, иногда нерадивые мужья, или сами пришли, чтобы помогать. Разные у всех истории.       — А что там в этом квартале? Зачем там женщины?       — Зачем женщины… — усмехнулся Хиро. — Как же… мужчин развлекают. Песню споют, да станцуют, историю какую-нибудь расскажут, поиграют, да в постель уложат и там обслужат.       — Учитель-то знает? — ляпнул Шигэ.       — Что ты! Конечно, не знает! И не вздумай ему сказать! Зачем я вообще вам это все рассказал? Забудьте, и про квартал забудьте, нет его, все это мои фантазии!       Лицо Хиро окрасил румянец. Хиро поспешно закончил урок и убежал восвояси, чтобы мы, надоедливые детишки, не доставали его расспросами. Больше на эту тему он не говорил и отнекивался, что это его фантазии.       Но надоедливые дети не угомонились. Тайно посещая город, мы потихоньку узнали, что это за такой квартал красных фонарей, о котором нельзя говорить.       Представьте себе довольно широкую улицу, по центру которой растут друг за другом небольшие деревья. Улица уходит вдаль, словно река, которой не видно ни конца ни края. И окрашена она в красный, темный и тусклый цвет, который придают ей фонари, по нескольку штук висящие на каждом доме. Дома, не такие, как в городе, двухэтажные и все в решетку, как будто здесь держат заключенных, а не красавиц. Решетки разной ширины, длины и цвета. За ними сидят напудренные женщины на любой мужской вкус. Они сидят, словно куклы, почти не двигаясь, не переговариваясь, курят трубки или смотрят перед собой. Почти перед каждым домом стоят зазывалы и приглашают посетить только их дом, где мужчин ждут красавицы, коих свет не видывал.       — Первый раз здесь? — обратился к нам незнакомый голос.       Мы, несколько совсем юных мальчишек, испуганно обернулись.       — Я не из этих зазывал если что, я просто поглазеть пришел. Наверное, как и вы, ребятки.       Перед нами стоял молодой парень с выбритой макушкой в простом кимоно тускло-коричневого цвета.       — В общем, если у вас денег нет, то лучше не суйтесь. А если денег мало, то вам не в эти дома надо, а которые расположены на окраинах. Там простые девки за небольшую плату все сделают. Правда, страшненькие в основном, но выбирать не приходится. Чтобы вы понимали: чем выше решетка и шире ее планки, тем дороже там стоят женщины. Для нас, бедняков, пойдут дома с низкой решеткой и узкой горизонтальной планкой. Хотя может и стоит накопить деньжат и сходить к нормальной женщине. Но будьте готовы раскошелиться на чаевые для слуг, зазывал и прочих нахлебников. А ежели денег не будет, то оберут так, что в одних фундоси домой пойдете!       — Эй, шпана! Вы чего тут делаете? — грубый голос окликнул нас. Мы обернулись. Перед нами стояли два человека — по виду те самые самураи. Один был коренастым и плотным, второй был выше и ужасно худ.       — Да мы идем дом… — начал Шигэ, но я прикрыл ему рот рукой.       — Мы играем! В демона!       — В лесу? — спросил коренастый.       — Да… так веселее, — ответил я, стараясь держаться уверенно.       — Заканчиваете свои игры и валите отсюда! Здесь нельзя находится!       — Может просто их… того? — обратился к своему коренастому товарищу длинный.       — У меня сегодня нет настроения. Испортили эти… тьфу… — проворчал тот в ответ и продолжил. — — Короче, идите по добру по здорову, пока голова с плеч не улетела.       — Да! Спасибо! — воскликнул я и потащил Шигэ восвояси.       Учитель велел не связываться с самураями.       — Когда подрастете, возьмете настоящий меч в руки, тогда можно будет посоревноваться с этими бездельниками-самураями. А сейчас обходите их стороной. Время еще не пришло.       — Были бы у нас мечи, их бы головы слетели с плеч… — начал бубнить Шигэ.       — Тише ты, — цикнул я на него. — Ещё услышат… Странное дело, что здесь понадобилось двум воякам?       — Думать еще над этим вопросом! — фыркнул Шигэ. — Поспешим домой, эти типы все настроение испортили.       Но домой мы так и не попали.