5.
6 сентября 2019 г., 03:25
Тэхён кладет ладонь на дверь в туалет и толкает её. Его взгляд останавливается на Сокджине. Парень склонился над раковиной, нанося крем в тон кожи на губку в форме яйца.
Тэ стучит костяшками пальцев об дверь. Сокджин вздрагивает, но так и не оборачивается на звук.
— Я здесь, — заявляет Тэхён.
— Знаю, — говорит Сокджин с раздражением в голосе.
— Окей… по крайней мере, хотя бы покажи, что заметил меня, — бормочет Тэхён.
Отложив спонж, Сокджин поворачивает голову в сторону, фокусируя взгляд на Тэхёне.
— С чего бы это? Я знаю о твоём существовании сутки, и уже ненавижу тебя. Разве такого признания недостаточно?
Слова Сокджина больше впечатляют, чем задевают. Приподняв бровь, Тэхён засовывает руки в карманы, закрыв дверь, он прислоняется к ней.
«Резкий… и грубый. Запомни».
— Черт возьми, ты действительно сука, не так ли? Чувак, почему только твои друзья терпят тебя? Лжец, да и ещё и грубиян.
— Ну, я хорошо отношусь к своим друзьям, потому что они не угрожают мне раскрытием моих же секретов, — Тэхён закатывает глаза.
Напряжение в его груди — натянутая струна, а щёки теперь на несколько тонов краснее.
— К тому же, ты прекрасно знаешь, что я прав. Поэтому у тебя и нет друзей, ха?
Слова, которые Сокджин произносит так легко, медленно берут верх над Тэхёном, и он позволяет им сделать это, сам того не желая.
— Заткнись нахуй. Мне всё равно, как сильно ты меня ненавидишь, презираешь или что-то подобное. Ты все ещё в патовой ситуации, поэтому заткнись и будь осторожнее, когда говоришь со мной.
И Сокджин следует сказанному. Тэхён видит, как доминирующий огонь в чужих глазах дрожит и гаснет, превращаясь в жалкий стеклянный взгляд на своё отражение в зеркале.
— Д-да пошёл ты, — запинается Сокджин.
«Блядь».
Тэхён не подумал, что его слова заденут Кима, и он верит, что непролитые слезы Сокджина скорее из-за разочарования, чем от боли. Дрожащим голосом Джин выдыхает.
Густой слой тишины охватывает обоих. Сокджин продолжает смотреть на своё отражение, опустив взгляд на раковину, в то время как Тэхён чувствует себя неловко. Откашлявшись, Тэ спрашивает:
— Итак, что же будет сегодня? — внутренне съёживаясь от собственного голоса, эхом отражающегося от кафельных стен, нарушающим неловкую тишину.
Стервозное поведение Сокджина возвращается вновь, стеклянный взгляд пропадает, и парень продолжает наносить крем.
— Не знаю, но ничего важного.
«Ничего важного?»
Тэхён поднимает сумку Сокджина с раковины, усаживает на пол в туалете и начинает разглядывать различные продукты от бесчисленных брендов.
— Как ты только можешь использовать все это дерьмо? — спрашивает Тэхён, глядя на мерцающий радужный маркер. Сокджин пожимает плечами. — Окей… тогда что я могу забрать?
— Я бы предпочёл, чтобы ты ничего не брал, — отрезает Сокджин.
— Это не то о чем мы договаривались.
— Мы ни о чём не договаривались и я ни на что не соглашался. Ты шантажируешь меня, помнишь?
— Не говори так, у меня мурашки по коже бегут от такого.
— Это именно то, что ты делаешь, и я отказываюсь называть это иначе.
«Чёртова сука, клянусь», — усмехается Тэхён.
— Надеюсь, что твои друзья не такие плохие, как ты, — злобно говорит Тэхён.
«Я действительно надеюсь на это».
— Тебе нужно заткнуться и не говорить о моих друзьях. Ты единственный, кто хочет встретиться с ними, верно? И прямо сейчас ты продолжаешь вести себя максимально дерьмово, хотя мы видимся всего второй раз в жизни. Но разве я ожидал от тебя чего-то другого?
«Он прав, но…» — вздыхает Тэхён.
— Штраф. Ты не можешь использовать это.
Тэхён берет жидкий консилер и поднимает высоко, чтобы Сокджин мог видеть — его глаза расширяются.
— Черт возьми, нет. Мне он нужен.
— Никому не нужна косметика, Сокджин.
Джин прекращает наносить макияж, только половина его лица покрыта кремом. Через этот слой можно увидеть несколько красных точек. Затем старший поворачивается к Тэхёну, указывая на себя:
— Мне нужна косметика. Ты видел все это дерьмо на моем лице, Тэ…
— Это не отвратительно, Сокджин, — лицо Джина искажается в гневе.
— Заткнись! Заткнись, Тэхён! Ты нихуя не понимаешь, потому что не знаешь, каково это — быть уродом. Я урод, ясно? Я делаю это… — он на мгновение останавливается, чтобы поднять крем, лежащий на краю раковины. — Потому что без косметики я не могу выглядеть нормально.
Глаза Сокджина блестят от слез. Его голос значительно снизился, а слова звучат мягче.
— Ты не понимаешь. Никто не понимает, — по чужим щекам скатываются слёзы.
Тэхён, парализованный внезапными словами, замирает. Он продолжает смотреть, как парень льёт слёзы, глядя в пол и вытирает глаза рукавом толстовки. В туалете тихо, за исключением негромких всхлипов, вырывающихся из горла Сокджина; каждый звук заставляет Тэ чувствовать себя виноватым.
«Но я понимаю, что ты чувствуешь».
— Хорошо, ты прав, я не понимаю.
