Кое-что некрасивое

      Тэхён чувствует какую-то тревогу в глубине души, пока парни готовятся. Хосок берёт на себя ответственность за настройку музыки, перебирая популярные жанры, пытаясь создать атмосферу. Юнги таскается за ним, как потерявшийся щенок, моментально помогая Хосоку с любой мелочью. Правда, единственное, что ему нужно — бумажные полотенца после того, как он проливает свой спрайт на ковёр.       Намджун и Чимин вроде как готовят напитки и расставляют закуски, но быстро бросают всё и отправляются на задний двор. Тэхен наблюдает за ними через окно гостиной, видя, как Чимин окунает ноги в бассейн и с криком вытаскивает наружу. Намджун смеётся, но не над Паком. Его глаза полны нежности, когда он смотрит, как младший смеётся, отчаянно пытаясь согреть ноги руками.       Ревность колит Тэхёна в живот. Он отключается, не слыша ритм музыки, играющей в комнате. Он отворачивается, когда Намджун наклоняется, чтобы поцеловать Чимина, чувствуя, что вторгается во что-то лишнее для его глаз.       — Фу, да ладно тебе, — стонет Сокджин из другой комнаты.       Тэхён встаёт и направляется на кухню, где видит Сокджина, смотрящего на стойку. Первое слово, которое приходит Тэ в голову, когда он видит перекошенное лицо старшего, — ошеломительно, но он воздерживается от каких-либо слов, чтобы избежать ситуации в ванной.       — Что случилось?       — Они не могли бы быть хоть немного более организованными? Держу пари, это Чимин и Джун, — Сокджин указывает на остров, где напитки, чашки и другие предметы разбросаны. — И где они?       — На заднем дворе у бассейна.       На мгновение воцаряется тишина, прежде чем Сокджин снова говорит.       — Ты ведь видел их, не так ли?       — Как я их вижу? Просто вижу и всё, — отвечает Тэхен, прекрасно понимая, о чём говорит Сокджин.       — Я имею в виду, вместе. По-настоящему вместе.       Тэхен чувствует, как в груди у него закипает жар. Он только кивает, отодвигая одну из стопок чашек подальше от края стойки.       — Почему вдруг притих?       Тэхен пожимает плечами, не в силах смотреть Сокджину в глаза, продолжая расставлять стаканы.       — Тебя это беспокоит?       — Конечно, нет! — Тэ отвечает, вероятно, слишком быстро и резко, съёжившись сразу после этого. — Я имею в виду, что… ты знаешь, — он не может найти нужных слов, продолжая беспомощно смотреть на Сокджина.       Старший обходит стойку и подходит к нему поближе.       — Я знаю что? — спрашивает он, и Тэхен сосредотачивается только на едва заметных розовых тенях для век, которые дополняют макияж Сокджина, делая его таким красивым.       — Я не гомофоб или что-то в этом роде, — выдавливает он.       — Хорошо, иначе мы не могли бы быть друзьями.       Маленький кусочек счастья расцветает в груди Тэхёна, но лицо его остаётся безучастным.       «Я его друг. Может быть, если я приму Чимина и Намджуна, он примет и меня».       Он слышит, как открывается задняя раздвижная дверь, без сомнения, парочка входит внутрь, спасаясь от холода. Зачем они вообще туда пошли, всё это не имеет смысла.       Хихиканье Чимина достигает его ушей, вызывая ревность в животе. Он хочет того же, что и они. Он мог бы получить то же, что и они, если бы Богом был другим. Или, может быть, он мог бы получить то, что хочет, если бы сам был другим. Лучше. Он не видит в Чимине и Намджуне ничего странного. Он видит только себя таким, чувствуя, что он единственный, кто не вписывается, потому что он ужасен. То, что эти двое ведут себя так нормально, так спокойно, делает его ещё более озлобленным.