Кое-что некрасивое

      Немного поразмыслив, Тэхён спускается вниз, решив, что не хочет застать Сокджина, когда тот, наконец, выйдет из своей комнаты.       Найдя себе место на кухонном островке с кружкой кофе перед собой. Намджун яростно моет пол, вытирая все вчерашние пятна.       Чимин сидит рядом, глядя на своего парня ласковым взглядом.       Сокджин действительно появляется спустя какое-то время, не сказав никому ни слова. И так же молча отправляется в гостиную, чтобы собрать многочисленные красные пластиковые стаканчики, разбросанные по всему дому.       — Слава богу, что на кухне нет ковров, — бормочет Намджун, так тихо, что его почти не слышно, но это не мешает Чимину сделать замечание.       — Зачем тебе ковёр на кухне? — спрашивает он лукаво.       Намджун бросает в его сторону угрожающий взгляд, но Пак только хихикает.       Сокджин возвращается с огромным пакетом в руках, доверху наполненным мусором. Уставившись на Чимина он, наконец, прерывает молчание:       — Эй, Чимин, вместо того чтобы сидеть на своей ленивой заднице все утро, как насчёт того, чтобы пойти и убрать пятно с ковра? То, что рядом с телевизором, — говорит Сокджин с притворной добротой, роясь в кухонном шкафу и доставая оттуда баллончик с распылителем и тряпку. Он кидает взгляд на Тэхёна, но ничего ему не говорит.       Чимин стонет, но все же встает, беря тряпку и выходит из кухни.       — П-привет, — здоровается Сокджин.       Сердце Тэхена ёкает, под кожей бурлит тревога.       — Доброе утро, — выдавливает он в ответ, не заикаясь, хотя и тихо.       — Да, кстати, — Чимин возвращается, держа в левой руке только тряпку. — Юнги и Хосок определённо трахаются на кровати твоих предков.

***

      — Ребята, да ладно вам, это такое извращение, — ноет Намджун.       Сокджин и Чимин прижались к закрытой двери спальни, жадно прислушиваясь к происходящему по ту сторону. Намджун и Тэхён стоят позади них.       — Намджун, мы даже не слышим ничего такого. Они просто разговаривают, — прерывает его Чимин, и снова прислушивается через дверь.       — Им лучше не устраивать беспорядок, — бормочет Сокджин.       — Ну, вы, очевидно, уже бы услышали, если они там чем-то занимались... так что, — бормочет Намджун.       — Не будь таким застенчивым, Намджун, мы с тобой занимались…       Деловитый тон Чимина обрывается, когда дверь внезапно открывается, и на пороге появляется Хосок без рубашки.       Потеряв опору, Чимин и Сокджин спотыкаются и падаюь на пол перед ними.       — Что? — спрашивает Хосок, но его голос довольно ровный, как будто он уже знал, что происходит.       Юнги выходит из-за спины Чона и распахивает дверь шире. Он удивлён больше, чем футболист, его глаза широко раскрыты.       — Мы не подслушивали... — начинает Пак.       — О, это точно, — Хосок молча присаживается на корточки перед Чимином и щёлкает его по носу, — извращенец. И ты тоже, Джин. Я думал, что из-за твоего возраста, ты более зрел в таких вопросах?       — Зачем ты это сделал? — шепчет Чим, потирая нос и направляясь обратно к Намджуну.       Щеки Сокджина вспыхивают. Он быстро берет себя в руки, встав со своего довольно жалкого положения на полу.       — Т-ты занимался сексом на кровати моих родителей! Я сказал, что в эту комнату вход воспрещён. Я даже запер дверь…       — Ты положил ключ на выступ, — указывает Хосок, на дверную раму.       — Обычно люди так и делают. И не важно, что я положил его туда, ты же знал, что не стоит туда заходить.       — Нам очень жаль, Сокджин, — говорит Юнги, обнимая Хосока за плечи, и его мягкие пушистые волосы, лежащие вокруг лица, делают умоляющий взгляд более правдоподобным. — Мы уберём любой беспорядок. Комната будет как новая, — обещает он.       Тэхен мало что знает о Юнги. Он считает его крутым парнем, но когда дело дошло до Хосока... это не совсем так.       Сокджин вздыхает, но, кажется, удовлетворён этим.       — Мне очень жаль, что я так разволновался. Я не сержусь на вас, ребята, я просто... просто... — Тэхен не расслышал, закончил ли он фразу, потому что старший развернулся и отправился в другую сторону.       Младший лишь на мгновение замирает, прежде чем решительно направиться за ним. Ким останавливает Джина на лестнице, положив руку ему на плечо.       Сокджин резко поворачивает голову, в замешательстве нахмурив брови, прежде чем его лицо смягчаеься при виде Тэхёна.       — Эй, если это из-за того, что случилось сегодня утром, мне очень жаль, — говорит Тэ, прежде чем старший успевает открыть рот.       — Нет, я... не знаю. Думаю... Мне просто стыдно, что я разозлился, это было неизбежно. Кроме того, я бы предпочёл, чтобы они делали это там, а не в моей комнате. И ты видел меня сегодня утром.       Тэхен чувствует, как его щеки краснеют.       — Я знаю, извини, что вошёл, я почти ничего не видел, честно. Но мне все равно надо было постучать... — Тэхён обрывает себя, боясь, что начнёт нести ещё больше чепухи.       Между ними висит напряжённое молчание, младший ждёт ответа Сокджина.       — Давай просто... давай просто забудем об этом. Все нормально. Я не сержусь, — наконец говорит Сокджин, ободряюще улыбаясь Тэхёну.       Тэ задумался, так ли уж он уверен в себе, каким хочет казаться.       Намджун и Чимин спускаются по лестнице, миновав двоих, а вскоре после них появляются Хосок и Юнги.       — Так, значит, вы?.. — начинает Чимин, но по тому, как его голос затих, остальные понимают, о чем он хочет спросить.       — Не знаю, Чимин, это кажется довольно очевидным, нет? — Хосок улыбается, но в его голосе слышен гнев.       — Хоби, не будь таким злым, — вмешивается Юнги. — Они не могут не испытывать любопытство, помнишь, как ты вёл себя с Джуном?       — Прекрасно, но мы не будем обсуждать это все вместе, это… странно, — говорит Хосок.       — Отлично, — говорит Сокджин, пренебрежительно махнув рукой, — нам всё ещё нужно убраться.       Согласившись, под общий гул, они направляются убирать последствия вчерашней вечеринки.